ТОП 10:

Царские генералы Красной Армии



Белую армию представляют как собрание царской военной элиты, Красную – как сборище солдатов и матросов, дорвавшихся до власти. Между тем 75 000 человек офицерства в Гражданскую войну сразу поддержали Советскую власть, еще 14 000 позже перешли на сторону красных. На стороне белых воевало только 35 000 царских офицеров.

Причины, по которым царские генералы поддержали власть Советов, просты. Генштаба генерал (чин в царской армии), военный руководитель Высшего Военного Совета Республики М.Д. Бонч-Бруевич писал: «Мне всегда был ясен антинародный характер всех этих белых формирований, являвшихся лишь ширмой для иностранного вмешательства во внутренние дела России». Другой офицер, контр-адмирал Императорского Флота В.М. Альтфатер в своем заявлении о приеме в РККА заявил: «Я служил до сих пор только потому, что считал необходимым быть полезным России там, где могу, и так, как могу. Но я не знал и не верил вам. Я и теперь еще многого не понимаю, но я убедился, что вы любите Россию больше многих из наших. И теперь я пришел сказать вам, что я ваш».

Царские генералы сражались в рядах РККА не за страх, а за совесть. Они отстаивали свободу и независимость своей Родины. Так что говорить, что Красная Армия состояла только из солдат, в корне неверно.

Евгений Растиньяк http://www.kprf33.com/2013/05/27/%D0%BA%D0%B0%D0%BA-%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%8E-%D1%81%D0%B4%D0%B0%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D0%B8-%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0%D0%BC/

 

Юрий Емельянов "Россия и Америка"

В США с радостью приветствовали победу Февральской революции. Яков Шиф заявлял: «Я всегда был врагом русского самодержавия, безжалостно преследовавшего моих единоверцев. Теперь позвольте мне приветствовать... русский народ с великим делом, которое он так чудесно совершил». Как подчеркивал А.И.Солженицын, Шиф приглашал «новую Россию к заключению широких кредитных операций в Америке» и «в то время предпринял поддержку существенным кредитом правительства Керенского».

Посол Фрэнсис от имени правительства США предложил России заем в 100 миллионов долларов. Одновременно, по договоренности с Временным правительством, в Россию была направлена из США миссия «для изучения вопросов, имеющих отношение к работе Уссурийской, Восточно-Китайской и Сибирской железных дорог». В середине октября 1917 года был сформирован так называемый «Русский железнодорожный корпус» в составе 300 американских железнодорожных офицеров и механиков. «Корпус» состоял из 12 отрядов инженеров, мастеров, диспетчеров, которые должны были быть размещены между Омском и Владивостоком. Как подчеркивал советский историк А.В.Березкин, «правительство США настаивало на том, чтобы присылаемые им специалисты были облечены широкой административной властью, а не ограничивались бы функциями технического наблюдения». Фактически речь шла о передаче значительной части Транссибирской железной дороги под американский контроль.

Октябрьская революция помешала осуществлению этих планов, и хотя 14 декабря 1917 г. «Русский железнодорожный корпус» в составе 350 человек прибыл во Владивосток, через 3 дня он отбыл оттуда в Нагасаки. В это время американцы склонялись к тому, чтобы использовать японскую военную силу для захвата Транссибирской железной дороги.

18февраля 1918 г. американский представитель в Верховном совете Антанты генерал Блисс поддержал мнение о том, что оккупацию Транссиба должна осуществить Япония. Однако начало «чехословацкого мятежа» в мае 1918г. несколько изменило эти планы. Как только Транссибирская железная дорога оказалась в руках чехословацкого корпуса, «Русский железнодорожный корпус» направился в Сибирь.

