ТОП 10:

Алексей Щербаков Гражданская война. Генеральная репетиция демократии



О российской Гражданской войне люди знают до обидного мало. Хотя при СССР на эту тему было написано огромное количество книг и снято еще больше фильмов.

Однако, за редким исключением, все они были посвящены отдельным эпизодам и при этом изрядно мифологизированы. Да и вообще обращались с историей очень вольно. Например, в одном из самых популярных фильмов о Гражданской войне «Адмирал» военные действия разворачиваются совершенно фантастическим образом, не имеющим никакого отношения к реальности. А ведь согласитесь, вряд ли какой-нибудь режиссёр набрался бы наглости перенести, к примеру, Курскую битву под Тулу или Бородинское сражение под Коломну. А вот с Гражданской войной это делали и делают.

Книги продолжают писать, фильмы снимают и сейчас, но от этого не легче. На смену одним мифам пришли другие. Вернее, те же самые, только повернутые на 1800. Если раньше «хорошими парнями» были красные, то теперь — белые. Понимания это не прибавляет.

И, что особенно важно, новая мифология не раскрывает главный вопрос: а почему победили именно красные? В новодельных изданиях и кинофильмах, таких как «Адмиралъ» или «Господа офицеры», ответа на него не найти.

При Советской власти победа большевиков более-менее внятно обосновывалась. Сейчас этого нет. Получается так: белые героически сражаются, но почему-то оказываются в Турции, в Галлиополийском лагере.

Если обобщить сегодняшние оценки Гражданской войны, то выйдет примерно следующее: большевики на немецкие (масонские) деньги сделали революцию, а потом так запугали народ террором, что сумели создать пятимиллионную армию, которая, не иначе как с перепуга, всех победила. Всерьёз такое объяснение воспринимать трудно. Особенно если учесть, что к 1917 г. большинство мужчин прошли через Мировую войну. Чем, интересно, их можно было запугать после немецких снарядов-«чемоданов», газовых атак и прочих фронтовых радостей? Да и большевиков было очень немного, так что любой части ничего не стоило перебить своих командиров и комиссаров — и уйти хоть к белым, хоть к махновцам, хоть просто в лес. Значит, дело обстоит сложнее.

Гражданская война полна парадоксов. Какие-то осмысленные, то есть имеющие некую стратегическую цель, боевые действия начались лишь в конце 1918 г. До этого были судорожные метания различных командиров, генералов и атаманов, которые далеко не всегда понимали, за что они сражаются и против кого…

Нет согласия даже по вопросу, когда Гражданская война началась и когда закончилась. Ее началом считают разные даты — от Февральского переворота до конца 1918 г. С окончанием и того сложнее — от эвакуации Врангеля из Крыма в 1920 г. до 1924 г. Но ведь и после этого, по сути, война продолжалась. Непримиримые эмигранты устраивали на территории СССР террористические акты, большевики не оставались в долгу (можно вспомнить похищения чекистами генералов Кутепова и Миллера).

Как известно, кроме красных и белых, в Гражданской войне участвовало множество иных сил. Это были эсеры и анархисты разных направлений, различные национальные сепаратисты, не говоря уж о полных экзотах вроде барона Унгерна. Плюс еще иностранные интервенты, у каждого из которых имелись свои собственные цели. Но и это не все. Вспомним, к примеру, известную повесть Михаила Булгакова «Белая гвардия». Если приглядеться — то никакой Белой гвардии там просто нет! Действие начинается в конце 1918г. в Киеве. Герои произведения, русские офицеры, сражаются за украинского «самостийника» (и по совместительству немецкого ставленника) гетмана Скоропадского против… другого украинского «самостийника» — Симона Петлюры.

И так бывало нередко. Красноармейцы порой вступали в бой с красногвардейцами, одни белогвардейцы поднимали восстания против других. Интернационалисты-большевики сражались против вторгшихся на Украину и в Белоруссию поляков, а «русский патриот» Врангель вел с теми же поляками переговоры о совместных действиях.

