Владелец цирка сказал ему: «Мой друг, я искренне сожалею о том, что забыл о тебе; но разве ты не безумец? Если люди перестали приходить к тебе, тебе следовало начать есть».



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Владелец цирка сказал ему: «Мой друг, я искренне сожалею о том, что забыл о тебе; но разве ты не безумец? Если люди перестали приходить к тебе, тебе следовало начать есть».



Этот человек ответил: «Но моя привычка есть умерла; ее больше нет. Я совершенно не чувствую голода. И я больше не устраиваю представлений; я попал в ловушку, я беспомощный пленник в руках этого представления. Я больше не играю, я действительно не чувствую никакого голода. На самом деле, теперь я не знаю, что такое голод, поскольку то, что люди называют голодом, больше не случается со мной».

Что случилось с этим человеком? Если вы будете длительно и методично поститься, голод действительно умрет и исчезнет. Поэтому мы не позволяем проснуться нашей жажде Бога, потому что Бог - самый беспокойный фактор в нашей жизни. Ничто в мире не может так нарушить покой, как он. Вот почему мы принимаем все предосторожности против него и делаем все возможное, чтобы держать его подальше. Мы закрываем ему путь со всех сторон и очень обдуманно, чтобы он не мог войти в наш мир даже украдкой.

Но как бы то ни было, каждый человек рождается с жаждой Бога. И если дать ей возможности и условия для пробуждения, все остальные стремления - такие, как жажда богатства, жажды славы - просто исчезнут. Тогда не будет иной жажды, кроме жажды Бога. Они несовместимы. Поэтому, чтобы сохранить эти иные стремления — жажду богатства, жажду власти и престижа, жажду секса - мы должны удерживать и подавлять стремление к Богу. Потому что, если божественная жажда возникнет и выйдет на сцену, она сначала устранит, а затем ассимилирует в себе все остальные стремления, и останется только она. Бог очень ревнив. Когда он появляется, он занимает всю сцену, один он. Он никому не позволит шутить с ним. Когда он избирает вас своей обителью, своим храмом, всем мелким богам и богиням придется уйти; они больше не смогут жить здесь. Вы можете видеть множество этих богов, сидящих в храмах - это бог-обезьяна Хануман и многие другие боги и богини; все они исчезнут. Бог больше не позволит им обитать здесь. Когда придет Бог, он перевернет все. Он один будет сидеть на троне. Он очень, очень ревнив.

Друг спросил: Разве то, что делает индивидуум, не совершается, в действительности, самим Богом?

Это правильный вопрос. До тех пор, пока индивидуум делает что-то, это не делается Богом. До тех пор, пока человек чувствует, что он делает, это не дело Бога. В тот день, когда человек узнает, что его больше нет, что он не деятель, это случается, его действие становится действием Бога; он принадлежит Богу. Но это не становится действием Бога, пока человек считает, что это делает он. В тот день, когда делание превращается в происшествие, в тот день, когда человек действительно переживает это как то, что происходит, Бог побеждает; тогда он делает все через индивидуума. Если вы спросите ветры: «Вы дуете?», - они ответят: «Нет, нас дуют». Если вы спросите деревья: «Вы растете?», — они ответят: «Нет, нас растут». Если вы спросите волны: «Вы бросаетесь на берег?», - они ответят: «Нет, нас бросает на берег». Это действия Бога.

Но человек говорит: «Я делаю». Именно здесь он отделяется от Бога. Именно здесь его эго берет верх, и он закрывается в своем эго. Именно в этот момент человек отходит от Бога как отдельная сущность. Бог берет верх в тот самый день, когда человек приходит к пониманию, что точно так же, как дуют ветры, морские волны обрушиваются на берег, растут деревья, цветут цветы, движутся звезды, им тоже движет нечто; есть кто-то внутри, кто движет им и говорит через него, он не отделен. В этот день, и только в этот день, Бог становится делателем.

Это иллюзия — что мы делаем. И только эта иллюзия делает нас несчастными и заставляет страдать. Только эта иллюзия служит стеной между нами и Богом. И в тот день, когда мы перестаем быть деятелями, все иллюзии прекращаются. Тогда остается лишь Бог.

В действительности, даже сейчас есть только Бог. Вы становитесь им не потому, что вы деятель. Я этого не говорю; я имею в виду не это. Когда вы считаете себя деятелем, вы находитесь в иллюзии. Даже тогда только Бог - деятель, но вы не осознаете этого. Это похоже вот на что: сегодня вечером вы ложитесь спать в Нарголе, и вам снится, что вы приехали в Калькутту. Вы не приехали в Калькутту; сколько бы вам ни снилось, что вы в Калькутте, вы по-прежнему находитесь в Нарголе. Но во сне вы попадаете в Калькутту, и вы начинаете выяснять, как вернуться в Наргол - поездом, самолетом или пешком. Вы узнаете насчет дороги и ищете путеводитель, чтобы взять его с собой. Вы изучаете дорожную карту. И вдруг ваш сон прерывается, вы просыпаетесь и с удивлением обнаруживаете, что никуда не уезжали, что вы по-прежнему в Нарголе. И тогда вы уже не спрашиваете о дорогах и не смотрите в карты. Теперь вы не интересуетесь проводником. И если кто-то спросит вас о вашем намерении уехать из Калькутты, вы просто рассмеетесь и скажете, что вы не уезжали в Калькутту, вы только думали об этом.

