Арифметика геометрия логика диалектика



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Арифметика геометрия логика диалектика



До Декарта арифметика и геометрия развивались как самостоятельные математические дисциплины. Координатная плоскость Декарта позволила создать современную математику с взаимными переходами от алгебры к геометрии и обратно. Аналогично до Лейбница существовали логика и диалектика. Но они не были такими реальными технологиями, как арифметика и геометрия. Лейбниц указал направление интеграции этих наук диалектической логикой. Средством для этого были названы сориты, и он разработал много соритов, которые изданы в оригинале, но не переведены на русский язык. В то время еще не было термина «диалектическая логика», но именно она осуществляется посредством соритов. Это важный вклад Лейбница в понимание качества объектов (в отличие от количественного их аспекта).

Другая идея Лейбница состояла в том, чтобы интегрировать математику и диалектическую логику в математическую логику (или кибернетику, говоря современным языком) как средство познания. В результате возникла символическая и математическая логики. И их содержание позитивно для определенных направлений науки. Однако они не стали нормой всех наук. Более того, они не решают поставленной Лейбницем проблемы. Эту идею Лейбница можно назвать и утопией. Не следует этого делать с тем, чтобы не дискредитировать данную постановку проблемы. Может быть, общество когда-либо и решит эту проблему. Но для этого нужно опережающе решить много проблем научного познания. В частности, диалектическая логика должна стать нормой обыденного сознания. «Самоучитель мышления» решает в определенной мере эту проблему, что не отрицает его относительности и необходимости развивать ТДМ по всем возможным направлениям. Но проблемы теоретической философии не ограничиваются только методологической ее функцией.

Интеллектика решает проблему начала реформы философии, «к которой стремился Декарт: «… превратить философию в универсальную математику» [47.87]. «Декарт не столько искал непосредственного применения математического метода к философии, сколько видел в научном характере математики идеал, к которому должны стремиться все остальные науки и, прежде всего, философия …» [там же]

Р. Луллий (1235-1315) предпринял попытку разработать логическую машину, моделировавшую логические операции. Ее подвергли критике многие авторитеты, а у Лейбница она вызвала воодушевление.

У Платона математика – высшая форма мудрости [см. 227.4. 442 и далее].

Математика стала обыденным инструментом. Ее критика минимальна, хотя Гегель в «Феноменологии духа» подверг сомнению математику. Математика остается во многом неопределенной наукой. Сейчас никто из ее профессионалов не знает ее всю. Н. Бурбаки отмечал: «даже сами математики не могут постичь ее во всей полноте» [306.58].

Давно назрела необходимость качественного скачка математики, который возможен на основе использования диалектической логики и теоретизации математики. В таком случае математика станет системной, более обозримой, более доступной не только профессионалам, но и остальным ученым.

Главный же скачок математики зависит от опережающего освоения диалектической логики, которая объясняет качество объектов. «Что является предпосылкой всего лишь количественного различия вещей? Одинаковость их качества» [181.46.1.117].

Для теоретизации математики надо поставить проблему «Что такое математика?» и построить кладограмму – систему мега-, макро-, микросоритов. Р. Курант, Г. Роббинс [153] ставили эту проблему в 1939 году. С тех пор математика шагнула вперед, а поэтому следует систематизировать современную математику. Математики могут воспользоваться диалектической логикой для решения этой проблемы.

Анализ идей Лейбница

По Лейбницу философствование представляет собой ничто иное, как применение логики, обучение логическому (и диалектическому) мышлению. “... Истинная логика не только является инструментом, но и в какой-то мере содержит в себе принципы и истинный метод философствования ...” [158.3.63].

Все великие философы того исторического периода (Бэкон, Локк и др.) указывали на неопределенность терминологии, которая препятствует пониманию действительности. “... В строгом философствовании следует пользоваться только конкретными терминами” [158.3.76]. Он далее указывал на негативную страсть к неопределенным, неконкретным терминам при философствовании: “определенно известно, что именно эта страсть к выдумыванию абстрактных слов затемнила нам чуть ли не всю философию, хотя философское рассуждение прекрасно может обойтись без них” (там же). “Итак, говоря по правде, я никогда не видел какой-нибудь серьезной пользы от абстрактных терминов для строгого философского стиля, злоупотреблений же ими, и притом больших и весьма опасных, великое множество” [158.3.77].

