Корреляционные связи между ценностными предпочтениями и показателями склонности к девиантному поведению 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Корреляционные связи между ценностными предпочтениями и показателями склонности к девиантному поведению



В результате корреляционного анализа переменных, измеряющих склонность этнических мигрантов и коренных жителей к девиантному поведению, и переменных, характеризующих ценностные предпочтения, выявлен ряд достоверных корреляционных связей. Рассмотрим полученные корреляционные связи по каждой из 10 исследуемых нами ценностей.

Богатство.Обнаружена положительная корреляция между предпочтением ценности "богатство" и высокой степенью склонности к девиации1 . Для тех, кто предпочитает ценность "богатство", мало значимы такие человеческие качества, как осторожность и осмотрительность; они чаще соглашаются с высказыванием, что в России деньги заработать легко. Эти же респонденты в случае хорошего вознаграждения готовы взяться за любую опасную работу.

Материальная сторона является сегодня ведущим фактором при выборе места работы, будущей профессии. Как отмечают А. В. Суптеля и СИ. Ерина, "...в трудовой мотивации приоритет отдается населением не содержательному, общественно значимому труду, а труду, направленному, прежде всего, на получение материальной выгоды" [17, с. 181]. В результате своего исследования они также пришли к выводу о том, что нарушение социальных норм, ставшее сегодня естественным для россиян явлением, основывается на стремлении получить материальную выгоду.

Наши респонденты, предпочитающие ценность "богатство", считают, что правы те, кто согласен с пословицей "Если нельзя, но очень хочется, то можно", обнаруживая тем самым гедонистические

1 Здесь и далее будут анализироваться только статистически значимые связи при уровне достоверности не выше 0.05.

стр. 54

установки. Положительные корреляции выявлены между выбором ценности "богатство" и низкой степенью религиозности, низким уровнем образования. Аналогичные результаты получены в исследовании, проводимом Н. А. Журавлевой: с повышением уровня образования личности отмечается снижение значимости ценности богатства [8].

Чаще на ценность богатства ориентируются те, кто низко оценивает значимость ценностей "жить по совести", "спасение души". По тесту ЦТО с отвергаемыми цветами они чаще ассоциируют такие понятия, как "закон", "совесть", "чувство долга", "ответственность". Русские и азербайджанцы считают, что "жить по совести" и "богатство" - понятия несовместимые. Такое мнение исходит, видимо, из личного опыта респондентов, сложившегося в современных социально-экономических условиях.

Армяне, предпочитающие ценность "богатство", обозначают отвергаемыми цветами азербайджанцев и чеченцев, а азербайджанцы - армян и чеченцев, очевидно, подсознательно расценивая их на российском экономическом пространстве как конкурентов в достижении материального благосостояния. Кроме того, у армян и азербайджанцев ценность "богатство" положительно коррелирует с ценностью "жить со своим народом", что, возможно, обусловлено особенностями этнической культуры. Для них важно быть богатым прежде всего среди "своих". В русской же культуре свое богатство стараются не демонстрировать, чтобы не вызывать зависти у окружающих.

Те из респондентов, для кого высокую значимость представляет ценность "богатство", при ответе на вопрос "Что вы чувствуете, когда вам приходится пользоваться глупостью, наивностью других в ущерб их здоровью или материальному положению в собственных целях?" чаще говорят о возникновении в такие моменты позитивных чувств - превосходства, гордости за себя.

Стремление использовать наивность, глупость других в своих целях, так же как и выраженная ориентация на ценность "богатство", положительно коррелирует с высокой предрасположенностью к отклоняющемуся поведению. У русских такие корреляции чаще встречаются среди представителей более младшей возрастной группы. При этом, по данным ЦТО, они обнаруживают положительное цветовое отношение к понятию "наркобизнес". Результаты, полученные на русской выборке исследователями А. В. Суптеля и С. И. Ериной, показывают, что именно молодые люди чаще, чем представители других возрастных групп, склонны оправдывать отступление в отдельных случаях от норм и правил поведения [17].

