ТОП 10:

Стреляют ли украинцы в магазинах?



При въезде в любой лагерь или на территорию перевалочной базы коалиционных сил, как и при входе во всевозможные заведения, обязательно висит плакат с надписью на всевозможных языках: «Разряди оружие!». Однако, интересный факт, при входе в магазин «РХ», который наши неизменно именуют «пиэксом», (американский вариант нашего «Военторга», которые есть в любом лагере, независимо от контингента) в «Дельте» такая надпись – только на украинском языке. Вроде как американцы знают, что в магазин нельзя входить с винтовкой с патроном в патроннике (при неосторожном движении это может означать «незапрограммированный» выстрел), а наши ребятишки там изредка постреливают. Хотя сами американские продавщицы из «РХ» свидетельствуют, что таковых случаев вроде как не замечалось.

Посещение «пиэкса» – одно из немногочисленных развлечений для военного в Ираке. Кайф даже не в том, чтобы что-то купить (украинцы начинают массово закупаться перед отправкой домой, сувениры ведь везти надо), а в самом процессе разглядывания товара. Здесь продают все, начиная от элементов военной формы, видеокамер и ноутбуков, футболок и биноклей, и заканчивая чипсами и кока-колой.

Продажу продуктов наши не понимают. Ведь то же самое можно совершенно бесплатно взять в столовой в неограниченном количестве. Видя, как американцы покупают фанту по полтора доллара за банку, наш майор говорит мне: «Блин, надо возле выхода свой ларек поставить, и продавать фанту из столовой этим лохам по доллару. То-то деньги пойдут!»

Только для американцев

Цены в «пиэксе» на бытовую технику – телевизоры, фотоаппараты, ноутбуки – такие же, как в Киеве. Много сувениров – керамические тарелки с пальмами и надписями «Iraq», статуэтки арабов и верблюдов. Но, что интересно, все это – преимущественно китайского производства. Иракская экономика нынче простаивает, и ниши на рынке занимают другие. Даже коврики для салята (намаза, мусульманской молитвы) – из Саудовской Аравии.

Считается обязательным увезти домой американскую армейскую футболку с надписью «ARMY» на груди. Но вот незадача: продавцы-американцы строго проинструктированы, и ничего, касающегося военной формы или эмблем, знаков различия, чужакам не продают, объясняя: «Только для американских военных!». Впрочем, наши умудряются уговаривать девушек-негритосок, и кто откажет украинскому бравому парню?!

Однако во время «уговоров» все же можно попасть в неприятную ситуацию. Понятно, что вдали от родины и лишенные общения со слабым полом, наши ребята остро реагируют на присутствие женщин. А их, надо сказать, тут немало: украинок в контингенте раз-два и обчелся, однако на территории «Дельты» стоит рота американцев, а там чуть ли не каждый пятый военный носит косички. Плюс, опять таки, дамы из «пиэкса». Однако все прекрасно знают грустную историю любви молодого поляка к американке Бетти, работавшей в магазине в «Дельте». Юноша довольно активно флиртовал с этой белокурой тетей, и та вроде как благосклонно принимала его ухаживание. Однако однажды поляк попытался обнять Бетти. Та без долгих размышлений пожаловалась командованию. Итог для неудачливого любовника – штраф в 6 тысяч «зеленых» за сексуальные домогательства. Вот такая любовная трагедия в стиле Шекспира.

Местная коммерция

Также на территории «Дельты» торгуют арабы, в собственном магазинчике. Здесь тоже разнообразие товаров но, как уже отмечалось, отнюдь не иракского производства. В отличие от американского «пиэкса» – много холодного оружия: ножи выживания, кинжалы, штык-ножи, вплоть до шашек и сабель. Без проблем можно купить даже самурайский меч, хотя как это японское оружие попадает сюда - загадка. Причем все очень доступно, хороший нож стоит до 15 долларов. Однако покупать оружие особого смысла нет, через границу в Украину с ним все равно не пропустят.

Цены у арабов намного ниже, чем у американцев, причем они всегда запрашивают за товар в среднем на четверть больше суммы, за которую готовы его продать, потому никогда нельзя первичную цену считать реальной. Иракцы вовсю продают и бытовую технику, причем она в среднем в три раза дешевле, чем в «РХ». Но есть один нюанс. Арабы своей способностью «накалывать» при торговле известны издавна, и тут отнюдь не собираются падать в грязь лицом. Однажды наши ребята купили у этих товарищей партию из шести телевизоров, из которых, как потом выяснилось, работали только два.

