Соотношение субъективного и объективного в экономическом исследовании



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Соотношение субъективного и объективного в экономическом исследовании



Экономическая деятельность предстает перед исследователем как сложное сочетание объективного (выраженного в экономических законах и закономерностях) и субъективного (выраженного в свободе поведения индивида). Это порождает определенную специфику экономического знания, которое может определять характер соотношения объективного и субъективного в достаточно широком диапазоне, - от безусловной объективности (подобно законам природы) до безусловной субъективности (как полную свободу воли и выбора индивида).

Сложилось три основных подхода к разрешению данной проблемы: с доминированием субъективного начала, с приоритетом объективного и с утверждением их специфического взаимодействия.

Немногочисленные сторонники крайнего субъективизма (представленные социально-историческими и социологическими школами в экономической науке) отрицают само существование объективного экономической деятельности, ссылаясь на свободу воли и выбора хозяйствующего субъекта, на уникальность и неповторимость его деятельности, на ответственность человека за свои поступки. В результате, по отношению к экономике невозможно применять какие-либо объективные основания (экономические законы, например) и, соответственно, предсказывать ее поведение.

Данная позиция имеет свое обоснование. Действительно, отдельно взятый индивид имеет возможность более-менее самостоятельно определять свое поведение, сознательно не соотносясь при этом с какими-либо детерминантами. Действительно, его действия могут не соответствовать объективным тенденциям и гипотетически определенным законам. Действительно, эти законы могут не обнаруживать своего действия, а то и вовсе противоречить реальности. Но все это не опровергает наличие экономических законов, а свидетельствует о наличии проблемы их проявления, действия, а также - о чрезмерном погружении сторонников данного подхода в мир конкретных и единичных явлений и о чрезмерном расширении границ субъективного. Свобода воли и выбора неабсолютна, она задана и связана с параметрами человеческого выживания. Непознанный и неосознанный экономический закон не перестает от этого определять хозяйственные действия. Кроме того, опровергаемый практикой экономический закон очень часто реализуется своей нереализацией, - его нарушение приводит к сбоям в воспроизводственном процессе, что и сигнализирует о наличии неких экономических зависимостях.

Позиция приверженцев безусловной объективности экономических законов имеет глубокие корни в виде "естественных законов", "невидимой руки" классической политэкономии и широко распространена в современной науке. Неоклассическое, кейнсианское, институциональное направления так или иначе объективизируют человеческую деятельность, превращая ее в нечто внешнее для субъекта.

Неоклассическое и кейнсианское направления анализируют функциональные взаимодействия в данных конкретных условиях, "схватывают" сложившиеся на данный момент тенденции и зависимости, возводя их в ранг закона (подобная установка проистекает из практической нацеленности экономических исследований представителей функциональной экономической теории, для которых важна не истинность теории, а ее полезность при решении задач).

Хозяйственная деятельность должна равняться и соответствовать этим законам до той поры, пока они не покажут свою неадекватность, после чего необходимо аккуратно описать необъяснимое экономистами явление и вырабатывать теоретическую модель, способную объяснить как можно большее количество фактов.

Данный подход не претендует на установление долгосрочных правил и принципов устройства хозяйственного порядка, он изначально привязан к конкретным условиям функционирования экономики, и его объективность ограничена временными рамками существования этих условий.

Кроме того, любая заявившая о себе зависимость - результат взаимодействия множества факторов, большинство которых отсекается при формализации, образуя своеобразный "черный ящик" под названием "при прочих равных условиях". Объективность выявленного таким образом закона изначально ограничивается неизменностью этих "прочих условий".

Представители институционального направления также имеют склонность к объективизации, институционализации, отчуждению устойчивых экономических отношений во внешние для человека формы (нормы, правила), выступающие как детерминанты его деятельности. При этом данные формы способны эволюционировать, у них появляются собственные законы движения, они формализуются в юридических актах, они не являются абсолютно закрытыми для воздействия субъективного фактора. В результате горизонт действия институциональных детерминант расширяется, но их объективность (так же как и функциональных зависимостей) ограничена только проявившимися хозяйственными тенденциями. Между тем, как уже отмечалось, экономические законы могут реализовываться своей нереализацией, и вот эту негативную, отрицательную объективность данные направления не всегда способны отразить.