1000-летнее господство логики и диалектики завершилось в ХVI веке. В результате модной стала их критика как схоластики, которая обернулась против Аристотеля. Лейбниц исходил из признания исторического вклада Аристотеля в развитие философии, логики, интеллектуальной технологии, философского исчисления [158.3.87]. Для него вклад Аристотеля в философское исчисление непререкаем. Иными словами, Лейбниц признает логику как науку об уме [158.3.91]. Идеи Лейбница базируются на таком отношении к логике Аристотеля. По Лейбницу, Платон и Аристотель заложили начало философского исчисления: “Аристотель, опираясь на мысли своих предшественников, первым, насколько известно, придал логике форму некоего математического знания, так что она стала доказательной” [158.3. 449].

Обратите внимание на то, как в приведенном положении, Лейбниц соотносит понятия “доказательства”, “логики”, “математики”! Логика – это и есть форма математики (математического исчисления). И только в силу этого она доказательна.

Аристотель действительно дал образец большого таланта, способного к открытию сокровенных истин и доказательств. Он совершил великое деяние, заложив первоначальные основы той науки, которая некоторым образом оживляет и делает достоверным все остальные науки [см. 158.1.194-195]. «Нельзя поэтому удивляться, что та основная наука, которая величается названием первая философия, о необходимости создания которой говорил уже Аристотель, до сих пор остается в области чаемого» [158.1.244].

Некоторые современные философы уничижительно относятся к логике Аристотеля. Например, философ США Р.А. Уилсон говорил: «Большая часть людей все еще думает в этих категориях, включая даже некоторых ученых, которые, казалось бы, должны быть в курсе, что аристотелевская логика окончательно устарела. Мне кажется, что это трагично и опасно» [282].

Лейбниц продолжил линию Декарта по разработке “Правил для руководства ума”. Его собственные правила напоминают правила Декарта. Следует выделить три уровня его идеи “философского исчисления”:

Идея Лейбница

┌──────────┼───────────┐

замысел ® приемы ® факт применения

Замысел.

Лейбниц отмечал возникновение главной его идеи в детстве и ее поиск всю жизнь. В этой связи приведу только одну его фразу – “Боже милостивый, сколько бумаги я перевел ...” [158.3.413]. Людям, далеким от писанины, кажется, что главная трудность – процесс писания, а не поиск идей, которые следует написать. Можно вспомнить выражение Маяковского – о “тысячах тонн словесной руды, единого слова ради”. И это так. И как тяжело было ранее без компьютеров…

Лейбниц исходил из нищеты духа [158.3.464] и решал проблему упорядочивания идей духа [158.3.415]. Возможную находку он называл по-разному. “Но для того, чтобы создать эту письменность, или, иначе, характеристику, заключающую в себе столь удивительное исчисление, нужно искать точные определения понятий” [158.3.492].

“Но пока не найден метод, посредством которого можно было бы в естественных науках получить из имеющихся данных все выводы, какие могут быть сделаны, подобно тому как это происходит по определенному порядку в арифметике и в геометрии. ... Если люди научатся действовать так же и в натуральной философии – а они этому научатся, когда захотят поразмыслить, – то, вероятно, удивятся, что так долго оставалось неизвестным то, незнание чего следует вменить в вину не лености или слепоте предшественников, а отсутствию правильного метода, который один только может пролить необходимый свет” [158.3.230]. В связи с этим он и вел поиск интеллектуальных приемов, которые позволили бы понять объект. Эти приемы названы им по-разному, в том числе производным словом от слова “знак”, число, язык [158.3.412]. Эти методы должны быть универсальными, и они должны позволять упорядочивать понятия, объекты. Они должны быть одинаковыми для всех народов. “Очень важно, чтобы выводы человеческой мысли были упорядочены какими-то, похожими на математические, правилами” [158.3.186]. Эти методы должны обеспечить переход от смутных представлений к понятиям [158.3.402]. “Свести все человеческие рассуждения к некоторому виду исчисления, которое служило бы для установления истины” [158.3.491]. Это должно быть нечто вроде нового органона [158.3. 416]. «Я бы желал, чтобы наши беседы послужили поводом кому-нибудь найти эти истинные пособия для искусства рассуждения...»[158.2.498].

