ТОП 10:

Внешняя политика. Геополитика и геоэкономика.



Турбокапитализм и глобализация

 

Согласно Эдварду Люттваку, геоэкономика как практика появилась благодаря пересечению интересов двух социальных или профессиональных групп: крупного бизнеса, заинтересованного в экспансии на международные рынки, и новой генерации бюрократов, стремящихся делать карьеру в качестве бойцов в новых формах геополитического противостояния (в геоэкономике). Интересы крупного устоявшегося бизнеса и новых компаний, стремящихся к быстрому росту (или хотя бы к его демонстрации), достаточно понятны и очевидны[146]. Но к этому стоит добавить еще несколько комментариев, посвященных освещению тех возможностей, которые были предоставлены бизнесу развитием турбокапитализма.

Снятие или снижение государственного контроля с многих областей финансовой деятельности позволило финансовым системам западных стран производить быструю концентрацию капитала и осуществлять не менее быстрые его вложения в широкий спектр коммерческих проектов. Но для успешной работы этого механизма было необходимо наличие

реальных перспективных (или хотя бы правдоподобных) проектов и, кроме того, требовалось продемонстрировать максимально широкие горизонты для их потенциального роста. Символом новой экономики стали высокотехнологичные виды бизнеса: компьютеры, телекоммуникация, интернет, биотехнологии и др., а широкие горизонты для его развития должна была предоставить экспансия на новые рынки. Но никакой широкой и интенсивной экспансии на новые рынки не могло произойти, если бы не были сняты излишние нормы регулирования не только национальной, но и международной экономики. Для этих целей была запущена программа «глобализации». Таким образом, зараженная предельно либеральными идеями бюрократия западных стран, будучи заинтересованной в демонстрации быстрого эффекта от своих нововведений — быстрого роста экономической активности, стала работать на предоставление бизнесу максимально удобных условий для развития и экспансии.

Грубо говоря, геоэкономика — это деятельность государства по расчистке пространства для роста своей национальной экономики и поддержки экспансии национального бизнеса на международные рынки. Глобализация, с одной стороны, предполагает, так же как и турбокапитализм, ослабление роли государства в экономике (и каждого конкретного государства, и всех государств в целом) и открытие международного пространства для экономической экспансии бизнеса геоэкономически активных стран. Но, с другой стороны, глобализация подразумевает и обратное — увеличение активности бюрократии, тех государств, которые имеют геоэкономические амбиции, и в этом смысле — предельно жесткое навязывание своей воли и своих идей всем участникам международной экономикой системы. Для реализации программы глобализации требовалось активное вмешательство геоэкономически активных государств и в сферу регулирования международной экономики, и в механизмы организации экономической жизни многих стран.

В теоретических построениях Люттвака всегда можно выделить естественный и искусственный планы в описаниях исследуемого им процесса, события, ситуации или объекта. Турбокапитализм — это процесс, зародившийся на геополитических просторах нашей планеты благодаря естественному развитию капитализма, но в то же время — он приобрел те формы и направления развития, которые имеет сегодня, благодаря организационным и нормативным действиям властных элит ведущих западных государств. Механизм, придавший процессу развития турбокапитализма ту скорость, позволил набрать то ускорение, которые Эдвард Люттвак смог выявить к моменту выхода в свет его книги, а мы можем наблюдать сейчас, был запущен властными элитами англосаксонских

стран еще в конце 70-х — начале 80-х годов[147] (в основном США и Великобританией).

Очевидно, что в какой-то момент властные элиты США и Великобритании смогли увидеть не только внутриэкономические (оказывающие влияние на экономику отдельной страны), но и внешнеэкономические проявления этого запущенного ими и набирающего темпы процесса. Оказалось, что организационной и финансовой мощности двух крупных держав хватило для того, чтобы придать развитию всей мировой экономики нужную им логику и форму. Банковская и финансовая системы Англии и Америки и ранее были крупнейшими в мире, но запущенный благодаря этим странам процесс турбокапитализма позволил им набрать еще больший вес. Остальным же странам осталось лишь добровольно войти в этот процесс либо просто быть втянутыми в него не по своей воле и часто — без понимания сути происходящих событий.

В 1998[148] году Люттвак на страницах своей книги отмечает пагубные последствия турбокапитализма, но очевидно, что его оппоненты видят в этом процессе скорее позитивные моменты и готовы и дальше стимулировать его развитие. Однако уже начиная с середины 90-х бурное течение турбокапитализма начинает содрогаться от некоторой турбулентности из-за серии азиатских кризисов. В 2000 году происходит обвал на рынках, связанных с телекоммуникационным бизнесом: производство высокотехнологичных продуктов и услуг, для оказания которых эти продукты необходимы[149]. А ведь этот бизнес являлся одной из тех сфер, в которые втягивались освобожденные от государственного контроля — концентрирующиеся и ускоряющиеся в обращении — финансы. И только начавшийся в 2008 год/и продолжающийся в наши дни экономический кризис заставил западные страны всерьез задуматься над проблемой государственного регулирования экономики и вернуться к рассмотрению идеи «контролируемого капитализма».

Итак, для понимания тех проблем, которые Люттвак обсуждал в течение 90-х годов, имеет смысл взять на вооружение три термина: «глобализация», «турбокапитализм» и «геоэкономика». Два последних поня

тия были введены в обиход современной геополитики непосредственно самим автором. «Глобализация» указывает на сферу, пространство, в котором разворачивается действие, и она предполагает расчистку этого пространства; «турбокапитализм» — указывает на процесс, который разворачивается в этом пространстве; а «геоэкономика» — это та практика, которая способна управлять подобными процессами: менять их интенсивность и направление. Можно сказать, что держатели этой новой практики — геоэкономически активные государства — используют и турбокапитализм, и глобализацию в качестве оружия реализации своих целей.

Можно предположить, что те схемы экономической экспансии, которые Люттвак описывает на страницах своей книги, объединяя термином «турбокапитализм», организаторы и менеджеры этого процесса начали осознанно использовать еще в конце 80-х — начале 90-х. А крушение Советского Союза расширило границы для возможной экспансии и высвободило огромные кадровые, организационные и финансовые ресурсы, которые ранее были задействованы в противостоянии «империи зала», благодаря чему турбокапитализм смог развиваться еще стремительнее. Однако подтверждение или опровержение этих предположений выходит за рамки данной статьи, так как Эдвард Люттвак об этом не писал, хотя если следовать логике его рассуждений, содержащейся в изданных им книгах и статьях, то такое продолжение развития его мыслей кажется вполне возможным.

Исторически случилось так, что прежде чем выявить этот базовый процесс, стягивающий на себя все происходящие на международной арене события, деформирующий и логику международных отношений, и развитие мировой экономики, Люттвак указал на основных субъектов действия, управляющих этим процессом, и на логику их поведения. «Турбокапитализм» вышел в свет в 1998 году, а о геоэкономике и геоэкономически активной бюрократии западных стран Эдвард Люттвак сообщил миру еще в 1990-м (статья «От геополитики к геоэкономике: Логика конфликта, грамматика коммерции») и в 1993-м (книга «Угроза американской мечте»)[150].

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-09-05; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.228.10.17 (0.007 с.)