Существует еще один способ объективизации экономических законов, - через их редукцию, выведение из математических или естественнонаучных законов. Фрейдизм, географический детерминизм, проекты социальной физики, кибернетика и синергетика, - все это примеры попыток применить стандарты точных наук (биологии, химии, физики и т.д.) для социально-экономических исследований.

Безусловно, польза от этих попыток имеется - обогащается методологический аппарат экономической науки; формируется целостная картина мира, связывающая воедино законы природы и общества; появляются неожиданные срезы в экономических исследованиях. Особенно активно процесс редукции идет в условиях кризиса экономической теории, что обусловлено естественным желанием ученых ощутить почву под ногами, плодотворно пережить период формирования новой парадигмы. Но допускать доминирование математических и естественнонаучных моделей исследования в экономике - значит выхолащивать суть этой науки, схематизировать хозяйственные процессы, снижать адекватность их познания.

Своеобразным следствием редукционизма является поиск универсальных закономерностей, одинаково пригодных и для природы, и для общества. Можно выделить три основных подхода к выявлению таких законов.

Во-первых, при рассмотрении всех процессов через призму универсального объекта (энергии или информации, например). В этом случае мироздание воспринимается как многообразие форм однородной субстанции с едиными законами.

Во-вторых, анализ процессов с точки зрения механизма их протекания, - в этом случае законы эволюции (изменчивость и наследственность) выступают универсальным алгоритмом движения любой системы.

В-третьих, универсальность выводится из единой логики познания, обусловленной однородностью мышления при познании любых явлений (неважно каких, природных, экономических или социокультурных), наличием общих законов познания (законов диалектики, например), достижением некоего предела в текущем познании определенного специфического предмета, в результате чего появляются "предельные понятия", способные выступать в роли универсальных объяснительных принципов..

Реальность универсальных закономерностей отрицать не приходится, они есть, поскольку есть единый пространственно-временной континуум, есть единое происхождение живого и неживого. Но сама эта реальность носит умозрительный характер, - слишком много опосредствующих звеньев отделяет ее от конкретного экономического явления, слишком долгий временной промежуток занимает проявление универсального закона. Безусловная ценность универсализма раскрывается в гносеологической сфере, где он укрепляет рефлексивные способности человека, создавая полную картину (может быть, и ложную) его бытия.

Таким образом, и излишняя субъективизация объективного, и чрезмерная объективизация субъективного обнаруживают границы своей применимости, а значит и границы субъективного и объективного в действии законов.

Анализ взаимодействий субъективного и объективного, поиски основания их равноправного существования активно велись советской экономической школой. Наработки по данной проблеме (и по проблеме экономического закона вообще) у отечественных политэкономов не имеют аналогов в мировой экономической науке, поскольку именно перед советскими экономистами плановое ведение хозяйства поставило в свое время жизненнонеобходимую задачу выявления, познания и использования экономических законов.

Методологической основой исследования субъективного и объективного выступала материалистическая диалектика, и анализ проводился в полном соответствии с формулой: "обстоятельства в такой же мере творят людей, в какой люди творят обстоятельства", и с широким привлечением философских аналогий: "единство и борьба противоположностей", "целое и часть", "материальное и идеальное", "необходимость и возможность".

Наличие объективного в экономической деятельности сомнению не подвергалось, поэтому усилия ученых сосредоточились на двух направлениях - анализе субъективного с выявлением в нем объективного и раскрытии единства объективного и субъективного.

Рассматривая реализацию объективного через субъективные действия хозяйствующих субъектов, экономисты пытались обнаружить в этих действиях объективное ядро. В качестве такового обычно рассматривались материальные условия производства и достигнутый уровень удовлетворения потребностей (по формуле материализма: "бытие определяет сознание").

При разворачивании данного общего положения объективное рассматривалось как понятие относительное, зависящее от уровня анализа и соотносимых категорий. Например, материальные условия, представляющие объективную сторону естественно-исторического развития, определяются неоднозначно применительно к различным сторонам деятельности общества, что обусловливает сложную структуру объективности.

