ТОП 10:

Non Coronabitur, Nisi Legitime Certaverit.



 

«Без справедливой борьбы нет победы», – пронеслось в голове.

 

Слева стояли двое – Грумер и утренняя блондинка.

Он оглянулся на Рейчел и прошептал:

– Она здесь. Грумер говорит с ней.

– Тебе слышно? – прошептала Рейчел ему на ухо.

Катлер покачал головой, затем указал налево. Узкий коридор впереди мог привести их поближе к месту, где стояли те двое, а тяжелая бархатная драпировка до пола послужит достаточным прикрытием. Маленькая деревянная лестница поднималась в дальнем углу, ведя к хорам. Он заключил, что занавешенный проход, возможно, использовался псаломщиками, которые служили мессу. Они на цыпочках прошли вперед. Еще одна прорезь позволила им подсматривать. Грумер и женщина стояли около алтаря.

Пол и Рейчел теперь были примерно в двадцати ярдах от Грумера и женщины, их шепот можно было расслышать в гулкой пустоте.

 

Сюзанна зло смотрела на Альфреда Грумера, который принял в разговоре с ней удивительно грубый тон.

– Что случилось сегодня на раскопках? – спросил Грумер по-английски.

– Появился один из моих коллег и проявил нетерпение.

– Вы привлекаете слишком много внимания к ситуации.

Ей не нравился тон немца.

– Это не в моей воле. Мне пришлось разбираться с ситуацией в том виде, в каком она была.

– У вас есть деньги для меня?

– У вас есть информация?

– Герр Катлер нашел на площадке бумажник. На нем имеется дата: тысяча девятьсот пятьдесят первый год. В пещеру вторгались после войны. Разве это не то, что вы хотели?

– Где этот бумажник?

– Я не смог достать его. Возможно, завтра.

– А письма Борисова?

– У меня нет возможности забрать их. После того что случилось сегодня днем, все на краю пропасти.

– Две неудачи, и вы хотите пять миллионов евро?

– Вам нужна была информация по площадке и по датам. Я предоставил ее. Я также стер следы на песке.

– Это была ваша инициатива. Способ поднять цену за ваши услуги. На самом деле у меня нет уверенности в том, что вы сказали правду.

– Давайте поговорим о том, что есть на самом деле, Маргарита. На самом деле это касается Янтарной комнаты, правильно?

Она не ответила.

– Три тяжелых немецких грузовика, пустые. Замурованная подземная пещера. Пять тел, все были убиты выстрелами в голову. Даты с тысяча девятьсот пятьдесят первого по тысяча девятьсот пятьдесят пятый. Это пещера, где Гитлер прятал комнату, и кто-то ограбил ее. Я предполагаю, что этот кто-то был вашим нанимателем. Иначе зачем все это беспокойство?

– Это спекуляции, герр доктор.

– Вы и глазом не моргнули, когда я стал настаивать на пяти миллионах евро. – Грумер говорил самодовольным тоном, который нравился ей все меньше и меньше.

– Что-нибудь еще? – спросила она.

– Если я правильно помню, в тысяча девятьсот шестидесятых была распространена очень популярная история о том, что Иосиф Лоринг сотрудничал с нацистами. Но после войны ему удалось объединиться с чехословацкими коммунистами. Хороший фокус. Его фабрики и литейные заводы, я полагаю, были мощными стимулами для длительной дружбы. Говорили, что Лоринг нашел тайник Гитлера с Янтарной комнатой. Местные жители этого района клялись, что Лоринг несколько раз приезжал с рабочими и тайком вел раскопки на рудниках, прежде чем правительство взяло все под свой контроль. В одном из них, как я представляю, он нашел янтарные панели и флорентийскую мозаику. Не в нашей ли пещере, Маргарита?

– Герр доктор, я не признаю и не отрицаю ничего из того, что вы говорите, поскольку этот урок истории действительно имеет некоторое очарование. Что с Вейлендом Маккоем? Он закончил свое предприятие?

– Он намеревается прокопать другое отверстие, но он ничего там не найдет. Вы ведь уже знаете это, не так ли? Я бы сказал, что раскопки завершены. Вы принесли деньги, о которых мы говорили?

Она устала от Грумера. Лоринг был прав. Он жадный ублюдок. Еще одно бесполезное звено, которое требовало немедленного внимания.

– Ваши деньги у меня, герр Грумер.

Она полезла в карман куртки и обхватила пальцами ствол «сойера», глушитель был уже навинчен на короткое дуло. Внезапно что-то просвистело мимо ее левого плеча и ударило Грумера в грудь. Немец задохнулся, наклонился назад, а затем осел на пол. В тусклом свете алтаря она заметила нефритовую бледно-лиловую рукоятку с аметистовым украшением.

Кристиан Кнолль спрыгнул с хоров на каменный пол нефа, в его руке был пистолет. Она достала собственное оружие и нырнула за подиум, полагаясь на толстый ореховый настил.

