КАК РЕАЛИЗАЦИЯ «ВОЛИ К ВЛАСТИ» 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

КАК РЕАЛИЗАЦИЯ «ВОЛИ К ВЛАСТИ»



 

Кумир поверженный —

все бог.

М.Ю. Лермонтов

 

Каждый знает, как часто у него возникает желание, чтобы какой-то человек совершил определенный поступок. Например, вы хотите, чтобы ваш прекрасно подготовленный сын (брат) стал студентом МГУ.Как вы можете добиться этого результата, т.е. реализации вашего внутреннего желания? Только двумя способами: вы можете его заставить по­ступать в МГУ, и вы можете его убедить в целесообразности для него самого учиться в МГУ. Никакой третьей возможности не существует. (Он может, правда, сам захотеть учиться в МГУ, но в этом случае вооб­ще не возникает мотивации ваших действий, так как это уже не зависит от вас.)

Заставить человека помимо его воли можно, воздействуя на два мощных стимула, которые изначально присущи его сознанию. Первый стимул — страх, второй — корысть. Вы можете человека испугать — тогда он совершит нечто в соответствии с вашей волей, и вы можете его подкупить — он сделает то, что вы хотите, поскольку ему это станет выгодно.

Начнем с категории "подкупить". Категория "подкупить" не все­гда носит собственно материальный характер, т.е. подкупить означает не только передать материальные ценности (дорогостоящие предметы, денежные знаки и т.п.). Человека можно подкупить гораздо более изыс­канным способом, а именно, поместить его в такую социальную среду и дать ему в этой среде такое положение, которое для него важно, пре­стижно, желанно и выгодно, т.е. его можно подкупить положением в обществе. В зависимости от ситуации используют и то и другое. Бытует точка зрения, что не существует людей, которых нельзя было бы подку­пить, существует лишь недостаточная цена, что доказывается очень мно­гими фактами из жизни конкретных людей. Трудно с уверенностью дек­ларировать полную достоверность этого тезиса. Но он часто бывает справедлив, особенно если распространяется не на самого человека, а на кого-то, очень близко с ним связанного, например на его ребенка. Существует понятие "корысти для себя" и "корысти в отношении свое­го ребенка". Философские категории "Я" и "Дитя" выступают как два аргумента функции "корысть". Ребенок есть физическое и духовное про­должение человека в вечности, и поэтому мы связаны со своими детьми специальными, эксклюзивными отношениями. Очень часто то, что не столь важно для человека самого, приобретает особую значимость в его мировосприятии, если это касается его ребенка. Исходя из этого, часто воздействуют на корысть, связанную с социальным положением не самого человека, а его ребенка: заставляют совершить какой-то по­ступок и при этом обещают устроить ребенка (уже подросшего обычно) в "хорошее место". Часто можно найти уязвимое звено если не в самом человеке, то в его семье (под уязвимостью здесь понимается нечто край­не желанное), на котором можно сыграть. Потребность в достижении внутренней психологической цели может привести к тому, что человек будет делать то, чего делать никогда не собирался и не хотел. При этом, людей нередко заставляют нарушать внутренние нравственные правила и кодекс чести. Само желание поступка, совершаемого другим че­ловеком, соотносимо с философской категорией, получившей широкую известность в связи с работами немецкого философа Ф. Ницше, — "во­лей к власти". У Ницше "воля к власти" понимается как "принцип ис­толкования космической жизни". В стремлении к высшему осуществле­нию "воли к власти" Ницше ставит этические задачи человеку, поста­вившему себя "по ту сторону добра и зла", своею властью творящему себе закон и в железной дисциплине подчиняющему себя этому самосоз­данному закону.