У азербайджанцев предпочтение ценности "богатство" наряду со стремлением использовать наивность других в своих целях чаще встречается среди лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью. При этом азербайджанские предприниматели демонстрируют негативное цветовое отношение к армянам и чеченцам, расценивая их, очевидно, как конкурентов по бизнесу.

Респонденты, максимально ориентированные на ценность "богатство", более лояльны к гипотетическому молодому человеку, вынужденному кормить свою семью, продавая наркотики, что также коррелирует с высокими показателями склонности к девиантному поведению. В число таких респондентов попадают русские, которые отождествляют с предпочитаемыми цветами понятия "наркобизнес", и азербайджанцы - с низкой степенью религиозности, окрашивающие в отвергаемые цвета понятие "совесть".

Независимость.Предпочтение ценности "независимость" положительно коррелирует со склонностью к девиантному поведению, малой степенью религиозности и отрицательно - с ценностью "жить по совести". Эта корреляция выявлена при анализе данных, полученных на русской и азербайджанской выборках.

Как отмечалось выше, у чеченцев, в отличие от представителей других этнических групп, между ценностями "независимость" и "жить по совести" обнаружены положительные корреляционные связи. В то же время чеченцы, предпочитающие независимость, чаще высказывают свое согласие с суждениями о том, что в России честно зарабатывать невозможно, что только слабые и трусливые люди выполняют все правила и законы, что удовольствие - это главное, к чему стоит стремиться в жизни, демонстрируя тем самым гедонистические установки и установки на нелегальные способы обеспечения материального благосостояния.

Чем большую значимость ценность "независимость" представляет для азербайджанских мужчин, тем чаще они обозначают предпочитаемым цветом понятие "власть".

Русские, стремящиеся к независимости как ключевой ценности, чаще отмечают неудовлетворенность своим положением в обществе и окрашивают в отвергаемые цвета собственный образ жизни, свое положение в обществе и материальное положение. Возможно, такая неудовлетворенность является своеобразной платой за независимость.

Данные, полученные на русской выборке, перекликаются с описанием психологического типа личности с доминированием инстинкта свободы [3], для которого характерны терпимость к лишениям и боли, авантюризм, стремление к риску, перемене места работы, образа жизни, нетерпимость обыденности, рутины, склонность к отрицанию авторитетов. Эти черты в некоторой степени являются показателем предрасположенности человека к отклоняющемуся поведению.

Обнаруженные корреляционные связи позволяют нам высказать предположение о том, что представления о способах достижения независимости у азербайджанцев и русских несколько от-

стр. 55

личаются. Опрошенные азербайджанцы в большей мере являются сторонниками достижения независимости через обретение власти. Очевидно, именно власть, по их мнению, освобождает человека от следования внешним условностям, от соблюдения некоторых норм и правил и предоставляет им возможность диктовать другим нормы и правила поведения по своему усмотрению. У русских же, по-видимому, независимость проявляется через отрицание отношений взаимозависимости, через нежелание как властвовать, так и подчиняться. Независимость в представлениях русских, скорее, связана со свободой от необходимости соответствовать общепринятым эталонам, а также с возможностью иметь и высказывать свою точку зрения.

Обнаруженные нами связи между ценностями "богатство" и "независимость" со склонностью к девиантному поведению согласуются с результатами исследования М. С. Яницкого, согласно которым вершины ценностных структур заключенных следственного изолятора N 1 г. Кемерово занимают именно эти ценности [20].

Жить по совести.Прежде всего, следует сказать, что те из числа опрошенных, кто отметил высокую значимость для себя этой ценности, обнаруживают низкий уровень склонности к девиациям. Они чаще отождествляют с предпочитаемыми цветами понятия "чувство долга", "честь", "уважение близких" (по данным ЦТО), чаще указывают на высокую степень своей религиозности и отвергают такие человеческие качества, как склонность к риску и авантюризм. Для них характерно преобладание отрицательного отношения к нелегальным способам заработка.