Через некоторое время она рискнула выглянуть из-за своего укрытия.

Кнолль выстрелил, пуля рикошетом отскочила от подиума в дюйме от ее лица. Сюзанна отпрянула и сжалась в комок за подиумом.

– Очень изобретательное поведение в шахте, Сюзанна, – сказал Кнолль.

Ее сердце бешено забилось.

– Просто выполняла свою работу, Кристиан.

– Зачем ты убила Макарова?

– Извини, не могу сказать.

– Жаль. Я надеялся узнать это перед твоей смертью.

– Я еще не мертва.

Она услышала, как Кнолль хихикнул. Слабый смех, который эхом отразился в пустоте.

– На этот раз я вооружен, – объявил Кнолль. – Подарок герра Лоринга. Очень точное оружие.

CZ-75B. Пятнадцатизарядная обойма. Кнолль использовал только одну пулю. Еще четырнадцать шансов убить ее. Чертовски много.

– Здесь нет светильников, по которым можно стрелять, Сюзанна. Отсюда некуда уйти.

Со страхом, вызывающим тошноту, она поняла, что он был прав.

 

Пол слышал только разрозненные обрывки беседы. Очевидно, его сомнения относительно Грумера оправдались. Доктор играл на обе стороны и только что познал цену этой игры.

Адвокат с ужасом наблюдал за тем, как погиб Грумер и два бойца сводили счеты. Приглушенные выстрелы хлопали в церкви, как будто кто-то взбивал подушки. Рейчел стояла позади него и смотрела через его плечо. Они застыли в неподвижности, боясь обнаружить свое присутствие. Очевидно, что надо выбираться отсюда, но их уход должен быть абсолютно бесшумным. В отличие от тех двоих в нефе им было нечем защищаться.

– Это Кнолль, – прошептала Рейчел ему на ухо.

Он понял. И женщина была определенно Джо Майерс, или Сюзанна, как Кнолль называл ее. Пол сразу узнал этот голос. Теперь нет сомнения в том, что это она убила Макарова. Рейчел плотно прижалась к нему. Ее трясло. Он отвел руку назад и прижал ее к себе, стараясь успокоить. Но и его руки тоже дрожали.

Кнолль низко пригнулся во втором ряду скамеек. Ситуация ему нравилась. Сюзанна не знакома с планом церкви, ей теперь некуда деваться. А ему нужно только несколько секунд для выстрела.

– Скажи, Сюзанна, зачем было устраивать взрыв на руднике? Мы никогда раньше не переступали эту черту.

– Извини, что нарушила твои планы с этой бабой. Ты, наверное, собирался трахнуть ее, а потом убить, я права?

– И то и другое приходило мне в голову. Я как раз готовился осуществить первую часть своего замысла, когда ты так грубо вмешалась.

– Извини, Кристиан. Вообще-то эта Катлер должна благодарить меня. Я знаю, что она пережила взрыв. Я не думаю, что ей так же повезло бы с твоим ножом. Как и Грумеру, верно?

– Как ты любишь говорить, Сюзанна, я только выполняю свою работу.

– Послушай, Кристиан, может, нам не стоит заходить так далеко. Как насчет перемирия? Мы можем вернуться в твой отель и дать выход ярости. Как насчет этого?

Соблазнительно. Но это было серьезное дело, и Данцер только выигрывала время.

– Давай, Кристиан. Я обещаю, что это будет лучше, чем то, что дает тебе эта испорченная сучка Моника. Ты ведь никогда раньше не жаловался.

– Прежде чем я обдумаю твое предложение, мне нужны некоторые ответы.

– Я постараюсь.

– Что такого важного в этой пещере?

– Не могу сказать. Правила, сам знаешь.

– Грузовики пусты. Там ничего нет. Откуда такой повышенный интерес?

– Тот же ответ.

– Ты знала с самого начала, что я поехал в Джорджию?

– Я думала, что у меня хорошо получалось оставаться в стороне. Очевидно, нет.

– Ты была в доме Борисова?

– Конечно.

– Если бы я не свернул шею старику, ты бы это сделала сама?

– Ты меня слишком хорошо знаешь.

 

Пол был прижат к занавесу, когда услышал, как Кнолль признался в убийстве Петра Борисова. Рейчел ахнула и отступила, толкнув его вперед, это всколыхнуло бархат. Он понял, что движение и звук будут достаточными, чтобы привлечь внимание обоих бойцов. В то же мгновение он пихнул Рейчел на пол, перекатившись в полуполете, принимая основной удар на правое плечо.

Кнолль услышал аханье, увидел движение занавеса и практически рефлекторно послал три выстрела в бархат на уровне груди.

