Венерические болезни у греков и римлян



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Венерические болезни у греков и римлян



 

При достигнутых современной наукой успехах существование венерических болезней у народов древности уже не может быть оспариваемо. В предшествующих главах мы показали, что сифилис и бленоррагия уже в глубокой древности были известны в Японии, Китае, Индии и в других странах Азии. Мы привели выше несомненные данные, удостоверяющие частоту венерических болезней у евреев и других народов Востока. Эти болезни, появление которых следует приписать венерическим излишествам и противоестественным половым сношениям, роковым образом распространились и среди греков и римлян, которые усвоили себе извращенные нравы азиатских народов и подобно им предались разгулу проституции. В жарком и влажном климате востока этот разгул привел к заболеваниям, причем впервые заболевания появились у женщин, в сфере утеровагинальной; от женщин же стали заражаться и мужчины.

Нейман[104], изложив свой взгляд на «финикийскую болезнь», продолжает:

«В одном, ложно приписываемом Галену сочинении, мы находим ряд указаний на то, что венерические болезни были хорошо известны древним». Комментируя эти слова, немецкий автор приходит к заключению, что пороки fellator и irrumator были одной из главных причин этих болезней. Развратники обоих полов, предававшиеся порокам этого рода, подвергались поражениям языка, рта и неба. Против них все сатирики направляли самые едкие свои эпиграммы. Эврипид особенно выразительно отметил это явление словом Glossalgia stomergon, т. е. боль языка, причиненная ртом (stoma) и действием (ergon). Язвы гортани[105], по Розенбауму, являются одним из хорошо изученных сифилитических поражений, но этиологическая основа их была плохо понята древними. Ангины Египта и Сирии были результатом порока «fellare». «Отсюда, прибавляет Розенбаум, эти Bubastika Elkea, о которых упоминает вслед за Аэцием Салмазий и которые он считает тождественными с сирийской язвой; уже Геродот упоминает о мистериях Bubastis, происходивших на празднествах Изиды. В приведенном выше термине болезнь носит название только одного места, где она, вероятно, свирепствовала с наибольшей силой, но более или менее часто она встречалась по всей стране» (Аретей).

Что касается злокачественных лишаев, которые греки обозначали «leiken», а римляне именем «atra lues» и «mentagra», то их сифилитический характер вполне очевиден, тем более, что они были заразительны и этиологически были связаны с пороком cunnilingere; излюбленным местом локализации этих лишаев были обыкновенно губы и большая часть лица. Болезнь не всегда ограничивалась кожными железами, но иногда захватывала и волосяные луковицы. Отсюда выпадение волос, а с нею и изъявление покрытых волосами участков кожи, припадки, наступающие с необычайной быстротой. Когда болезнь генерализовывалась и охватывала все тело, она получала название «psora» или «lepra»; это обстоятельство имеет большое значение в истории сифилиса, так как вторичные признаки ускользали от наблюдательности тогдашних врачей. Тем не менее они оставили нам описания признаков и способы лечения болезней половых органов; мы приведем некоторые из этих данных, пользуясь, главным образом, трудами Розенбаума и получим таким образом возможность заключить не только о древности существования венерических болезней, но и об их происхождении из разврата и проституции, как это блестяще доказывает высоко компетентный автор «Сифилиса в древности».

 

Гонорея . Гонорея получила свое название от gone, — сперма, и reein — течь (по Галену)[106].

Болезнь представляет собой поражение семенных сосудов, (но не половых органов), которые служат только каналами для выделения спермы. Гален[107]. Болезнь бывает двух родов, в зависимости от того, сопровождается ли она эрекцией члена или нет. Гален[108]. Гонорея с эрекцией называлась то сатириазис, то приапизм[109]. Это нечто вроде спазм, поражающих только половой член[110]. Она является следствием избытка жидкостей, особенно, если они густы и плохо смешаны[111]. Впрочем, Павел Эгинский называет приапизмом это спазмолическое состояние полового члена, тогда как именем «сатириазис» он обозначает воспалительное состояние семенных сосудов.