Русские, армяне и азербайджанцы размещают на противоположных полюсах ценностных структур ценности "жить по совести" и "независимость". Удовлетворительное, на наш взгляд, объяснение такому противопоставлению ценностей дала сорокалетняя русская женщина в ходе интервью: "Что значит фраза "Я ни от кого не завишу, я никому ничего не должен""? "Мы должны своим родителям и детям, мы должны помогать близким, друзьям и знакомым, мы обязаны тем, кто помогал и помогает нам. Мы все зависим друг от друга. ..".

А вот чеченцы, для которых не менее важны понятия "чувство долга" и "уважение близких", ценности "жить по совести" и "независимость" располагают на одном полюсе ценностной иерархической структуры. Видимо, на фоне сложившейся общественно-политической обстановки понятие "независимость" для чеченцев имеет более широкое содержание, включая и национальную независимость, достижение которой они воспринимают как свой долг, дело чести и совести, заслуживающее уважения.

Азербайджанцы, отдающие предпочтение ценности "жить по совести", в отличие от тех, кто ориентирован на ценность "богатство", обнаруживают большую межэтническую терпимость, чаще демонстрируя позитивное цветовое отношение к армянам и чеченцам.

Знания, образование.Стремление к ценности "знания, образование" дает отрицательные корреляции со склонностью к девиантному поведению. Аналогичные результаты были получены Н. В. Гончаровым [4]. В исследованиях, проводимых на выборках подростков, он обнаружил, что одним из факторов-доминант, определяющих базовые ценностные ориентации в становлении правопослушного поведения, являются целевые установки на уровень образования и степень включенности в образовательный процесс.

Чем выше оценивают наши респонденты важность образования, тем чаще они обозначают предпочитаемыми цветами понятия "совесть" и "ответственность". В меньшей степени они удовлетворены своим материальным положением, но при этом и сама ценность "богатство" не является для них высоко значимой.

Как отмечает М. С. Яницкий, "...действительно эффективным регулятором социального поведения является внутренняя, интернализированная система автономных ценностей, соответствующая индивидуализирующемуся ценностному типу, формирование которого может стать одним из важных направлений профилактики девиантного поведения" [20, с. 242]. Ценности "жить по совести" и "знания, образование", безусловно, можно отнести к ценностям индивидуализации высшего духовного порядка.

Спасение души.В результате анализа данных, полученных по всей выборке, какие-либо закономерности в предпочтении этой ценности выражены довольно слабо. Более яркая картина вырисовывается при анализе ответов представителей азербайджанской этнической группы. Чем выше азербайджанцы оценивают значимость спасения души, тем в большей степени они религиозны, тем важнее для них жить по совести, тем менее значимы для них такие ценности, как "богатство" и "интересная работа", тем менее выражена у них склонность к девиантному поведению. У армян и чеченцев приписывание высокого ранга ценности "спасение души" также отрицательно коррелирует с некоторыми пунктами шкалы оценки склонности к девиантному поведению.

Между остальными пятью ценностями: "крепкая семья", "интересная работа", "уважение близких", "жить со своим народом", "здоровье", и общим показателем склонности к девиантному поведению значимых корреляционных связей в нашем исследовании обнаружено не было.

Итак, в результате корреляционного анализа ценностных предпочтений и показателей склонности к девиантному поведению был выявлен ряд корреляционных связей:

стр. 56

- предпочтение респондентами (независимо от их этнической принадлежности) ценности "богатство" положительно коррелирует с высокими показателями склонности к девиации. Чаще эту ценность предпочитают те, кто отвергает ценности "жить по совести", "спасение души", "уважение близких и знакомых". Обнаружена также положительная корреляция между выбором ценности "богатство" и низким уровнем образования, меньшей степенью религиозности;

- предпочтение ценности "независимость" также положительно коррелирует со склонностью к девиантному поведению и малой степенью религиозности и отрицательно - с ценностью "жить по совести";

- чем выше оценивается респондентами (независимо от этнической принадлежности) значимость ценности "знания, образование", тем в меньшей степени обнаруживают они склонность к девиантному поведению;

- опрошенные, которые отмечают высокую значимость для себя ценности "жить по совести", имеют низкий уровень девиации.

