Глава 18. Великобритания. Кардифф. Ралли Уэльса



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Глава 18. Великобритания. Кардифф. Ралли Уэльса



 

 

«И плавится асфальт, протекторы кипят,

Под ложечкой сосёт от близости развязки.

Я голой грудью рву натянутый канат.

Я жив! Снимите черные повязки!»

 

В.С. Высоцкий. «Горизонт»

 

Только тот, кто сражался за нечто очень важное. Только тот, кто знает, какова она — цена победы. Тот, кому доподлинно известно, каков он — горький вкус поражения. Кто умеет собирать себя накануне финального боя до хрустальной прозрачности сознания, бритвенной остроты реакций, ледяной ярости эмоций. Кто умеет чувствовать в себе звенящую упругость стрелы под умелыми пальцами, нетерпеливую энергию пули в пока еще холодном стволе оружия. Только тот может понять, что чувствовал Кайл Падрон накануне старта ралли Уэльса.

 

— Кайл, ты сможешь.

— Смогу. Вопрос в том — сделаю ли…

— Кайл…

— Макс, не лечи меня. Я все знаю.

— Ну, тогда не буду тебе ничего говорить. Отдохни как следует.

— Конечно.

— Кайл?

— Что?

— Не пей. Не надо.

Падрон усмехается. Репутация у него, однако… Впрочем, сам заработал.

— Чай можно?

— Не злись. Я же переживаю…

— Не дергайся. Я все понимаю. Все, ушел. До завтра.

Не пей… Даже и мыслей таких не возникало. Ни алкоголя, ни девок, уже пару месяцев, если не больше. Как отрезало. Сам себя не узнавал.

 

— Ну что, готов?

— Нет. Но старт из-за этого не отменят.

Поймал себя на парадоксальной мысли: ей он может признаться во всем — и в том, что боится, и в том, что волнуется. Она поймет, ей можно сказать все. Ну, или почти все.

Ник протягивает руку, сжимает его ладонь. Его обычно горячие пальцы сегодня холодны.

— Не дрейфь, чемпион, прорвемся. Давай, пожми мне руку на удачу.

— На удачу? — переспрашивает он. Качает головой. — Сегодня этого мало для удачи.

— Ничего другого нет.

— Есть, — решение импульсивное, он и не думает его анализировать. Стремительно перегибается к ней через рычаг ручного тормоза и целует в губы, коротким и крепким поцелуем. Успевает поймать ее теплый потрясенный выдох. Отстраняется, не пряча взгляда, смотрит в ее широко распахнутые. — Вот это называется — на большую удачу. А она нам сегодня понадобится.

Дальше все происходит в молчании. Перчатки, подшлемники, шлемы, ремни.

Ник резко выдыхает. Выбросить все из головы. Потом, это все потом. Сейчас главное — гонка. Гладит большими пальцами листы бумаги на коленях. Только слова. Только рев мотора. Только летящая в лицо лента дороги.

Не думать больше ни о чем. Предельная концентрация — только так можно победить. Никогда она не желала победы так, как сейчас. И не только для себя. Еще сильнее — для того, кто был этого более чем достоин.

 

Быстрые и гладкие спецучастки южного Уэльса были созданы для таких стремительных гонщиков, как Кайл. Если бы не одно «но». Близость моря, вечная влажность, туманный, мать его, Альбион! Как следствие — безумно скользко. А вокруг — лес! И страх, выползший из омута воспоминаний о совсем недавней страшной аварии, мешал ему. Весь первый день он боролся с ним и со скользкой, как будто намыленной, дорогой. Выжал из себя все. Но по итогам первого дня они лишь вторые. Неплохо, но первый — Уолберг!

 

— Кайл!

— Ник, не надо!

— Не надо что?

— Не надо меня утешать! — он огрызается, но устал безумно и расстроен.

Ник пожимает плечами.

— И не собиралась.

Он вздыхает. И что он, в самом деле? Это же Николь. Перед ней можно не притворяться.

— У меня не получится. Я сегодня выдал все, что мог. Лучше я не смогу, Ник.

— Ты сделал достаточно.

— Мы вторые!

— Зато день первый!

— И что изменится завтра?

Ник улыбается, хотя ей его нестерпимо жаль. Но не дай Бог дать ему это почувствовать. Его гордость этого не переживет.

— Кайл, ну ты чего? Давай, не раскисай! Мозги включи! Лесные участки кончились. Завтра будем гонять по вересковым полям.

— И что?

— В-первых, там не так фатально скользко. А во-вторых…

— Что — во-вторых?