Бесполезно упоминать, что верны оба эти мнения: спазмолическая и воспалительная гонорея в обоих случаях сопровождается приапизмом. Выделений нет вовсе, или их очень мало, и больные после них чувствуют себя облегченными; но через некоторое время боль возобновляется и продолжается до тех пор, пока исчезнет причина эрекции и тогда половой член уменьшается[112].

По мнению Павла Эгинского парез семянных сосудов появляется в том случае, если болезнь не ослабевает или если начинаются общие судороги. Больные, у которых появляются судороги, быстро умирают при явлениях холодного пота и тимпанизма в кишечнике. Александр Траллиан наблюдал продолжающуюся эрекцию уже после смерти больного. Эта форма встречается нечасто и главным образом у людей молодых[113]. Часто ее наблюдал Темисон, особенно на острове Крите, где она является обычным последствием педерастии.

Гонорея без эрекции полового члена, или же гонорея настоящая, состоит в постоянном истечении семени[114]. Она аналогична недержанию мочи, и подобно этому последнему, своей обычной причиной имеет слабость или отсутствие энергии в семянных сосудах (Гален).

Истечению часто предшествуют воспалительный период, который сближает одну форму болезни с другой: у больных много горячей спермы, что побуждает их часто освобождаться от нее, а это в свою очередь очень ослабляет их. Но если они избегают половых сношений, то они чувствуют боль головы и желудка и испытывают тошнотные ощущения; ночные поллюции доставляют им такие же тягостные ощущения, как и половой акт. Мочеиспускание дает ощущение боли и жара не только у мужчин, но и у женщин. Так, Гален пишет[115]: «Один из этих больных передавал мне, что не только он, но и женщина, с которой он имел сношение, в момент истечения семени испытывала сильную боль», Аретей[116], напротив, думает, что зуд в половых органах а ощущение сладострастия при coitus'e имеет место только у женщин. Такое утверждение объясняется тем, что в жарких странах воспалительный период очень короток и остается почти незаметным для больных, тем более, что в это время больные обыкновенно избегают совокупления. Кроме того, врачу большей частью приходится наблюдать хронические формы болезней. Обыкновенно больной замечает свою болезнь тогда, когда начинается истечение; это истечение продолжается и тогда, когда воспаление уже уменьшилось, продолжается беспрерывно и днем и ночью, не сопровождаясь при этом ни эротическими ощущениями, ни сладострастными сновидениями; иногда сам больной даже не замечает этого. Цельз[117]

Истекающая при гонорее жидкость холодная, бледная и лишена живчиков. К концу болезни жидкость становится гуще, потом снова водянистой и, наконец, истечение прекращается (Александр Траллиан)[118]. Во время самой болезни больные, особенно если это люди молодые, становятся похожими на стариков: они ленивы, вялы, лишены мужества, боязливы, неподвижны; они теряют силы, худеют и неспособны к труду. Цвет лица у них портится, они бледнеют, лишаются аппетита, члены их холодны на ощупь, они жалуются на тяжесть во всем теле, а особенно в пояснице. Их кишечник, как и все тело, истощается и сохнет; глаза сидят глубоко в орбитах. (Гален)[119].

Сама по себе болезнь неопасна, но она может осложниться множеством других заболеваний и имеет тенденцию принимать хроническое течение. Аретей[120], Целий Аврелиан. Надо отличать гонорею от ночных поллюций, которые иногда являются лишь признаком вторичным. Целий Аврелиан[121].

Что касается гонореи у женщин, то почти невозможно составить себе ясное представление, что знали о ней древние врачи, так как идея об испорченной менструальной крови и о женском истечении (rous gunarkeios), посредством которого по их мнению, очищается все тело от дурных соков, — эти идеи исключали возможность изучения вопроса древними без предвзятых представлений; это аналогично тому, как в позднейшие времена учение о fluor albus долго препятствовало научному изучению бленоррагии у женщин. Впрочем, Аретей говорит о gonoroia gunaikeia, гонорее у женщин, как об особом белом истечении (allos rous leukos).