Арабы чутко реагируют на спрос. Большая проблема найти один из главных сувениров, заказываемых друзьями в Украине – денежные купюры времен Саддама Хусейна, с изображением оного. Если верить местным, после победы коалиции почти все деньги с его портретом сожгли. Однако найти их можно. Правда, то, что предлагают здесь иностранным военным - в основном всего лишь качественные цветные ксерокопии.

Можно найти и монеты, которые ходили в стране лишь до войны. Сейчас в Ираке в обороте монет нет, тут гиперинфляция, знакомая нам по середине 90-х годов, нынешние иракские динары идут по курсу к доллару приблизительно 1500 к 1, и наименьшая денежная единица – купюра в 50 динаров. Однако арабы могут вам продать, выдавая за свои, и ливанские, и египетские монеты, так что неспециалист может легко обмануться.

Бывает и круче. Один наш офицер, нумизмат, искал у арабов древние монеты Месопотамии. Поняв, что он ищет, араб предложил ему монету неизвестного происхождения с датой «1963». Наш спросил: «И это – древний раритет?». «Да, - подтвердил араб, - это очень древняя монета, а дата указывает на год до нашей эры!». Офицеру оставалось только воспринять это как шутку. Зато в следующий раз ему предложили монету с древним вавилонским царем. Она оказалась… металлическим советским рублем с Лениным!

Стираем сами

Что касается повседневного быта, особую роль играет стирка – при здешнем климате форму, пропитывающуюся потом под бронежилетом за считанные минуты, надо стирать ежедневно. В лагере «Дельта», как и во всех остальных, есть прачечная, но туда обращаются лишь новички, да и те, как правило, не больше одного раза. Пока в прачечных работали малазийцы и филиппинцы, все было нормально. Но затем их везде заменили персоналом из местных, иракцев – ребят, в большинстве своем не отличающихся особым усердием и трудолюбием. После этого главной проблемой для военного, сдавшего сюда форму, стало различить, когда эта форма была грязнее – до стирки или после.

В общем, лучше постирать самому, чем экспериментировать. Поляки в Вавилоне сделали просто: рядом с прачечной поставили палатку со стиральными машинами-автоматами, и кто хочет, обслуживает себя сам. Наши в основном стирают в душевой. Зато есть огромный плюс: форма на здешнем солнышке высыхает (проверено с секундомером в руке) всего за двадцать минут!

В лагерях на каждом шагу – биотуалеты. Даже возле дальнего поста наблюдения обязательно будет стоять характерная будка. Причем уборка и дезинфекция проводится регулярно: здесь намного чище, чем в аналогичном платном «заведении» в центре Киева. Однако, как оказывается, далеко не все наши ребята умеют ими пользоваться. Довелось слышать слова офицера, проводящего (это не шутка!) инструкторско-методическое занятие с личным составом по пользованию биотуалетом. «Сбоку от унитаза находится умывальник, - совершенно серьезно говорил он, - И не надо думать, что это пепельница, когда вы здесь расслабляетесь с сигаретой в зубах!».

«Украинский араб»

С Сашей Холявой я знаком еще с курсантской скамьи – вместе учились в военном училище. Этот хлопец с Винитчины смуглый от рождения, и еще в училище имел множество прозвищ на почве своей «неславянской» внешности, хотя контраргументом всегда выдвигал свою «гоголевскую» фамилию (если помните, в «Вие» есть персонаж Холява). Судьба свела нас с майором Холявой в Ираке.

…В Ан-Нумании нашу колонну, прибывшую в центр подготовки иракских силовиков, встречает местный начальник полиции ІР. Когда из БТР выходит Саша, приветливая улыбка на лице полицейского сменяется изумлением. Он спрашивает, тыча пальцем в майора:

- Араб?

Нет, убеждают его наши, это наш миротворец.

- Араб! – уже утверждает иракец, не сводя с Саши квадратных от удивления глаз.

- Да нет же, - опять объясняют наши, - Юкрейниан.

- А! – хлопает себя по лбу «догадавшийся» полицейский, - Юкрейниан араб!…

Хотя настоящие арабы в нашем контингенте все же есть. Еще с 5-й бригадой ВС Украины, пришедшей сюда первой, в провинцию Васит приехал Абуд Хамид Хадыр, который и сейчас работает вместе с нашими военными. Урожденный иракец, он служил в армии Хусейна, и дослужился до генеральского (!) звания. Потом попал в опалу и в конце концов стал беженцем, покинув родную страну, попав после скитаний в Киев и приняв несколько лет назад украинское гражданство. Сейчас он по договору с нашим Минобороны является служащим Вооруженных сил Украины.