В итоге оказалось, что именно большевики, исключительно в силу обстоятельств, более-менее собрали развалившуюся страну, а сторонники «единой и неделимой России» были готовы отдать все что угодно и кому угодно — лишь бы победить ненавистных большевиков. И некоторые в итоге оказались в обозе нацистов…

Да и война была странная. Фронтов как таковых не существовало. Полки часто имели численность меньше батальона. Армии возникали ниоткуда. Командиры, отдавая приказ, не были уверены, как его выполнят и выполнят ли вообще, будет ли та или иная часть сражаться или взбунтуется, а то и вовсе перебежит на сторону противника. А ведь такие казусы у всех участников войны случались даже с самыми надежными частями. Блестящие наступления непонятно с чего заканчивались оглушительными катастрофами, а блестящие победы возникали практически из ниоткуда.

 

…«красными» еще до революции по всему миру называли всех радикальных социалистов. Так что большевики просто «приватизировали» этот термин — как и флаг, который тоже был общереволюционным.

… «белыми» своих врагов стали называть… большевики. Дело в том, что французские монархисты были публикой, прямо скажем, не самой лучшей. Серьёзного сопротивления революционерам они своими силами организовать не сумели, поэтому с самого начала пошли на поклон к историческим врагам Франции — Австрии и Англии, и довольно быстро скатились до роли платных агентов этих стран. Большинство французов к ним относились как к предателям.

Лидеры большевиков были людьми образованными и историю Великой французской революции отлично знали. С марксисткой точки зрения «контрреволюционеры» являлись «пособниками мирового империализма». Параллели очевидны.

Но, как часто бывает, ругательный эпитет противная сторона приняла, разумеется, придав ему совершенно иной смысл. Кстати, произошло это далеко не сразу. На юге России белые себя называли «добровольцами», а противники именовали их «офицерами» или «кадетами» (с ударением на первом слоге).

…Я очень смеялся, когда во время перезахоронения останков генерала Каппеля безмозглые журналистки распинались о его верности царю и Отечеству. Дело в том, что генерал Каппель являлся членом партии социалистов-революционеров — то есть Отечество он, возможно, и любил, но вот царю предан быть никак не мог.

…В Белую армию стекались люди очень разных взглядов. Все они ненавидели большевиков, но ненавидели по разным причинам. Одни — за то, что красные «погубили старую Россию», другие — за то, что они «предали революцию» и демократические идеалы.

Вот что пишет легендарный белый генерал Слащев-Крымский: «Получилась мешанина кадетствующих и октябриствующих верхов и меньшевистско-эсерствующих низов. Кадровое офицерство было воспитано в монархическом духе, политикой не интересовалось, в ней ничего не смыслило и даже в большинстве не было знакомо с программами отдельных партий. «Боже, царя храни» все же провозглашали только отдельные тупицы, а масса Добровольческой армии надеялась на «учредилку», избранную по «четыреххвостке», так что, по-видимому, эсеровский элемент преобладал. Я, конечно, говорю не про настоящую партийность, а про приблизительную общность политических взглядов».

… большинство убеждённых монархически настроенных офицеров шли служить… к красным!

…белые к 1919 г. уже настолько увязли в сотрудничестве с иностранцами, что возникал вопрос: так кто ж в итоге продаёт Россию?

…Немцы пропускали едущих из России в Добровольческую армию офицеров. Более того, военнослужащие Доброармии регулярно наведывались на оккупированную немцами территорию, например в тот же Ростов (захваченный в нарушение Брестского мира). Общались там с оккупантами, гуляли в кабаках. Люди из деникинского тыла успешно с немцами торговали.

Генерал Деникин и все другие белые мемуаристы объясняют этот факт очень сумбурно и сквозь зубы. В самом деле, ведь что получается? Чем они отличались от большевиков? Только тем, что красные официально договорились с немцами, а деникинцы лицемерно делали вид, что «продолжают войну».

…Зато с красными белые боролись неплохо.

…А чехословаки вдруг обнаружили, что пробиваться дальше на север себе дороже. Они и не стали искушать судьбу, а начали развлекаться грабежами. Урезонивать их было некому, да и нельзя — дело в том, что только на их штыках и держался Комуч. …

11 сентября 1918 г. они выбили Каппеля из Казани. (Чехи ушли еще раньше.) В начале октября большевики отбили Самару. Последний призрак Учредительного собрания приказал долго жить. Остатки Комуча эмигрировали в Уфу, кое-кто перебрался в Екатеринбург, который контролировали чехи.

В Уфе же сидело свое правительство — так называемая Директория. Пока существовал Комуч, это было областное правительство, а теперь Директория претендовала на руководство Россией.