Когда человек думает, что он деятель, он не является таковым в реальности; это только мысль, идея, сон. Ему просто снится, что он деятель. На самом деле, все происходит. И если этот сон исчезает, происходит то, что, мы называем знанием или просветлением.

Даже когда вы говорите, что Бог заставляет вас делать что-то, вы тоже в иллюзии, старая иллюзия продолжается. Потому что тогда вы тоже остаетесь сущностью, отдельной сущностью, и между Богом и вами есть расстояние. Теперь вы верите, что Бог есть, но, кроме него, есть также и вы. Теперь вы верите, что Бог режиссер, а вы исполнитель.

Нет, когда вы по-настоящему проснетесь в Нарголе, вы не будете говорить, что вы вернулись из Калькутты; вы просто говорите, что вообще не были там. Когда вы пробудитесь от сна эго, в котором вам снилось, что вы деятель, вы не будете говорить, что вы делаете то, что приказывает вам Бог. В этот день вы просто скажете: «Есть только Бог, меня нет». Вы скажете: «На самом деле, я никогда не существовал; это был сон, и он закончился».

Мы можем продолжать спать и видеть сны бессчетное количество жизней, бесконечное количество жизней. Снам нет конца. И самое поразительное в них то, что, когда вы видите сон, он кажется абсолютной правдой. Вы видели сны много раз. Вам каждую ночь снятся сны, и наутро вы понимаете, что это был сон, и все в нем ложь. Но когда вы снова заснете сегодня, вы не будете знать, что это сон и что это неправда. Вы снова будете считать, что это чистая правда. А завтра утром вы снова скажете, проснувшись, что в нем не было ни капли правды. Какая короткая у нас память! То, что утром вы признаете за ложь, снова станет правдой ночью, когда ваш сон возобновится. И осознание, которое есть у вас утром, вновь и вновь теряется.

Несомненно, это не глубокое осознание, оно очень поверхностно. Оно не идет дальше кожи. В глубине продолжается старая иллюзия. Мы знаем и понимаем вещи только на поверхности. Кто-то читает книгу, в которой говорится, что все, что мы делаем, делает Бог, и на одно мгновение он поверхностно понимает, что он не деятель, что все делает Бог. Но старое «я» продолжается; теперь оно говорит: «Я не делатель». Это понимание через миг исчезнет. Ударьте этого человека, и он взорвется гневом, крича: «Вы что, не знаете, кто я?» Он забудет, что только что говорил: «Я не деятель, меня нет; есть только Бог». Хороший удар - и он все забудет. Все его понимание исчезнет в долю секунды, и он тут же завопит: «Как вы осмелились ударить меня? Вы что, не знаете, кто я?» Он простится с Богом и своими рассуждениями о Боге, и его «я» вернется на свое место.

Я слышал о монахе, который провел в Гималаях тридцать долгих лет. Он проводил время в великом покое и уединении и полностью забыл о своем эго. Для существования эго необходим другой. Как может жить эго, если нет другого? Другой - это условие существования эго; эго не может жить само по себе. Когда вы надменно смотрите в глаза другого, ваше эго оживает. Если нет другого, что вы будете делать с чувством собственной важности, со своим высокомерием? Как вы будете проявлять эти чувства? Кому вы будете говорить: «Я есть»? Чтобы сказать это, необходим «ты» - другой. Чтобы поддерживать «я», которое ложно, нужна другая ложная сущность: «ты». Без другого эго существовать не может. Чтобы одна ложь могла жить и процветать, необходима целая сеть лжи. Но истина самостоятельна; ей не нужны никакие подпорки. Истина может стоять на собственных ногах, ей не нужны подпорки, сделанные изо лжи. Чтобы поддержать ложь «я», вам нужно много другой лжи, вроде «ты», «он» и «они». Только тогда ложь может выстоять.

Этот монах был один в горах, без общества. Там не было никаких «ты», «он», «они» и «мы». Там вообще никого не было. И поэтому он забыл о своем «я». Тридцать лет - большой срок, он стал очень тихим и спокойным. Теперь люди из долин стали приходить к нему. И вот они обратились к нему с просьбой: «Мы организуем праздник внизу, в долине, и мы просим тебя почтить его своим присутствием. Это даст людям из долин возможность увидеть твою святость, получить даршан. Они не могут себе позволить взбираться на эти высокие горы. Мы будем очень признательны». Монах подумал, что, поскольку его эго исчезло, не будет ничего плохого в том, чтобы пойти к людям. Поэтому он спустился в долину.



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-07; просмотров: 89; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.227.97.219 (0.009 с.)