ТОП 10:

Глава 12. Черные гномы (гномы-негры).



 

Отряд Отона продолжил свой путь только после получения приказа вождя c очередным улагом. Отон прочитал приказ, хмыкнул, а затем сообщил всем, что они направляются к крепости Черных Гномов. Самые впечатлительные тут же упали в обморок, ибо по слухам, Черные Гномы были гораздо хуже и опаснее обыкновенных гномов, а в отряде было с кем сравнивать. К тому же, оказавшийся в стороне от опасности отряд, вновь столкнулся с выходками нашей троицы. Так, Фолко, лишенный обеда Отоном за плохо проглаженные шнурки ботинок Отона, нечаянно уронил кусок мыла в суп, что впрочем, обнаружилось только после того, как весь отряд отсидел по полчаса над близлежащим оврагом, обгаживая живописные склоны и кручи, словно Отон вновь продудел в свой страшный рог.

Но хоббиту и гномам было не до претензий соратников по отряду. Нет, хоббита и гномов волновало больше всего то, что перед Талисманом Вождя склонилось даже Умертвие. Это означало только одно - нежить признала в Талисмане звуки голоса былого хозяина.

- Короче, - подвел черту хоббит, - Олмер, похоже, новое воплощение Саурона, а это значит, что старый, выживший из ума Радагаст был прав, и не зря поручил нам его убить. Но всего за тысячу триалонов, а это очень мало. Надо срочно писать донесение, чтобы нам повысили премию, и довольствие.

- Точно, - Торин и Малыш закивали головами как болванчики и подняли вверх по два пальца, продолжая кивать головами, словно почитатели хэви-металла. - А Талисман у Отона надо отнять и бросить в Ородруин. За это нам тоже должны заплатить дополнительно.

- Я вот что думаю, - озабоченно потер лоб Фолко, - Если Олмер это сам Саурон, то его убивать бесполезно. Так что наша миссия закончена типа.

- Ага, так и представляю себе, как Радагаст согласится с этим, - хмыкнул Торин. - К тому же, я знал его человеком, он обычный подонок-золотоискатель, которых пруд пруди в каждом трактире. Похоже, он где-то надыбал всякие волшебные штучки-дрючки, поэтому типа такой сильный и могущественный.

- Если Олмер человек, то его можно замочить, например, в сортире, а если то, что он Великий Дух Майяров или Фуйаров, тогда нужно оставить попытки покончить с ним и перейти на его сторону, ибо он непобедим, а есличо, он защитит нас от этого придурка из ПЛЖиБЗ, встрял доселе неразговорчивый маленький гном.

- Хех, - хоббит едва не подавился своим мнением по этому поводу, когда услышал слова Малыша. - Ты предлагаешь нам предать Светлые Силы Арды?

- Низкорослый ты наш, - принялся успокаивать Фолко Торин, - У нас у гномов говорят, что предательство в нужный момент это не предательство, а предвидение.

- Как вы можете говорить такие вещи, - вспыхнул хоббит. Предать дело Светлых сил и лишиться тысячи триалонов, - это мерзко и не по мне. Вот если бы нам скомпенсировали потерю этой тысячи триалонов... - мечтательно заявил хоббит, но его тираду прервали. Низкорослый арнорец, Дурендил, ростом чуть повыше хоббита, получивший от неутомимой троицы прозвище "навозный мух", подбежал к нашим друзьям и заорал в ухо хоббиту:

- Че расселись, придурки, вас вызывает Отон! - он сверкнул своими близко посаженными глазенками, и, умудряясь смотреть на нашу троицу свысока, щелкнул каблуками и, погрозив кулаком, исчез из поля зрения наших так быстро, словно действительно улетел. Именно его манера бегать, размахивая руками, словно это были крылышки мухи, и прилепила к нему обидное прозвище. Фолко он особенно недолюбливал и старался ставить его в дежурство на ночь. Кашевар отряда в ответ испытывал е нему аналогичные чувства, не раз и не два жестоко подшучивая над Дурендилом. Пару раз он запирал того в переносном биотуалете, транспортируемых двумя здоровенными орками все путешествие. Справедливости ради, надо сказать, что в бою туалет служил незаменимым щитом против стрел противника, а то, как однажды дверь туалета прямо во время боя распахнулась, и взорам врагов предстал Дурендил со спущенными штанами, настолько развеселило врагов, что дружина Отона быстро покрошила умирающих от смеха врагов на кусочки.

