ТОП 10:

Организация внутреннего управления Северо-Восточной Руси



 

В основе государственного управления древнерусскими княжествами (а они не были едиными и в эпоху Золотой Орды) была княжеская власть. Основным фактором, способствующим ее сохранению, был отказ монголо-татар от прямого включения древнерусских земель в состав Золотой Орды в отличие от стран Средней Азии, Прикаспия и Северного Причерноморья. Кроме того, захватчики не создавали на территории Руси своей постоянно действующей администрации. Поэтому в Древней Руси было сохранено то государственное и местное управление, которое существовало до монгольского нашествия. Именно это управление, прошедшее известную эволюцию, Сумело, в конечном итоге, при помощи церкви сплотить народ вокруг единой цели - изгнания монголо-татарских поработителей и установления политической и экономической независимости государства.

Система русской управленческой иерархии XIV в. включала в себя четыре нисходящие ступени. На верхней ступени возвышались великие князья - верховные правители Русской земли. Вторую ступень занимали вассалы великого князя - удельные князья, обладавшие правами суверенных правителей в пределах своих уделов. На третьей ступени находились вассалы удельных князей - бояре и служилые князья, утратившие права удельных, иными словами, крупнейшие феодалы-землевладельцы. На низшей ступени управленческой иерархии стояли слуги под дворским - управляющим княжеским хозяйством, оставлявшие княжескую и боярскую администрацию. Они получали от князя или боярина небольшие участки земли за службу, В конце XIV в. их стали называть дворянами и детьми боярскими.

Ранее сложившийся на Руси политический строй княжеств существенно не изменился в ХIII-ХIV вв. По-прежнему князьям принадлежала в их княжествах судебная и административная власть над населением.

Во главе управления княжескими землями и хозяйством стоял дворский. В его ведении находились все прочие слуга княжеского двора, руководившие отдельными отраслями хозяйства. Казной князя ведал казначей, а его архивом - печатник. С появлением в суде, дипломатии и управлении хозяйством письменной документации у князя сложился штат дьяков и подьячих. Позднее этот бюрократический штат вошел в систему великокняжеских (государственных) приказов. Следует заметить, что отличительной чертой управления в княжествах XIV в. являлось слияние дворцового управления с государственным. Во всех делах управления князья опирались на духовенство, которое обычно поддерживало княжескую власть.

Роль церкви в государственном управлении Руси требует своего специального изучения. Советская историография этому вопросу внимания не уделяла, а если и появлялись отдельные работы, то в них главным образом речь шла о феодализации русской православной церкви. Именно с этих позиций написана монография ведущего историка церкви Н. М. Никольского «История русской церкви». Отношения церкви с княжеской властью в период феодальной раздробленности Руси и монголо-татарского ига здесь не стали стержневой идеей исследования Данной проблеме частично посвящена небольшая статья М. Н. Покровского «Феодализация православной церкви я татарское иго», опубликованная в сборнике статей «Религия и церковь в истории России».

Аккумулируя основные идеи исследователей по указанному вопросу, можно сделать следующие выводы. Монголо-татары не посягали на духовный образ жизни русских людей и прежде всего на их православную веру, хотя и варварски разрушали церкви. Они вообще были терпимы к любому вероисповеданию и даже у себя в Золотой Орде не мешали отправлению любых религиозных обрядов. Русское духовенство ордынцы не без основания считали нередко своим союзником. Во-первых, русская православная церковь боролась против влияния католичества, а папа был врагом Золотой Орды. Во-вторых, церковь на Руси в начальный период ига поддерживала, ради сохранения всей системы государственного управления в русских княжествах, князей, выступавших за сосуществование с Ордой. В свою очередь ордынцы освобождали русское духовенство от дани и снабжали служителей церкви охранными грамотами на церковное имущество. Все это, вместе взятое, позволило русской православной церкви сохранить известную самостоятельность и независимость от монголо-татарского ига и в последующем сыграть значительную роль в собирании русских земель, в сплочении всего русского народа для борьбы за независимость.

Выдающимися церковными деятелями в осуществлении этой цели стали в XIV в. митрополит Алексий и Сергий Радонежский. Они, используя великое объединяющее и духовное начало русской православной церкви, шаг за шагом приближали день Куликовской битвы.

Встав на путь предоставления известной самостоятельности в своих землях русским князьям и церкви, монгольские правители, тем не менее, пытались переместить политический центр русских княжеств в Золотую Орду. Об этом свидетельствуют получение русскими князьями ярлыков на княжение и система сбора дани в интересах монголо-татар. Однако эти новшества в государственной власти Руси вв. не стали раз и навсегда данными. Они в указанный период пройти свою эволюцию.

Важнейшим источником для изучения организации русских феодальных княжеств XIV-XV вв. и междукняжеских отношений являются грамоты князей, «духовные» (завещания) и «договорные».