Между тем чехословаки задумались: за что они, собственно, тут воюют? И, в большинстве, начали держаться подальше от фронта.

…6 августа 1918 г. чехословаками и примкнувшим к ним частям генерала Пепеляева была взята Казань.

…Если, к примеру, другой известный деятель Белого движения, генерал Деникин, имел определенные политические взгляды, то Колчак не имел никаких. Он, как и Корнилов, знал одно: надо воевать с немцами. Зачем? Неважно. Но надо. А силы воли у полярного исследователя хватало.

Адмирал участвовал еще в заговоре Корнилова. Лавр Георгиевич его прочил в своё правительство — но Керенский отправил Колчака в САСШ «изучать минное дело». Как-то не верится, что в минном деле возникли такие новости, чтобы туда направлять одного из лучших флотоводцев страны. Скорее всего, министр-председатель просто разгонял опасную ему компанию.

В Америке адмирал времени даром не терял. Некоторые современные авторы утверждают, что к этому времени Колчак уже сотрудничал с английской разведкой, а в САСШ был завербован и американской.

Вот что пишет современный историк А. Мартиросян: «Затем, по просьбе американского посла в Англии, Колчак был направлен в США, где был завербован еще и дипломатической разведкой госдепартамента США. Вербовку осуществлял бывший госсекретарь Элиаху Рут. То есть попутно предал теперь и англичан тоже. Хотя бритты, конечно же, знали об этой вербовке. То, что он временно предал англичан — так и черт с ним, и с ними. Дело в другом. Пойдя на вербовку к американцам, он второй раз за короткое время предал все то же Временное правительство, которому тоже присягал и благодаря которому он стал адмиралом. А в целом список его предательств только удлинился.

Став в итоге двойным англо-американским агентом, Колчак сразу после октябрьского переворота 1917 г. обратился к английскому посланнику в Японии К. Грину с просьбой к правительству Его величества короля Англии Георга V принять его на службу! Так ведь и написал в своем прошении: «…Я всецело предоставляю себя в распоряжение Его правительства…». «Его правительства» — означает правительство Его Величества английского короля Георга V! 30 декабря 1917г. британское правительство официально удовлетворило просьбу Колчака. С указанного момента Колчак уже официально перешел на сторону врага, рядившегося в тогу союзника. Почему врага?! Да потому, что в это время только самый ленивый из агентов Англии, США и в целом Антанты мог не знать, что, во-первых, еще 15 (28) ноября 1917 г. Верховный Совет Антанты принял официальное решение об интервенции в Россию. Во-вторых, уже 10 (23) декабря 1917 г. главари европейского ядра Антанты — Англия и Франция — подписали конвенцию о разделе России на сферы влияния! А почти год спустя, когда в ноябре 1918 г. на свалку Истории была отправлена Германская империя (и Австро-Венгерская тоже), а Колчака наконец-то забросили обратно в Россию, под патронажем США англо-французские союзнички 13 ноября 1918 г. подтвердили ту самую конвенцию или, выражаясь сугубо юридическим языком, пролонгировали её действие. А знавший всё это и уже являвшийся двойным англо-американским агентом Колчак именно после подтверждения этой конвенции под патронажем тех же государств согласился стать якобы Верховным правителем. Потому и говорю, что это был подонок и предатель, официально состоявший на службе у врага! Если бы он просто сотрудничал (предположим, в рамках военно-технических поставок) с бывшими союзничками по Антанте, как это делали многие белогвардейские генералы, то это было бы одно. Даже невзирая на то, что и они брали на себя не слишком уж и благостные обязательства, затрагивавшие честь и достоинство России. Однако они хотя бы де-факто действовали как нечто самостоятельное, формально не переходя на службу иностранному государству. Но Колчак-то официально перешел на службу Великобритании. И тот самый адмирал Колчак, которого как бешеную собаку расстреляли большевики, был не просто самозваный Верховный правитель России адмирал Колчак, против которого боролись большевики, а пытавшийся верховодить всей Россией официальный представитель английского короля и его правительства, официально находившийся у них на службе! Британский генерал Нокс, который курировал Колчака в Сибири, в свое время открыто признал, что англичане несут прямую ответственность за создание правительства Колчака! Все это ныне хорошо известно, в том числе и по зарубежным источникам».