Приемы

Обыденному уму вряд ли покажутся эвристичными идеи Лейбница – слова о них он может посчитать пустыми. Особенно это касается соритов. О них написано в самоучителе мышления и здесь не пересказываю то, что может быть основанием для понимания их значения.

В современной литературе идет разный перевод с греческого одного и того же слова. Один раз его заменяют русским, а другой раз пишут его греческое звучание русскими словами (транслитеризация). В результате у непосвященного читателя не возникает целостной картины по данному вопросу. Более того, сам феномен называют порой софизмом, т.е. приемом для сознательного обмана других, а не эвристичным приемом, который показывает процесс превращения одного в другое и возникающие в связи с этим трудности.

Звучание этого греческого термина близко к определенному русскому слову, которого люди часто стесняются. Аналогично, звучание этого греческого термина ассоциируется (по крайней мере, у студентов) с таким же названием непопулярного явления. В результате, часто все это ведет к смеху и пожеланиям заменить эти слова чем-либо другим. Иногда, это приходится делать, но не следует идти на поводу у некомпетентных людей.

Древнегреческие мыслители иллюстрировали процесс превращения одного явления в другое тем, что клали зерно (или камушек) на стол и спрашивали “Куча?”. Затем добавляли постепенно по зерну до тех пор, пока человек не приходил к мнению о том, что данное множество зерна является кучей. Тем самым они показывали процесс превращения одного феномена (не кучи) в другой (кучу) и необходимость отображения этого превращения понятиями. Как писал Ленин – проблема не в том, что есть развитие, а в том, как его выразить в логике понятий. И такой прием иллюстрации был назван словом “сорит” от древнегреческого “сорос” (куча). Сорит и является приемом, который служит объяснению объекта на основе его развития. Иными словами, сориты показывают процесс превращения количественных изменений объекта в качественные.

В материалах Лейбница имеется слово “сорит”. Но переводчик использовал и слово “куча” [158.3.238], а в сноске указано, что это софизм [158.3.676]. Лейбниц использовал понятие «куча» как определенный род рассуждения древних. Для них сорит - непрерывный силлогизм, что сейчас называют полисиллогизмом.

Лейбниц использовал понятие “сорит” в качестве беспрерывной цепи слов [158.3.66] или «особой цепи силлогизмов» [158.2.493]. У Дж. Локка возникла идея превращения записи силлогизмов в ряд, который становился эволюционным рядом. Именно такая трактовка соритов дана в “Логике” Баумейстера ХVIII века (последователя Лейбница). Такую их трактовку ведут от Цицерона. В конце эпохи схоластики соритом называли систему предложений, в которой сказуемое предыдущего является подлежащим последующего предложения. С тех пор в науке укрепился способ показывать развитие объекта названием его промежуточных форм цепочкой слов через стрелку. Сориты показывают переход количественных в качественные изменения. Тем самым отражение развития объекта последовательностью его состояний позволяет адекватно определить содержание каждого из них, построить системное их объяснение или их теорию. Это и есть главный прием аналитики, комбинаторики, диалектики и т.п.

Силлогизмы «это своего рода универсальная математика, все значение которой еще недостаточно понято. Можно сказать, что в ней содержится искусство непогрешимости, если умеют правильно пользоваться им ...» [158.2.492-493].

Тогда соритами фактически называли полисиллогизмы. Современная логика ушла от этого значения слова “сорит” и пользуется термином “полисиллогизмы”. Соритом же называют то, как в живой (устной) речи люди пользуются этим приемом мышления - сокращенно, опуская многие промежуточные формы данного рассуждения. Сегодня соритом называют сокращенный полисиллогизм.

Факт

Технология открытия Лейбница аналогична руководству для ума Декарта и «Об управлении разумом» Локка. Она соответствует ТДМ в целом [158.3.98 и далее].