Еще до этих событий американцы появились весной 1918г. в европейской части России, на мурманском побережье. 2 марта 1918 г. председатель Мурманского Совета А.М. Юрьев дал согласие на высадку английских, американских и французских войск на побережье под предлогом защиты Севера от немцев. Связавшись по телеграфу с Юрьевым, Сталин от своего имени и имени Ленина предупредил его: «Вы, кажется, немножко попались, теперь необходимо выпутаться. Наличие своих войск в Мурманском районе и оказанную Мурману фактическую поддержку англичане могут использовать при дальнейшем осложнении международной конъюнктуры как основание для оккупации. Если вы добьётесь письменного подтверждения заявления англичан и французов против возможной оккупации, это будет первым шагом к ликвидации того запутанного положения, которое создалось, по нашему мнению, помимо вашей воли». Однако Юрьев уже не контролировал ситуацию.

Хотя Брестский мир был подписан 3 марта и немцы прекратили свое наступление к Петрограду, 9 марта был высажен первый десант на побережье, который якобы должен был дать отпор немцам.

18 апреля 1918 г. состоялось заседание Мурманского Совета, на котором представители интервентов выступили с декларациями о целях своего пребывания на севере России. От имени США выступил лейтенант Мартин.

14 июня 1918 г. Народный комиссариат иностранных дел Советской России заявил свой протест против пребывания интервентов в российских гаванях, но этот протест был оставлен без ответа. А 6 июля представители интервентов заключили с Мурманским краевым Советом соглашение, по которому приказы военного командования Великобритании, Соединенных Штатов Америки и Франции «должны беспрекословно выполняться всеми». Соглашение устанавливало, что из русских «не должны формироваться отдельные русские части, но, поскольку позволят обстоятельства, могут быть сформированы части, составленные из равного числа иностранцев и русских». От имени США соглашение подписал капитан 1-го ранга Бергер, командир крейсера «Олимпия», прибывшего в Мурманск еще 24 мая.

После первого десанта к лету в Мурманске было высажено около 10 000 иностранных солдат. Всего в 1918–1919 гг. на севере страны высадилось около 29 000 англичан и 6000 американцев.

Заняв Мурманск, интервенты двинулись на юг. 2 июля интервенты взяли Кемь. 31 июля — Онегу. 2 августа ими был захвачен Архангельск. Американские части численностью 5 тысяч человек продолжали продвигаться на юг.

У американцев были широкие планы покорения России. Как отмечал А.В. Березкин, в американской печати 1918 года открыто раздавались голоса, предлагавшие правительству США возглавить процесс расчленения России. Историк привел высказывания сенатора Поиндекстера из статьи, опубликованной им в «Нью-Йорк таймс» 8 июня 1918 года Сенатор писал: «Россия является просто географическим понятием, и ничем больше никогда не будет. Ее сила сплочения, организации и восстановления ушла навсегда. Нация не существует».

20 июня 1918 гю сенатор Шерман, выступая в конгрессе США, обратил особое внимание на необходимость воспользоваться случаем для покорения Сибири. Сенатор заявлял: «Сибирь — это пшеничное поле и пастбища для скота, имеющие такую же ценность, как и её минеральные богатства».

Эти призывы были услышаны. 6июля 1918 г. на совещании в Белом доме было принято решение об участии войск США в интервенции на Дальнем Востоке, открывшейся за 3 месяца до этого десантом японских войск во Владивостоке. Решение предусматривало направление 7 000 американских войск во Владивосток, на помощь чехословацкому корпусу, который якобы атаковали части, сформированные из австро-венгерских пленных. 16 августа американские войска численностью около 9 000 человек высадились во Владивостоке.

В это время правительство США предпринимало усилия, чтобы добиться от своих союзников согласия на установление своего контроля над Транссибирской железной дорогой. Однако эти попытки отвергались другими странами, и прежде всего Японией. США объясняли необходимость установления своего контроля над Транссибом заботой о местном населении. Посол США в Японии Моррис уверял, что эффективная и надежная работа КВЖД и Транссибирской железной дороги позволит приступить к осуществлению «нашей экономической и социальной программы... Кроме того, это разрешит свободное развитие местного самоуправления». По сути, США возрождали планы создания Сибирской республики, которыми грезил герой повести Марка Твена Селлерс.

