ТОП 10:

КОНТРАСТЫ НАШИХ ДНЕЙ (ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ)



Итак, позади 25 столетий жизни города, судьба ко­торого поистине удивительна, 25 столетий, заполнен­ных событиями грозными и славными, трагическими ис­пытаниями и взлетами человеческого гения. Многие де­сятки поколений его жителей познали здесь радость и горе, участвовали в созидательной деятельности, содро­гались при виде насилий и разрушений. Каков же он сегодня — этот город, который Маркс назвал «вечным»?

Октябрьские дни 1923 г. стали рубежом, за которым начались колоссальные перемены в жизни древнего го­рода. Стамбул сохранил значение гигантской историче­ской реликвии, великолепного музея под открытым не­бом, но в его облик, быт и нравы его населения все на­стойчивее вторгался XX век.

Автору этих строк дважды довелось побывать в Стам­буле на рубеже 60—70-х годов. И больше всего в этом городе поражают контрасты богатства и нищеты. В де­сяти минутах ходьбы от нарядных улиц центральных районов расположены трущобы, которые выглядят как подлинное царство нищеты. Магазины и рынки полны продуктов, а рабочий люд вынужден довольствоваться супом из потрохов да хлебом с традиционной брынзой.

Современный Стамбул — промышленный, торговый и культурный центр Турции. Его жители гордятся своим городом. Они всегда готовы напомнить собеседнику, что в Стамбуле и его пригородах сосредоточено едва ли не 70% всей промышленности страны, что на него прихо­дится более половины объема ее торговли, что он дает стране 90% доходов от иностранного туризма, ибо по­давляющее большинство туристов едет в современную Турцию именно для знакомства с городом на Босфоре и его памятниками. Вместе с тем Стамбул — крупней­ший центр науки, просвещения и культуры Турецкой

Республики. Эмоциональный стамбулец, перечисляя эти доказательства бесспорного первенства Стамбула среди прочих турецких городов, не забудет ни памятников старины, ни первый турецкий университет, ни, наконец, особую красоту горожанок. Последний аргумент далеко не бесспорен, но и остальных доводов вполне достаточ­но для того, чтобы признать, что, уступив Анкаре — го­роду куда менее красивому и значительному — роль сто­лицы, Стамбул не перестал быть первым городом страны.

А по своим достопримечательностям Стамбул сегод­ня — один из первых городов мира. Храм св. Софии и церковь Хора, десяток других крупных церквей и хра­мов византийского времени, обелиск Феодосия Велико­го, колонна Константина Порфирородного и Галатская башня, византийские водопроводы и водохранилища, византийские стены и башни, когда-то неприступные и грозные... Есть где разыграться воображению туриста! Наконец, множество памятников турецкого средневе­ковья, в том числе соборные мечети — Эйюб и Мехмед Фатих, Сулейманийе и Ахмедийе, многие другие мече­ти, султанские дворцы Топкапы и Долмабахче, давно превращенные в музеи. Цветные открытки с видами Стамбула — один из самых ходовых товаров в старой части города, где сконцентрировано большинство исто­рических памятников.

Стамбул меньше таких городов-гигантов, как Токио или Нью-Йорк. Но по турецким масштабам его населе­ние огромно, и самое главное — оно продолжает быстро расти. Вот несколько цифр: 1968 г.— 2 млн. жителей, 1975 — 3 млн., в начале 80-х годов — 4,5 млн. Темпы роста впечатляющие. Но они же порождают массу со­циальных и бытовых проблем, которые явно не под си­лу решить муниципалитету.

Прежде всего это проблема жилья. Если приглядеть­ся к Стамбулу чуть внимательнее, то станет видно, что добрая половина домов давно нуждается в ремонте. Де­ятели муниципалитета и не отрицают, что из 900 тыс. жилых домов половина ждет капитального ремонта, а есть немало зданий, которые ремонтировать и смысла нет. В бытовом отношении положение ничуть не лучше: водопровода в большинстве домов нет, газ имеет еще меньшее число жилых построек, а канализацию — толь­ко пятая часть домов. Электричество в Стамбуле— шту­ка ненадежная, электроэнергия подается с перерывами.