Так, в соотношении природы и общества, последнее выступает как субъективное, но по отношению к отдельному индивиду оно уже есть объективное. В человеческой деятельности объективная сторона также может определяться по-разному: материальный способ производства предстает как объективное по отношению к надстроечным отношениям; затем сам способ производства включает производительные силы как объективное и производственные отношения как субъективное; в рамках производительных сил объективный фактор на стороне овеществленного труда, субъективный - на стороне живого труда. В самих производственных отношениях можно различать три уровня объективности: их объективную основу (развитие производительных сил), их объективную сторону (форма собственности на средства производства) и их объективные условия (природные условия производства и форма политической организации общества).

Думается, что в данном случае необходимо разделить объективность относительную, зависящую от способа анализа, и объективность абсолютную, которая задана элементарным законом выживания человека и задачей поддержания организованного характера общества. Эти две детерминанты неуничтожимы, не зависят от конкретных исторических условий и тем более от использования различных методологических приемов.

Второе направление, исследующее единство объективного и субъективного в экономической деятельности, исходило из двойственности самого процесса труда, где "объективизировалась личность, а в личности субъективизировалась вещь". Проблема виделась в реальном осуществлении этого движения, в определении процесса перехода от субъективного к объективному и наоборот. Решалась эта проблема по двум основным направлениям: через выявление условий данного перехода и через разработку его механизма.

Условия взаимопревращения обычно определялись по принципу взаимного соответствия: субъективное переходит в объективное, если субъект вызывает изменения объекта в соответствии с законами изменения последнего; объективное переходит в субъективное, если получает отражение в экономической политике. Данное направление в исследованиях ни особого интереса, ни особой практической значимости не представляло. Гораздо важнее было определить, как осуществляется взаимодействие субъективного и объективного в человеческой деятельности, т.е. выяснить, как действует экономический закон и как его можно использовать.

Большинство схем, раскрывающих связь объективных и субъективных факторов, содержали следующую логическую цепочку: объективные условия - потребности - интересы - стимулы - хозяйственная практика (действительность). Механизм связи объективного и субъективного рассматривался как процесс конкретизации сущности в явлении, как движение от абстрактного к конкретному.

Действительно, в многообразии субъективных потребностей, интересов, целей и действий нечто устойчивое и массовое можно обнаружить только через процесс абстрагирования, через процесс обобщений и выстраивание категориального ряда. Из множества форм проявлений какого-либо экономического закона в реальной действительности вычленяется определенная общая зависимость, предстающая как некая абстракция и составляющая содержание данного закона. Абстрактное в этом случае понимается как объективное, а процесс абстрагирования - как переход от субъективного к объективному.

Выявленное объективное может сознательно использоваться в хозяйственной практике, что предполагает движение от объективного к субъективному, от абстрактного к конкретному, от сущности к явлению. В данном случае задействуется следующая цепочка, основанная на конкретно-исторических условиях материального воспроизводства: объективное (экономический закон) - потребность - цель производства - интерес и стимул - деятельность.

Каждое звено несет потенциальную возможность искажения, преломления объективности, что на этапе практического осуществления может дать не только многообразие форм реализации экономического закона, но и его нереализацию.

 

Таким образом, основываясь на диалектическом единстве субъективного и объективного, можно утверждать, что выявление объективного (экономического закона) требует применения процесса абстрагирования и что механизмы действия и использования экономического закона представлены одной логической цепочкой на основе движения от абстрактного к конкретному.

 

 

5.2 Специфика закона в экономической науке

Признание специфического взаимодействия объективного и субъективного в экономической деятельности приводит к определению специфики экономического закона.

В самом общем виде экономический закон определяется как существенная, необходимая, повторяющаяся связь явлений объективного мира.

Но понятие закона в экономической науке - сложная и дискуссионная проблема. В экономике действует не научная абстракция и не программируемый автомат, а живой человек, ошибающийся, действующий нерационально и непредсказуемо.

Можно выделить несколько ключевых вопросов по проблеме закона в экономических науках, по каждому из которых существует несколько позиций, обусловленных принадлежностью того или иного автора к определенной научной школе, господствующими представлениями о развитии человечества, доминирующими теориями и методами познания:

1. Проблема существования экономических законов

2. Содержание экономических законов и их специфика

3. Классификация экономических законов

4. Методологии познания экономических законов

 

По поводу существования экономических законов (как и по вопросу соотношения объективного и субъективного в экономических исследованиях) общепризнанной является точка зрения об их наличии.