Однако категория "воли к власти" имеет (например, в работах А. Адлера) и психоаналитическое толкование, как один из глобаль­ных, наравне с либидо, мотивов совершаемых человеком поступков. Когда З. Фрейд писал о сексуальном влечении (либидо) как о един­ственном стимуле всего человеческого поведения (речевого, в частно­сти), он в известной мере абсолютизировал эту категорию. Последу­ющее развитие теории психоанализа показало отсутствие универсаль­ности либидо в качестве мотивации. У человека есть и другой мощ­нейший стимул — "воля к власти", который реализуется в последую­щем поведении людей ничуть не реже, чем скрытое или очевидное (т.е. сознательное или бессознательное) восприятие мира с позиции своего пола и потребность в сексуальном воздействии на мир. Важно под­черкнуть, что "воля к власти", как и либидо, генетически присуща каждому человеку, а вовсе не отдельным личностям (тиранам, злоде­ям и т.п.). Через волю к власти реализуется его назначение как наместника Бога на Земле, но одновременно и наместника дьявола, наместника высшей силы, для которой характерно давить и порабощать, т.е. воздействовать силовым, властным способом на мир. И люди дей­ствительно любят подчинять себе окружающий мир, в который состав­ной частью входят другие люди. Существуют поступки, которые не мотивированы ничем, кроме желания утвердить себя среди других людей. По крайней мере никак иначе они объяснимы быть не могут. (Волю к власти не следует путать с потребностью в авторитете, завое­вание которого не связано с силовым воздействием.) В особых случа­ях, связанных, как правило, с психическим заболеванием, человек убивает только для того, чтобы доказать свой приоритет над други­ми людьми, свою силу над ними. Это действительно случаи патологи­ческие, но они являются развитием (в значительной мере — естествен­ным) врожденной потребности человека во власти над другими людь­ми. Воля к власти есть внутренняя, более глубинная мотивация, чем императив или убеждение, что может быть показано на схеме (см. ниже). Категории "убедить" и "заставить" суть производные от "воли к власти".

Итак, заставить можно через корысть и заставить можно через страх. Как заставляют совершать поступки через страх, специально рассматривать не надо, потому что существует такое понятие, как "инстинкт самосохранения", и воздействуя на этот инстинкт, вызы­вая чувство страха за сохранение своей собственной плоти или плоти своего ребенка (здесь также фигурирует философский дуализм "Я" и "Дитя"), человека, вообще говоря, можно заставить сделать почти все или просто — все[7].

Невозможно, конечно, спрогнозировать поведение конкретного человека в условиях, когда истязают его ребенка или начинают истязать его самого. Однако представляется разумным предположить, что в этой ситуации человек сделает все, что от него потребуют. Воздействие на страх смерти — очень убедительный аргумент! Конечно, бывают слу­чаи, когда человек вопреки прямой угрозе насилия, направленной на него, делает то, что он считает нужным, а не поддается воле другого человека. Эти случаи существуют. Но ведь невозможно проанализи­ровать, в какой мере само ощущение страха было адекватным угрозе или заниженным, что свойственно некоторым людям, и может быть срав­нимо с заниженным порогом восприятия физиологической боли. Часто на фоне страха у человека появляется ощущение: "А может быть, вык­ручусь..." Конечно, люди значительно отличаются друг от друга: не­которые боязливы и осторожны, чувство страха руководит ими посто­янно. Для других же гораздо важнее собственное "я". Чувство чести является их главным стимулом. И это в высшей степени достойно. Тра­гическая гибель молодого журналиста Д. Холодова, о которой недав­но так много говорили и писали, в известной мере доказывает эту мысль. Его запугивали давно, так как он добивался получения информации, владеть которой опасно для жизни. Тем не менее, преодолевая врожден­ное чувство страха, он профессионально и настойчиво делал свою ра­боту и писал то, что считал нужным, не поддаваясь воле других людей, несмотря на шантаж с их стороны. Но никто, кроме самого Холодова, не был допущен к его сознанию, никто не был внутри сознания. И по­этому невозможно с уверенностью утверждать, что Холодов искренне не надеялся переиграть своих противников и не преуменьшал опаснос­ти. Еще никто не научился мерить страх, и неизвестно, научится ли это­му человечество когда-нибудь. Поэтому разумно утверждать, что при условии адекватной работы инстинкта самосохранения в предельных, экстремальных ситуациях человек не выдерживает силового давления, это не в его силах. Императивная категория является очень жесткой, поэтому человеку, во-первых, следует научиться понимать, когда его пытаются заставить что-либо сделать (часто для этого используются изысканные речевые приемы), а во-вторых, следует самому по возмож­ности воздержаться от подобного воздействия на людей.