За демагогическими фразами о «социальной программе» и «развитии местного самоуправления» стояли корыстные цели. В декабре 1918 г. на совещании в Государственном департаменте была намечена программа «экономического освоения» России, предусматривавшая вывоз из нашей страны 200 000 тонн товаров в течение первых трех-четырех месяцев. В дальнейшем темпы вывоза из России товаров в США должны были возрасти. Как свидетельствует записка В.Вильсона государственному секретарю Р.Лансингу от 20ноября 1918 г., в это время президент США исходил из необходимости «расчленения России по крайней мере на 5 частей — Финляндию, Балтийские провинции, Европейскую Россию, Сибирь и Украину».

США исходили из того, что регионы, входившие в ходе 1 мировой войны в сферу российских интересов, после распада России превратились в зону американской экспансии. 14 мая 1919г. на заседании «Совета четырёх» в Париже была принята резолюция, в соответствии с которой США получили мандат на Армению (имелась в виду не только Восточная Армения, входившая в состав России, но и Западная Армения, население которой было беспощадно вырезано в апреле 1915 г.), Константинополь, проливы Босфор и Дарданеллы.

Американское правительство принимало меры и для укрепления режимов, созданных на территории новых прибалтийских государств. В 1919 г. в Литву была послана специально сформированная американская бригада, члены которой вошли в состав литовской армии. Американские офицеры находились и в армии Латвии. В мае 1919 г. в Эстонию был направлен американский пароход с продовольственной помощью.

Главной заботой правительства США было поддержание сепаратистских режимов, возникших на окраинах России. Хотя американцы оказывали материальную поддержку белым армиям, они, как и другие союзники, не были заинтересованы в победе ни белого дела, ни красного. Американцам не была нужна ни сильная Республика Советов, ни «великая, единая, неделимая Россия». Творцы американской внешней политики вполне могли бы подписаться под высказыванием посла Великобритании в Париже Берти, который писал 6 декабря 1918 г.: «Если только нам удастся добиться независимости буферных государств, граничащих с Германией на востоке, то есть Финляндии, Польши, Эстонии, Украины и т.д., и сколько бы их ни удалось сфабриковать, то, по-моему, остальное может убираться к черту и вариться в собственном соку».

В то же время американцы не желали отказываться от дележа земель, населенных коренным русским населением. К этому времени некоторые русские земли находились под иностранной оккупацией, в которой участвовали и американцы. На оккупированном севере европейской территории России были созданы концентрационные лагеря. 52 000 человек, то есть каждый 6-й житель оккупированных земель, оказались в тюрьмах или лагерях.

Узник одного из таких лагерей врач Маршавин вспоминал: «Измученных, полуголодных, нас повели под конвоем англичан и американцев. Посадили в камеру не более 30 м2. А сидело в ней более 50 человек. Кормили исключительно плохо, многие умирали с голоду... Работать заставляли с 5 часов утра до 11 часов ночи. Сгруппированных по 4 человека, нас заставляли впрягаться в сани и возить дрова... Медицинская помощь совершенно не оказывалась. От избиений, холода, голода и непосильной 18–20-часовой работы ежедневно умирало 15–20 человек». Оккупанты расстреляли 4000 человек по решению военно-полевых судов. Немало было уничтожено без судов.

Американцы запомнились и своим участием в разграблении оккупированных земель. На севере страны, по подсчетам Березкина, «только льна, кудели и пакли американцы вывезли 353 409 пудов (в том числе одного льна 304 575 пудов). Они вывозили меха, шкуры, поделочную кость и другие товары». Правда, посол Фрэнсис утверждал, что американцы в этом отношении отставали от англичан. Он писал, что из 20 000 тонн льна, скопившегося в Архангельске, англичане захватили 17 000, в то время как американцы только 3000. Управляющий канцелярией Отдела иностранных дел белого правительства Чайковского, сформированного в Архангельске, жаловался 11 января 1919 г. генерал-квартирмейстеру штаба главнокомандующего, что «после ограбления края интервентами не осталось никаких источников для получения валюты, за исключением леса; что же касается экспортных товаров, то все, что имелось в Архангельске на складах, и все, что могло интересовать иностранцев, было ими вывезено в минувшем году почти что безвалютно примерно на сумму 4 000 000 фунтов стерлингов».