Но не следует обходить вниманием и обратную позицию: отрицание существования экономических закономерностей. Мы уже затронули эту тему, рассматривая доминирование субъективного в экономическом познании, но полной картины еще не дали.

Отрицание экономических законов характерно для нескольких традиций, так или иначе влияющих на экономические исследования: религиозно-кантианской, экзистенциально-интуитивной и редукционистской.

Первый подход основывается на принципиальной непознаваемости сущности явлений (любых, в том числе и естественнонаучных), что предопределяет невозможность выявления и их закономерностей. При этом познание явлений не отвергается и признается необходимым.

Объясняется непознаваемость сущностей монополией на подобное знание со стороны Творца сущностей - Бога, и любые попытки выявить природу, внутренние основы явлений рассматриваются как ересь, как стремление стать демиургом (в его отрицательном значении), как попытку создания субстанций, имеющих в себе свои собственные причины и выпадающих в силу этого из единого Божьего мира.

В результате, возникает кантианская "вещь в себе", которая позволяет лишь ощущать, познавать свои проявления, внешние стороны существования, не допуская в тайну и смысл собственного бытия.

Объективной основой данной традиции выступает абсолютная относительность человеческих знаний. Утверждать, что сущность познана, можно только после раскрытия всех тайн бытия, после превращения самого человека в Бога. Если расположить планку познания на таком, запредельном пока для ученого любой отрасли наук, уровне, то все менее глобальные открытия предстают только как следствия познания явлений, а не сущностей. В этом случае наука ограничивается выявлением и познанием закономерностей существования и функционирования, связанных с текущим движением явлений, и не претендует на определение перспектив их развития.

Вторая традиция опирается на специфику социальной и духовной материи, познание которой осуществляется через осмысление выработанных человечеством духовных структур, через движение в смыслах, а не в предметах.

Закономерность при этом трактуется как практицизм, как атрибут только естественных наук, как "полезное заблуждение", позволяющее эффективно действовать, но удаляющее сознание от проникновения в сущность подлинной реальности. Гуманитарные же науки предназначены для выполнения социальных функций и ролей, познание там осуществляется не с помощью закономерно-типического, а через эмоционально-интуитивное переживание. Бытие познается человеком напрямую, без рационально-интеллектуального опосредования, - интуитивно. Это дает человеку возможность понять больше, чем он знает, пережить больше, чем понимает. Экзистенциально-интуитивный подход провозглашает абсолютную свободу воли человека, полную раскрепощенность его творческих сил, его безусловное право подчинять свои действия только собственным устремлениям и целям.

Подобное воспарение человеческого духа и романтическое презрение к практицизму, отрицают, скорее, нормативные и законодательные рамки в социуме, этические и религиозные предписания, нежели сущностные и необходимые связи между людьми, определяющие цели индивидуумов, их мышление, эмоциональную и интуитивную развитость. Позиция экзистенциально-интуитивного подхода иллюстрирует непонимание того, что экономические закономерности выявляются, познаются и реализуются только через движение масс, а не отдельных индивидов.

Редукционистский подход предполагает выведение экономических закономерностей из математических или естественно-научных законов, которые, таким образом, придают законообразность гуманитарному знанию. При этом автономность экономических закономерностей, их самоценность уничтожается. Фрейдизм, географический детерминизм, проекты социальной физики, кибернетика и синергетика, - все это примеры попыток применить стандарты точных наук (биологии, химии, физики и т.д.) для гуманитарных исследований.

Таким образом, отрицание существования экономических законов в рамках вышеприведенных подходов нельзя считать абсолютным, эти позиции, большей частью, обусловлены неполным, односторонним раскрытием специфики этих законов.

 

Содержание экономических законов и их специфика - наиболее разработанная проблема, раскрытие которой необходимо начать с определения общих свойств научного закона.

Закон есть существенная, необходимая, повторяющаяся связь явлений объективного мира. Его чертами выступают:

1. Импликативность. Закон представляет условное предложение вида Vx (P(x)—>Q(x)). Это означает, что если для всех индивидуальных переменных Xi...Xn присуще Р, им присуще и Q.