Фактом ДЛ Лейбница являются его “Размышления о познании, истине и идеях”. Он дал постановку проблемы одним абзацем, затем показал в целом все формы, а затем конкретное их объяснение. Все это легко представляется в форме дихотомной модели [158.3.101]. Фактом сорита является и объяснение понятия “справедливость” [156.3.493].

Лейбниц разработал много соритов. И многие из них собраны и опубликованы [см.158.3.701], но на русский язык эти работы не переведены.

Проблема “всеобщего исчисления”[158.3.474]

Замысел Лейбница состоит в том, чтобы разработать общую (всеобщую) науку как искусство открытия [158.3.443 и 479, 487], “усовершенствовать искусство открытия в целом” [158.3.491]. “... В искусстве мыслить, как и во всех других искусствах, есть свои секреты. И в этом состоит предмет всеобщей науки, которую я намерен изложить” [158.3.490]. Метод решения проблем – свести рассуждение к некоторому виду исчисления. Тем самым сделать метод доступным всем. Предмет этой всеобщей науки - мышление [158.3.490]. Она должна обеспечить анализ понятий [158.3.572], искать способы точного определения понятий [158.3.492]. Задача исследователя – вывести значение слова через беспрерывную цепь, так сказать, через сориты [158.3.66]. Сориты обеспечивают не только ясность слов, но ясность конструкции речи, текста [158.3.65].

Ядро диалектической логики можно свести к следующему ряду проблем:

сориты ® полисиллогизмы ® теория.

В повседневной жизни речь людей неполна, содержит много пропусков в рассуждениях и т.п. Люди говорят и соритами, даже не подозревая об этом. В связи с этим надо кратко пояснить ядро логики.

1. Энтимемы ® эпихейремы ® сориты


2. Суждения ® силлогизмы ® полисиллогизмы.

Первый ряд – сокращенные формы разговорной, обыденной речи, а второй ряд указывает полную форму соответствующей мысли. Сориты разворачивают в полисиллогизмы, но это можно сделать, только восприняв диалектическую логику. И сегодня это не стало нормой не только устной речи, но и письменного объяснения. И идущая с древности идея состоит в том, что доказательство – это и есть полисиллогизм или теория в строгом смысле слова. И только теория позволяет одинаково понимать объект, выявлять (по примеру математики) ошибочные элементы доказательства и т.п. Для этого следует обеспечить разработку понятия как такого феномена, который строго отражает свойства объекта. Содержание понятия однозначно. Оно существует в голове человека, и проблема в том, как его вывести на бумагу таким образом, чтобы все его свойства были отражены, осознаны в качестве признаков объекта.

Лейбниц, как и до него Декарт, не верил в чудо. Он полагал, что только указывает направление решения проблемы. Результат его поисков приведет к нужному “через много столетий” [158.3.396]. Но решение проблемы состоит в исчислении или оперировании [158.3.503], в логическом или философском исчислении понятий. И продвинуться в этом замысле можно разработкой соритов [158.3.493], которые являются скелетом рассуждений – длинной цепью доказательств [158.3.450]. Только в таком случае “цепь рассуждений развертывается так, что дает нам полную уверенность в выводах и указывает безошибочный путь в дальнейшем” [158.3. 446]. «Дай Бог, чтобы удалось сделать из нее (логики – ВАГ) нечто большее, чем то, что она представляет собой теперь, и найти в ней те истинные пособия для разума, о которых говорил Гукер и которые подняли бы людей высоко над их теперешним состоянием» [158.2.502].

“Правила для руководства ума” Декарта дали наставление по использованию развития в качестве основы понимания объекта, особенно в пятом правиле (и третьем правиле работы о методе). На этой основе Лейбниц разрабатывал сориты как способ интеллектуального исчисления свойств объектов. Это является диалектической логикой.