На Дальнем Востоке американские интервенты вывозили лес, пушнину, золото. Помимо откровенного грабежа, американские фирмы получили разрешение от правительства Колчака совершать торговые операции в обмен на кредиты от банков «Сити бэнк» и «Гаранти траст». Только одна из них— фирма Эйрингтона, получившая разрешение вывозить пушнину, отправила из Владивостока в США 15 730 пудов шерсти, 20 407 овечьих шкур, 10 200 крупных сухих кож. С Дальнего Востока и из Сибири вывозили все, что представляло хотя бы какую-нибудь материальную ценность.

Американцы пытались расширить территории, находившиеся под их контролем. Осенью 1918 года интервенты, действовавшие на севере страны (главным образом американцы), попытались вклиниться южнее Шенкурска. Однако 24 января советские войска предприняли контрнаступление на Шенкурск и, захватив его, отрезали американцам пути к отступлению. На следующий день, бросив боевую технику, американские части бежали на север лесными тропами.

В апреле 1919 года была предпринята новая попытка продвинуться в глубь России в ходе наступления финской Олонецкой добровольческой армии в Междуозерном районе и англо-американских войск вдоль Мурманской дороги. Однако в конце июня интервенты понесли новое поражение.

На Дальнем Востоке партизаны постоянно атаковали части американских интервентов, нанося им немалый урон.

Потери, которые несли американские интервенты, получали значительную огласку в США и вызывали требования прекратить военные действия в России. 22 мая 1919 г. член палаты представителей Мейсон в своем выступлении в конгрессе заявил: «В Чикаго, который является частью моего округа, проживает 600 матерей, чьи сыновья находятся в России. Я получил сегодня утром что-то около 12 писем, а я получаю их почти каждый день, в которых меня спрашивают, когда наши войска должны возвратиться из Сибири». 20 мая 1919 г. сенатор от штата Висконсин и будущий кандидат в президенты США Лафоллет внес в сенат резолюцию, одобренную законодательным собранием штата Висконсин. В нем содержался призыв о немедленном выводе американских войск из России. Несколько позже, 5 сентября 1919г., влиятельный сенатор Бора заявил в сенате: «Господин президент, мы не находимся в состоянии войны с Россией. Конгресс не объявлял войны против русского народа. Народ США не желает воевать с Россией».

Под влиянием поражений и давления внутри США летом 1919 г. начался вывод американских интервенционистских войск с севера России. К апрелю 1920 г. были выведены американские войска и с Дальнего Востока.

К тому времени, когда американцы покинули Россию, стране был нанесён огромный урон в результате интервенции и гражданской войны. Фрэнсис и его друзья по хлеботорговому бизнесу могли торжествовать. Троцкий говорил: «За время войны и революции Америка на 90 % завладела нашими прежними рынками сельскохозяйственного сбыта... Так ли трудно им купить нас с потрохами? Они могут в один год своим долларом убить всякие шансы на социалистическое развитие нашей страны». Будучи сыном зерноторговца, Троцкий знал, что говорил.

Уход из России вооруженных американских интервентов не остановил попыток американцев овладеть богатствами нашей страны. Интервенты еще продолжали находиться на российских землях, а американские бизнесмены предпринимали усилия, чтобы войти в Россию с «красной стороны». В 1919 г. было заключено торговое соглашение Советского правительства с 9-ю американскими фирмами на сумму 20 902 541 долларов. Поставки продовольствия оплачивались золотом. Американцы пытались своим долларом купить Советскую Россию «с потрохами», и они об этом откровенно заявляли.