2. Универсальность. Закон есть утверждение максимальной общности, соответствующее предметам данного типа.

3. Номологичность. Закон фиксирует необходимую связь, вытекающую из сущности предмета.

4. Пространственно-временная интервальность. Закон действует в соответствующих условиях. Их варьирование меняет проявление закона вплоть до его упразднения.

Данные черты закона, применительно к общественным процессам, приобретают некоторые особенности реализации.

Так, импликативность закона, предполагающая повторяемость связей, не всегда срабатывает в социально-экономической системе. Например, в экономике существуют так называемые превращенные и превратные формы, которые, обладая требуемыми законом свойствами, не реализуют и не принимают другого, определенного законом свойства. К примеру, при увеличении пучка правомочий собственности, его хозяин не увеличивает, а уменьшает эффективность ее функционирования. Или рост инвестиций приводит к экономическому спаду, а развитие научной сферы способствует обнищанию страны. Подобные ситуации делают необходимым выявление особых типов законов, которые выводят из сферы действия "нормальных" законов превращенные и превратные формы и работают именно с ними, - это закономерности трансформации, к сути которых мы обратимся позже.

Универсальность закона заставляет экономические науки определять в качестве объектов связи не просто явления и процессы, а их обобщенное представление, их категориальное существование. То есть в экономических законах связь устанавливается не между явлениями, а между категориями (универсалиями). Обусловлено это свободной волей человека, невозможностью определить поведение каждого индивида (явления) каким-либо законом.

Экономические зависимости выявляются и реализуются только для массы людей, для обобщенных моделей поведения, для суммарных эффектов деятельности, которые и определяются через категории экономических наук. К примеру, закон стоимости устанавливается не для конкретных держателей конкретного товара, а для макроэкономических взаимодействий обменных потоков. Законы денежного обращения - это не законы движения денег в отдельно взятом кошельке, а взаимодействие экономических категорий - цены, товара, скорости обращения денег, затрат труда и т.д.

Все эти категории получили свой смысл индуктивно, внутри них сидит конкретное явление, но не одно, а в массе себе подобных, с выявленными и закрепленными в понятии типичными, общими чертами и свойствами.

Именно это типичное и составляет интерес при выявлении закономерных связей в общественной системе. Более того, этого требует и знаменитый "принцип бритвы Оккама", который гласит, что при построении закономерностей не следует вводить сущностей сверх необходимого, иначе степень реалистичности предсказаний заметно снизится. Другими словами, простота зависимости расширяет диапазон применимости закономерности, т.е. чем более абстрактна зависимость, тем вероятнее она реализуется.

Действительно, если, к примеру, установлена закономерность между увеличением производительности труда на конкретном заводе и победами заводской футбольной команды, то данная зависимость претендовать на звание экономического закона ни при каких условиях не сможет, - слишком много факторов (сущностей) в ней заложено (количество болельщиков, частота побед, резервы роста производительности и т.п.). Если же утверждать, что производительность труда зависит от стимулирования, то границы применимости данной зависимости резко расширятся.

Номологичность закона выявляет, на первый взгляд, лингвистическую проблему: существует ли отличие закона от закономерности.

Обычно под законом понимается зависимость, реализующаяся с большей долей вероятности, а под закономерностью - с меньшей. Но утверждать, что в экономических науках есть только закономерности, только маловероятные зависимости, - нельзя. В социуме существуют оба типа зависимостей, поэтому определение того, с чем мы имеем дело, - с законом или закономерностью, нужно осуществлять только после выявления и изучения каждого конкретного закона.

Особую значимость для экономических законов, обладающих большой изменчивостью, имеет такая черта закона как пространственно-временная интервальность. Время и место часто выступают как определяющие условия реализации социальных законов. И если для естественных законов эти границы достаточно широки и легко фиксируются (падающее тело нетрудно отличить от плавающего), то для экономических - они определяются неоднозначно и требуют постоянного обращения и отслеживания эмпирического материала.