Таковы сведения о бленоррагии, оставленные нам медиками древности. Их основная ошибка состоит в том, что они принимают за сперму слизисто-гнойное истечение. Но во всем остальном их наблюдения сделаны с скрупулезной точностью и тщательностью.

Что же касается этиологии, то греческие врачи, правда, не отмечают заражения половым путем, но зато они твердо знают и подчеркивают, что разврат является одной из главных причин болезни, и в частности причиной поражений рта и губ у феллатрис; в этих поражениях Аретей видит явление, аналогичное сирийским язвам и производимое теми же причинами, что и эти последние. Уретриты, происходящие от совокупления через рот наблюдались также современными сифилидологами. Уретриты этого рода, также как и уретриты, происходящие от нормального полового акта, в основе своей, по их мнению, имеют заражение; это явствует из того, что в сопровождающем болезнь истечении наблюдаются гонококки специфической бленоррагии. Наконец, очень вероятно, что бели и менструальные кровотечения у греческих и римских женщин, предававшихся всяким эксцессам любви, вызывали у имевших с ними сношения мужчин припадки, какие и наблюдаются на каждом шагу.

 

Орхит . Гален называет орхитом воспаление яичек[122]. По Павлу Эгинскому орхит характеризуется болезненностью яичек при сильном надавливании пальцем, тогда как легкое нажатие почти не чувствительно. Краснота и твердость на первый взгляд мало заметны, но исследующий палец находит затвердение в глубине ткани[123]. Иногда к орхиту присоединяется лихорадка[124]. И если воспаление не купировано сразу, то боль распространяется на область паха и поясницы; больные участки вспухают, семяной канатик утолщается и твердеет. Цельз[125]. Затвердение яичек является причиной бесплодия. Цельз[126]. Наконец, Аретей упоминает о невралгии яичек, а Гиппократ о папулезной сыпи на этих органах.

 

Язвы половых органов . Язвы половых органов наблюдаются часто, потому что занятые ими участки тела сами по себе предрасположены к гнойным процессам как в силу своей природной влажности и обилия всасывающих и волосяных желез, так и потому, что они суть органы выделительные[127]. На появление этих язв имеет влияние время года, а именно, они чаще появляются в жаркие и влажные месяцы[128]. Обыкновенно они имеют форму афт, особенно у женщин. Когда язвы занимают поверхностное положение, то они обнаруживают сильную тенденцию к распространению. Довольно часто к ним присоединяются флегмонозные воспаления и припухлость пораженных участков. Эти язвы часто болезненны и бывают то влажными, то сухими. В огромном числе случаев они принимают характер фагеденический, нередко же обнаруживают склонность к гангренозному распаду. В этом последнем случае имеется обыкновенно только одна язва в форме пустулы, phuma. Часто также они принимают хронический характер и тогда или затвердевают, или покрываются бугорками. В третьей книге «Эпидемий» Гиппократ описывает особый род заразы, поражающей половые органы, но не умеет объединить свои данные в общую картину болезни, — подобно тому, как это сделали современные сифилитологи, особенно Рикор и Гюнтер. Вот что говорит Гиппократ: «Я видел много афт и изъязвлений во рту, припухлости на половых органах, изъязвления, опухоли и вздутия в паху, мокнущее воспаление глаз, мясистые наросты на веках. Равным образом и другие участки половых органов были усажены различными возвышениями. Я наблюдал множеств шанкров (antrax) и других септических заражений, наконец, распространенную пуикулезную сыпь, а также свищи с крупными слизикулами».