Палатка Отона стояла в самом центре бивуака, на который расположился отряд. Рядом с палаткой притулился служивший верой и правдой уже не одному спецотряду биотуалет, - подобная близость объяснялась нежеланием Отона ходить к черту на кулички, к тому же, после последних происшествий с волшебным рогом, Отон на всякий случай распорядился туалет закрыть, а ключ у Дурендила отобрать. То, что пронырливый "навозный мух" давно сделал себе запасной ключик, Отон не подозревал до сегодняшнего дня, пока не вызвал к себе хоббита и гномов. Выслушав только самые первые слова хоббита, который неосторожно наябедничал про Дурендила, Отон пулей вылетел из шатра, и вскоре на весь лагерь разнесся его гневный рык:

- - Если уж сходил, зараза, дерни ручку унитаза!

Отон вернулся спустя три минуты. В его руках болтались запасной ключик Дурендила на цепочке с выдранным с мясом погоном арнорца.

- Садитесь, - скорее для проформы, сказал Отон. Наша троица не пошевелилась и продолжала сидеть в самых непринужденных позах в палатке. Отон запоздало глянул на изрядно уменьшившуюся в размерах кучку безделушек и канцелярских принадлежностей, лежавших на столе. - Кто такие Черные Гномы и с чем их едят, говорите, что знаете. Вождь не любит шутить.

- Черные Гномы крутые перцы, гораздо круче нас, - заявил Торин, тряся бородой. Они выше, крепче и, говорят, что даже умнее нас, но это, конечно же, брехня. Чтобы ты, о мудрый Отон, мог сравнить их силу, я приведу слова одного из наших старейшин. Он сказал, что если обычный гном, поймав золотую эльфийскую рыбку, сумел бы выжать из нее всего три желания, то любой Черный Гном, положив рыбку на сковородку, волшебным образом, увеличивал число волшебных желаний до пятидесяти. Самое ценное в их творениях это практически непробиваемая броня, поэтому, я бы не хотел оказаться на месте того, кто рискнул бы напасть на Черного Гнома.

То, что Отон услышал, ему явно не понравилось.

- Вождь приказал нам взять штурмом твердыню Черных Гномов, возвысившуюся тут, за углом, - он ткнул корявым пальцем куда-то назад. - Их крепость располагается за перевалом и вы пойдете в атаку первыми, чтобы доказать Вождю свою преданность, вера в которую изрядно пошатнулась после того, как я узнал, что вы все время шепчетесь на привалах про какую-то тысячу триалонов.

- Я знаю, кто сказал эту чушь, - вспыхнул хоббит. - Это та мразь, которая смотрит на меня свысока только потому, что носит туфли с каблуками и пользуется запасным ключиком от биотуалета, ходить в который разрешается только самому Отону. - И вы ему поверили? - хоббит горестно заламывал руки, закатывал глаза к потолку, лихорадочно раздумывая, что же такое наврать Отону. - Да этот навозный мух просто услышал, как Торин проиграл мне в карты тысячу триалонов и побежал звонить об этом на каждом углу. Ему, навозному муху, такие деньги даже представить трудно, а для нас эта сумма - пустяки, ведь мы друзья, - Фолко двинул локтем намеревавшемуся возражать Торину поддых.

- Вот как? - недоверчиво спросил Отон.

Торин почувствовал, себя Штирлицем на грани провала и поспешил поддакнуть.

- Конечно, че нам мелочиться-то. Хоббит мне жизнь спас и все такое, - заявил гном.

- Ну, раз вы такие богатые, одолжите-ка мне тысячу триалонов, а то вот хотел подарок маме купить или что-то еще в этом роде, - продолжал наседать недоверчивый Отон.

Разом возникшую тишину разорвал веселый голос хоббита.

- Пожалуйста, никаких проблем, - с этими словами Фолко выудил из своей торбочки чековую книжку, и выписал чек на тысячу триалонов. - Нам не жалко, - добавил он, протягивая чек, в котором он расписался, поставив крестик.

Отон долго разглядывал чековую книжку на имя некоего Рогволда, но ничего не сказал, а только сплюнул. После этого, походив немного по палатке, он пинками выгнал гнома и хоббита прочь, пригрозив, что они пойдут штурмовать укрепления Черных гномов под присмотром заградотряда орков.

- Ну, вот бля, дожили, и этот туда же, - огорошено заявил хоббит. Откуда такие только берутся? - удивлялся он. - Взял в долг понимаешь, тысячу триалонов, хоть бы расписку выписал.

На следующее утро отряд выступил в поход. К вечеру горы вздыбились перед отрядом в неприступные отвесные скалы, невообразимые кручи и горные козлы, скакавшие по этим кручам и бомбардировавших изумленных путников козлиными орешками.

- Во казлы а? - вопрошал Фолко, которому в лоб угодил козий орешек.

Весь отряд застыл как вкопанный. Задрав голову, Фолко с удивлением узрел, что гора с дикими кручами и отвесными скалами и есть крепость Черных Гномов. Об этом позволяли судить пулеметные вышки, расположенные вокруг вершины горы, а вход в крепость, судя по всему, находился на самом верху, где редкий частокол со стесанными наспех каменными глыбами надежно хранил оборону горы.