— Во вторых, на завтра по прогнозу ожидается сильный туман.

— Вот повезло — так повезло! — невесело вздыхает Кайл.

Ник усмехается.

— Не представляешь себе — насколько. В тумане, друг мой, у кого «легенда» более правильно составлена — тот и будет на первом месте. А уж по стенограмме я штурмана Уолберга сделаю, — она звонко щелкает пальцами. — В легкую! На раз! Я же суперштурман, не так ли?

Кайл улыбается. Слабо и неуверенно, но все-таки. А Ник продолжает:

— Выше нос, il mio generale! (ит. Мой генерал, прим. автора. )

Теперь он даже смеется.

— У тебя ужасное произношение!

— Не переживай, завтра я буду говорить по-английски!

Она все-таки заразила его своей уверенностью.

 

— Я тебя вчера поцеловал перед стартом.

— Я помню, — торопливо и, одновременно, неуверенно.

— Не помогло.

— Угу. Не совсем.

— Значит, сегодня ты меня целуешь. Может, так сработает?

— Кайл, не дури! — она начинает нервничать. Будто мало того, что вот-вот гонка начнется!

— Давай, штурман! Есть такое слово — «надо».

— Ты…

— Надо!

Черт его подери! Наверное, не стоит с ним спорить. Нет более суеверных существ, чем гонщики. Если он это вбил в голову…

Не давая себе возможности передумать и струсить, повторяет его вчерашний маневр. Перегнулась, быстро и невесомо коснулась его губ. Испуганно отпрянула, оглушенная собственным мгновенно ударившим гулким набатом сердцем. На него рискнула посмотреть только искоса.

Кайл на нее тоже не смотрит. Кивает, глядя прямо перед собой.

— Ладно, для первого раза достаточно. Поехали. И да пошлет нам Господь туман!

 

Но сначала были «участки для Микки-Мауса» — простейшие, не представлявшие никакой сложности асфальтовые спецучастки. Нелюбимые гонщиками, они были весьма популярны среди зрителей, а самое главное — влияли на результат. Временами гонка на них больше походила на лотерею.

Покончив с «асфальтовым адом», который в этот раз не внес существенных перемен в расположение гонщиков в промежуточной турнирной таблице, экипажи наконец-то полноценно ринулись в бой.

Погода начала портиться, и с каждой минутой смеркалось все больше и больше. Ехать приходилось в полном сумраке, подкрепленном плотном туманом.

 

После первого спецучастка:

— Черт! Реально сложно! В паре секций я ни хрена не видел!

— Все нормально. Я контролирую ситуацию. Поедем по приборам. Верь мне.

— Хорошо, прибор. Как скажешь. Верю.

 

В густом, хоть ложкой ешь, тумане они все-таки смогли прорваться на первое место. С микроскопическим выигрышем в семь десятых секунды.

 

— Я же тебе говорила! Мы первые!

— Условно. Меньше секунды — это не отрыв.

— Значит, будем отрываться.

Кайл хмурит брови. А потом, резко и уверенно:

— Будем!

 

На следующий день утреннюю секцию они тоже выиграли. Хотя у Ник скребли на душе кошки — организаторы «порадовали» гонщиков весьма жестким трамплином. Трамплин оказался коварным, и многие экипажи там повредили свои автомобили. Они же — погнули радиатор, но машина пока держалась.

Сходы следовали за сходами, у кого-то случались проблемы с двигателем. Ник не знала, что им делать — поберечь машину или валить «на все деньги». По итогам дневной секции их с Уолбегом разделило одна и восемь десятых секунды.

 

— Рискнем?

— Конечно.

— А если машина не выдержит?

— Не думай об этом, Кайл. Не время для этого. Ставим все на победу.

 

Говорят, риск — благородное дело. Говорят, везет сильнейшим. Много что говорят те, кто не знает, каково это — когда развязка близка, когда время растягивается и каждая секунда становится золотой.

Оба экипажа, претендовавшие на лидерство, показывали весь день почти одинаковый темп. Интрига, да не просто интрига — судьба чемпионского титула! — держалась до последнего.

И он все-таки не выдержал этого напряжения. В одном из поворотов последнего «допа» Уолберг совершил досадную ошибку, разрушив тем самым свой шанс на чемпионский титул. Кайлу осталось лишь спокойно доехать до финиша, ибо для остальных он был недосягаем.

Оказывается, когда выигрываешь, первое чувство, которое испытываешь — опустошение. Вот и все. Ты это сделал.