Вот так. При этом, повторяю, в отличие от автора цитаты, я не сомневаюсь в личной порядочности адмирала Колчака. Просто он ничего не понимал. Это были союзники? Они были за продолжение войны? Так почему бы и не сотрудничать. А то, что в политике каждый сам за себя — такое ему в голову не приходило.

Надо сказать, что цинизм реальной политики у многих белогвардейцев просто не укладывался в мозгах. Ну не так они были воспитаны — а потому многие вещи просто отказывались понимать. А как говаривал Петр Великий, «простота хуже воровства».

Итак, что же произошло? Колчак был военным министром так называемой Омской директории, еще одного регионального правительства. 18 ноября адмирал совершил переворот.

…В Екатеринбурге 20 ноября «учредильцы» были взяты под стражу чехами и погружены в теплушки. …на тот момент бороться за Комуч не хотел никто.

…21 декабря в Омске большевики попытались поднять восстание. Оно закончилось провалом, однако им удалось освободить из тюрьмы 200 арестованных, в том числе и «учредильцев».

После подавления восстания начальник Омского гарнизона генерал В.В.Бржезовский предписал освобождённым из тюрьмы «добровольно явиться к караульному начальнику областной тюрьмы, коменданту города или в участок милиции». И… они вернулись! И получили, что получили. Утром 23 декабря в тюрьму явился поручик Ф. Барташевский, вывел всех на берег Иртыша и расстрелял.

…«США предоставили Колчаку кредит в 262 млн. долларов и в счет его направили в конце 1918 г. свыше 200 000 винтовок, пулеметы, орудия и боеприпасы. В первой половине 1919 г. США послали Колчаку 250 000 винтовок, несколько тысяч пулеметов и несколько сотен орудий, а в августе 1919 г. Колчак получил от США свыше 1800 пулеметов, более 92 млн. патронов к ним, 665 автоматических ружей, 15 000 револьверов и 2 млн. патронов к ним. Великобритания отправила 2000 пулеметов, Япония — 30 орудий, 100 пулеметов, 70 000 винтовок, 42 млн. пулеметных и винтовочных патронов и обмундирование на 30 000 солдат. Всего Япония израсходовала на содержание белогвардейских формирований 160 млн. иен». (А. Широкорад, историк)

 

Кстати, соседа, атамана Семенова, тоже не забыли. «Правительство» это только с весны до осени 1918 г. получило от Японии военной и финансовой помощи почти на 4,5 миллиона рублей. За этот же период Франция оказала помощь Семенову на сумму свыше 4 миллионов.

Но упомянутые американские кредиты были краткосрочными. Это Деникину они верили в долг — потому как у того ничего не было. А у Колчака имелся золотой запас России — и он за все платил.

…В результате коррупция была такой, что «лихие 90-е» по сравнению с колчаковской властью кажутся образцом порядка.

… Вот что пишет генерал А. П. Будберг[83]: «Зато большинство присылаемых офицеров ниже всякой критики; наряду с небольшим числом настоящих дельных офицеров прибывают целые толпы наружно дисциплинированной, но внутренне распущенной молодежи, очень кичащейся своими погонами и правами, но совершенно не приученной к труду в к повиновению долгу; умеющей командовать, но ничего не понимающей по части руководства взводом и ротой в бою, на походе и в обычном обиходе. Очень много уже приучившихся к алкоголю и кокаину; особенно жалуются на отсутствие душевной стойкости, на повышенную способность поддаваться панике и унынию; … очень часто неустойчивость и даже трусость офицеров являются причинами ухода частей с их боевых участков и панического бегства. Мне показывали донесение начальника Ижевского гарнизона, в коем отмечалось, что задолго до прихода на Ижевский завод отходивших через него войск он наполнился десятками бросивших свои части офицеров, которые верхом и на повозках удирали в тыл».

Но если положение с младшими офицерами можно было поправить, то со старшими, особенно штабистами, дело обстояло очень плохо. А вот у красных, воевавших с Колчаком, в штабах сидели «спецы» — в том числе и профессиональные штабисты царской службы.

Будберг упоминает еще одну, очень типичную для белых армий проблему — наличие огромного количества «героев тыла».

«Дитерихс[84] добился наконец, что армии доставили сведения о действительной их численности; оказывается, что у нас около 50 000 строевых чинов, при 300 000 ртов; в армиях боевого элемента не больше 12–15 тысяч человек в каждой, т. е. примерно около дивизии хорошего состава».