Таким образом, выявленные корреляционные связи позволяют нам сделать вывод о существовании взаимосвязи ценностных ориентации и склонности к девиантному поведению как у этнических мигрантов из Северного Кавказа и Закавказья, так и у местного русского населения. Предрасположенность к нарушению социальных норм и правил в сложившихся на сегодняшний день условиях связана с ценностями, содержание которых отражает динамику ценностного сознания, не вполне соответствующую заявленному вектору движения государства к либеральному демократическому обществу.

ВЫВОДЫ

1. Выявлены структуры ценностных ориентации этнических мигрантов из Северного Кавказа и Закавказья и коренного населения на декларируемом и скрытом уровнях. Между структурами ценностей этнических мигрантов и русских местных жителей существуют как сходства, так и различия.

а) На декларируемом уровне:

- вершину ценностных структур представителей всех этнических групп занимают базовые общечеловеческие ценности "крепкая семья" и "здоровье";

- выходцы из Кавказа более высоко, по сравнению с местным населением, оценивают значимость для себя таких ориентации, как "уважение близких", "жить со своим народом", что обусловлено актуализацией значимости этнических связей в ситуации инокультурного окружения.

б) На скрытом уровне нивелируются различия между отдельными ценностями этнических мигрантов и русских:

- для всех мигрантов на скрытом уровне повышается значимость ценностей "знания, образование" и "интересная работа", для русских их значимость, напротив, снижается;

- обнаружена тенденция подсознательного повышения значимости ценности "богатство" и снижения значимости понятия "совесть", характерная как для выходцев из Кавказа, так и для русских.

в) При внутри- и межгрупповых сравнениях структур декларируемых и скрытых ценностей обнаружено:

- внутригрупповые рассогласования между структурами декларируемых и скрытых ценностей более выражены у русских и чеченцев; менее противоречиво ценностное сознание азербайджанцев и армян;

- межгрупповые различия ценностных структур) более выражены на декларируемом уровне и связаны с повышенной значимостью для этнически?: мигрантов ценностей, выступающих показателями усиления этнической идентичности в процессе адаптации к новым условиям жизни. В меньшей степени различия проявляются на скрытом, частично неосознаваемом уровне, что, с одной стороны, обусловлено заложенной в глубинных пластах подсознания ориентацией на общечеловеческие ценности, с другой - связано с тенденцией изменения ценностного сознания представителей всех этнических групп под влиянием единых общественно-политических и социально-экономических условий: существования в сторону унификации ценностей.

2. Выявлен уровень склонности к девиантному поведению этнических мигрантов и коренного населения. Значимых различий в степени предрасположенности к девиантному поведению между выходцами из Кавказа и коренными жителями не обнаружено. В то же время в каждой этнической группе получена высокая доля лиц, имеющих средние и высокие показатели склонности к девиантному поведению, что свидетельствует о неустойчивости большинства населения к соблюдению социальных норм и правил независимо от этнической принадлежности. Выходцы из Кавказа обнаруживают более четкую дифференциацию позиций в оценках установок, определяющих отношение к социальным нормам и правилам, в отличие от коренных жителей, позиции которых характеризуются большей неопределенностью.

3. Выявлена взаимосвязь ценностных ориентации и склонности к девиантному поведению:

- предпочтение ценностей "богатство", "независимость" является фактором, усиливающим склонность людей к девиантному поведению;

- убежденность в значимости ценностей "жить по совести", "знания, образование", напротив, служит фактором, сдерживающим человека от нарушения социальных норм.