Древнейшие из дошедших до нас княжеских грамот относятся ко второй четверти XIV в. (две духовные грамоты Ивана Калиты, написанные, по-видимому, незадолго до его смерти, и договорная грамота великого князя Семёна Ивановича с братьями). Помимо духовных и договорных грамот московских князей сохранились договорные грамоты московских князей с князьями тверскими, рязанскими и нижегородскими.

Хозяйственно-административная организация княжества вырастала из системы княжеского хозяйства, представлявшего совокупность различных «путей» (путём называлась определённая отрасль хозяйства или определённый доход). Бортное хозяйство составляло путь чашничий, княжеская охота - путь ловчий, коневодство - путь конюший и т. д. Каждый путь княжеского хозяйства состоял из разбросанных в разных местах земель, угодий, деревень и сёл. Эти земли вместе с жившим на них населением находились в ведении управителей соответствующих путей («путные бояре», пли «путники»): чашника, ловчего, конюшего и др. Остальные земли с жившим на них крестьянским населением, а также с поселениями различных свободных и несвободных слуг (холопы) были подведомственны «дворским», или дворецким. Среди последних большую роль в княжеском хозяйстве играл главный дворецкий, живший в княжеской столице. Более мелкие статьи хозяйства поручались слугам различных рангов и положения.

Ближайшими помощниками князя по управлению были его бояре и вольные слуги. Высший слой княжеских бояр носил название бояр «больших» и «введенных». Звание боярина «введенного», появившееся с первой половины XV в., было придворным званием и давалось по княжескому пожалованию. «Путными боярами», или просто «путниками», назывались бояре, ведавшие по поручению князя отдельными доходными статьями. Введенные и путные бояре больше других были связаны с княжеским управлением и хозяйством. Поэтому они, в исключение из общего правила, не привлекались к обороне своего города, так как это отвлекало бы их от обычных обязанностей.

В совещаниях с князем по делам управления обычно участвовали управители путей, а также тысяцкий, окольничий и казначей. Тысяцкий, как и в предыдущее время, был предводителем местного ополчения. Должность тысяцкого иногда передавалась по наследству (в Москве и Твери), а это ещё больше усиливало его положение и влияние. С развитием княжеского войска и усилением княжеской власти должность тысяцкого потеряла прежнее значение и была уничтожена.

По важнейшим вопросам управления, по вопросам внешней политики, военных действий, наследства и пр. князь советовался с членами княжеской семьи, высшими сановниками церкви и близкими боярами. Эти совещания не были постоянными и не имели строго определённого состава. Феодальный совет при князе в литературе принято называть «боярской думой» (этот термин официально не употреблялся).

Аппарат местного управления был построен в значительной степени на участии в нём землевладельцев, которые судили население своих вотчин и собирали с него собственные и княжеские доходы. Поэтому княжеские бояре и слуги управляли только теми землями, которые не имели частного собственника. В города посылались наместники, в «черные» волости - волостели. Наместники и волостели за своё управление получали с населения натурой корм, который впоследствии был регламентирован. При въезде наместнику давался «въезжий корм». Другие приношения делались на праздники: на рождество, пасху и в Петров день. Помимо натуральных приношений наместники и волостели собирали судебные и иные пошлины. Лиц, пользовавшихся кормлением, называли «кормленщиками». Часть денежных доходов кормленщики оставляли в свою пользу, часть отдавали князю.

Основным ядром военных сил князя был его двор, состоявший из мелких военных слуг, в том числе детей боярских и слуг под дворским. Дети боярские жили в своих владениях и являлись на службу по княжескому призыву. Другую часть княжеского войска составляли крупные землевладельцы (бояре), являвшиеся из вотчин с собственными вооружёнными отрядами, состоявшими из их вассалов и «людей» (холопов). Третью часть войска составляло городское и сельское ополчение. Ратные силы имели разнообразное вооружение. В конце XIV в. появилось первое огнестрельное оружие.

Отношения между князьями, принадлежавшими к одной княжеской династии, полнее всего можно представить для Московского княжества. В основе взаимоотношений между членами княжеской семьи лежало представление о патриархальной власти отца и о семейном разделе отчины, которая считалась общей собственностью потомков московского князя. При жизни отца сыновья занимали подчинённое положение. Перед смертью отец - великий князь - устанавливал сыновьям «ряд» (раздел, порядок), в котором определял долю каждого князя в общем владении. Часть владений выделялась вдове-княгине с дочерьми. Москва оставалась в совместном владении всех сыновей с распределением между ними управления и доходов. В совместном владении оставлялись и некоторые категории населения. Место умершего отца занимал старший сын: «брата своего старейшего имети ны и чтити во отцово место». Старший сын, наследник великого князя, получал некоторый излишек «на стариший путь», которой со временем превратился в решительное преобладание материальных средств в его руках. Во второй половине XIV в. появляется слово «удел» в смысле обособленного, отдельного владения младшего князя - вассала старшего.