- Это не крепость, а форт какой-то из Острова Сокровищ, - пробормотал Фолко, вспомнив приключения Билла-Бо. Когда Билл-Бо был еще очень маленьким, он подрабатывал официантом в одной из таверн. Платили ему там меньше, чем вычитали за еду, так что он все время был должен трактирщику. Дефицит бюджета маленький Билл-Бо восполнял чаевыми и различными безделушками из карманов подвыпивших посетителей. Так, однажды, в мохнатые лапы Билла попала таинственная карта острова сокровищ, которую хоббит выудил из маленького сундучка пирата, надрызгавшегося до такой степени, что хоббит без зазрения совести сдал его патрулю. Гэндальф и еще тринадцать гномов вместе с Биллом-Бо отправились на поиски сокровищ придурковатого дракона по имени Флинт. К несчастью, арендованная Биллом-Бо всего на день шхуна, на которой герои совершили беспримерный переход через морские дали (примерно около тысячи орочьих шагов) оказался трудным и затянулся до безобразия. Нанятые гномами в качестве гребцов орки взбунтовались, а одноногий орк по со странным именем Сильверстоун водрузил над шхуной пиратский флаг. Последовавшая после этого катавасия была подробно изложена в книге "Туда-сюда-обратно, или что у меня в карманцах?". Кстати, именно в этом беспримерном путешествии, Билл-Бо и нашел то злополучное кольцо Горлума. Наткнувшись на острове на одичавшего Горлума, который доверчиво рассказал Биллу-Бо свою историю о том, что его когда-то звали Бен Ганн, и что он из хоббитов, и как его оставили на этом острове умирать. Билл-Бо напоил несчастное существо паленым ромом, и нашел в зажатой руке Горлума кольцо Всевластья.

Фолко вздохнул. Его примеру последовал весь отряд. Перспектива лезть на километр ввысь по отвесным скалам и кручам, мало кого вдохновляла. Но свирепый Отон быстро нашел способ подбодрить свой отряд. Он только пригрозил дунуть в рог, как уже весь отряд уже штурмовал отметку в сто локтей. Отон оскалился (это он так улыбался) и полез вслед за отрядом.

Твердыня Черных гномов была действительно неприступной. Это на себе прочувствовал пяток ангмарцев, обвязавшихся веревкой в одну связку. Весело гремя карабинами, они вскоре пронеслись вниз, едва не захватив с собой Отона. Вскоре то там, то сям, один боец, потом другой, срывался и с громким криком летел вниз. Громкие стоны, доносившиеся снизу, а отряд уже поднялся до двухсот локтей, только подгоняли всех. Добравшись до относительно пологой (наклон градусов сорок пять, не больше) площадки, выбившийся из сил Отон, скомандовал привал.

Хоббит и гномы, высунув языки, как загнанные собаки, громко и долго дышали, пытаясь придти в себя после пережитого.

На привале наиболее голодные тут же потребовали еду, на что Отон поднес кулак к носу каждого недовольного.

- Я те дам пожрать, - заорал Отон. Вот вы щас нажретесь, а потом погибнете при штурме, это ж значит, что мы продукты зазря переводим. Хотите пожрать - лезьте вверх и штурмуйте крепостью. Там и пожрете.

- Слушай, Фолко, а ты вот скажи мне, на что ты потратил деньги, которые выручил от продажи этой девки, Тубалы? - отдышавшись, спросил у Фолко тот самый низкорослый арнорец Дурендил.

- А тебе то чего с этого? - засопел в ответ Фолко.

- Ну, типа я понять не могу, если бы ты взял ее в поход, мог бы продавать ее всему отряду, попользоваться, выгодно было бы. Я бы ее в долг попользовал, в счет зарплаты, например. А так, - он с подозрением посмотрел на хоббита, - люди говорят, что вы хоббиты, все пидарасы, раз вам женщины не нужны, заявил он.

- Кто говорит? - вскинувшись, заорал Фолко.

- Да все говорят, - ухмыльнулся Дурендил.

Фолко возмущенно дернул эльфийский тесак из ножен. Он не заметил, как при этом, из его рюкзачка вывалилась надувная резиновая эльфийка. Хохот Дурендила и укоризненные взгляды гномов заставили Фолко покраснеть.

- Эй, хоббит, у тебя сегодня свидание с резиновой эльфийкой? - закудахтал Дурендил. - Теперь то я тебя понимаю, ведь ты променял Тубалу на куда более привлекательную, но резиновую эльфийку.