Сюзанна тоже увидела движение занавеса, но ее задача была в том, чтобы выбраться из церкви. Она воспользовалась моментом и, пока Кнолль стрелял в занавеску, сама выстрелила в его направлении. Пуля расщепила одну из скамеек. Она увидела, что Кнолль пригнулся, и кинулась в тень высокого алтаря, прыгнув вперед в темную арку.

 

– Пошли, – одними губами прошептал Пол.

Он поднял Рейчел на ноги, и они побежали к двери. Пули прошили занавес и ударились о камень. Чем займутся Кнолль и женщина? Будут охотиться друг на друга или объединятся против общих врагов? Он не собирался оставаться и узнавать, что они выберут.

Они добежали до двери.

Его плечо пульсировало болью, но адреналин, бежавший по венам, действовал как анестезия.

Вернувшись во двор, мы превратимся в легкую мишень, подумал Пол.

Он повернулся к лестнице, ведущей наверх.

– Туда, – и он потянул за собой Рейчел.

 

Кнолль видел, как Данцер прыгнула в темную арку, но колонны, подиум и алтарь мешали выстрелу, длинные тени также не помогали. Хотя в данный момент его больше интересовал тот, кто прятался за занавесом. Он сам вошел в церковь этим путем, поднявшись по деревянной лестнице в конец прохода к хорам.

Кнолль осторожно подошел к занавесу и заглянул за него, держа пистолет наготове. Никого.

Он услышал, как открылась, а потом закрылась дверь, быстро вернулся к телу Грумера и вытащил свой нож, очистил лезвие и сунул нож себе в рукав.

Затем он раздвинул занавес и пошел туда.

 

Пол вел ее наверх по лестнице, мимоходом глядя на портреты королей и императоров в тяжелых рамах, которые висели на стенах коридора. Рейчел поспешала следом.

– Этот подонок убил отца, – всхлипнула она.

– Я знаю, Рейчел. Но сейчас у нас что-то вроде неприятностей.

Он повернул на площадке и почти перепрыгнул через последний пролет. Еще один темный коридор ждал их на вершине. Он услышал, как сзади открылась дверь. Он замер, остановил Рейчел и закрыл ей рот рукой. Снизу доносились шаги. Медленные. Осторожные. В их сторону. Он знаком велел ей молчать, и они на цыпочках пошли налево – единственным путем к закрытой двери у дальнего конца.

Он попробовал щеколду.

Дверь открылась.

Пол потихоньку открыл дверь, и они проскользнули внутрь.

 

Сюзанна стояла в темной клетушке наверху позади алтаря, сладкий стойкий запах ладана доносился из двух металлических горшков у стены. Яркие облачения священников висели в два ряда на металлических вешалках. Ей надо было закончить то, что начал Кнолль. Этот сукин сын все же выследил ее. Она была очень осторожна, покидая отель, проверяя многократно, не следили ли за ней по дороге в аббатство. Она уверена, что за ней никто не следил. Кнолль был уже в церкви, поджидая ее. Но как? Грумер? Возможно. Ей не нравилось, что Кнолль был так хорошо осведомлен о ее делах. Почему он не преследовал ее настойчивее утром, у шахты? Он не выглядел разочарованным, когда она уезжала. Она снова уставилась в арку.

Он все еще в церкви, и ей надо было найти его и уладить этот вопрос, как хотел Лоринг. Больше никаких оборванных нитей. Никаких!

Сюзанна выглянула и увидела, как Кнолль исчез за занавесом.

Дверь открылась, затем закрылась.

Она услышала шаги, поднимающиеся по лестнице. С «сойером» в руке она осторожно пошла на звук шагов.

…Кнолль слышал тихие шаги наверху. Кто бы там ни был, он поднимался по лестнице.

Он шел следом с пистолетом наготове.

 

Пол и Рейчел стояли внутри комнаты, похожей на большую пещеру. На отдельно стоящей табличке была надпись на немецком: «МramorenKammer», по-английски внизу было написано: «Мраморный зал». Мраморные колонны с пилястрами, равномерно расположенные по четырем стенам, поднимались по меньшей мере на сорок футов, каждая была украшена золотыми листьями, окружающие стены были нежно-персиковыми и светло-серыми. Великолепные фрески с изображениями колесниц, львов и Геракла украшали потолок. Архитектурная роспись в трех измерениях окаймляла комнату, создавая иллюзию глубины стен. Великолепные светильники, расположенные на потолке, освещали помещение. Если бы не преследователь с пистолетом в руке, можно было бы любоваться окружающим великолепием.

Они побежали по желтым клеткам плиток, окаймленным по периметру стен декоративной решеткой, сквозь которую в зал проникал теплый воздух. Еще одна дверь с орнаментом ждала их на противоположном конце. Это был единственный выход.

Дверь, через которую они входили, стала со скрипом открываться внутрь.