К примеру, выяснение того, каким законам будет подчиняться личное подсобное хозяйство - натурального хозяйства или рыночного производства, - требует сугубо индивидуального подхода и определения множества дополнительных факторов: производительности труда, числа едоков в семье, расстояния до земельного участка, мировоззрения хозяина, уровня преступности и т.д. В результате, действие закона, его реализация принимает вид вероятностного события, возникающего только при совпадении множества конкретных условий.

Кроме того, действие экономических законов проявляется и выявляется только на протяжении достаточно длительного временного промежутка, они принимают вид растянутого во времени процесса и воспринимаются как тенденция, что обусловлено значительной инерционностью социальных процессов, участием в реализации закона не простого явления, а сложной, многоэлементной системы, в принципе не способной к мгновенной переориентации всех своих элементов и связей.

Данные особенности в реализации некоторых черт закона дают основание представителям субъективного направления в экономической науке считать, что экономические законы не могут подчиняться общим требованиям, так как гуманитарные явления уникальны и неповторимы.

Но гуманитарный материал вполне законосообразен. Здесь обнаруживаются устойчивые, типические структуры, позволяющие констатировать существенно необходимые, повторяющиеся, инвариантные, т.е. законоподобные, связи и отношения.

Понять природу гуманитарного материала можно, лишь исходя из понимания природы самопроявления человека, его деятельности. Сфера гуманитарного двойственна: здесь есть объективное - социально-исторические законы и субъективное- индивидуальные интересы, мотивы, намерения. Соответственно, гуманитарный материал слагается из социального (общественно-исторического) и экзистенциального (ценостного-мотивационно-смыслового). Отсюда следует наличие в гуманитарном знании двоякого типа законов, описывающих социальную и экзистенциальную составляющие человеческой деятельности. Законы первого рода являются основным предметом изучения экономических наук, они отражают движение масс, макротенденции социального развития. Примером такого закона может быть закон разделения труда в общине, который, действует с непререкаемой силой закона природы. Законы второго типа всегда случайны, вероятностны, они проистекают из поведения отдельного индивида и могут взаимозаменяться. Их действие обнаруживается только при превращении в господствующую, базовую модель поведения.

Специфику экономических законов можно прояснить и посредством сложившейся в науке классификации законов.

Существует несколько основных критериев для такой классификации.

Во-первых, по формам движения материи. Соответственно, выделяются законы неорганической природы, органической, социальной и духовной.

Во-вторых, по характеру связей ее предметов. Так происходит подразделение на законы существования и функционирования объектов, которые характеризуют предметы, процессы и явления с точки зрения их устойчивости; и на законы развития, которые раскрывают связь между различными стадиями раз­вития предметов. При этом законы существования и функционирования основываются на структурно-функциональных связях, а законы развития - на генетических.

В-третьих, по степени обусловленности явления. При этом выделяют динамические законы - законы, управляющие поведением индивидуального объекта и позволяющие установить однозначную связь его состояний, т.е. однозначно предсказывать на основе известного состояния объекта все его будущие состояния (например, затмение солнца); а также вероятностно-статистические законы, управляющие поведением больших совокупностей и в отношении индивидуального объекта позволяющие делать лишь вероятностные (неоднозначные) заключения о его поведении.

В-четвертых, по типу отношений детерминации. При этом выделяются законы причинные, в основании которых лежит отношение причинения, и фиксируемая в них связь имеет генетический характер, и непричинные законы, которые основываются на непричинных видах детерминации, и могут подразделяться на законы функциональные, структурные, законы корреляции и т.д.

В-пятых, по сфере действия законов. По этому основанию выделяются частные (специфические), общие и всеобщие (универсальные) законы.

Экономические законы носят преимущественно статистически-вероятностный характер (т.е. обнаруживаются через тенденции, допускают случайности), могут основываться на причинной (генетической) или непричинной связи, характеризовать процессы развития и процессы функционирования.

Особенностью экономических законов является также их скрытое действие, они часто реализуются своей нереализацией, - их замечают только тогда, когда нарушают, поэтому действие базисных социальных законов усиливается при растущем хаосе, при достижении обществом пограничных состояний. В этой ситуации законы выступают как своеобразные границы, как механизмы селекции многовариантных возможностей развития социума.