- Заткнись, низкорослое чмо, - с угрозой в голосе заявил хоббит. Если у меня и будет свидание сегодня, то уж явно с настоящей женщиной.

Но Дурендил не унимался.

- С настоящей женщиной? - Дурендил недоверчиво скорчил рожу. - Так ты что, с надувной эльфийкой поссорился?

Торин и Малыш захохотали. Им было так смешно, что они чуть не сверзились со скалы.

Фолко злобно огляделся по сторонам и подскочил к умирающему от смеха Дурендилу.

- Вали отсюда, козел! - Фолко присовокупил к пожеланию удар ногой. Дурендил, приобретя неожиданное ускорение, с громким криком улетел в пропасть. Его крик разбудил прикорнувшего рядом Отона.

- Что, кто? Кто это был? - он подозрительно поглядел на хоббита.

- Кто это был? - А, этот? Так, горный козел, - нашелся Фолко. - Наверное, тот самый, который нагадил на меня, - нагло заявил хоббит.

Отон подозрительно покосился по сторонам, но ничего не обнаружил. Смерть подлого Дурендила была списана на штурм твердыни Черных гномов, хотя нашелся карлик, утверждавший, что Дурендил вместе с ним влез на привальную площадку. Времени разбираться у Отона не было, а карлик, проследовал вслед за Дурендилом - это Фолко, случайно оказавшись с ним в одной связке, отстегнул не тот карабин. Вопль карлика еще долго стоял в ушах у всех, а Отон громогласно пообещал хоббиту, что если еще кто-нибудь сорвется в пропасть, то он засунет свой волшебный талисман в задницу хоббита, и попросит кого-нибудь дунуть. Хоббит представил себе последствия подобного шага и невольно содрогнулся.

До самой вершины добралось только две трети отряда. Примерно треть отряда спустилась вниз с громкими воплями и со скоростью примерно в десятки раз, превышающую скорость подъема. Но Отон не унывал. Он подгонял отряд всевозможными ругательствами и собственной рукой сбросил в пропасть двоих хеггов, симулировавших, что у них от высоты кружится голова. И вот, наконец, поредевший отряд, высунув языки, стоял перед неприступной твердыней Черных Гномов. Над высоким (по меркам гномов) каменным частоколом возвышались четыре пулеметных вышки, с которых то и дело доносились голоса.

- А четыре, - донеслось с одной вышки.

- Ранил, - отвечали с другой.

- А пять, - вновь гундосили с первой вышки.

- Убил, - отвечали со второй.

- Хех, Гундос подбил четырехпалубный драккар, - донеслось с третьей вышки.

Отон мрачно обозревал окрестности. Ни единого деревца, ни единой травинки, ничего, ни пяди земли, ни единой травинки. Только каменный пологий склон и в центре вершина горы, обнесенная частоколом и пулеметными вышками. Самое интересное, что в частоколе не было видно дверей.

- Если дверь сотворили Гномы, то ее невозможно найти, - с гордостью заявил Торин. - А если они к тому же еще и Черные Гномы, то ее невозможно найти даже им самим.

Маленький гном согласно кивнул.

- Угу, так, скорее всего и произошло, - буркнул он.

Отон озадаченно почесал в затылке.

- Как же мы ворота штурмовать-то будем? - удивленно спросил он, но тут же поправился. - То есть, как вы придурки, ворота штурмовать-то будете? Жалко мне вас, но ничего не попишешь, - Отон притворно вздохнул и махнул рукой.

Хоббит и гномы обернулись. Их бывший отряд строился позади них в заградительные порядки. Лучники взяли стрелы на изготовку. В их глазах хоббит прочел нескрываемое злорадство и облегчение. Хоббиту сразу же подумалось, что не стоило ронять мыло в суп...

И тут хоббит вспомнил разговор с Саруманом. Не оглядываясь на смотревшие ему в спину наконечники стрел, он решительно пошел к частоколу. Торин и Малыш шагнули вслед за ним.

- Стойте, - донесся голос Отона. - Вождь приказал идти на штурм вчетвером.

- А кто этот самоубийца, что решится пойти вместе с нами? - удивился Торин.

- Я, - понурился Отон. - Не стоило так громко трубить тогда в рог. Вождь со своим отрядом был за сотню лиг к северу. Но и его зацепило это мерзкое и липкое волшебство. Так что теперь ни у вас, ни у меня нет выбора. Нам надо вступить в переговоры с этими Черными Гномами и попытаться захватить их крепость. На крайний случай, можно попытаться втянуть их в войну на нашей стороне.

Все с надеждой уставились на хоббита. Тот, понурившись, подошел к самому частоколу и, громко заорал:

- Ахумуразда калды чпонь", - его крик разнесся над вершиной. На пулеметных вышках перестали играть в "морской бой", и послышались звуки передергиваемых затворов. Хоббит, подгоняемый отчаянием заорал еще громче.