В этот же момент Пол открыл дверь перед ними, и они проскользнули на закругленную террасу. За толстой каменной балюстрадой до путаницы улиц Штодта внизу простиралась чернота. Бархатная чаша неба над головой была густо усеяна звездами. За ними – хорошо освещенный янтарный с белым фасад аббатства четко вырисовывался на фоне ночи. Холодный ветерок помог собраться. Терраса, достаточно широкая, чтобы вместить десяток человек, закруглялась подковой еще к одной двери на противоположном крае.

Он повел Рейчел к дальней двери.

Она была заперта.

Позади них дверь, через которую они только что прошли, начала открываться. Он быстро осмотрелся и увидел, что идти было некуда. За перилами пустота, триста футов до шумящей внизу реки.

Взгляд Рейчел был полон страха.

Неужели они умрут?

 

ГЛАВА XLVI

 

Штодт, Германия

Вторник, 20 мая, 23.10

Кнолль приоткрыл дверь и увидел, что она ведет на открытую террасу. Данцер все еще где-то позади него. Но возможно, она исчезла из аббатства. Не важно. Как только он выяснит, кто еще был в церкви, он направится прямиком в ее отель. Если он не найдет ее там, то найдет где-нибудь еще. Их пути определенно пересекутся.

Он выглянул из-за края толстой дубовой двери и оглядел террасу. Там никого не было. Он вышел и закрыл дверь, затем пересек широкую дугу террасы. На полпути он кинул быстрый взгляд по сторонам. Штодт сверкал слева, река впереди, далеко внизу. Он подошел к другой двери и обнаружил, что она заперта.

Вдруг дверь из мраморного зала на другом конце террасы широко распахнулась, и Данцер выпрыгнула в ночь. Он сделал выпад из-за каменных перил и толстых балясин.

Два приглушенных выстрела раздались в его сторону.

Две пули прошли мимо.

Он выстрелил в ответ.

Данцер послала еще один выстрел в его сторону. Каменные осколки балюстрады ослепили его. Он подполз к двери рядом с ним. Железный замок был покрыт ржавчиной. Он дважды выстрелил в щеколду, и она подалась.

Он распахнул дверь и быстро заполз внутрь.

 

Сюзанна решила, что хватит. Она видела, как дверь на другом конце подковы открылась. Никто не зашел внутрь, так что Кнолль, должно быть, полз. Границы сужались, а Кнолль был слишком опасен, чтобы продолжать открыто преследовать его. Теперь она знала, что он был на верхних этажах аббатства, поэтому умнее было бы отступить и направиться обратно в город, прежде чем у него будет шанс найти выход. Ей надо было уезжать из Германии, предпочтительно в замок Луков, к Эрнсту Лорингу, там безопасно. Ее дела здесь были завершены. Грумер мертв, как с Петром Борисовым, Кнолль избавил ее от хлопот. Раскопки, казалось, были в безопасности. Так что то, чем она сейчас занималась, было глупо.

Она повернулась и побежала обратно через мраморный зал.

 

Рейчел уцепилась за холодную каменную балясину. Пол качался рядом с ней на соседней балясине. Тех нескольких мгновений, которые Кнолль выжидал, прежде чем выйти на балкон, им хватило, чтобы принять решение, перепрыгнуть через перила и повиснуть над бездной. Под их ногами не было ничего, кроме густой тьмы. Внизу шумела река. Сильный холодный ветер обжигал тела. Ее руки слабели с каждой секундой.

Они с ужасом слушали, как пули с противным свистом носились по террасе и улетали в холодную ночь. Им оставалось только надеяться, что их преследователь не заглянет за перила. Полу удалось выглянуть, когда замок ближайшей двери был прострелен и кто-то заполз внутрь.

– Кнолль, – прошептал он одними губами.

За последнюю минуту шум ветра не был нарушен ни одним звуком. Тишина.

– Я больше не могу держаться, – прошептала она.

Пол отважился на еще один взгляд.

– Здесь никого нет. Залезай.

Он перекинул правую ногу, затем подтянулся и перелез через перила. Затем протянул руку и помог подняться ей. Когда они оказались на твердой поверхности, оба перегнулись через холодный камень и уставились вниз на реку.

– Поверить не могу, что мы сделали это, – прошептала она.

– Я, должно быть, был не в своем уме, когда ввязался в это.

– Насколько я помню, это ты затащил меня сюда.

– Не напоминай мне.

Пол потихоньку открыл полузакрытую дверь, и она прошла за ним внутрь. Комната оказалась библиотекой, стены от пола до потолка были уставлены стеллажами из полированного ореха с позолотой в стиле барокко. Они прошли через вычурные декоративные металлические ворота и, ступая по гладкому паркетному полу, быстро пересекли помещение. Два огромных деревянных глобуса стояли с каждой стороны, установленные в нишах между полками. В теплом воздухе стоял запах заплесневелой кожи. Желтый прямоугольник света пробивался в дверной проем на дальнем конце, где виднелся верх еще одной лестницы.

– Сюда. – Пол показал вперед.