Речевое императивное воздействие распространено в любой тоталитарной системе, потому что такая система сама базируется на страхе. Категория корысти тоже является базой для строительства человечес­ких отношений в тоталитарном обществе. Людей пугают и одновремен­но покупают, с ними работают в соответствии с русской поговоркой "кнутом и пряником". (Эта поговорка, как и многие другие, отражает психологическое состояние людей в условиях определенного взаимодей­ствия.) Отечественная история, по крайней мере XXвека, знала перио­ды, когда превалировал страх, и периоды, когда превалировал подкуп. В этой ситуации огромное количество людей были только полем реали­зации воли к власти конкретного человека или конкретной группы лю­дей. Причем если говорить о сталинском периоде, то положение ослож­нено было тем, что носителем этой категории было существо в психи­ческом отношении безусловно патологическое, в котором само чувство власти носило пограничный (как говорят в психиатрии) характер, т.е. было значительно смещено по отношению к норме. Тем страшнее то, что происходило в СССР на протяжении четверти века! Таким обра­зом, в сталинское время реализация воли к власти происходила преиму­щественно через страх, а, скажем, в брежневское время — в основном через корысть (и только частично — через страх): огромное количество людей играло по навязанным правилам, совершая бессмысленные, а иногда и преступные действия, взамен получая госдачи, персональные машины, номенклатурные должности, пайки и пр. Вся иерархическая государственная структура была основана на мелком и крупном подку­пе, и каждый пытался занять такое место, которое не столько определя­лось его внутренней потребностью в человеческой самореализации, сколько давало ему перечисленные льготы в условиях, когда он мог, вообще говоря, ничего полезного не делая, много иметь. Эта абсурд­ная система, которая не ведет к реализации внутреннего эмоциональ­ного и интеллектуального потенциала народа и каждого отдельного человека, и была тем обществом, в котором мы жили, бессмысленнос­тью своего бытия "приближая светлое будущее человечества", и реф­лексы которого перед нами сегодня.

Следует подчеркнуть, что базовая психологическая категория "воля к власти" не подлежит характеристике с позиции хорошо-плохо, она неопределяема в этих терминах. То, что присуще человеку изначаль­но, не может быть оценено по шкале лучше-хуже, это просто существует, не придет же в голову оценивать человека с точки зрения его тела и говорить о том, хорошо это или плохо иметь одну шею или два глаза, т.е. оценивать физическую структуру носителя разума на этой пла­нете. Точно так же неконструктивно говорить, хорошо или плохо на­личие либидо или воли к власти у человека, как некоторых специаль­ных присущих ему характеристик. А вот реализация этих внутрен­них мотивационных категорий действительно подлежит нравствен­ной оценке. И если эта нравственная оценка в императиве, как сказа­но выше, носит негативный характер, т.е. категория "заставить" рас­сматривается как отрицательная форма человеческой деятельности (ее результат достигается через подавление чужой воли), то убеждение признается осмысленным, разумным и позитивным актом (это воздей­ствие на свободную волю другого).

ВОЛЯ К ВЛАСТИ

 

Рационализм Инстинкт самосохранения

 

Страх Корысть

       
   


Убеждение Императив

 

Что значит реализация воли к власти через убеждение? Представь­те, что вам нужно, чтобы какой-то человек совершил некоторый по­ступок. Убеждение — это успешное интеллектуальное воздействие на сознание этого человека, в результате которого он сам приходит к мне­нию, что поступок, который вы от него требуете, необходим. Если в императиве он действует помимо своей воли, то убеждением вы его волю формируете, т.е. совершаете нечто, в значительной мере более изысканное и хитрое, чем воздействие на страх и корысть. Вы произ­носите такую речь, что (возвращаясь к начальному примеру) ваш сын начинает сам считать, что ему необходимо учиться в МГУ. Дальше он уже действует в соответствии со своей волей и реализует свои соб­ственные желания. (Выражаясь откровеннее, он действует в соответ­ствии с вашей волей, считая при этом, что действует в соответствии со своей.) Этого можно добиться только убеждением.

Категория "заставить" несовместима с понятием "думать" (см. выше), но человек есть существо мыслящее, homo sapiens, для которо­го естественным является воздействие на рациональную, логическую, а не силовую природу сознания. И поэтому, безусловно, основной формой речевой коммуникации является убеждение одних людей дру­гими: в необходимости что-то сделать, в адекватности своего миро­воззрения, в правоте своих идей и т.д. Мы все время пытаемся друг друга в чем-то убедить, сие есть норма.