- Слушай, давай впустим их, а? - сказал кто-то на пулеметной вышке. - А то он так и будет орать "дяденька, я не ел шесть дней, впустите меня". К тому же, он знает эти слова на нашем тайном языке.

С ближайшей пулеметной вышки на землю полетела веревочная лестница. После недолгой заминки Фолко, гномы и Отон принялись карабкаться наверх.

- Это что еще за недомерок? - удивилась голова в каске, наставившая большое дуло пулемета на влезшего первым хоббита.

- Я гном, я гном, - заверещал хоббит, - Просто в детстве много болел. Его схватили за шкирку и собрались было вышвырнуть вниз, но тут хоббит вновь пронзительно заорал, вспомнив разговор с Саруманом, - Ауле бамбарбия киргуду, эльфыказлы! Его крик не остался незамеченным. Его тут же втащили обратно, где уже стояли гномы. А вот перед Отоном перерезали лестницу и тот с громким воплем полетел вниз.

- Людей не пускаем, - извиняющее проскрипел чей-то голос.

Хоббит поднял глаза и узрел четверку вооруженных до зубов гномов-негров в черных эсесовских мундирах со шмайсерами на шее. Дула шмайсеров неприятно смотрели на Фолко и его сотоварищей-гномов.

- Мы отведем вас к нашим владыкам, ибо ты, гном-лилипут, - кривой черный палец ткнул в сторону Фолко, - Осмелился произнести тайное слово черных гномов. Владыки разберутся, что вы за Джеймсы Бонды такие.

- Отпустите нас, ибо мы знакомы с самим Гэндальфом, - напыщенно заявил хоббит. Он нас послал со спецзаданием, Радагаст может подтвердить наши полномочия. Кстати, не хотите вступить в профсоюз борцов против Тьмы? - поинтересовался хоббит. - Бесплатные путевки в Мордор, скидки на приобретения недвижимости в районе Ородруина и право на беспошлинный провоз драконов в зоопарк?

Но Черные Гномы не приняли щедрых посулов хоббита. Его и Торина с Малышом ткнули в спину дулами автоматов, а потом завязали глаза и огрели по кумполу чем-то тупым и тяжелым. Наша троица отключилась.

Очнулись они в каких-то невообразимых казематах - каменных клетках. То что клетка на решетке камеры именно из камня, обнаружил первым еще Малыш, очнувшийся раньше всех и принявшийся канючить, что ему пора пожрать. Судя по всему, они в казематах были не одни. Длинный, уходящий в бесконечность коридор, по обе стороны которого, располагались уютные каменные клетки. Справедливости ради. Надо сказать, что, по-видимому, с преступностью у черных гномов дело обстояло на высоте - кроме нашей троицы в камерах находилось всего два обитателя. Первый из них, по виду помесь эльфа с взъерошенной куницей, регулярно, каждые полчаса вскакивал с каменного ложа и, дергая за каменные прутья решетки громко и пронзительно орал:

- Гномы казлы! - после чего совершенно спокойно расстегивал ширинку и подходил к писсуару.

- Часы можно сверять, - заметил Торин, подкручивая заводной каменный будильник, стоявший в камере на каменном столе.

Второй обитатель сих каменных трущоб был больше похож на помесь огромного орка с обезьяной. Размерами этот обитатель мог бы поспорить с Малышом. Он то и дело отжимался от пола, а в промежутках между этим занятием подходил к клетке и пытался ручищами расшатать каменные прутья клетки. Но то ли Черные гномы действительно немало преуспели в подземном строительстве, то ли обитатель камеры еще недостаточно был хорошо физически подготовлен, но клетка стояла нерушимо. После каждой неудачной попытки обезьяно-орк громко и обиженно вопил что-то утробное, а затем принимался отжиматься от пола заново, чтобы, нарастив еще мускулов, попытаться взломать прутья клетки.

Изучить все окружавшие казематы достопримечательности вроде протекающего по казематам ручейка, писсуаров, живописно сделанных в виде голов орков, и красивых каменных унитазов, вытесанных в виде головы дракона, нашим героям не удалось. В конце коридора заскрипела и открылась массивная каменная дверь. Четверо конвоиров с хмурыми лицами подошли к клетке с нашими героями, отомкнули ее и молча повели на выход.

- Гномы казлы!!! - донеслось напоследок из казематов.

Нашей троице вновь завязали глаза, а потом шандарахнули чем-то тяжелым и тупым по голове. В бесчувственном состоянии они пропутешествовали по всему царству Черных Гномов и очнулись только перед Тронным Залом Семи Королей, так гласила величественная надпись, выбитая над каменными створками огромных дверей.

