Спонтанный постгипнотический транс как критерий индуцированного гипнотического транса



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Спонтанный постгипнотический транс как критерий индуцированного гипнотического транса



Спонтанный постгипнотический транс представляет собой надежный индикатор истинности первоначального транса. Тщательное наблюдение часто показывает, что в спонтанном постгипнотическом трансе продолжаются модели поведения, отмеченные в первоначальном состоянии транса. Это видно из следующего примера. Во время одного-единственного гипнотического транса экспериментатор выдал большое количество не связанных между собой постгипнотических внушений, каждое из которых должно было быть выполнено позже, как отдельная задача в ответ на отдельный “ключ”. Во время транса состояние субъекта, находящегося в раппорте с двумя наблюдателями, изменялось командами, не зависящими от постгипнотических внушений. В течении спонтанного транса отмечались заметные изменения, возникшие при выполнении постгипнотических внушений: субъект, находясь в раппорте с экспериментатором, время от времени оказывался в раппорте то с одним, то с другим, то с обоими наблюдателями, то ни с однимиз них. Последующая проверка записи показала, что раппорт, проявляемый в каждом спонтанном постгипнотическом трансе, точно отражал состояние раппорта, существовавшего в то время, когда было дано отдельное постгипнотическое внушение. Очевидно, что это открытие имеет непосредственное отношение к вопросу о раппорте.

Дальнейшие исследования показали, что правильная словесная формулировка постгипнотических внушений может означать либо продолжение, либо отсутствие в спонтанном трансе общих моделей поведения, принадлежащих к первоначальному состоянию транса. Выяснилось, что постгипнотические внушения, содержащие прямой намек на поведение испытуемого в течение гипнотического сеанса, могут в дальнейшем препятствовать возникновению постгипнотического транса. Однако то же внушение, содержащее косвенные, но точно определенные во времени намеки, может способствовать продолжению первоначального поведения в трансе. Например, во время экспериментальной работы над этой проблемой оказалось, что следующая формулировка постгипнотического внушения: “Как только я звякну ключами, вы обязательно сделаете то-то и то-то” — часто служила поводом для продолжения в спонтанном постгипнотическом трансе тех же моделей поведения, которые наблюдались в первоначальном трансе. А слова: “Завтра или когда-нибудь еще, когда я звякну своими ключами, вы непременно сделаете то-то и то-то” — не могли вызвать у субъекта модели поведения первоначального транса (так как эта формулировка подразумевала возможные изменения в ситуации). Наблюдения показали, что поведение субъектов при выполнении действий, берущих начало в первоначальном трансе, в высшей степени индивидуально. Оно зависит от особенностей субъекта, а также от его непосредственного понимания ситуации, поэтому предсказать результат эксперимента очень трудно. Следовательно, очень важно тщательно подбирать формулировки внушений, и никогда не следует допускать того, чтобы понимание субъекта было идентично пониманию экспериментатора. Кроме того, недопустимо, чтобы идентичная формулировка давала одинаковое значение различных субъектов. Другими словами, “стандартизированный способ” подачи одинаковых внушений различным субъектам, описанный Пул-лом, нельзя считать контрольным методом (как сам он полагает) для выявления реакции того же типа и в такой же степени. Это просто способ демонстрации общих ограничений такого метода.

Другой тип индикаторов истинности первоначального транса — это невозможность выработать спонтанный транс у субъектов, которые, выполняя постгипнотическое внушение, страстно желали сотрудничать с гипнотизером, хотели верить в то, что находятся в трансе, и по разным причинам притворялись, что они в нем находятся. В прямом противоречии с ними находятся те относительно редкие субъекты, у которых действительно наступает глубокий гипнотический транс, но которые из-за индивидуальных особенностей отказываются поверить в то, что были загипнотизированы.

При исследованиях, направленных на обнаружение симуляции гипнотического поведения, именно отсутствие состояния транса при выполнении постгипнотических внушений имеет основное значение. Ни опыт, ни тренировка не могут обеспечить удовлетворительную симуляцию спонтанного состояния транса. Во многих случаях опытные ассистенты, которых умышленно не посвящали в то, что действия тех, за которыми они наблюдают, были намеренным притворством, заявляли потом, что выполнение постгипнотического акта было “неправильным”, “что-то там было неверным”, “у меня возникло чувство неловкости из-за того, как он это делал”. Но они не могли объяснить причину своих ощущений, потому что их собственная постгипнотическая амнезия исключала сознательное понимание событий. Короче говоря, оказалось, что спонтанный постгипнотический транс является замечательной мерой дифференциации реального транса и его симуляции, особенно в тех случаях, когда субъект обманывает самого себя, чрезмерно “сотрудничая”. Оказалось также, что спонтанный транс эффективно помогает правильно реагировать на гипнотическое состояние субъектам, которые не могут воспринять факт того, что их загипнотизировали, по чисто личным причинам. Кроме того, его можно использовать для демонстрации индивидуальности реакций, которые возникают в контролируемых условиях.