– Кнолль пошел в эту сторону, – напомнила она.

– Я знаю. Но он должен был уже убраться отсюда после перестрелки.

Она пошла за Полом из библиотеки и вниз по лестнице. Темный коридор внизу сразу поворачивал направо. Они надеялись, что где-нибудь будет дверь, ведущая назад во внутренний двор. Пол повернул за угол, и тогда из темноты выскочила черная тень.

Рука в перчатке сжала ее шею, и она увидела, как Пол упал.

Рейчел приподняли с последней ступеньки и швырнули о стену. Ее взгляд затуманился, затем снова сфокусировался, и она смотрела прямо в жестокие глаза Кристиана Кнолля, лезвие ножа было прижато к основанию ее подбородка.

– Это ваш бывший муж? – спросил он хриплым шепотом. – Пришел к вам на помощь?

Она взглянула на Пола, распростертого на камнях, и снова перевела взгляд на Кнолля.

– Вам, возможно, трудно будет в это поверить, но я не могу пожаловаться на вас, фрау Катлер. Убить вас было бы самым эффективным решением проблемы, но не самым умным. Сначала умирает ваш отец, затем вы. Это может привлечь внимание. Нет. Если я хочу избавиться от неприятностей, я не могу убить вас. Поэтому, пожалуйста, уезжайте домой.

– Вы убили… моего отца.

– Ваш отец понимал, как он рискует, и ценил жизнь. Вы должны были послушаться его совета. Я знаком с историей Фаэтона. Очаровательная сказка об импульсивности. Беспомощность старшего поколения, старающегося научить молодых. Что бог Солнца сказал Фаэтону? «Посмотри мне в лицо и, если можешь, загляни мне в сердце – и увидишь отцовское беспокойство и заботу». Обратите внимание на это предупреждение, фрау Катлер. Я могу легко передумать. Хотите ли вы, чтобы ваши драгоценные дети плакали янтарными слезами, если молния света убьет вас?

Она вдруг представила себе отца лежащим в гробу. Она похоронила его в твидовом пиджаке, в том самом, который он надевал в суд в тот день, когда менял свое имя. Она никогда не верила, что он просто упал с лестницы. Теперь его убийца был здесь и угрожал ей… Она извернулась и попыталась ударить Кнолля коленом в пах, но его рука сжала его шею и кончик ножа порезал кожу.

Она задохнулась и глотнула воздух.

– Сейчас, сейчас, фрау Катлер. Ничего такого.

Кнолль убрал правую руку с ее горла, но левой продолжал прижимать нож к ее подбородку. Его правая ладонь прошлась по всему ее телу. Он больно ущипнул ее за сосок и запустил руку в трусики, добрался до промежности и бесцеремонно запустил средний палец во влагалище. Рейчел вздрогнула от боли.

– Полагаю, что вы находили меня интригующим.

Его палец продолжал грубо двигаться внутри ее. Сквозь боль Рейчел почувствовала странное возбуждение.

– Жаль, что у меня не было больше времени.

Внезапно он сильно сдавил пальцами ее тело. Боль пронзила ее.

– Последуйте моему совету, фрау Катлер. Поезжайте домой. Живите счастливо. Растите ваших детей.

Он головой показал в сторону Пола:

– Доставляйте удовольствие вашему бывшему мужу и забудьте обо всем. Вас это не касается.

Ей удалось сквозь боль снова сказать:

– Ты… убил моего… отца.

Его правая рука выскользнула из ее трусиков и снова схватила ее за горло.

– В следующий раз, когда мы встретимся, я перережу вам горло. Вы поняли, фрау?

Она ничего не сказала. Кончик ножа двинулся глубже. Она хотела закричать, но не смогла.

– Вы поняли? – медленно повторил Кнолль.

– Да, – прошептала она одними губами.

Он убрал лезвие. Кровь сочилась из раны у нее на шее, она чувствовала тупую боль между ног. Рейчел стояла неподвижно у стены, и по ее щекам катились слезы бессилия и ненависти. Пол все еще не двигался.

– Делайте, как я сказал, фрау Катлер.

Он повернулся, чтобы уйти.

Она сделала бросок в его сторону.

Кнолль взмахнул правой рукой вверх, и рукоять ножа ударила ее в голову, пониже правого виска. Перед глазами вспыхнуло белое пятно. Коридор закружился. Желчь поднялась в горле. Потом она увидела Марлу и Брента, которые кинулись к ней с вытянутыми руками, их губы шевелились, но слов не было слышно, и тьма поглотила их.

 

 

Часть IV
Второе исчезновение

 

ГЛАВА XLVII

 

Штодт, Германия

Вторник, 20 мая, 23.50

Сюзанна неслась вниз по склону обратно в Штодт. Ее единственной заботой в данный момент было попасть назад в «Геблер», схватить свои вещи и исчезнуть. Ей была необходима безопасность чешской границы и замка Луков, по крайней мере пока Лоринг и Фелльнер не решат этот вопрос официальным путем.