Нельзя сказать, что наши смелые герои были довольны подобным обращением с собой. Отнюдь, Малыш то и дело подносил свой огромный кулак к носу то одного, то другого стражника, а Торин ругался последними словами и грозил, что если они еще раз стукнут его по голове, то он за себя не ручается. Единственным, кто молчал, был Фолко. Он предусмотрительно в камере надел на голову каску и скрыл ее капюшоном, так что находчивый хоббит, можно сказать, пострадал гораздо меньше других. Стражники забросили "шмайсеры" за спину и принялись с натугой открывать ворота в Тронный зал. Нехотя заскрипев, ворота раскрылись. Перед удивленными взорами Фолко и гномов предстало семь коридоров, ведущие куда-то вдаль.

- Прощай брат, Торин, - всхлипнул хоббит, которого сильная рука одного из провожатых швырнула в один из коридоров.

- Прощай брат хоббит, отозвался Торин, исчезая в другом коридоре.

- Пока-пока, я за вас отомщу, - пообещал Малыш, которого ткнули в третий коридор.

Спустя десять секунд все трое встретились в самом Тронном зале. Все коридоры вели туда. Наши герои обрадовались, словно не виделись полвека.

Тем временем, один из стражников запалил об свою подошву спичку и принялся зажигать светильники. Спустя несколько минут Фолко разглядел Семь величественных каменных Тронов, на которые, впрочем, видимо во избежание геморроя, были предусмотрительно положены мягкие подушечки в веселый горошек. Спустя еще минуту в зал из каких-то неприметных углов начали съезжаться автомобили, из которых вылезали черные как смоль гномы в черных очках. Все как один жевали жвачку и слушали в наушниках гномий рэп. К удивлению Фолко, все правители были очень молоды, моложе даже Маленького гнома.

Правители приветствовали друг друга каким-то странным ритуалом, жали друг другу руки, показывали друг другу кулаки, обнимались и обменивались ничего не значащими фразами типа "привет черный брат". Вскоре эта странная церемония приветствия завершилась и гномьи владыки расселись на свои места. Раздался неприличный звук. Покрасневшее черное лицо одного из правителей тут же сменилось гримасой негодования.

- Какая тлядь подложила мне эту фуйню, - гневно вопросил он, размахивая смешливым мешочком, испускающим неприличные звуки. Не найдя ответа он мрачно сплюнул в сторону наших героев, но к счастью не попал. Фолко подозрительно посмотрел на свои ноги, но удовлетворился тем, что плевок не долетел до него где-то два локтя.

Разговор начал гном, сидящий в самом центре. Над его троном была небрежно и залихватски выбита каменная надпись "босс".

- Типа приветствую вас и все такое, в этом нашем славном Зале и нашем славном королевстве. Я Вир, старший здесь. По левую руку от меня сидят Виагри, Педигри, Скальпис, Мотсогнир и его два братца Бивсигнир и Батхеддир. Последние двое здесь с правом совещательного голоса, ибо зелены еще, он кивнул в сторону двух крайних кресел, над которыми вился дымок. Приглядевшись, хоббит и гномы увидели юные обкуренные лица, закуривающих очередной косяк.

- Чего жевать-то, Вир, - пробубнил Виагри. - Они сказали заветное слово, значит, их надо послать учиться в этот, как его, подземный Оксфорд, тля его. Лет через пятьдесят из них выйдут толковые гномы, а не эти два ацстоя, что целыми днями забивают тут косяки.

- Какие пятьдесят лет, нах, - возмутился хоббит. - Нам некогда просиживать свои задницы, когда отечество в опасности. Мы должны спасти весь мир, иначе придет трындец, сажать травку будет некому, соответственно, косяки перестанут продавать, - последнюю фразу хитрый хоббит специально произнес погромче. Бивсигнир и Батхеддир беспокойно заерзали в своих креслах.

- Это че значит, над нашим миром возникла угроза, пельмень? - тонким визгливым голоском Бивсигнир обратился к Батхеддиру.

- Ты че, вонючка, уши компотом моешь, что ли, сказано тебе, чуваки мир спасают, типа надо им помочь, а то все Средиземье превратится в этот, как его, ацстой!

- Точно-точно, - захрюкал, завизжал Бивсигнир. - Ацстой это круто! А вот без косяков мне этот ацстой не нравится. Типа надо их отпустить, или типа того, я так думаю.

- Молодец, пельмень, - похвалил его Батхеддир. - Дело говоришь, надо бы их того, отпустить, а учебу зачесть типа экстерном, типа как нам с Бивсигниром. Круто будет!

Вир и остальные гномы-негры поморщились. Похоже, учеба экстерном и обучение в течение пятидесяти лет в подземном Оксфорде, по их мнению, все-таки было не одно и то же.