…Вспоминает, например, генерал Гревс, командующий американским оккупационным корпусом в Сибири, который уж точно не занимался большевистской пропагандой: «В Восточной Сибири совершались ужасные убийства, но совершались они не большевиками, как это обычно думали. Я не ошибусь, если скажу, что в Восточной Сибири на каждого человека, убитого большевиками, приходилось по 100 человек убитых антибольшевистскими элементами…

…Усмирение Розанов[85] повел "японским способом". Захваченное у большевиков[86] селение подвергалось грабежу, мужское население ими выпарывалось поголовно или расстреливалось. Не щадили ни стариков, ни женщин. Наиболее подозрительные по большевизму селения просто сжигались. Естественно, что при приближении розановских отрядов по крайней мере мужское население разбегалось по тайге, невольно пополняя собой отряды повстанцев».

Еще одно свидетельство иностранцев, американцев М. Сейерса и А. Кана: «Сотни русских, осмелившихся не подчиниться новому диктатору, висели на деревьях и телеграфных столбах вдоль Сибирской железной дороги. Многие покоились в общих могилах, которые им приказывали копать перед тем, как колчаковские палачи уничтожали их пулеметным огнем. Убийства и грабежи стали повседневным явлением».

Или вот еще свидетельство: «Когда их погнали от Омска на восток, они на каждой станции вешали и расстреливали десятками, если не сотнями человек. Делали они это так. Между крышей высокой водонапорной башни и её кирпичной стенкой они просовывали десятка два оглоблей и развешивали гирлянды. Хватали и вешали без разбора — женщин, детей, стариков. Моего деда, которому тогда было за 80, — повесили. Еще они делали так. Связывали жителей по двое, спина к спине и кидали на рельсы. После этого пускали паровоз. Это колчаковцы называли — смазать рельсы! Иногда на рельсы они укладывали людей на протяжении 200 — 300 м. Сколько было крови…

Кроме этого, они в теплушках привозили избитых и раненых людей ...их выкидывали из вагонов и вязали спина к спине. Женщин и мужчин связывали лицом к лицу. Вязали очень плотно. Потом их раскладывали на рельсы, офицеры поднимались в кабину паровоза, и он шел по людям. Кого резало колесами, кого давило днищем паровоза. Некоторые умудрялись выкатиться на обочину, этих, когда паровоз проходил, не убивали, а смеялись, что Бог их спас».

…Кстати, красные очень часто расстреливали своих бойцов и командиров за куда меньшие дела. А белые никогда не наказывали своих за насилие против «быдла».

...Колчаковцы опирались на голое насилие. Просто приходили, брали, на что падал взгляд, и уходили куда-то вдаль… К тому тоже — они были офицерами. Вернувшимися господами.

И дело тут не в том, кто проявил большие зверства. Можно сколько угодно кричать: «а вот красные»… Дело в результате. А результат тот, что в итоге Колчак утратил какую бы то ни было поддержку. Против него поднялись все.

Появились огромные, тысячные отряды красных партизан.

 

…… белогвардейцы рисовали себе чернильным карандашом погоны на плечах. … форма на такой войне быстро приходила в негодность, а еще более — разворовывалась. …

В конце 1918 г. времена изменились — пришли союзники и стали везти снаряжение. Но, понятное дело, своего образца. Так что и колчаковская, и деникинская армии были обмундированы в английскую и французскую форму. Была и экзотика — вроде голубых мундиров итальянских горных стрелков. …«Немало русских офицеров. Среди них попадаются часто — в генеральских погонах. Все в английских френчах». (Б. Соколов)

…Порой у белых не хватало и погон, так что офицеры нередко крепили русские звездочки к английским и французским погонам (они имели иную форму).

Встречалась и вовсе экзотика. Существуют фотографии солдат генерала Юденича, одетых в немецкое снаряжение — включая даже каски характерной «фрицевской» формы. ...

…Глядя на бытовые, а не парадные фотографии фронтовых поручиков и штабс-капитанов (а их сохранилось немало), мы нередко видим не блестящих офицеров из фильма «Адъютант его превосходительства», а ободранные фигуры бомжеватого вида.

Так что «блестящий офицер» — это был чаще всего «герой тыла». При виде такого франта у фронтовика рука непроизвольно тянулись к кобуре…







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-14; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.189.171 (0.012 с.)