Что касается отопления, то теплоцентрали для жилых домов здесь лишь мечта, а пока каждый дом имеет свою систему отопления, в старых же домах зимой в ходу до­потопные мангалы на древесном угле.

Но и это не все. Жилье — вещь в Стамбуле очень дорогая. Приличная комната может стоить треть, а то и половину зарплаты рабочего или мелкого служащего. Такие деньги есть далеко не у всех, а крыша ночью — хотя бы и плохонькая — нужна каждому. Вот и нашли неимущие стамбульцы, как, впрочем, и жители других крупных турецких городов, своеобразное решение проб­лемы. Они сооружают геджеконду, что в переводе с ту­рецкого означает «построенный за ночь». По турецким обычаям, власти не могут снести жилище, которое за одну ночь подведено под крышу. Вот и строят бедняки с помощью родных и друзей лачуги из всего, что есть под рукой. Обычно это старые доски или фанера, кус­ки жести или ящики. Потом лачугу «благоустраивают», чтобы в ней можно было хоть как-то существовать, имея защиту от ветра, дождей и снега. Геджеконду в сегод­няшнем Стамбуле занимают целые кварталы, причем не только на отдаленных окраинах гигантского города, тер­ритория которого превысила 300 кв. км. Эта цифра, в свою очередь, напоминает о транспортных проблемах Стамбула.

Еще несколько лет назад главнейшей диковинкой Стамбула был изящный висячий мост через Босфор. Ты­сячи стамбульцев собрались 20 февраля 1970 г. на азиат­ском его берегу на церемонию закладки моста, проек­ты которого долгое время казались утопией. Строили мост три года, финансирование осуществляли банки ряда стран, строительная техника и детали поступали из ФРГ, Англии, Франции и Италии. Автором проекта уникального сооружения был английский инженер Бра­ун. Эксплуатация моста началась осенью 1973 г. Он стал по длине четвертым в мире — 1500 м при ширине 33,5 м и высоте над водами Босфора в 64 м. Мост быстро оку­пил затраты на его строительство. В 1977 г. уже был разработан проект второго такого моста, который дол­жен войти в эксплуатацию в середине 80-х годов. Не ус­пели стамбульцы привыкнуть к этому новшеству, по­зволившему избегнуть многочасового ожидания пере­правы через Босфор на традиционных паромах, как по­явилась новость еще более ошеломляющая. В феврале 1984 г. турецкая печать сообщила, что правительство

планирует строительство под Босфором автомобильного туннеля и туннеля для поездов метрополитена, который пока в проекте. Длина каждого из туннелей — 2 км, сто­имость обоих проектов — 1 млрд. долл.

И снова — контрасты. Новейшая техника, сложные инженерные конструкции соседствуют с сотнями улиц и улочек, где и двум микролитражкам разъехаться — це­лая проблема. Во второй половине 70-х годов начата ре­конструкция городских магистралей, появились и пер­вые современные транспортные развязки, но денег му­ниципалитета едва хватает ,на самые неотложные ме­ры по ликвидации пробок автомобильного транспорта, который, как и во всем мире, растет катастрофическими темпами. Автобусов, троллейбусов и трамваев не хва­тает, и не только в часы пик. Поэтому пока самый попу­лярный вид транспорта в Стамбуле — такси, которое именуется там «долмуш» («наполненный»), ибо его хо­зяин не начнет рейс, пока не загрузит свою машину (чаще всего микроавтобус) до отказа.