- Я поражаюсь наглости обитателей Верхнего мира, - степенно начал свою речь Мотсогнир. - Сначала надыбали хде-то, панимаешь, Секретное Слово, потом говорят "не хачу учиться, не буду, нах", небось, стырить че-нибудь хотят. - Вон у нас давеча, старушка какая-то в Ворота постучалась, стакан воды попросила, а потом, хвать, рояль пропал. Короче, - он рубанул ладонью по ручке трона, - Надо их повесить, а то совсем без роялей останемся.

- Да я, да мы, - взволнованно начал свою речь хоббит, доставая большую тетрадку, но его перебил Вир.

- Можешь не рассказывать свою длинную историю, мы все о ней знаем. Нам тут факс поступил из Валинора, от этого, как его, кизлодды, - увидев вопросительное выражение на лице хоббита, Вир пояснил, - Это мы Гэндальфа так называем. Немало он нашей кровушки попил, когда гостил тут. Мне тут вспоминается, что после его отъезда у нас пропало много чего, до сих пор не можем найти. А ведь все нажито было непосильным трудом, портсигар, золотой, импортный, пять штук, куртка кожаная с заклепками, пять штук, магнитофон отечественный марки "патефон" пять штук. Так что мы к пришельцам, мягко говоря, с предубеждением относимся. А ваш поход убить Олмера - безумие. Ну, убьете вы его, если получится, в чем я лично сомневаюсь, что вам это даст? Было много войн, к нам совался сам Саурон, спрашивал, нет ли у нас стульев на продажу, только мы его не пустили, а к нам лезть он не рискнул. Люди приходят и уходят, умрет Олмер, на его место встанет другой.

- Ну, как вы не поймете! Он же завоюет все Средиземье, в его руках наследие Саурона, недавно его подручный дунул в рог, так все мы, включая врагов в округе, обделались в штаны, как маленькие дети. А если он дунет громче, на все Средиземье?

Гномы подозрительно засопели.

- Так вот это чьих рук дело! - заорал доселе молчаливый Виагри, стукнув кулаком по подлокотнику. - А мы думали это опять проделки этого Кизлодды. - Дайте мне того придурка, который дунул в этот рог, я его в казематы и кормить только пургеном целую неделю. Он у меня год после этого кашлянуть бояться будет, - пригрозил он.

- Я бы с таких мерзавцев сразу бы скальп снял вместе с ушами, - заявил Скальпи, соглашаясь с Виагри. - И с этих тоже, сдается мне, они тоже к этому руку приложили.

- Я бы их отпустил, - промолвил вдруг Педигри. - Нам не понять их, к тому же, если они не вернутся, эти придурки начнут штурм нашей крепости, а этот подручный Олмера примется дудеть в свой рог. Мне надоело отмывать свой трон! Отпустим их и дело с концом.

- Я бы тоже их отпустил, - промолвил Вир. - Невелик шанс, но может быть тот, кто придет возглавить силы Тьмы после Олмера, по крайней мере, не будет использовать такие разрушительные силы, как этот рог. - А что скажешь ты Мотсогнир? Твое слово решающее, сейчас два против двух.

Мотсогнир недовольно засопел, словно бы обнюхивая свой трон.

- Давайте их отпустим, но с браслетами Ауле, - заявил он.

Все гномы, включая притихших Бивсигнира и Батхеддира, гадко заулыбались.

- Мы вас отпустим, но наденем на руку браслеты Ауле. Это древние амулеты, что-то типа детектора лжи. Короче, как только вы начнете рассказывать что-то, о чем увидели здесь, браслет самоликвидируется вместе с вами и теми, кто будет в радиусе десять метров. Так что, если захотите покончить жизнь самоубийством, только скажите что-нибудь такое, и войдете в историю героями. Кстати, браслеты можно настроить на определенную фразу, чтобы уж точно быть уверенными.

К нашим героям подскочили конвоиры и защелкнули на запястьях браслеты.

- Мостсогнир - дурак, - ответил Фолко, когда его спросили на какую фразу настроить браслет. Эхо гулко разнеслось по всему Тронному залу. Все гномы, за исключением самого Мотсогнира, громко захохотали. Тот насупился и пообещал хоббиту найти того после войны и повесить на рояле. А ножки для рояля, Мотсогнир пообещал удлинить.

- Ну что же, значит, хоть похороните с музыкой, - беспечно заявил хоббит, припомнив, что рояль то пропал. - К тому же, такому ценителю музыки, как я, - Фолко гордо задрал нос к потолку, лучше уж быть повешенным на рояле, чем слушать, как на нем играют такие руки, как, скажем, Мотсогнира.