4. Склонность к девиантному поведению связана с системой ценностных ориентации, содержание

стр. 57

которой представлено одновременным предпочтением ценностей "богатство", "независимость" и отвержением ценностей "жить по совести", "знания, образование". На скрытом уровне, реально регулирующем поведение и деятельность людей, по сравнению с уровнем декларируемым, ценность "жить по совести", служащая фактором сдерживания девиаций, оценивается критически низко большинством респондентов независимо от этнической принадлежности, что указывает на потенциальную возможность всеобщего повышения предрасположенности к девиантному поведению.

Результаты сравнительного изучения ценностных ориентации и степени выраженности установок, отражающих склонность к девиантному поведению у этнических мигрантов, в нашем случае выходцев из Кавказа, и коренных жителей Саратовской области, дают основания сказать, что сознание первых не более, чем сознание вторых, предрасположено к нарушению социальных норм и правил.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Белинская Е. П., Тихомандрицкая О. А. Социальная психология личности. М., 2001.

2. Берне Р. Развитие Я-концепции и воспитание. М., 1986.

3. Гарбузов В. И. Практическая психотерапия, или Как вернуть ребенку и подростку уверенность в себе, истинное достоинство и здоровье. СПб., 1994.

4. Гончаров Н. В. Ценностные ориентации в системе противоправного поведения подростка: Автореф. дисс. ... канд. социол. наук. М., 1998.

5. Гриценко В. В. Социально-психологическая адаптация переселенцев в России. М., 2002.

6. Добреньков В. И., Кравченко А. И. Социология. М., 2000.

7. Дюргкейм Э. Социология. М., 1995.

8. Журавлева Н. А. Динамика ориентации на экономические ценности представителей различных социальных групп в условиях экономических изменений // Проблемы экономической психологии / Отв. ред. А. Л. Журавлев, А. Б. Купрейченко. М.: Изд-во "Институт психологии РАН", 2005. Т. 2. С. 401 - 432.

9. Змановская Е. В. Девиантология: психология отклоняющегося поведения. М., 2003.

10. Клейберг Ю. А. Психология девиантного поведения: Учебное пособие для вузов. М., 2001.

11. Лебедева Н. М. Введение в этническую и кросскультурную психологию. М., 1998.

12. Лебедева Н. М. Социальная психология этнических миграций. М., 1993.

13. Малашенко А. В. Ксенофобии в постсоветском обществе // Нетерпимость в России: старые и новые фобии / Под ред. Г. Витковской и А. Малашенко. М., 1999. С. 13.

14. Осипкин А. А. Современные социокультурные процесы и девиантное поведение молодых россиян: Автореф. дисс. ... канд. социол. наук. М., 2001.

15. Пядухов Г. А. Этнические группы мигрантов: тенденции притока, стратегии поведения. Пенза, 2003.

16. Смелзер Н. Социология. М., 1994.

17. Суптеля А. В., Ерина С. И. Исследование нормативно-ценностных ориентации россиян и их отношения к деньгам в период формирования российского общества // Социальная психология XXI столетия / Под ред. В. В. Козлова. Ярославль, 2002. Т. 3. С. 178 - 180.

18. Тишков В. А. Культурная мозаика и этническая политика в России // Межкультурный диалог: Лекции по проблемам межэтнического и межконфессионального взаимодействия / Под ред. М. Ю. Мартыновой, В А. Тишкова, Н. М. Лебедевой. М., 2003. С. 7 - 35.

19. Фетискин Н. П., Миронова Т. И. Социально-психологическая диагностика личности и группы: Психодиагностический практикум. Кострома, 2001.

20. Яницкий М. С. Нарушение регулятивной функции индивидуальной системы ценностей при девиантном поведении // Проблемы морально-нравственного развития личности и общества: сборник научных трудов. Кемеровский государственный университет. Кемерово: ООО "Фирма Полиграф", 2004. С. 239 - 242.

21. Klakhohn F., Stodtbeck F. Variation in value orientation. N.Y., 1961.





Последнее изменение этой страницы: 2016-09-05; просмотров: 161; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.224.117.125 (0.011 с.)