Тесно уживаются средневековье и день сегодняшний в городской торговле. Как и прежде, бойко торгует зна­менитый Каналы Чаршы. Правда, ассортимент товаров во многом изменился, иной стала одежда покупателей и продавцов. Зато неизменными остались неповторимая атмосфера огромного восточного базара, приемы купли-продажи; сохранились и знаменитые ряды ювелиров. С крытым рынком и другими живущими по старинке базарами соседствуют крупные магазины и конторы торговых фирм, расположенные в современных зданиях из бетона, алюминия и стекла. Они торгуют самой сов­ременной техникой, включая электронную аппаратуру. Среди 50 тыс. купцов, состоящих членами стамбульской торговой палаты, имеется множество воротил, связанных с торговыми домами всех стран и континентов. В то же время тысячи людей заняты розничной, а порой и ме­лочной торговлей. Их заботы весьма далеки от проб­лем, волнующих обитателей элегантных офисов круп­ных фирм, акционерных обществ и банков. Кстати, в Стамбуле много разных банков — более 30 турецких, не­мало филиалов крупных европейских и американских. Их рекламы — едва ли не самая назойливая часть стам­бульских рекламных щитов, плакатов и световой рекла­мы. Двери контор и отделений банков «демократично» открыты для всех. Но какой смысл открывать эти двери бесчисленным мелким торговцам, разносчикам

чая или кофе, грузчикам, чистильщикам обуви, боль­шинство которых— 10—12-летние ребятишки.

Ребятишки-чистильщики — не случайное явление. Дети разносят покупки из магазинов и с рынков в дома богачей. Малыши, даже не подростки, гнутся под тяже­стью пакетов с бельем или выглаженной одеждой для клиентуры многочисленных стамбульских гостиниц. Грустное зрелище, да и глаза у ребятишек грустные. Но они готовы на любую работу, только бы принести мате­ри несколько лир. Они хорошо знают, как он достает­ся — хлеб насущный. Немного веселеют маленькие труженики летом, когда толпы туристов заполняют Стамбул. Ожидая оплаченного поручения или просто надеясь получить сувениры, стайками крутятся они у знаменитых храмов, дворцов и мечетей, играя в нехит­рые детские игры, наслаждаясь ветерком, дующим с мо­ря. Вот тут наблюдаешь еще один из стамбульских кон­трастов. Туристы — хорошо, а порой и изысканно оде­тые, удивительно благополучные на вид, щелкающие до­рогими фотоаппаратами и жужжащие кинокамерами. А им вольно или невольно позируют дети — бедно оде­тые, истощенные постоянным недоеданием, в глазах удивление ошеломляющей сытостью этих непонятных им людей. Но еще трагичнее сухие цифры. Около 200 тыс. детей в возрасте от 6 до 16 лет трудятся за гро­ши в мастерских и на предприятиях Стамбула. И еще одна цифра, вообще не требующая комментариев. В го­роде на Босфоре 10 тыс. беспризорных детей! Эту страш­ную реальность не затушевать ничем — ни спортивны­ми клубами для молодежи, ни стадионами, ни множест­вом кинотеатров, где всегда полно молодежи и подрост­ков. Да, они доступны многим, но далеко не всем. Билет на футбольный матч или на новый кинофильм стоит де­сятки лир, а для ребенка из семьи, которая еле сводит концы с концами, эта сумма означает совсем не то, что для юного шалопая из богатого дома.

Но тут сталкиваешься с новым контрастом — теперь уже в культурной жизни Стамбула. Кинотеатры впол­не современные, но что в них показывают с помощью новейшей импортной киноаппаратуры? С экранов на зрителя обрушивается культивируемый американскими продюсерами сплав насилия и секса. Хотя турецких фильмов ежегодно выпускается более 200, не всегда можно даже разыскать кинотеатр, где они демонстри­руются. Впрочем, подражание американским вестернам

наихудшего сорта очень заметно в этих фильмах, осно­вательно начиненных восточным колоритом и мелодра­матическими ситуациями, на которые столь падок про­стой зритель. Но его можно понять. Попав в кинотеатр, он хочет хоть на пару часов забыть о тяготах повседнев­ной жизни.