Надо отдать должное военному руководству: присутствие в нашем контингенте человека, досконально знающего менталитет и традиции местных жителей, очень помогло в становлении украинцев в Ираке. По свидетельству ребят из 5-й омбр, именно Абуд позволил решить множество проблем без кровопролития, когда украинцы и иракцы просто не могли найти общий язык. И сейчас этот в общем-то немногословный пожилой человек играет большую роль в нахождении взаимопонимания с шейхами.

Уже сами методы его общения с местными лидерами общин (сплошь и рядом старейшины тут играют более важную роль, чем представители государственной власти) коренным образом отличаются от принятых у нас. Наши «деловые люди» ценят время на вес золота, при переговорах выигрывает тот, кто говорит лишь по сути. На Востоке все не так. Приезжая у шейху для решения какого-либо вопроса или решения проблемы, иракец, пусть и на службе коалиционных сил, никогда не будет «пороть горячку». Нормальный разговор занимает два-три часа с обязательным чаепитием, причем речь идет исключительно на нейтральные темы - о погоде, урожае и пр., и лишь последние пять минут встречи посвящаются непосредственно решению проблемы. Тут только с таким подходом можно достигнуть успеха. Традиции все же надо уважать.

Внимание – женщина!

Но далеко не все моменты относительно местных обычаев можно учесть, готовя контингент для Ирака в Украине. Как мы уже замечали, в составе коалиционных сил немало женщин, особенно среди американцев, есть они и в украинском контингенте. Про отношение же мусульман к женщинам общеизвестно. Солдаты и офицеры в юбках в основном не особенно общаются с местными. Но у тех, кому это предписано кругом служебных обязанностей, могут возникнуть проблемы.

Так, на одних из переговоров украинского командования с местными лидерами от наших переводчиком выставили женщину-военнослужащую. И шейх поначалу полностью игнорировал монологи украинки в его адрес (еще бы, на столь важной встрече – и общаться с женщиной?!). Больших усилий стоило его убедить, что другого выхода, как общаться с ее помощью, попросту нет: из украинской делегации больше никто не владеет арабским языком.

Вообще интересно наблюдать на улицах иракских городов, как впереди идет глава семейства в «арафатке», а за ним «по ранжиру» – строй жен. Тут все перевернуто с ног на голову, если сравнивать с нашей жизнью. Парень до 24 лет (времени, когда пора жениться) за мужчину не считается, он – основная рабочая сила в семье. А вот девочки до замужества ничего по хозяйству не делают – еще не пришло время. Зато после свадьбы, а выходят замуж здесь в 14 лет, девушка становится бессловесным «рабочим» созданием. Зато женатый мужчина может расслабиться и становится в основном руководителем.

От местных традиций у наших далеко не всегда остаются благоприятные впечатления.

Видел, какими глазами смотрели на проезжающих арабов через блокпост на трассе Басра-Багдад наши ребята из 7-й бригады, впервые заступившие сюда на службу. Для наших является шоком картина, когда в просторной кабине «пикапа» сидит лишь папа-водитель да его малолетний сынок. А в грязном открытом кузове (если бы иракцы разводили свиней, то по количеству грязи можно было бы решить, что тут обычно возят именно их) под палящим солнышком едут не менее малолетние дочки с мамашей. «Разве можно так с девочками?!» – вопрошает наш юный боец, и в голосе его горечь.

Листовки для безграмотных

Никто не пользуется таким авторитетом в нашем контингенте, как разведчики. Разведка – это вовремя выявленные замаскированные минометные позиции боевиков, с которых готовятся удары по «Дельте» (а значит, сбереженные жизни наших ребят). Это горы изъятого оружия и боеприпасов, задержанные и переданные местным силовикам террористы. Это ребята, которые неслышно уходят в ночь прочесывать просторы провинции Васит, и возвращающиеся через несколько часов или дней.

Но есть и другой способ не только выявить угрозы на ранних стадиях, но и упредить, нейтрализовать их, главным образом через создание позитивного имиджа украинцев в глазах иракцев. Начальник структуры по работе с местным населением 6-й омбр полковник Вячеслав Гусаров рассказывает мне:

- Наша работа направлена на все слои населения. Прежде всего в зоне внимания лидеры политических светских и религиозных партий и движений, организаций, представители учебных заведений (в первую очередь – университета в Аль-Куте), руководство государственных структур. За время пребывания контингента в Ираке создан неплохой банк данных на партии и их лидеров с оценками степени влияния на ситуацию в провинции. Исходя из этого, можно работать с каждым в отдельности, поддерживать контакты, получать информацию о морально-психологической обстановке в регионе и прогнозировать ее изменения.