Отношения между князьями, как принадлежавшими к одной княжеской семье, так и разных княжеских династий (московские, тверские, рязанские, суздальско-нижегородские и др.), строились на договорных началах. При этом политические отношения между князьями выражались в терминах кровного родства. Старшим считался великий князь (для московских князей - великий князь московский, для тверских - великий князь тверской и т. д.). Он являлся для следующей за ним категории князей «братом старейшим» и был им «в отца место». Вторую ступень составляли просто братья, за ними - братья «молодшие». Однако эти термины могли не соответствовать действительным степеням родства. Так, в договоре 1389 г. великого князя Дмитрия Ивановича Донского с его двоюродным братом удельным князем Владимиром Андреевичем устанавливались следующие отношения: Владимир Андреевич должен был считать своего двоюродного брата Дмитрия Ивановича отцом, его старшего сына и своего двоюродного племянника Василия - своим братом старейшим, второго по старшинству племянника - своим братом и, наконец, остальных племянников - братьями молодшими.

В пределах своих владений каждый князь являлся суверенным феодальным государем. В княжеском договоре это положение выражалось в формуле: «тебе знати своя отчина, а мне знати своя отчина». Каждый князь в пределах своей территории сам судил население, собирал дань, раздавал жалованные грамоты и пр. Князья взаимно обязывались в княжествах друг у друга сёл не покупать, в чужие владения данщиков не посылать, жалованных грамот не раздавать, не иметь в чужих землях закладников.

Договорные отношения между князьями. Главной целью княжеских договоров являлась общая внешняя политика: «быти ны за один до живота» (т. е, до смерти). Вопросы, касавшиеся отношений с другими русскими княжествами или с другими странами, согласно договорам, должны были разрешаться сообща. «А тобе брату моему молодшему без мене не доканчивати, не съсылатися ни с кем же; такоже и мне без тобе». У.князей должны были быть общие враги и союзники: «А кто будет брату нашему старейшему недруг, то и нам недруг, а кто будет брату нашему старейшему друг, то и нам друг». В некоторых договорах подробно указывалось, в каких случаях князья сами выступали в поход и в каких случаях посылали своих воевод и бояр с ратными силами.

Финансовая самостоятельность удельных князей ограничивалась лишь в отношении ордынского «выхода» (дани). Младшие князья, входившие в одно великое княжество, должны были передавать собранную дань великому князю. Однако последний и в этом случае не имел права посылать в чужие владения своих данщиков.

Наиболее значительными преимуществами великий князь обладал в области внешней политики. В начал - XV в. удельные князья уже не вели самостоятельных сношений с Ордой. Это право принадлежало одному великому князю и позволяло ему пользоваться внешней политикой как средством для усиления своей власти.

Таким образом, каждое великое княжение (Тверское, Московское, Рязанское и др.) представляло собой самостоятельную феодальную политическую систему, в которой под главенством своего великого князя - тверского, московского, рязанского - выступали на договорных основаниях все члены княжеской семьи, являвшиеся в своих уделах суверенными феодальными государями.

На таких же договорных основаниях были построены отношения между великим князем владимирским и другими князьями. После 1328 г. великим князем владимирским (за кратковременным исключением) являлся старший московский князь. Основным условием его договоров с тверскими и рязанскими князьями было единство внешней политики, особенно по отношению к Орде. Договорные грамоты устанавливали границы владений, порядок решения порубежных споров, охрану торговли и размер торговых пошлин, право вольного отъезда бояр и вольных слуг. При разрешении всех этих вопросов договаривающиеся стороны выступали как равноправные.

В системе международных взаимоотношений великий князь владимирский являлся главой феодального союза русских князей, состав которого подвергался постоянным изменениям и зависел от фактического соотношения сил в то или иное время.

В конце XIV - начале XV в. происходило усиление великих князей внутри каждого из великих княжеств. Великий князь стремился, нарушая старину, подчинить своей власти удельных князей и рассматривал их как подчинённых ему «служебных» князей. Эта перемена взаимоотношений привела к упорной борьбе между ним и мелкими удельными князьями, отстаивавшими свою самостоятельность перед растущим влиянием местного великого князя. В XV в. на территории наиболее крупных княжеств происходила с успехом ликвидация мелких княжеств. Одновременно изменялось и значение великого князя владимирского. Если в предшествующее. Время великий князь владимирский являлся главой феодального союза русских князей, то с конца XIV в. он всё больше начинает превращаться в главу слагающегося Русского государства. В связи с этим происходит полная перестройка прежней системы великого княжества Владимирского, связанная с объединением русских земель вокруг московско-владимирского великого, князя и Москвы как общего политического центра.

 







Последнее изменение этой страницы: 2020-03-14; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.234.254.115 (0.007 с.)