И еще один, едва ли не самый поразительный кон­траст Стамбула —• постоянно развивающееся промыш­ленное производство и хроническая безработица. В го­роде немало крупных заводов и фабрик — только на предприятиях тяжелой промышленности работает более 500 тыс. человек. В Стамбуле расположены многие пред­приятия пищевой, текстильной и кожевенной, дерево­обрабатывающей и бумажной, химической и стекольной, полиграфической и судостроительной, металлообрабаты­вающей и электротехнической, строительной и цемент­ной промышленности; на них трудятся почти 20% всех рабочих Турции. И при этом проблема занятости чрез­вычайно остра. Тысячи людей согласны на любую рабо­ту в мелких кустарных мастерсюгх (а их в городе уй­ма), готовы немедленно выполнить любое поручение, чтобы хоть что-нибудь заработать. Печальное зрелище представляет собой платформа стамбульского железно­дорожного вокзала Сиркеджи, откуда несколько раз в неделю уже многие годы уезжают в Европу, преимуще­ственно в ФРГ, большие группы молодежи, оказавшей­ся на родине лишними людьми. Сегодня в европейских странах трудится целая армия турецких рабочих — бо­лее миллиона человек. Правда, нет данных о том, сколь­ко среди них жителей Стамбула. Наверняка немало, но разве в цифрах дело? Трагично положение людей, за­нятых поисками права на труд на чужбине.

Купить в Стамбуле можно решительно все, но сколь­ко это стоит — вот в чем проблема. Цены очень высоки, и к тому же тенденция к росту у них невероятно устой­чивая. А в фешенебельных магазинах одежды, обуви и других товаров на главном проспекте города Истикляль джаддеси (проспект Независимости) цены просто оше­ломляют. Не теряющие чувства юмора ни при каких об­стоятельствах стамбульцы шутят с грустью, что цены на товары, выставленные в витринах этих магазинов, обжигают, как огонь.

Сохранил ли Стамбул свой многонациональный об­лик? Судите сами. Если в прошлом греки и армяне со­ставляли значительную часть населения, едва ли не

40%, то сегодня в городе с 4,5-миллионным населением насчитывается не более 80 тыс. армян и несколько десят­ков тысяч греков. Живут здесь и небольшие группы ара­бов и болгар, албанцев и лазов, евреев и поляков, фран­цузов и итальянцев. Но подавляющее большинство на­селения — турки. Национальная политика младотурок сказалась и на демографии Стамбула, в котором после депортаций армян и греков турецкая часть населения возросла очень основательно. Правда, Стамбул остает­ся единственным городом Турции, где существуют ар­мянские, греческие и еврейские школы и газеты и где представители этих народов занимают определенные позиции в торговле и особенно в сфере обслуживания. Все еще весьма заметна нетурецкая прослойка и в среде стамбульской интеллигенции — врачей и юристов, науч­ных работников и архитекторов, художников и музы­кантов.

Общественно-политическая жизнь Стамбула удиви­тельно многолика. Здесь всегда функционировали отде­ления ведущих политических партий, крупные профсо­юзные центры, молодежные организации. Рассказать об их деятельности — это значит, в сущности, начать разговор обо всей сложной и противоречивой политиче­ской жизни Турции, которая в последнюю четверть ве­ка была более чем бурной. Стамбул хорошо помнит май­ские дни 1960 г., когда мощные антиправительственные демонстрации студентов стали прелюдией к государст­венному перевороту, вызвавшему многие перемены в жи­зни страны. С тех пор Стамбул часто видел схватки сту­дентов с полицией на территории университета, да и других учебных заведений, демонстрации рабочих и мо­лодежи под лозунгами борьбы за элементарные челове­ческие права. Не раз происходили в городе и массовые выступления против американского военного присутст­вия, за выход Турции из НАТО. Порой такие демонстра­ции были непосредственной реакцией на заходы в стам­бульский порт американских военых кораблей из числа тех, что охраняют «интересы» США в Средиземноморье. Но видели улицы Стамбула и разнузданные сборища молодчиков из профашистских группировок и толпы лю­дей, вдохновлявшихся правыми партиями религиозно­го толка. Их боевые группы нападали па профсоюзных и молодежных акивистов, избивали, а порой и убивали прогрессивных политических деятелей.