Использование спонтанного постгипнотического транса как специального метода гипноза

Очень важное значение имеет применение спонтанного постгипнотического транса как особого экспериментального и терапевтического метода. Этот метод помогает устранить трудности, связанные с поведением при пробуждении, закреплением новых состояний транса, обучением субъектов погружаться в более глубокий транс.

В качестве примера приведем отчет об одном эксперименте.

У пятилетней девочки, которая никогда не была в состоянии гипнотического транса, проводился первый сеанс гипнотерапии.Ее посадили на стул, а потом гипнотерапевт сказал ей несколько раз: “засыпай” и “спи крепко”. В это время она держала в руках свою любимую куклу. До тех пор, пока девочка не заснула, она не получала никаких других внушений. Потом ей было сказано (как постгипнотическое внушение), что как-нибудь еще, в другой раз, гипнотерапевт спросит ее о кукле, и при этом она должна 1) положить ее в кресло, 2) сесть рядом с ней и 3) подождать, когда она заснет. После нескольких повторений этих инструкций девочке приказали проснуться и продолжить свою игру. Эта трехкратная форма постгипнотического внушения использовалась потому, что следование этому внушению постепенно приводит к достаточно статичной ситуации для субъекта. В частности, последний пункт этой программы поведения требует бесконечно длинной и пассивной формы реакции, которая лучше всего достигается с помощью продления спонтанного постгипнотического транса.

Несколько дней спустя гипнотизер встретился с девочкой в то время, когда она играла, и как бы невзначай задал какой-то вопрос о кукле. Взяв куклу из кроватки, она с гордостью показала ее, а потом объяснила, что кукла устала и хочет спать, положила ее в нужное кресло и спокойно уселась рядом, наблюдая за куклой. Вскоре по внешнему виду малышки стало заметно, что она находится в состоянии транса, хотя ее глаза по-прежнему оставались открытыми. На вопрос, что она делает, девочка ответила: “Жду”, — и кивнула головой в знак согласия, когда ей настойчиво приказали: “Оставайся в том же положении и продолжай ждать”. В этом случае систематическое исследование, при котором тщательно избегали прибегать к каким-то мерам, которые могли вызывать чисто ответное проявление реакций на определенное, но непреднамеренное гипнотическое внушение, привело к обнаружению самых разнообразных явлений, типичных для обычного индуцированного транса.

Каталепсия

Девочку спросили, может ли она увидеть новую игрушку, которую гипнотерапевт приготовил для нее. В отличие от обычного поведения в такой ситуации, которое характеризовалось возбужденной реакцией, она просто кивнула головой и пассивно ждала, когда гипнотерапевт доставал для нее новую игрушку (большую куклу). Девочка счастливо улыбнулась, когда увидела куклу, но не сделала никаких усилий, чтобы дотронуться до нее. Когда девочку спросили, хочет ли она подержать куклу в руках, она кивнула головой в знак согласия, но опять же не сделала ни одной попытки взять игрушку в руки. Куклу положили ей на колени, а потом гипнотерапевт помог ей уложить куклу на правую руку, но таким образом, что рука оказалась в явно неудобном положении. Ребенок не делал никаких попыток изменить положение своей руки, а просто с радостью смотрел на новую куклу.

Пока девочка была занята этим, гипнотерапевт заметил, что на одной ее туфле развязался шнурок, и спросил, можно ли ему завязать шнурок. Она снова кивнула головой, и гипнотерапевт осторожно приподнял ее ногу за шнурки, так, чтобы ему легче было выполнить задачу. Когда он отпустил ее ступню, нога осталась в неудобном, приподнятом положении.

Потом девочку спросили, не хочет ли она положить куклу в кроватку. В ответ она лишь утвердительно кивнула головой. Через несколько минут ее снова спросили, не хотелось бы ей .сейчас сделать это. Она снова кивнула головой, но по-прежнему продолжала ждать соответствующих инструкций. Тогда гипнотерапевт сказал: “Ну, давай!”, — взяв в руки книгу, будто собираясь читать. Девочка среагировала на это несколькими напрасными попытками подняться с кресла; у нее была каталепсия, проявляющаяся в виде сохранения неудобного положения, в котором она держала куклу, и поднятия ноги, что помешало ей изменить позу, чтобы подняться. Ее спросили, почему она не положила куклу в кроватку, и она просто ответила: “Не могу”. Когда девочку спросили, нужна ли ей помощь, она кивнула головой, а гипнотерапевт наклонился и поставил ее ногу на пол. Взяв девочку за левую руку, он легонько потянул ее на себя, чтобы она смогла встать: ее рука так и осталась вытянутой, когда он отпустил ее. Она сразу же прошла к кроватке, но беспомощно стояла там, явно не в состоянии двинуть ни правой, ни левой рукой. Тогда гипнотерапевт сказал ей, чтобы она положила куклу в кроватку. По этой определенной команде каталепсия рук исчезла, и девочка смогла выполнить требуемое действие.



Последнее изменение этой страницы: 2016-09-05; просмотров: 94; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.144.55.253 (0.015 с.)