Сегодня в Ираке среди политических партий на первом месте – коммунистическая. В свое время «привезенный» из СССР коммунизм хотя долгое время и пребывал в немилости у Хусейна и его партии Баас, выжил и сегодня весьма процветает. Из религиозных течений лидируют Высший совет исламской революции и Корпус Бадр. Именно с ними в первую очередь и работают наши специалисты. Но мало иметь в «друзьях» местных лидеров, необходимо рассказать местному населению про то, кто такие украинцы и объяснить цель их пребывания в этой стране. Тут огромную роль играют материалы, подготовленные журналистами известных каналов «Аль-Джазира» и «Аль-Арабия», местного телеканала и радиостанции «На-грейни» (переводится как «Две реки» и принадлежащие упомянутому Корпусу Бадр), аль-кутского радио «Аль-Кут» и газеты «Васит Алям» («Эхо Васита»). И, надо сказать, местное население на сегодня знает об Украине и украинцах довольно многое, что в итоге порождает хорошее отношение к нашим ребятам.

А вот с листовками поначалу получился прокол. Подготовленные по всем правилам нашей агитации, они, как оказалось, здесь не имели смысла, поскольку содержали лишь текст, пусть и на арабском языке. Печатные воззвания были непонятны местным, абсолютное большинство из которых попросту неграмотно. Пришлось срочно все переделывать. Нынешние листовки, распространяемые в провинции Васит, красочны, эдакие комиксы – картинки, на которых изображены украинские военные, помогающие раненым, раздающие гуманитарную помощь и т.д. Такие листовки понимают все.

Дорога на Вавилон

Быть в Ираке и не побывать в Вавилоне – то же самое, что посетить Париж и не увидеть Эйфелеву башню. Хотя далеко не всем нашим ребятам выпадает такое счастье: для этого надо либо быть одним из двух десятков украинских офицеров, работающих в штабе многонациональной дивизии «Центр-Юг», расположенном на территории базового лагеря «Альфа» в этом городе, либо попасть в состав конвоя, которые сюда приезжают из украинской «Дельты».

Конвои в Ираке – это жизнь для коалиционных сил, это продовольствие и боеприпасы, оружие и техника, а во время ротации это еще – долгожданная замена и первый шаг по дороге домой, в Украину.

…Выезд конвоя на Вавилон, к лагерю «Альфа», происходит под утро. В принципе, не существует четких расписаний движения конвоев, дабы «али бабы» (боевики) не могли их вычислять. Но в основном передвижения все же происходят в дневное время. Перед выездом маршрут движения тщательно проверяется разведчиками, и только перед нашим выездом ими было выявлено два фугаса. Боевики, заминировав дороги, явно нас ждали.

Ремонт в дороге

Дорога через Ан-Нуманию и Сканию в Вавилон, честно говоря, для искушенного глаза ничем неинтересна. Все те же арабские невзрачные глинобитные хижины, скудная растительность на глинистой почве, лишь изредка попадаются рощи чахлых финиковых пальм. У многочисленных мелких луж-озер толпятся арабские женщины. Ногами и инструментами, похожими на наши тяпки, они сгребают в кучу ил. Это – соленые озера, не пересыхающие даже в сильную жару. И верхний слой ила – сплошная соль, идущая в пищу. В небольших селениях – мечети, облупившиеся дома и традиционные для этих мест цветные изображения-портреты мусульманских имамов на каменных плитах возле дороги.

Здесь они заменяют более привычные для нас памятники.

Хотя памятники все же есть и в этих местах. При въезде в Вавилон стоит огромная статуя царя Хаммурапи. Протянутой рукой он указывает на город, чем-то слегка напоминая наши монументальные скульптуры времен СССР.

Название Вавилон, который шумеры называли Кадингирра, произошло от слова «бабилу» – «врата бога» на аккадском языке (аккадцы - общее название таких народов Двуречья, как вавилоняне и ассирийцы). Первое упоминание о нем встречается в «Легенде о Саргоне» 2369 г до н.э. Захватывался хеттами и касситами, дважды был разгромлен ассирийскими царями, а с 732 г до н.э. входил в состав Ассирийской державы. В 689 г до н.э. в наказание за мятеж был полностью разрушен ассирийским царем Синахерибом, но через девять лет отстроен заново.

А еще через 300 лет его захватил Александр Македонский. Вавилон на заре цивилизации был крупнейшим политическим, культурным и хозяйственным центром всей Передней Азии, сохранив свое значение до 2 века нашей эры, то есть на протяжении более четырех тысяч лет.







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.94.129.211 (0.01 с.)