Внезапное появление Кнолля снова застало ее врасплох. Мерзавец был настроен решительно, этого у него не отнимешь. Она решила не связываться с ним в третий раз. Если Кнолль в Штодте, ей надо было выбираться из страны.

Она выбежала на улицу и понеслась к своему отелю.

Слава богу, она заранее упаковала вещи. В ее планы все равно входил отъезд после встречи с Альфредом Грумером. Теперь меньше уличных фонарей освещало улицу, чем раньше, но вход в «Геблер» сиял огнями. Она вошла в холл. Ночной служащий за стойкой стучал по клавиатуре компьютера и даже не взглянул на нее. Наверху она закинула на плечо свою дорожную сумку и бросила несколько евро на постель – более чем достаточно, чтобы заплатить по счету. Не было времени, чтобы рассчитаться с отелем нормально.

Сюзанна остановилась на минутку и перевела дыхание. Может, Кнолль не знает, где она остановилась? Штодт был большим городом с множеством гостиниц. Нет, решила она. Он знал и, вероятно, сейчас направлялся сюда. Она вспомнила о террасе в аббатстве. Кнолль преследовал того, кто был в церкви. И присутствие того человека также опасно. Но это не она метнула нож в грудь Грумеру. Что бы там ни увидел он или она, это было больше проблемой Кнолля, чем ее.

В дорожной сумке она отыскала новую обойму для «сойера» и перезарядила пистолет. Затем сунула его в карман и, быстро пройдя через холл, вышла через парадный вход. Она посмотрела направо, потом налево. Кнолль был в ста ярдах от нее и двигался прямо в ее направлении. Увидев ее, он побежал. Она кинулась вниз по пустынной улице, повернула за угол и ускорила бег. Поворот, еще один. Может, ей удастся оторваться от Кнолля в лабиринте старинных улиц, так похожих друг на друга…

Она остановилась. Дыхание сбилось..

Сзади эхом отражались шаги.

Шаги приближались.

К ней.

…Дыхание Кнолля превращалось в пар в сухом холодном воздухе. Он идеально рассчитал время. Еще несколько минут, и он поймает эту суку.

Он повернул за угол и остановился.

Тишина.

Интересно.

Сжимая в руке пистолет, он осторожно пошел вперед. Кнолль хорошо изучил план старого города. Кварталы зданий, перемежаемые мощеными тесными улочками и узкими аллеями. Кристиан знал, где припаркован темно-серый «порше» Сюзанны. Он нашел его вчера во время разведки, будучи уверен, что она держит его поблизости. Поэтому он бежал в том самом направлении, в котором с самого начала исчезла женщина.

Торопливый шелест подошв по мостовой прекратился.

Вокруг тишина.

Кнолль прошел вперед и повернул за угол. Улица впереди оказалось непривычно прямой для этого города, единственный фонарь, разрывающий темноту, вырисовывался ярким пятном в самом конце. Направо переулок тянулся еще ярдов тридцать, оканчиваясь стеной, которая выглядела как задняя часть лавки. Справа стоял небольшой черный мусорный бак, слева от него припаркован «БМВ». Он дернул дверцу машины. Заперта. Поднял крышку бака. Пусто, за исключением пары газет и нескольких мусорных мешков, пахнущих гниющей рыбой. Он подергал дверные ручки здания. Все заперто.

Кнолль вернулся назад к главной улице с пистолетом в руке и свернул направо.

…Сюзанна подождала не меньше пяти минут, прежде чем вылезти из-под «БМВ». Она уместилась под ним благодаря своей миниатюрной фигуре. На всякий случай ее девятимиллиметровый был наготове. Но Кнолль не заглянул под машину, очевидно удовлетворившись тем, что дверцы были заперты и аллея была явно пуста.

Сюзанна достала сумку из мусорного бака, где спрятала ее под газетами. Стойкий рыбный запах впитался в кожу сумки. Она убрала в карман «сойер» и решила поискать другой путь к своей машине, возможно, даже бросить ее здесь и арендовать утром другую. Она всегда могла вернуться и забрать «порше» после того, как все будет улажено. Работа эквизитора заключается в том, чтобы угождать своему нанимателю. Хотя Лоринг и велел ей уладить все по собственному усмотрению, ситуация с Кноллем и риск привлечения внимания нарастали. Убить противника оказалось гораздо труднее, чем она представляла вначале.

Сюзанна остановилась на аллее перед перекрестком и замерла на несколько секунд.

Никаких шагов.

Она сорвалась с места и побежала налево, в противоположную сторону от направления, выбранного Кноллем.

Из темного дверного проема чей-то кулак нанес ей сокрушительный удар в лоб. Голова ее откинулась назад, и боль моментально парализовала. Чья-то стальная рука сдавила горло, оторвала ее от земли и придавила к каменной стене. Мерзкая улыбка искривила нордическое лицо Кристиана Кнолля.