21 декабря 1920 г. в своем выступлении на фракции РКП(б) VIII съезда Советов Ленин ознакомил собравшихся с письмом американского предпринимателя Вандерлипа. В письме, в частности, говорилось: «Наши американские интересы приводят нас к столкновению с Японией, с Японией воевать мы будем... Чтобы воевать, нам надо иметь в своих руках нефть, без нефти мы современную войну вести не можем. Не только надо иметь нефть, но надо принять меры, чтобы противник не имел нефти. Япония в этом отношении находится в плохих условиях. Под боком около Камчатки есть какая-то губа (я забыл ее название), где есть источники нефти, и мы хотим, чтобы у японцев этой нефти не было. Если вы нам продадите эту землю, то я гарантирую, что в народе нашем будет такой энтузиазм, что ваше правительство мы сейчас же признаем. Если не продадите, а дадите только концессии, я не могу сказать, чтобы мы отказались рассматривать этот проект, но такого энтузиазма, который гарантировал бы признание Советского правительства, я обещать не могу».

И хотя безымянная губа около Камчатки не была передана американцам, начало новой экономической политики, или нэпа, открыло двери американским искателям российских сокровищ. Позже известный американский миллиардер А.Хаммер, отвечая на вопрос, как стать мультимиллионером, ответил: «Вообще-то это не так уж и трудно. Надо просто дождаться революции в России. Как только это произойдёт, следует ехать туда, захватив тёплую одежду, и немедленно договариваться о заключении торговых сделок с представителями нового правительства. Их не больше 300 человек, потому это не представит большой трудности».

Возможно, Хаммеру даже не пришлось обходить кабинеты 300 советских государственных служащих, а ограничиться посещением наиболее влиятельных из них и тех, кто был наиболее расположен оказать поддержку начинающим миллионерам. Одним из таких людей был Троцкий. По словам Хаммера, Троцкий убеждал его в том, что в России, в частности на Урале, имеются «неограниченные возможности для вложения американского капитала». Слова Троцкого оправдались. Оказавшись на Урале, Хаммер «во многих местах» увидел «значительные запасы ценностей: платины и минералов, уральских изумрудов и полудрагоценных камней, в Екатеринбурге — забитые мехами склады». Поскольку в 1921 г., когда Хаммер прибыл в Россию, там был недород и свирепствовал голод, а в Америке был небывалый урожай, он решил этим воспользоваться. Как подчеркивал историк Фроянов, «товарообменная сделка оказалась чрезвычайно выгодной для Хаммера и его коллег по бизнесу. За купленное по дешёвке зерно они получили меха, кожи и ещё кое-что».

Это «кое-что» включало скупленные за бесценок произведения искусства и антикварные изделия, которые Хаммер вывозил в несметных количествах в США. Тем временем Советская Россия стала заключать концессионные договоры с иностранными фирмами. С 1921 по 1929 год таких договоров было заключено 123. Хаммер стал одним из первых, кто подписал концессионный договор на разработку асбестовых рудников на Урале. «Частью нашей концессии, — вспоминал Хаммер, — было несколько гектаров лесов и лугов. В лесах было много дичи, а озера кишели рыбой».

Подобные богатства были переданы под концессии и другим иностранцам, среди которых особенно много было американцев. Однако изменение в политическом курсе страны и переход к быстрому созданию собственной мощной индустрии остановил хозяйничанье американских предпринимателей в России. 17 ноября 1927 г. главный покровитель Хаммера и других предпринимателей из США Л.Д.Троцкий был снят с поста председателя Главного концессионного комитета. Вскоре Хаммер и другие покинули Россию. Уперто с http://www.moskvam.ru/2003/06/emelianov.htm ( http://george-rooke.livejournal.com/24110.html )

 

 

И. Латышев







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-14; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.206.48.142 (0.019 с.)