В этом перечислении симптомов одни следует принять, другие же подвергнуть толкованию, и тогда мы получим полную картину чисто сифилитических симптомов, особенно если мы сопоставим эти слова с другими сочинениями того же автора и тогда определим истинный смысл, какой этот автор вкладывал в приведенные выше замечания. Так, в главе «Афоризмы», он излагает в одном и том же параграфе нагноение половых частей (sepedones aidoion), изъязвление рта (stomaton elkosies) и поражения глаз, и таким образом как бы хочет связать их одним и тем же болезненным процессом. В главе XIV, «О жидкостях», он снова возвращается к «мокнущим язвам на половых частях и во рту», а в «Природе женщины» останавливается на «автозных участках половых органов, на язвах, сопровождаемых зудом… на разращениях и дурном запахе этих участков».

Трещины и щели встречаются часто на крайней плоти, когда она сужена или насильственно оттянута; тоща появляются боль и воспалительные явления, и если заживление не наступает быстро, то края раны становятся затверделыми и их приходится удалять посредством ножа. Но и вообще раны крайней плоти заживают с трудом. Гиппократ[129]. Если крайняя плоть становится гангренозной, то нужно циркулярным разрезом удалить ее и остановить кровь посредством палочки раскаленного железа. Павел Эгинский[130]. Иногда язвы появляются и на внутреннем листке крайней плоти, что довольно часто ведет к фимозу и парафимозу. Некоторые язвы принимают черноватую окраску, на других появляются наросты и кондиломы. Цельз[131].

Сухие язвы головки надо отличать от мокнущих и гнойных изъязвлений которые становятся причиной фимоза и парафимоза. Выделяющаяся жидкость бывает или прозрачной или гнойной; иногда она издает дурной запах. Эти язвы распространяются в глубину и в ширину и разрушают самую головку под крайней плотью, так что она отпадает и приходится прибегнуть к ножу. Цельз[132].

Существует род язв circa corona glandis и cancer collis, которые вялы и изъедены и выделяют прозрачную, кровянистую жидкость. Аэций[133]. Другой род — это язвы фагеденические (у греков), которые растут со страшной быстротой. Antrax половых частей, шанкр, представляет собой язву, которая дает себя знать покалыванием и появлением одной или нескольких везикул, которые имеют вид ожога, а величиной с просяное зерно; они лопаются и оставляют после себя ulcus cristaceum в форме струпа. Актуарий.

Antrax является следствием нечистого совокупления, как это утверждает Палладий в своей Lausiaka historia: «Один пустынник, по имени Эрон, пришел в Александрию и часто посещал театр, конские бега и низкопробные таверны. Таким образом он впал в разгул и пьянство и погрузился в тину разврата.

Он вошел в сношение с одной актрисой и развязал ее пояс. После того, как он окончил этот акт, он с помощью божественной воли наслал Antrax на головку своего полового члена и в течение шести месяцев так тяжко болел, что его половые части сгнили и отпали сами собой. Потом он умер. «Не есть ли это прекрасный пример фагединизма?» прибавляет Палладий.

Несмотря на неясность некоторых слов этого рассказа, Розенбаум, который рассматривает этот случай, считает ясным и несомненным, что Эрон схватил Antrax при совокуплении с актрисой, и оговорки, которые делает при этом Палладий, не в состоянии уменьшить значение факта; недаром Беке возразил однажды скептически настроенным немецким комментаторам: «каких вы еще хотите доказательств сифилиса в древности, если вам мало этого?».

В заключение небезынтересно отметить, что еще и поныне Antrax и шанкры рассматриваются в Индии как болезни тождественные и, по свидетельству Вилльяма Джонса, индийские врачи, кабирайя, обе эти болезни описывают под общим именем Nar Farsi или Ateshi Farsi.

Антракозис — язва; подобно вышеописанной, сопровождается бубонами; Гиппократ считает ее эпидемической. Гален.

В этих случаях также, как и при язвах крайней плоти, появляются на язвах грибовидные возвышения, а иногда и затверделости по краям, которые оставляют после себя рубец, называемый греками clos, а римлянами Clarus. Цельз [134].