– Насколько глупым ты меня считаешь? – спросил Кнолль, ухмыляясь.

– Да ладно, Кристиан. Разве мы не можем уладить это? Я говорила искренне в аббатстве. Вернемся в твой номер. Помнишь Францию? Было здорово.

– Почему тебе так важно стало убить меня? – Его рука сжалась сильнее.

– Если я скажу, ты меня отпустишь?

– Я не в настроении, Сюзанна. Мне приказано поступать так, как мне нравится, а я уверен, ты знаешь, что мне нравится.

Выиграть время, стучала в голове одна-единственная мысль.

– Кто еще был в церкви?

– Катлеры. Кажется, у них неиссякаемый интерес. Не просветишь меня почему?

– Откуда мне знать?

– Я уверен, ты знаешь много интересного.

Он сильнее сжал руку на ее горле.

– Ладно, ладно, Кристиан. Это Янтарная комната.

– Что с ней произошло?

– В этой пещере ее спрятал Гитлер. Мне надо было удостовериться, поэтому я здесь.

– Удостовериться в чем?

– Ты знаешь интересы Лоринга. Он ищет ее, как и Фелльнер. Просто нам повезло иметь информацию, которой нет у тебя.

– Какую, например?

– Ты знаешь, что я не могу сказать. Это против правил.

– А пытаться убить меня – по правилам? Что происходит, Сюзанна? Это не простая охота.

– Давай заключим сделку. Вернемся в твой номер. Поговорим после. Обещаю.

– Мне сейчас не до любви.

Но ее слова произвели желаемый эффект. Рука вокруг ее горла ослабла настолько, что ей удалось оттолкнуться от стены и сильно пнуть его коленом в пах.

Кнолль согнулся от боли.

Она ударила его снова между ног, направив носок своего ботинка в сложенные руки. Ее противник упал на мостовую, и она бросилась прочь.

Парализующая боль пронзила Кнолля, и слезы брызнули из глаз. Сучка опять это сделала. Быстрая как кошка. Он расслабился только на секунду, чтобы перехватить руку, и ей этого хватило, чтобы нанести удар.

Проклятье!

Он смотрел, как Данцер исчезает в конце улицы. От ломящей боли в паху тошнило и было трудно дышать. Кнолль все еще мог бы достать ее выстрелом и полез в карман за пистолетом, но передумал.

Нет необходимости.

Он найдет ее завтра.

 

ГЛАВА XLVIII

 

Штодт, Германия

Среда, 21 мая, 1.30

Рейчел открыла глаза. Боль в голове пульсировала с каждым ударом сердца, живот болел, как во время морской болезни, тошнило. Запах рвоты поднимался от перепачканного свитера. Подбородок болел и продолжал кровоточить. Она осторожно ощупала кровоточившую рану, вспомнила укол ножом.

Над ней склонился человек, одетый в коричневую рясу монаха. Старческое увядшее лицо и внимательный, обеспокоенный и влажный взгляд. Она сидела, опершись о стену, в коридоре, где на нее напал Кнолль.

– Что произошло? – спросила она.

– Это вы нам расскажите, – услышала она голос Вейленда Маккоя.

Рейчел попыталась сфокусировать взгляд на фигуре, выступающей из-за спины монаха.

– Я вас не вижу, Маккой.

Великан подошел ближе.

– Где Пол? – спросила она.

– Здесь, он без сознания, но жив. Получил скверный удар в голову. Вы в порядке?

– Да. Только ужасно болит голова.

– Не сомневаюсь. Монахи слышали выстрелы, доносящиеся из церкви. Они нашли Грумера, потом вас двоих. Ключ от вашего номера указал на «Гарни», они связались с гостиницей, и я пробился сюда.

– Нам нужен врач.

– Этот монах и есть врач. Он говорит, что ваши головы целы. Трещин нет.

– А Грумер? – спросила она.

– Вероятно, надоедает дьяволу.

– Это были Кнолль и та женщина. Грумер пришел сюда, чтобы снова с ней встретиться, и Кнолль убил его.

– Чертов ублюдок получил по заслугам. Почему вы двое не позвали меня?

Рейчел попыталась улыбнуться:

– Скажите спасибо.

Пол застонал в нескольких футах от нее. Она подтянулась к нему по каменному полу. Боль в животе немного отпустила.

– Как ты, Пол?

Он тер левую сторону головы.

– Что случилось?

– Нас поджидал Кнолль.

Она подползла ближе и осмотрела его голову.

– Как вы порезали подбородок? – спросил Маккой.

– Не важно.

– Послушайте, ваша честь, тут наверху мертвый немец, которого я нанял на работу, и полиция задает тысячи вопросов. Вас двоих нашли на полу без сознания. И вы говорите мне, что это не важно. Какого черта тут происходит?