Экономические законы представляют собой неразрывный и единый комплекс, что обусловлено их реализацией, существованием и познанием через человека. То, что индивидов в обществе много, и каждый обладает свободой выбора и собственной системой ценностей, не разрушает этот комплекс, а лишь обогащает его, позволяет выделить и обособить те или иные закономерности. Именно совокупность индивидов реализует все наличествующие на данный исторический момент закономерности и возможности. Единство социального организма есть единство комплекса экономических законов. Нарушение единства - раскол в обществе, - обязательно приведет к угнетению реализации каких-то законов. Отсюда можно утверждать, что единство комплекса экономических законов - первейшее условие их успешной реализации. Так же верно, что любые расколы, глубокие, полярные противоречия в обществе - предпосылка нереализации законов.

Общее представление о специфике экономических законов дано в Схеме 1.

Схема 1

ОСОБЕННОСТИ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЗАКОНОВ

 

Методологические   - метод априоризма - предполагает получение знания до опыта, благодаря внутреннему наблюдению (инроспекции), очевидности. ощущению необходимости данных процессов самим человеком. Метод был популярен в конце 19-начале 20 веков. Особенно активно им пользовались маржиналисты; - идеографический метод- общественное развитие познается через действия отдельных лиц, через выделение череды уникальных явлений. Данный метод развивается в рамках неокантианской традиции; - рационалистический метод - познание общественных процессованалитически, через движение категорий. Как основной метод познания применяется сторонниками трактовки общественных наук как сфер движения смыслов; - эмпиристический метод- изучение конкретных фактов и выведение индуктивным путем неких общих свойств. Метод заимствован у естественных наук; - гипотетико-дедуктивный метод- логическое продолжение и развитие эмпиристического метода. В качестве теоретической модели выступает гипотеза, соответственно, ее основания не рассматриваются, внимание концентрируется на проблеме ее обоснования и применимости; - метод восхождения от абстрактного к конкретному -процесс поэтапного движения от простого к сложному.  
   
     
         
Онтологические   - особое качество черт закона:импликативности, универсальности, номологичности, пространственно-временной интервальности; - неразрывное единство и комплексность всех общественных закономерностей; - двойственная природа общественных закономерностей(единство субъективного и объективного, общего и индивидуального и т.д.); - наличие особого механизма у общественных закономерностей(потребности - интересы - цели - стимулы); - выражение общественных закономерностей в виде формальных и неформальных социальных регуляторов.  
   
       
         
Гносео-логические   - самоопределение индивида в пространственно-временном аспекте; - объективизация общественного развития; - содействие гуманитарному развитию человечества; - проверка истинности выявленных общественных закономерностейПодходы к такой проверке могут быть разными: верификация (подтверждение теории конкретными данными), фальсификация(утверждение в качестве признака научного знания его принципиальную опровергаемость), логическая непротиворечивостьконцепции,способность теории предсказывать, общепризнанность и общезначимостьтеоретических положений.  
   
       
         
Праксеологические   практическое использование только через движение широких народных масс  
   
             

Комплексность экономических законов, действие их в социуме всех и сразу, обозначает еще одну проблему - проблему их иерархии, выявления их равнодействующей.

Как уже отмечалось, традиционно выделяют законы существования (функционирования) и развития. Первые основаны на функциональных связях, могут быть непричинными (корреляционными, например), имеют краткосрочный период действия и чаще всего носят вероятностно-статистический характер. Вторые - основаны на генетических связях, связях происхождения, всегда причинны и часто носят динамический характер (т.е. реализуются с большой долей вероятности).

Данные законы характеризуют состояния статики и динамики экономической системы, но не объясняют функционирование переходных и превращенных форм. Здесь нужны особые законы - законы трансформации. При всей своей неопределенности, изменчивости и непредсказуемости, процессы трансформации существуют всегда, - новые элементы в системе появляются постоянно, внешнее воздействие и угрозы есть всегда. Пока система направлено развивается, незначительные изменения мощный поток направленного движения преодолеть не в состоянии. Как только эта направленность ослабляется (вместе с действием закономерностей существования и развития), - роль трансформации возрастает.



Последнее изменение этой страницы: 2016-12-11; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.238.99.243 (0.034 с.)