Не нужно особенно сильного воображения для того, чтобы увидеть в этих местных поражениях фагаденические шанкры, сопровождаемые баланитом и происшедшие вследствие соприкосновения головки с сифилитическими язвами. Цельз не забывает прибавить, что нередко наступает гангрена органа, что она захватывает весь половой член и что в этом случае приходится делать надрез, резать в живых частях, удалять гангренозные участки и делать сильные прижигания из извести и индийского перца. О язвах на женских половых органах писали очень много греческие и римские авторы; среди них отметим Аэция, Аретея, Павла Эгинского и Архигена. Аэций пишет: «В толще срамных губ мы наблюдаем иногда абсцессы, которые, если они идут по направлению к заднему проходу, не могут быть открыты ножом, так как при этом легко может произойти фистула, — опасность, которой не существует, если абсцессы направлены к уретре. Влагалище и ход в матку покрыты язвами, pustulae skabiae, оставляющие после себя чешуйчатые пластинки, а также милиарные бугорки, которые легко можно нащупать рукой или исследовать посредством маточного зеркала. Эти язвы вредно отзываются на менструации и плодовитости женщин. Аэций[135].

Некоторые язвы у входа в матку имеют форму трещин и с течением времени или затвердевают, или приводят к образованию наростов. Выделяют они обыкновенно прозрачную сукровицу и при совокуплении болезненны. Гален[136].

Самые язвы поверхностны и представляются простыми экскориациями. Они широки и выделяют небольшое количество густого гноя без запаха; сюда же относятся афтозные язвы Гиппократа. Но существуют и другие язвы, глубокие, болезненные, выделяющие злокачественный гной. Эти последние в некоторых случаях проникают очень глубоко внутрь и затвердевают по краям; они выделяют зловонную сукровицу, сопровождаются невыносимыми болями и приводят к разрушению ткани матки. Язвы этого рода носят название фагедении; они очень опасны и оканчиваются смертью. Гиппократ[137]. Язвы половых органов женщины опасны для входящих с нею в сношение мужчин. Цедрен[138]. Эта заразительность была известна римлянам, как об этом свидетельствует следующий, приводимый Палладием, факт[139]

Во время преследования христиан, по приказу Диоклетиана, одна молодая девушка редкой красоты была обвинена в принадлежности к христианству. Привлеченная к суду, она не пыталась скрывать свою веру и отвергала предложения, которые настойчиво, с различными угрозами делал ей Диоклетиан. Ее обвинили в занятии проституцией и отвели в лупанарий, где «leno» предложил ее всем развратникам города. Чтобы избегнуть насилия, девушка сказала им, что у нее есть язва (ulcus) в глубокой части тела и что она отдастся им, когда выздоровеет. Эта уловка спасла ее от притязаний мужчин; отсюда ясно видно точное знание заразительности язв на женских половых органах, так называемое morbus indecens или Lues venerea, — болезнь, которой в высшей степени боялись тогдашние развратники обоего пола.

 

Рагады . Язвы и трещины заднего прохода были обычным явлением у пассивных педерастов. Гален дал этой болезни название жгучих болей, а Цельз называл ее «ragada». Аэций, который много писал о болезнях заднего прохода, отмечает, что эти повреждения сопровождаются нарывами с фистулезными ходами; в этом случае они принимают характер номы или фагедении. Довольно часто образуются слипания отдельных частей язвы и разращения. Цельз отметил еще одно поражение заднего прохода, являющееся результатом разврата: это выпадение anus'a и образование грибовидной язвы вокруг заднего прохода и вблизи влагалища. Наконец, существуют еще кондиломы, наросты и другие разращения, о которых мы поговорим в специальной главе.