Построение эволюционных рядов (соритов) требует адекватного понимания самого развития. Поэтому последователи Лейбница все более переходили от шаблонного руководства к объяснению главного свойства объекта - его развития как основы его понимания. И. Кант сформулировал наставление по этому вопросу, когда указал на необходимость идти не только «назад» в объяснении, но и «вперед», по сравнению с конкретной формой объекта - искать не только предшественников, но и последователей. Но такое наставление недостаточно. Надо найти более адекватную основу, а поэтому продолжить построение нового органона или новой философии. Прежняя форма философии господствовала, а поэтому Кант направил все свои усилия на утверждение необходимости новой философии, написав к ней вступление (пролегомены). Эту же мысль выразил Фихте утверждением – новую философию следует назвать наукоучением. На его основе Гегель разработал диалектическую философию, что и привело в последующем к диалектической логике. История ДЛ полна превратностей, и здесь нет необходимости ее отражения.

Философия возникла как учение о мудрости и постоянно уточняет свой объект, все более приближаясь к истине. Философия третьего тысячелетия не может не быть основанием науки – теорией интеллекта (интеллектикой) и наукой о науке вообще (метанаукой). Философия и наука идут в этом направлении, даже если не используют данной терминологии. Особенно укажем на биологию как наиболее теоретичную науку, которая строится на основе систематики как современной формы комбинаторики. Системный бум с 1960-х оказался простой модой и “холостым выстрелом” тех, кто руководствуется принципом “обойдемся без философии”. Практическая систематика биологии – кладистика (кладизм). Она является фактом ДЛ и имеет универсальное значение.

И пятое правило Декарта, и сориты, и кладограммы (я убежден и многое другое из духовного наследства науки) – разные аспекты одного и того же, что и следует считать содержанием ДЛ. В связи с этим надо переформулировать слова Лейбница. Он писал “... Вместо того чтобы спорить, можно будет сказать: посчитаем!” [158.3.492]. А сейчас надо сказать - “вместо спора построим сорит, кладограмму любого понятия”!

«В заключение я готов признать, что схоластическая форма аргументации обычно неудобна, недостаточна, громоздка, но одновременно с этим я утверждаю, что нет ничего более важного, чем искусство аргументировать по логике, т.е. полно с точки зрения содержания и ясно с точки зрения порядка и формы выводов как самоочевидных, так и доказанных раньше» [158.2.498].

В произведении «О приумножении наук» [158.1.164 и далее] Лейбниц надеялся на восстановление наук будущими поколениями исследователей. И основанием для этого он полагал философию.

Современные исследования проблемы философского исчисления существуют в форме исследований операций. Их оценка дана Акоффом: «Будущее исследования операций уже в прошлом» [330.398]. Эти исследования не опираются на диалектическую логику Лейбница, а поэтому оказалась бесплодными.

Интересны тезисы В.П. Кохановского на 3РФК – «Универсальный метод Готфрида Лейбница» см. [335.1.53]. В частности, следующее: «Из сказанного следует, что универсальный метод Лейбница, его «Новый органон» есть единство формальной логики и диалектического метода, о котором зачастую просто забывают, говоря о методе немецкого мыслителя».

 

5.5. ТРЕТИЙ ФИЛОСОФСКИЙ КОНГРЕСС РОССИИ

 

Динамизм философии проявляется не только в восходящих, но и в нисходящих процессах – ветвях упадка. В связи с этим всегда актуальна проблема выбора философии. Ее наиболее ярко показал Лукиан в произведении «Гермотим, или О выборе философии». Нужно игнорировать ненаучные формы философии, теоретизировать саму философию, педагогически ее проработать на уровне последних достижений науки и техники с тем, чтобы сделать ее нормой обыденного рассудка, прагматичной.

Имеется десятки инновационных философских поисков, в том числе представленных на 3РФК. Имеется и десяток версий метанауки, не всегда по названию, а по существу. Они написаны представителями разных наук и подходов к ним. Используя их, нужно идти далее так как они не решают главной проблемы философии. Поэтому и приходится упорствовать в своем поиске версии метанауки, которая нужна обществу. Основанием этому считаю и почти всеобщее мнение о недостатке современной философии.

Очень многие современники и не только профессиональные философы адекватно обращают свои взоры к философии как к тому ключу, который только и откроет дверь в светлое будущее общества. И пусть они порой противоположны в тех или иных философских идеях, но многие из них верят в силу, могущество, эвристичность духовного наследия философии. Обществу, особенно нашей стране, практически больше не на что надеяться. Как сделать философию прагматичной?