 

Команда кипела, бурлила, клокотала. Море радостных лиц, крики, кто-то терзает трубу, кто-то лупит в барабан. Нестройным хором распевают на месте сочиненный гимн победы, прославляющий «Субару», Кайла и Ник. Ни рифмы, ни ритма, но зато много энтузиазма. Ник смотрит на это все со смесью восторга, веселья и страха. Страха — потому что лицезрит картину всекомандного ликования с высоты более двух метров. После отпустившего ее нервного напряжения она из машины буквально выпала — и прямо на руки Оливье Кеснелю, старшему механику команды. Здоровенный, с фигурой штангиста и прозвищем «Профессор», он мигом подхватил ее, и Ник, не успев даже пискнуть, оказалась на его плечах, а земля вдруг — невозможно далеко. Оттуда же смотрела на хохочущего Кайла, который переходил из руки в руки. Всем хотелось обнять чемпиона. ИХ чемпиона!

Кайл оборачивается, ищет взглядом Ник. Изумленно распахивает глаза, обнаружив ее на плечах у Оливье. Посылает ей воздушный поцелуй и кричит, пытаясь пересилить творящийся вокруг гвалт:

— Эй, Профессор! Смотри, не урони моего штурмана! Это самое ценное, что у меня есть!

 

Вечеринка по случаю победы затянулась до утра. Сэр Макс арендовал особняк, и празднующая команда едва не разнесла его вдребезги. Там было все: и море выпивки на любой вкус, и ломившиеся от закусок столы. Были музыканты какой-то модной британской группы. Им сэр Макс в свое время немного помог в продвижении к вершинам музыкального Олимпа, и сейчас они с удовольствием выступили на празднике. Впрочем, Кайл и их вовлек в командную попойку, о музыке они вскоре забыли, а инструменты были растащены любителями помузицировать из числа сотрудников «Мак-Коски», особенно жадных до искусства. Жалобные звуки терзаемых инструментов периодически вплетались в общую «симфонию веселья» до тех пор, пока музыканты не отобрали их у «похитителей», сообразив, чего им потом будет стоить заново настроить свои сокровища после такого «домашнего музицирования»

Ближе к двум часам ночи Ник поняла, что еще чуть-чуть — и она упадет с ног и заснет где-нибудь в ближайшем углу. Сил совсем не осталось — сказывалось нервное напряжение. А восполнять запас сил с помощью горячительных напитков совсем не хотелось. Дежурный бокал шампанского, с которым она проходила весь вечер, был, скорее, атрибутом праздника, не более.

А вот Кайл, в отличие от нее, выпивал со всеми желающими. По наблюдениям Ник, эта доза спиртного уже должна была свалить и слона, но Кайл пока держался на ногах, хотя и не совсем уверенно. Периодически отлавливал Ник в толпе, обнимал ее за плечи и громогласно объявлял всем и каждому, что это — его штурман, самый лучший на свете штурман.

Терпение Ник лопнуло, когда солист приглашенной группы, тоже изрядно навеселе, окончательно запутавшись, сказал Кайлу, что у него очень красивая девушка, имея в виду Николь. В ответ Кайл расхохотался, в очередной раз притиснув ее к себе за плечи.

— Нейл, она не моя девушка! Она мой штурман!

— Теперь это так называют?

— Чудак ты, — качает головой Кайл. — Это гораздо круче! Девушек у меня много, а штурман — один!

А затем они вдруг решили, что должны спеть для Ник. Нейл откуда-то все ж добыл гитару, Кайл ему подпевал. У него оказался очень приятный голос, который не портило даже то, что Кайл безбожно фальшивил и забывал через одно слова.

Все это было бы очень мило, если бы не одно «но». Она устала, слишком устала, чтобы по достоинству оценить такое внимание к себе. И больше всего в этом вечере ее раздражало одно: когда произносили тост — «За лучшего штурмана в истории ралли!». И когда Кайл вопил: «Люди, знайте: у меня супер-штурман!». Признание собственного профессионализма вдруг стало давить тяжелым камнем, висящим на шее.

А в голове крутился вопрос: «Что лучше: быть единственным супер-штурманом Кайла Падрона или одной из его девушек?».

Ник морщится. Быть «одной из» — это определенно не для нее. Но быть только супер-штурманом… Оказывается, это не так уж здорово, как она считала раньше.

Она незаметно покидает развеселый особняк. В гостиницу, спать. А потом, после того, как выспится и отдохнет, она упакует свои немногочисленные вещи и улетит в Буэнос-Айрес, к дяде Эту. Он уже звонил, поздравил ее с победой. Скучает, ждет. Единственный, кто по ней скучает. Кто ее ждет.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-29; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.175.107.77 (0.012 с.)