О больном В. Пр. Леонтии. О своем здоровье, несерчании и О руководстве симеона нов. Богосл. К провождению поста

 

Милость Божия буди с вами!

С великим постом поздравляю. Даруй вам Господи провести его душеспасительно, в великом терпении и самоотвержении.

Получил посланное вами. Благодарствую много за доброе расположение. Все изящно, но есть вещи непонятные. Первое место иконкам. Я их очень люблю. Карандаши какие представительные! Как-то они будут писать и как крепки при заострении!? Бумага для писем разлинована глазастей, чем обыкновенная. Да и все прекрасно. Теперь поясните мне эти неписанные книжки и книга - что суть и для чего назначаются? Конечно для письма чего-либо, но чего? Уж не дневник ли? Это мне нередко приходило в голову. Но какого содержания следует быть дневнику? Такого ли как отца Иоанна? Это самое лучшее. - У меня есть сему образчик, в письмах к разным лицам, в конце. - Но порождение таких мыслей прекратилось. Если не воротятся такие мысли, не придется писать такого дневника. Записывать бы текущие дела; например, болезнь владыки Леонтия и под. - Но много ли таких? Выходит, что почти нечего писать. Но пусть полежит. Положу их на глазах и они своим видом, предлагая мне вопрос о себе, доведут когда-нибудь и до решения его. Однако ж это не увольняет вас от показания, с какою мыслью они прибыли на Вышу. - Чернила и прекрасная чернильница очевидно для чего. - Писать буду писать к вам письма ими и перьями вашими, как уже и пишется сие письмо. - Но клеем что клеить? Конверты - дело обычное, но что значат листики, наколотые по краям? Это для Выши непостижимо, и я не видывал.

Теперь о текущих делах. Авось Бог даст и поправится в. пр. Леонтий. Будем молиться! Вы спрашиваете - не остался бы так. Будет очень скорбно, но воля Божия да будет!

Может быть все назначенное ему сделать - переделано; прочее и без него переделают, ему же дан недуг в подвиг терпения для очищения и убеления души на будущий век. Спаси его Господи! Пр. Христофора назначили викарием затем, чтобы дать ему подходящее дело. Он очень хороший и ученый, что ему киснуть в монастыре? И дали работу.

А вот вы про свою посылочку наконец говорите, я и забыл про эти строки. Письмо пришло прежде и прочитано. Рюмочка не удивила, но пояснение ваше все же идет к делу, хоть мне и не придется употреблять ее по сему ее назначению. Я принимаю гомеопатию не каплями, а крупинками прямо в рот, и запиваю, там они скорее расходятся.

Жесткая рукавичка была непостижима, теперь постижима, но как же тереть затылок, когда на нем куча волос?

Попробую однако ж. - Геморроидальные припадки мне иногда видятся в этом приливе к голове. Не знать откуда входит в голову, как туман расслабляющий; сначала чувствуется это в затылочном мозгу, а потом расходится и по всему телу. Третьего дня целый день валялся, но болезни при этом никакой не чувствуется, только слабость во всем организме. N.N. и отрекомендовала это обмороком.

Что вы теперь менее волнуетесь неправдами людскими - это хороший признак. Значит вы все предаете Господу, да будет Его воля, как и прописываете. Да укрепит вас Господь в сем расположении. Опытов проявления сего чувства не занимать стать. Окружены мы противностями тревожащими и смущающими. Погружение мысли и чувства во всеправлющее благое и премудрое промышление о нас Божие, поглощает их и не дает им хода, пересекая ядовитость их действия на нас.

Писал я - писал, и все о том, о сем, а ведь настоящим предметом должно бы быть для меня, как воспользоваться постом на устроение души, лучшее. Пост и сам добрый учитель, но и книги не худы в сем отношены. Читайте Симеона Нового Богослова. Я перечитываю теперь, для означения опечаток, его слова в первом выпуске заключающиеся. Как тут настойчиво излагает он суть дела жизни христианской, производя ее во всем пространстве от Господа Спасителя - исключительно. И все у него так ясно излагается, что беспрекословно покоряет ум и требует повиновения. Когда бы Господь помог хоть немножко попасть на ту колею, по которой он ведет хотящего спастися. - "Немножко" - только говорится так, а быть сему нельзя, по колее нельзя немножко ехать, но как въедешь, уже совсем въедешь. Можно только ехать тише или шибче.

Желаю вам всего хорошего, утешительного и благоприятного! Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан. 11 февраля 1893 г.