 

Бубоны . Древние врачи под бубонами (bubo) разумели всякое воспаление лимфатических желез, но так как эта болезнь появляется обыкновенно в паховой области, то бубоном называли воспаление паховых желез, так же, как и самую эту область. Римляне употребляли также слово inguis для обозначения самой области и болезни. Позднее стали различать два понятия, и бубоном называли воспаление, сопровождаемое припухлостью a phyma — воспаление, которое быстро протекает и быстро переходит в нагноение. Гален обозначал именем «phugethlon» припухлость желез, при которой имеется рожистое воспаление кожи, получившее название «koiras» или, если она отвердевает, «struma». Согласно этому автору[140], железы эти в силу своей мягкой структуры вообще легко поддаются аденитам, reuma. Вот почему железы паховые, подмышечные и шейные подвергаются воспалению, тогда как голова и ножные и ручные пальцы склонны к изъязвлениям. Бубоны, прибавляет автор, труднее поддаются лечению в том случае, если организм обременен дурными соками. Когда бубоны имеют склонность к нагноению, Гален рекомендует делать насечки, но предо стерегает от насильственного раскрывания их. Только тогда, когда не удается достигнуть разрешения процесса, он рекомендует операцию, именно, горизонтальный надрез, который ведут параллельно паховой области, а не к бедру, так как в противном случае края раны сближаются с трудом.

Современные сифилитологи, как и врачи древности, отличают простой бубон, который нагнаивается редко и оканчивается раной или язвой, от бубона злокачественного, являющегося результатом распространения ядовитого начала шанкра и его локализации в одном или нескольких лимфатических узлах.

 

Экзантемы (сыпи). Герпест половых органов, сопровождаемый изъявлениями, (esthiomenos Гиппократа[141]) согласно комментариям Генслера, передается половым путем. Относящиеся сюда слова Галена могут быть истолкованы в том же смысле: он принимает заразительность, но нельзя определить с точностью, имеет ли он в виду «herpes» или какую-нибудь другую сыпь влагалища[142].

Аеций в своем Tetrabiblon описывает pustulae spontanae in pudendis, которые вызывают образование фимоза; в той же главе[143]он дает описание scabies scroti, имеющей тенденцию переходить в чешуйчатую язву и оставлять после себя очень мучительный зуд мошонки. Гален описывает psoriasis scroti как затвердение мошонки, сопровождающееся зудом, а иногда язвами.

 

Кондиломы . Это — возвышение, в большем или меньшем числе образующееся в заднем проходе и половых частях. Термин «кондилома» принадлежит Галену. Другие же греческие авторы называют sucon, sucosis, uscoma, sucodes образования, наблюдаемые на половых частях. Римляне называли кондиломы «phicus».

Гален описывает sucon или phicus как язвеный бугорок, выделяющий жидкость (loc.cit.). Согласно Орибазу, он круглой формы, красного цвета, твердоватый и болезненный. Он образуется не только в заднем проходе и половых частях, по и на губах и подбородке, и на волосистых частях тела. Гиппократ описывает кондиломы под именем «kion» и говорит, что они издают дурной запах[144]. Аэций определяет их следующим образом: Condyloma est rugosa eminentia. Rugae circa os uteri existentes dum inflammantur, attolluntur et indurantur, tumoremgue ac crassitudinen quandum in locis efficiunt[145].

Кондиломы встречаются чаще всего в заднем проходе, особенно у мужчин. Цельз их приписывает педерастии. Но нельзя разобрать, идет ли речь о первичных или вторичных кондиломах, что, впрочем, не дает нам права отрицать существования этих последних в древности. Розенбаум. Лечение кондилом, которые Цельз рассматривал как разращение, вызываемое местным воспалительным состоянием anus'a, tuberculum quod ex quadam inflammatione nasci solet, — было аналогично лечению трещин, тоже являющихся результатом распутства. Это лечение состояло в разрешающих пластырях и энергичных прижиганиях. В настоящее время кондиломы лечат вырезыванием и прижиганием и рассматривают их как раздражение, вызванное бленоррагическим или сифилитическим ядом. Нельзя допустить, чтобы кондиломы в те времена имели другую причину, чем теперь, так как установлено, что эти возвышения — продукт разврата и встречались только у занимавшихся развратом лиц обоего пола и у людей, имевших с ними общение. Наросты «phicus», столь часто встречавшиеся у римлян, были просто кондиломами заднего прохода, причину которых вполне основательно видели в противоестественных половых отношениях; недостаточное лечение этой болезни позволяло им переходить в нагноение и делало их почти наследственными. Нередко целые семьи бывали поражены ею. Эти наросты встречались в различных формах, которые различные авторы описывали, как отдельные патологические категории, несмотря на внутреннюю близость их между собою.