Важно учесть следующее положение издателя В. Анашвили: «То есть иллюзия начала 90-х – что мы издадим, всё, что было хорошего на Западе, и у нас философия расцветет – себя не оправдала». По его мнению «Довольно скучно сейчас в философии», «Наверное, просто неясна роль философии сейчас – то есть зачем здесь у нас, философствовать» [336].

Большинство философов заменили философию ее историей. Бесплодны истории безобъектного феномена. Эта истина видна и на примере философии. История ценна тогда, когда излагается на основе определенной концепции объекта. Если же результат исторического развития равен нулю (как это получается у некоторых философов – есть история философии, но нет самой философии), то как писать историю. Исходя из концепции теоретической философии можно ставить проблему написания ее истории.

Обилие историй философии поразительно и показательно. Их пишут без души и эмоций. И их ценность скорее отрицательная. И только лекции Гегеля по истории философии воодушевляют в этом плане.

трактовки « первоисточники « теоретическая

истории по философии философия

философии

Если ограничиться только сферой философии, то проблема трактовки истории философии зависит от адекватного знания оригинальных работ главных философов прошлого и современности и разработки гипотезы теоретической философии. И все это происходит одновременно.

Для понимания судеб философии важны материалы 3РФК. Он состоялся на рубеже второго и третьего тысячелетия (сентябрь 2002 года). На нем присутствовало немного менее тысячи человек, примерно 1/3 членов РФО. Изданные к нему три тома материалов включили тысячи тезисов. Но они составляют часть – ожидается еще 2 тома, а также публикация пленарных докладов, которые не были изданы к 3РФК.

В приветствии ректор РГУ А.В. Белоконь призвал к такой модернизации высшего образования, в которой философия имела бы ключевую роль. Развернул эту идею руководитель региональной секции РФО В.Е. Давидович. Его доклад: «Судьбы философии на рубеже тысячелетия» полностью подтверждает истинность представленной здесь метанауки.

Месяц спустя 3РФК можно высказать только начальные оценки полученных его материалов. Но они вполне аргументируют предлагаемую здесь парадигму философии.

По сравнению с предшествующим философским конгрессом России, 3РФК в большей мере содержит собственно философские идеи. Не считая философскими по природе большинство тезисов, не отрицаю их значимости вообще, в том числе и для себя лично. Просто они не имеют отношения к философии как науке наук.

Нет возможности отразить содержание первых трех томов материалов 3РФК здесь, ограничимся только некоторыми положениями главным образом первого тома. Дадим их в форме собственных идей авторов тезисов. Некоторые из них приведены для иллюстрации противоположных идей по сравнению с отстаиваемыми здесь положениями. Умный оппонент полезнее безликого адепта. Не трудно найти и собственное место каждой из этих идей при их интеграции в единую концепцию метанауки.

«Любые попытки заменить философию синергетикой являются столь же иллюзорными, как и предпринимавшиеся в свое время подобные усилия в отношении кибернетики и теории систем. Синергетика не является никакой новой философией и ничего качественно нового в общие фундаментальные философские положения не вносит» [А.С. Борщов: 335.1.17].

«Вопрос о регулятивной роли философских идей в научном познании является одним из наиболее важных вопросов в метанаучной рефлексии нашего времени». [Ю.Б. Дмитриев:335.1.32].

«Наше время отмечено небывалыми успехами науки, возросшим престижем научной рациональности. Однако, противоречие современной культуры состоит в том, что одновременно происходит резкий рост антисциентизма, ценность научного знания искусственно занижается» [В.В. Казютинский: 335.1. 41].

«Дух коллективизма не мыслим без понимания людьми друг друга, а значит прямо или косвенно взывает к сознанию каждого человека искать основания этого единства» [В.Л. Киссель: 335.1.44].

«В западной философской мысли уже давно, а в отечественной с некоторых пор, получило распространение мнение о том, что диалектическая логика как философская дисциплина существовать не может …» [В.М. Левин: 335. 1. 59].