На рубеже 60—70-х годов Стамбул, как и вся Тур-

ция, был ареной жесточайших схваток левых и правых экстремистов. Слова «анархия» и «анархисты» не схо­дили со страниц стамбульских газет и журналов, тюрь­мы были переполнены. Впрочем, объявив формально войну террористам любого толка, полиция, жандарме­рия и военные власти направили основной удар против левых сил. Были изданы жестокие законы о шествиях, демонстрациях и собраниях, поставившие эти проявле­ния общественной жизни под строжайший надзор пра­вительственных комиссаров. Почти 15 дет политическую жизнь Стамбула, как и всей страны, контролировали, временами открыто, вооруженные силы. Армейское ко­мандование годами было высшей властью в городе, ока­зывая помощь жандармерии в подавлении любых мас­совых выступлений трудящихся, даже первомайских демонстраций. Военные транспортеры и усиленные во­инские патрули — отнюдь не диковинка на стамбуль­ских улицах. И все же, несмотря на закон о чрезвычай­ном положении, массовые антивоенные митинги, де­монстрации протеста против дороговизны и против су­ществования американских военных баз в Турции про­ходили в Стамбуле не раз и на рубеже 70—80-х годов. Когда же в сентябре 1980 г. произошел военный перево­рот и власть взяло в свои руки командование вооружен­ных сил, Стамбул стал одной из главных арен борьбы с экстремистами. Но борьба с террористами, которые по­губили тысячи ни в чем не повинных людей, снова обер­нулась репрессиями против левых сил. Вместе с терро­ристами всех мастей за решеткой оказались тысячи ра­бочих, профсоюзных и молодежных активистов, борцов за мир и социальную справедливость.

Многое, очень многое изменил наш век в древнем городе на Босфоре. Неизменными остались, пожалуй, лишь памятники старины, великолепный Босфор, кото­рый в древности недаром окрестили восьмым чудом све­та, и сама панорама Стамбула. Автору этих строк при­шлось видеть Стамбул с борта авиалайнера, заходивше­го на посадку в международном аэропорту Ешилькёй, любоваться картиной его европейской части с борта .бос­форских паромов и из автомобиля, въезжая в город с самых разных сторон. Пожалуй, наибольшее впечатле­ние производят панорама европейской части Стамбула со стороны Босфора и те виды, которые открываются взору, когда смотришь на самую старую часть Стамбула с противоположной стороны Золотого Рога, Кому-нибудь

Стамбул, быть может, покажется городом с сумбурной планировкой и застройкой, неким калейдоскопом памят­ников старины. Он действительно калейдоскопичен — современный Стамбул. Но в этом смешении архитектур-' ных стилей и традиций, памятников самых разных эпох, даже в явной нерациональности планировки есть нечто цельное, делающее Стамбул, во всяком случае для ис­торика, городом, имеющим законченный облик, свое лицо. Его создала таким сама история. Правда, у нее талантливый соавтор — природа, сотворившая здешние воды, землю и небо.

Разнообразен и многолик современный Стамбул. Ему можно посвятить отдельную книгу. Наша задача была иной — рассказать читателю об исторической судьбе этого удивительного города. Что же касается нескольких зарисовок жизни Стамбула, основанных преимуществен­но на личных впечатлениях автора, то у них цель осо­бая. Пусть рассказ об истории древнего города в двух частях света не будет для читателя закончен. Пусть у него возникнет желание продолжить знакомство с горо­дом, имя которому Византии — Константинополь — Стамбул.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.175.120.174 (0.011 с.)