Мотсогнир вновь засопел, тоже хотел сказать какую-нибудь гадость, но, так и не придумав, показал хоббиту на прощание жестом рук технологию повешения.

Хоббиту и гномам вновь завязали глаза, и огрели по голове колотушкой. Каска хоббита зазвенела, но выдержала. С него сорвали капюшон, каску и вновь огрели по голове.

- Гномы пархатые, если вы меня еще раз ударите, я вам по..., - с этими словами вырывающийся хоббит рухнул бесформенным кулем рядом с Торином и Малышом.

Очнулись они у стены от чувствительного падения с высоты. Судя по всему, их свесили на веревках, а потом, на полпути, перерезали веревку.

- Спасибо за гостеприимство, брат, - заорал Торин, и показал кулак пулеметной вышке.

- Не попадайся мне, ублюдок, - заорал Малыш, почесывая ушибленную задницу. - Я тебе твои ручонки туда засуну, откуда они выросли - в задницу.

Фолко очнулся позже других. Голова гудела, как будто ею играли в футбол. Первое, что он увидел, это было не лица друзей, нет. Это было лицо Отона. Их бравый командир, падая с высоты, похоже, сломал себе руку и ногу и теперь щеголял в гипсовых доспехах и на костыле.

 

 

Глава 13. Дом Высокого.

 

- Ну и метет же здесь, млять, - проворчал Торин, безуспешно пытаясь поплотнее закутаться в старый, видавший виды плащ Рогволда, который он выиграл в карты у хоббита. Вьюга свирепствовала вовсю, швыряя в спину крупные горсти жесткого снега, едва не загасив небольшой костерок, который им с трудом удавалось поддерживать. Торин обернулся и увидел, что снежки ему в спину бросала вовсе не вьюга, а его маленький пронырливый друг-хоббит.

- Вот бы пива сейчас, - мечтательно произнес Малыш гнусавым голосом. - Говорил я вам, надо было остаться у Черных гномов (негров). Говорят, они открыли секрет пива "черный гном" и теперь наслаждаются им. А мы в своих штольнях пьем орочье пиво, и света белого не видели. А все эти эльфы виноваты!

- А мы пойдем на север, а мы пойдем на север, - принялся подзуживать гномов Фолко. - Зато когда вернемся, не будет никого. Ни эльфов и ни Олмера, лишь косточки его, - радостно просипел простуженный Фолко.

- Малчать! Команды пейсдеть не было, - неожиданно в ухо хоббиту гаркнул Отон, как всегда подкравшийся незаметно. Его гипс размок из-за снега и поэтому он его снял, а костыли он сломал об голову заснувшего на привале дозорного орка. Как оказалось, никаких переломов Отон не получал, просто в преддверии доклада перед Вождем, хотел создать впечатление, что рисковал жизнью и пострадал за отечество. Как только пошел снег, и гипс намок, он отправился в пропасть, но на голове Отона теперь красовалась чалма из бинтов, щедро политая кровью орка-дозорного, чью голову Отон разбил костылем. Отон даже потребовал от хоббита сфотографировать его "полароидом" и отослал фотографию вождю, добавив, что, несмотря на предпринятые усилия, твердыню Черных Гномов взять не удалось.

Фолко грустно улыбался. Отону нравилась его придурковатая улыбка и он, ошибочно считая хоббита идиотом, третировал его меньше других. Фолко вспоминал декабрь в Шире и сравнивал нынешнее время года. То, что он видел вокруг, ему явно не нравилось. После безуспешной попытки взять твердыню Черных гномов штурмом, отряд спустился вниз. Спуск был гораздо быстрее подъема, но потерь вновь избежать не удалось. Несколько ангмарцев сорвались в пропасть, спустившись до половины горы. Еще один боец - последний оставшийся в живых мерзкий карлик по имени Шмырдл, неосторожно поскользнулся на кожуре банана на очередном привале и сорвался вниз. Фолко долго еще вслушивался в какофонию, которую издавал карлик, летя вниз, и виновато потупился. Фолко зажал банан еще месяц назад, съел его, а кожуру долго не выбрасывал. То времени не было, то не хотелось сорить в столь дивных, по мнению хоббита местах.

- Да, карлики, похоже, летать не умеют, - глубокомысленно заметил Малыш, проследив траекторию полета. Все неприязненно смотрели на хоббита, а тот делал вид, что скорбит со всеми об утрате еще одного бойца. Меньше всех скорбел Отон, заявивший, что сегодня день зарплаты, и что ее раздадут, когда все спустятся вниз, но подписаться надо прямо сейчас.

- А кто не подпишет прямо сейчас, тот кончит так же, как этот карлик, - пригрозил Отон. - Бананов у нас на всех хватит.







Последнее изменение этой страницы: 2016-09-20; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.93.74.227 (0.043 с.)