«Критика рационализма прочно была обозначено не только в науке, но и в духовной истории Европы 19 и 20 столетий. Её сущностная составляющая и должна стать предметом тщательного анализа. Ибо логика развития науки и ее методологические проблемы должна стать предметом тщательного анализа. Ибо логика развития науки и её методологические проблемы должны быть поняты по существу. И прежде всего в отношении Логики как теории развития знания. Именно к ней отношение было неоднозначным, а иногда и просто превратным.

Эти обстоятельства лишь укрепляют истинность общеизвестного положения о том, что для философа исследование философских и методологических проблем естествознания есть занятие несомненно могущее приносить пользу лишь при условии философской малограмотности самих естественников, и становится ненужным и даже вредным как только естественники получают себе на вооружение подлинную логику как методологию познания. Уроки классической философии здесь имеют абсолютный характер. С ней можно спорить (и даже нужно!), но нельзя не принимать в расчет. На то она и классика». [А.Г. Новохатько: 335. 1.69].

«В современном научном познании высвечивается противопоставление двух проектов науки – античного и современного (западноевропейского). Такое противопоставление находит отражение в концепциях различения типов цивилизационного развития (традиционного и техногенного; «Восток» - «Запад»); типов социального устройства (коллективисткого и индивидуального); бинарности ценностных установок в науке (наука может быть ориентирована на познание мира с целью приспособления человека к гармонии или с целью овладения этим миром) и т.д.». Автор тезисов отстаивает первый проект. [С.Ю. Пискорская: 335.1.75].

«Общее, что роднит научное знание и философское, как мировоззренческое, это их теоретичность. Философия по своей сути есть теоретическое знание, и научное знание в своей высшей форме представлено теорией… Системность как научного, так и философского знания не вызывает сомнения» [А.Н. Соколов: 335.1. 86].

«В связи с проблемой осмысления роли и места комплексного подхода в познавательной и практической деятельности, нельзя не отметить, что многие авторы считают понятие комплексности синонимом системности, зачастую подменяя комплексный подход системным и наоборот. Но даже, когда они не смешиваются друг с другом, то все равно остается неясным – как они соотносятся друг с другом» [В.Н. Фомин: 335.1.94].

«Философия науки это не только ретроспективный анализ методов научного познания, но и выявление перспективных направлений развития науки с учетом современной реальности. Не отказ от науки, как это делают сторонники постмодернизма, а расширение научной рациональности, эпистемологического горизонта, поиск новых форм научности» [И. В. Черникова: 335.1.100].

«Одной из наиболее значительных и остро дискутируемых проблем современной философии является проблема поиска новой эпистемологической парадигмы… Складывается впечатление, что философские исследования познания постепенно утрачивают свое значение, и на этот раз оправдаются прогнозы тех философов, которые говорили о неизбежной гибели эпистемологии….Станет ли философия ХХI века только «назиданием» (Р. Рорти), или обретет иной статус, во многом будет зависеть от решения эпистемологиеских проблем» [Е.Н. Ищенко: 335.1.125]

«Известно, что философия издавна пыталась помочь человеку понять существо вопроса средствами знания и еще глубже проникнуть в непознанное. Однако, постепенно, философия потеряла свое лидерство а познавательном процессе… Сегодня ученый, берясь решать какую-либо проблему оказался без тыловой поддержки философской методологии ввиду того, что сама философия по той же причине дифференцированности и нецелостности знания не смогла вырасти до состояния самодостаточной науки, а значит не смогла сформулировать общетеоретические принципы развивающегося знания. Несмотря на многосторонний философский охват опыта челоческой деятельности продолжают оставаться непознанными основы этого опыта – исходные принципы знания. Есть ли выход из философского кризиса? Какова должна быть теория познания? Автор тезисов считает… необходимо масштабно иициировать разработку общего метода развития (ОМР) … К сожалению, современный философский кризис мышления, отчужденность философии от естественных наук и не желание ее многих представителей разрабатывать философию как методологическую науку в русле ОМР не дает шансов философам создать теорию познания как таковую». [Б.П. Козадаев 335.1. 128].

Ю. Ротенфельд. Возродить философию! [335.1.150].