Таков thymus, описанный Цельзом[146], как варикозное расширение, безболезненное, красноватое, суженное в своем основании и твердое и морщинистое на верхушке; таково akrochordon, гладкое, круглое, мясистое возвышение с слабым и круглым основанием, безболезненное и затверделое. Эти последние или отпадают сами собой, воспаляются и нагнаиваются; после срезывания они не оставляют корней. Цельз[147], Гален и Аэций наблюдали akrochordon в заднем проходе и на половых частях женщин. Согласно этим авторам, их удаляют ножом или посредством прижиганий. Другая, очень бурная форма разращений, murmekiasis древних греческих врачей, очень похожа на предыдущую форму и описана Цельзом под именем «formioa», она ниже и тверже, чем thymus, имеет более глубокие корни и более болезненна; у нее широкое основание и гладкая поверхность верхушки. При дотрагивании она дает больному ощущение муравьиного укуса, откуда и само название. Таковы в общем венерические болезни, которые древние врачи наблюдали на половых органах мужчин и женщин.

Хотя в этих наблюдениях и немного такого, что говорило бы об их знакомстве с заразным началом, — тем не менее в виду установленной ими этиологии и клинически изученных симптомов, отрицать о знакомство нам кажется невозможным[148].

 

Лепра и элефантиазис (проказа и слоновая болезнь). Венерические болезни, распространенные в Египте и во всех странах Малой Азии, где проституция имела религиозный характер, получили одно время особенно сильное значение в Сирии и Иудее. Именно здесь привилась проказа, неизменно носившая печать конституциональных болезней; быть может это была не более, как особая модификация конституционного сифилиса Индии и Дальнего Востока. Эта смешанная форма, под влиянием нечистоплотности и незнания элементарных предписаний гигиены, обусловила развитие многочисленных болезней половой сферы, именно lues venerea, локализующаяся на коже и на слизистых оболочках. Некоторые древние авторы оставили очень подробные описания этой последней.

Лечение ее было самое разнообразное; большей частью больные обращались к шарлатанам: продавцам любовного напитка и амулетов, волшебникам, жрецам и магикам, которые все в большей или меньшей степени жили на средства проституции, религиозной и мирской. И только в виде исключения больные обращались к помощи врачей: кроме того, последние очень мало интересовались такого рода больными, как это отмечает Цельз в предисловии к своей 6-ой книге: «Для того, чтобы изложить лечение подобного больного, на латинском языке нет приличных выражений; — в подобном случае трудно исполнять требования благопристойности, тем не менее это соображение не должно остановить мое перо, потому что я, прежде всего, не хочу оставить неразъясненным ни одного из тех полезных сведений, какими я обладаю; кроме того, следует распространять в народе медицинские сведения, относящихся к лечению этих болезней, о которых чужие узнают только против воли больного. «Dein, quia in vulgus eorum curatio etiam proecipue cognoscenda, quae invitissimus quisque alteri ostendit».

Эти поражения и были так называемые секретные болезни времен Августа.

Проказа, как известно, появилась из Египта и Малой Азии, этих постоянных очагов эпидемий всякого рода. Евреи, сирийцы, финикияне и египтяне уже издавна были знакомы с проказой. У этих народов она приняла форму хронической, конституциональной и наследственной болезни; она проявлялась различно в зависимости от условий климата, возврата и темперамента больных; — она давала симптоматические возвраты и ожесточения под влиянием проституции и половых эксцессов. Только в 650 году после основания Рима она впервые появляется в Италии под именем слоновой болезни греков и придает венерическим болезням особый отпечаток.