– Нам надо позвонить инспектору Паннику, – сказал ей Пол.

– Согласна.

– Прошу прощения. Алло! Вы меня помните? – чуть ли не закричал Маккой.

Монах подал ей влажную тряпку. Она прижала ее к голове Пола. На тряпке остались следы крови. Пол дотронулся до ее подбородка:

– Что здесь случилось?

Она решила честно рассказать:

– Предупреждение. Кнолль велел нам убираться домой и держаться подальше от всего этого.

Маккой пригнулся ближе.

– Держаться подальше от чего?

– Мы не знаем, – вздохнула Рейчел. – Все, в чем мы уверены, – так это в том, что эта женщина убила Макарова, а Кнолль убил моего отца.

– Откуда вы знаете?

Ей пришлось рассказать.

– Я не слышал всего, что говорили Грумер и та женщина в церкви, – сообщил Пол. – Только какие-то обрывки. Но я думаю, один из них, возможно Грумер, упомянул Янтарную комнату.

Маккой покачал головой:

– Я и не думал, что все может зайти так далеко. Что я натворил!

– Что значит «натворил»?

Маккой проигнорировал вопрос.

– Отвечайте, – возмутилась Рейчел.

Но Маккой промолчал.

 

Маккой стоял в подземной пещере и пытался осмыслить ситуацию. Три ржавых грузовика. Он не спеша ощупывал взглядом стену пещеры, испещренную трещинами-морщинами и несколько напоминавшую древнее каменное лицо, словно надеялся найти какое-то послание. Избитая фраза: «Если бы стены могли говорить» навязчиво вертелась в его голове и отвлекала от поиска верного решения. Могли ли эти стены рассказать ему больше, чем он уже знал? Или все это лишь беспочвенные подозрения? Могут ли стены объяснить, почему немцы завели три ценных грузовика глубоко внутрь горы, а затем взорвали единственный вход? Были ли это немцы вообще и кто замуровал вход? Могли ли они описать, как чешский промышленник вторгся в пещеру через несколько лет после войны, забрал то, что в ней находилось, а затем наглухо закрыл вход? Или, может, они вообще ничего не знали. Молчаливые свидетели прошлого, пытающиеся сквозь годы помочь отыскать след, извилистую тропинку, приведшую многих искателей к смерти.

Другой выход из пещеры все еще плотно забит камнями и щебнем. Его команда начнет раскопки не раньше чем завтра. Он взглянул на часы. Уже почти одиннадцать. Маккой услышал шаги за спиной. Из сумрака пещеры вынырнули Пол и Рейчел.

– Я не ожидал вас так рано. Как ваши головы?

– Нам нужны внятные ответы, Маккой, и не надо больше никому морочить голову, – потребовал Пол. – Мы уже ввязались в это, хотим того мы или нет. Вы сокрушались вчера и употребили слово «натворил». В этой ситуации мы имеем право знать, что вы имели в виду.

– Вы не собираетесь послушать совета Кнолля и уехать домой?

– А нам следует? – спросила Рейчел.

– Это вы должны решить, судья.

– Отъезд откладывается, – твердо сказал Пол. – Так мы хотим знать, Вейленд, что происходит?

– Подойдите сюда.

Он повел их через пещеру к одному из скелетов, лежащих на песке.

– Из того, что было на них надето, осталось немногое, но по обрывкам видно, что это форма времен Второй мировой войны. Образец камуфляжа определенно принадлежит морской пехоте США.

Он нагнулся и показал:

– Это футляр для штыковой винтовки М-четыре образца Второй мировой войны, изготовленной в США. Я не уверен, но кобура для пистолета, возможно, французская. Немцы не носили американскую форму и не использовали французское снаряжение. Однако после войны все европейские военные и полувоенные использовали оружие и снаряжение, выпускаемое американцами. Французский иностранный легион. Греческая национальная армия. Голландская пехота.

Он взмахнул рукой, указывая на другой конец пещеры:

– Один из скелетов обут в ботинки и одет в брюки без карманов. Социалистическая Венгрия одевала так своих солдат после войны. Одежда, пустые грузовики и бумажник, который вы нашли, говорят о том, что это место ограбили.

– Откуда вы знаете, во что были одеты эти люди? – спросила Рейчел.

– В противоположность тому, что вы, возможно, думаете, я не какой-то тупой красношеий мужик из Северной Каролины. Военная история – моя страсть. Это также было частью моей подготовки к раскопкам. Я знаю, что прав. Я понял это в понедельник. В эту пещеру вторгались после войны. В этом нет сомнения. Эти несчастные оборванцы были либо бывшими военными, либо рабочими, одетыми в остатки формы. Их застрелили, когда работы были окончены.

– Значит, все, что вы делали с Грумером, было просто представлением? – возмущенно спросила Рейчел.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.205.176.85 (0.059 с.)