«Большинство авторов философско-исторических текстов (от античных до современных) об эволюции, антропогенезе, ноогенезе сходятся, в целом, что суть этих сфер познания «схоронена» в труднодостпных «горах» (варианты: на «дне морском» или в»болоте»?) под общим шифром РАЗВИТИЕ. На «вершине» (в «пещере»?) ПРОТИВОРЕЧИЙ. Как назвать ту «заоблачную скалу» («Замок» - «башню»?) со «шкатулкой»? Тут мнения расходятся по мере возвышения (углубления) поиска. Хотя все стремятся к самым важным «яйцу» с «иголкой»». [Ю.В. Сафрошкин. 355.1.154].

«За последнее столетие наиболее значимые философские идеи были выдвинуты не философами, а специалистами разных научных направлений…» [И.Г. Зенец.355.1.207]

«Искушение философствованием… Философствование как феномен не сводимо к технологии воспроизведения мысли в форму всеобщности, оно скорее является специфическим усилием … Иначе говоря, философствование вовсе не требует профессионализма, владения философскими технологиями мышления - знаний профессиональной «кухни философствования»… Таким образом, современную ситуацию в философии можно назвать философствованием вне философии …» [И.Г. Зенец.355.1.207].

«Понимание – это главная проблема современной науки» [Т.Г. Кислицына: 355.1. 212].

Суркова Л.В. Философия в современном мире: поиск собственных оснований. [335.1.249].

Дюбенок Ю.Л. О реформе философского образования для подготовки строителей человеческого общества. [335.1.371]

«В рационализированной среде все меньше находится места благородству, милосердию, состраданию, любви, служению отчизне. И все же альтернативы Разуму нет. Ни одна проблема современного мира не может быть решена вне Разума» [В.М. Таланов: 335.1. 410].

«Философское образование как важнейшая составная часть высшего образования призвано формировать самостоятельное мышление студентов развивать их способность к рефлексии… Однако заметное преобладание в философском образовании филосоведения над философствованием не позволяет эффективно решать этих задачи». [Е. В. Романенко.335.2.262].

На съезде была презентация и продажа книги В.П. Кохановский, Е.В. Золотухина, Т.Г. Лешкевич, Т.Б. Фатхи. Философия для аспирантов. (Ростов н/Д, 2002). Она фактически является версией предлагаемого здесь подхода. В связи с этим моя её оценка:

Достоинства книги:

  • Ограничили объект философии только наукой;
  • Обобщили современные идеи по вопросу, сохраняя преемственность и с диалектикой;
  • Написали как учебное пособие для тех, кто специализируется по науке.

Недостатки книги:

  • Книга максимально противоречива, скажем соотнесение философии и науки. Можно встретить у них разные положения: философия – наука и философия не наука;
  • Не показывают необходимости философствовать и, тем более, не дают технологии философствования;
  • Не говорят о проблеме мышления и не дают его технологии;
  • Это частно научный опыт в виду обобщения опыта прежде всего физики, а не всех наук;
  • Они приняли искренне произошедшую смену идеологических парадигм, и перешли на восхваление новых «богов» гуманитарных наук как мэйнстрим философии [см. например, антиподов 355.1. 93 и 125].

Мой подход отличается следующим:

  • Надо решить множество проблем, поставленных предшествующими исследователями
  • Нужна научная, интеллектуальная, педагогическая революции, нужны перевороты некоторых догм по Б.М. Кедрову (скажем, философия порождает науки или наука порождает философию).
  • Авторы ограничивают объект философии без специального обсуждения такой возможности. На мой взгляд, нужно это делать и т.д.

На 3РФК господствовал плюрализм, что свидетельствует о том, что пора жить своим умом, толерантно относясь к тем, кто высказывает иные мнения по вопросу. Тем не менее, сейчас много тех, кто верит в философию, надеется на неё. Особенно много таких среди не профессиональных философов, которые дают свои видения её проблем и т.п. Хотелось бы верить, что все философы действительности объединяться для решения проблемы философствования и обеспечат обществу ее идеал, поэтически представленный философом-поэтом Ростова-на-Дону - Сушковым Иваном Митрофановичем( в последней строке я бы опустил слово «будет»).

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-12-12; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 100.25.42.117 (0.022 с.)