Проблема заключается в том, что, постоянно пытаясь что-то дока­зать друг другу, мы, как правило, делать этого не умеем. Для того что­бы научить человека убеждать других, надо научить его чисто интел­лектуальному, логическому приоритету над мыслящими, умными и при этом интеллектуально сопротивляющимися его идеям людьми. Эта за­дача — тяжелейшая, поэтому рассмотрению этой проблемы посвящена значительная часть данной работы (Часть III. "Замысел речи"). Человеческий интеллект по своей природе стремится в известной мере к самосохранению. Он стремится, с одной стороны, и к движению, и к изменению через это движение, но, с другой стороны, — к определенно­му status quo и статичности. Это — чисто диалектическое противоре­чие. Конечно, интеллект пытается закрепиться в том состоянии, в ко­тором он находится. Это означает, что если у вас есть некоторая сис­тема убеждений, то ваш интеллект будет постоянно внутренне дока­зывать ее состоятельность. Когда в коммуникацию с вами входит дру­гой интеллект, с другой системой убеждений, ваш интеллект на на­чальном этапе сопротивляется тому, который навязывается извне. Это естественный процесс для человеческого интеллекта — сопротивлять­ся чужой идее: противоположной, смежной, новой для него. Человек сформировал систему взглядов, у него есть внутренняя аргументация в ее защиту, и тут появляется другой, который хочет изменить эту си­стему взглядов, нарушить ее и вместо нее внедрить какую-то другую, свою собственную. Конечно, интеллект сопротивляется. И только пре­одолев это сопротивление, можно говорить о том, что человек готов к восприятию ваших мыслей. Он еще не убежден вами, но он на пути к убеждению. Вам часто удавалось кого-нибудь в чем-нибудь убедить? Безусловно, крайне редко. А ведь каждый, кому нечасто удавалось это сделать, собственную волю к власти, "божественную" ее ветвь (в отличие от "дьявольской" ветви, ведущей к категории "заставить"), еще не начал реализовывать. Каждый человек, который не научился переубеждать других, в интеллектуальном отношении не начал по-настоящему жить, потому что он свою, одну из самых сильных (а мо­жет быть, и самую сильную), внутреннюю психологическую установ­ку не научился реализовывать должным образом.

Каков механизм убеждения? Что нужно сделать, чтобы убедить другого? Человек (Ч1)имеет систему взглядов (С1). Человек (Ч2)имеет систему взглядов (С2). Вы хотите свою систему взглядов (или взгляд на определенную проблему) перенести в сознание другого человека. Сначала следует набрать значительное, а точнее — достаточное ко­личество аргументов 1 …, An),которые бы доказали несостоятель­ность точки зрения вашего речевого оппонента. Это называется вы­теснением. Вы вытесняете из его сознания ту систему взглядов, кото­рая там была. После того, как вытеснение произошло, в мозгу вашего речевого оппонента образуется вакуум. В этот момент вы можете при­ступить к тому, чтобы заполнить его своей системой убеждений по­средством новой системы аргументов (An1, ..., An1). Этот второй этап и вторая процедура называются замещением. Вы замещаете уже пусту­ющее место в сознании другого человека своей концепцией. Это и на­зывается — убедить. Без специальной подготовки люди редко умеют это делать. Они еще могут найти аргументы в защиту своей точки зрения, но почти никогда не разрушают сначала точку зрения друго­го человека (безотносительно к своей).

Следует понять, что вытеснение и замещение — две совершенно разные процедуры, они могут быть выстроены только последователь­но и не могут реализовываться одновременно. И та, и другая проце­дуры в принципе базируются на одном методе, связанном с аргумен­тацией. Как уже было сказано, сначала набираются аргументы, раз­бивающие точку зрения оппонента, а потом набираются совсем дру­гие аргументы, которые доказывают правоту вашей точки зрения. Например, если вам предлагают вместе провести отпуск в Сочи, а вы хотите съездить в Арабские Эмираты, то сначала следует доказать, что отдых в Сочи — сплошная мука (вытеснение). Если вам это уда­лось, обычно возникает недоуменный вопрос (иногда молчаливый): "Ну а если не в Сочи, то куда?" С этого момента следует приступить ко второй процедуре — доказать, что лучшего места для отдыха, чем Арабские Эмираты, нет (замещение).

Понятно, что обе процедуры, связанные с аргументацией, крайне сложны. Однако существуют некоторые приемы и возможности, помогающие их осуществлению. (См. Часть III. "Замысел речи".) Таким способом человеку можно доказать любой тезис: частично смещенный, смежный, схожий и даже — противоположный.

Конечно, заставить человека, как правило, значительно легче, чем убедить. Поэтому люди преимущественно реализуют волю к власти че­рез насилие, что понятно, так как это проще. Убедить несравнимо труд­нее, но убеждение имеет значительное преимущество перед императивом. По приказу человек слушает вас только до той поры, пока осу­ществляется воздействие на страх или корысть. Как только вы пере­стаете его пугать или подкупать, он освобождается из-под вашего влияния, и собственную волю вы уже не в силах на него распростра­нить. Силовое воздействие — всегда временное. Убеждение же есть власть над умами, и эта категория — постоянная. Если вы сделали собственные мысли частью сознания другого человека, он живет с ними как со своими собственными, нередко всю жизнь, находясь тем самым под постоянным вашим влиянием. И даже если в силу определенных неблагоприятных обстоятельств ваш авторитет в его глазах пошат­нется, справедливой останется известная истина: "Так храм оставленный — все храм, кумир поверженный — все бог!"

Глава 9





Последнее изменение этой страницы: 2016-07-14; просмотров: 99; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 52.23.219.12 (0.011 с.)