Так, мы видим, что Цельз, основываясь на нескольких отдельных наблюдениях приходит к заключению, что «эта болезнь производит особое состояние во всем теле, так что даже кости изменяются». Но еще до него один греческий врач, Аретей Каппадокийский, исчерпал уже описание этой болезни, и рассматривает ее как огонь, который только тогда выходит наружу, когда он уже уничтожил все внутренние части тела. В начале болезни кожа лица и некоторых частей тела становится блестящей. Один за другим появляются не сколько толстых, шероховатых, не одинаковых между собой бугорков.

Промежуточная же между ними поверхность покрывается трещинами, как на коже слона. Вскоре все тело покрывается подобными бугорками, волосы погибают и выпадают, голова, а вслед за нею лицо и лонное соединение лишаются волосяного покрова. Лицо испещряется твердыми остроконечными бородавками, лишаи покрывают пальцы, колена и подбородок, скулы припухают и краснеют, глаза темнеют и принимают медный оттенок, брови сближаются и на них вырастают широкие, синеватые бородавки. Бурые разращения появляются также на щеках и на носу; губы припухают, нижняя губа становится отвислой и постоянно покрыта слюной, зубы также чернеют, появляются язвы вокруг ушей, из которых течет гнойная жидкость. Все лицо становится изрезанным шероховатыми морщинами и черными трещинами; отсюда название «элефантиазис». Появляются борозды на пятках и подошвах ног до середины больших пальцев. Если болезнь усиливается, то то бугорки на щеках, подбородке, пальцах и коленях превращаются в зловонные неизлечимые язвы. Одни поднимаются над другими, как бы поглощаются одни другими.

Бывает также, что члены умирают вместе с больным: они отделяются от остальной части тела, которое таким образом постепенно теряет нос, пальцы, ноги, целиком обе руки, половые органы; болезнь только тогда оставляет больного и избавляет его от ужасной жизни и необыкновенных мучений, когда отнимает у него все члены один за другим.

Такова симптоматология лепры. Она заметно отличается от кожных поражений современного сифилиса. Но можно ли отрицать что значительно изменяясь у лиц скрофулозных, — сифилис под влиянием ртути и йодистого калия дает в периоде маразма и кахексии процесс, аналогичный описываемому выше?

Архиген также высказал свое мнение относительно элефантиазиса. По его мнению, эта болезнь не только заразительна, но и кожные поражения при ней суть явления вторичные. Причина этих последних ему неизвестна, но болеют обыкновенно лица очень сладострастные, а евнухи не подвержены ей. Это обстоятельство могло бы быть лишним доказательством венерического происхождения лепры, тем не менее некоторые авторы не видят достаточных оснований сделать заключение о том, что болезнь эта первично поражает именно половые органы. Но высококомпетентный комментатор греческих и латинских текстов в своем труде «История сифилиса в древности», вместе почти со всеми современными сифилидологами совершенно определенно утверждает, что лепра и венерические болезни, различно комбинируясь, производят одно и то же действие. Он находит что также как mentagra может переходить в psora, так и элефантиазис, если его рассматривать в связи с «финикийской болезнью», может возникнуть половым путем, причем этого положения нисколько не колеблет то обстоятельство, что первично болезнь появляется на лице, ибо кожные железы лица имеют очень тесную связь с половыми органами. Кроме того, многочисленные случаи, описанные авторами средних веков, доказывают, что лепра распространялась половым путем, а это дает повод заключить, что сифилис в XV веке был именно этой болезнью, измененной каким-то особо-эпидемическим началом, болезнью, которая за XV веков до этого свирепствовала под именем «элефантиазиса» и имела своим источником нечистые события и распутство проституции.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-19; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.212.116 (0.021 с.)