ТОП 10:

A Vision of the Nineteenth Century)



 

Поэма (1817)

 

Свою романтическую поэму в двенадцати песнях Шелли посвятил «делу широкой и освободительной морали», идеям свободы и спра­ведливости. Поэма написана так называемой спенсеровой строфой.

 

Во время бушующей над землей грозы поэту вдруг открывается среди туч просвет небесной лазури, и на этом фоне глазам его пред­стает боренье Орла и Змеи над морскою пучиной; Орел терзает Змею, та норовит ужалить его в грудь, но в конце концов Орел вы­пускает добычу, и Змея падает в воду.

 

На берегу поэт видит прекрасную женщину; она подбирает Змею, кладет на свою мраморную грудь и предлагает поэту отправиться в челноке-мечте с нею в путь. Во время путешествия в волшебной ладье женщина объяснила, что некогда окутавшее землю Зло взлетело высоко, а Дух Добра стал ползать, и в результате «никто добра от зла не отличал». Таким образом, даже поэт не узнал в Змее Духа Добра, бо­ровшегося со Злом в виде Орла.

 

Женщина рассказывает поэту свою историю. Ей, земной женщи­не, открыл перед смертью юный поэт многие тайны жизни, своими речами он зажег в ее душе свет вольнолюбия. Однажды она увидела во сне прекрасного юношу и с тех пор ищет его повсюду.

 

Челн наконец пристает к берегу, поэт входит в светло-мглистый лабиринт и вдруг оказывается в храме, где на хрустальном престоле сидят прекрасный незнакомец и — дивная спутница поэта.

 

Незнакомец — его зовут Лаон — рассказывает поэту свою исто­рию. Его светлое детство было омрачено жестокой тиранией, царив­шей в его родной стране: «В ее цепях томились все: тиран и раб, душа и тело, жертва и мучитель». В душе Лаона росло и крепло стремление к свободе. Тогда же он узнал Цитну, и они нежно полю­били друг друга. Юная Цитна вполне разделяла стремление любимого освободить народы от тягостных цепей, хотя она понимала, что борь­ба с силами Зла будет жестокой и неравной, что их с любимым может ждать разлука и даже смерть.

 

Обоих посещают страшные провидческие видения. Лаону снится, будто они с Цитной летят в пространстве, но в Цитну вцепляются чудовища, отнимают ее у него. Проснувшись, он обнаруживает, что окружен прислужниками Тирана, а в отдалении слышит отчаянный женский крик. Лаон прорывается сквозь толпу врагов и видит на земле связанную Цитну. Ослепленный гневом, он бросается на ее стражей, но их слишком много, и его, жестоко избитого, приковыва­ют цепями в башне на вершине скалы. От горя и ран Лаон едва не теряет рассудок, он отказывается от еды и питья и готов принять смерть, но в забытьи ему вдруг является дивный Старец. Он разбива­ет оковы, обтирает влажной тканью тело Лаона и со словами утеше­ния везет его в челноке к себе, в башню среди моря. Там он долго — целых семь лет — выхаживает Лаона. Когда к Лаону возвращается сознание, Старец говорит, что даже до его уединенного замка докати­лась слава о вольнолюбивом Лаоне; поэтому он отправился в Арголиду, страну Лаона, где и спас вольнолюбивого храбреца. Старец слышал и об удивительной девушке, которую приговорили к смерт­ной казни, но палач, смягчившись при виде ее красоты, отпустил ее, Воспламененные примером и пылкими речами Лаона и Цитны, на­роды повсюду восстают против своих угнетателей, но Старец опасает­ся, что может пролиться кровь, а Лаон, считает он, способен избежать кровопролития.

 

Лаон возвращается в родной город. Но в первую же ночь к спя­щим воинам подкрадываются враги, убивают многих, однако раздав­шийся клич «Лаон!» поднимает войска на бой — враги сметены. Не желая лишнего кровопролития, плодящего ненависть и вражду, Лаон не дает умертвить окруженных; подняв руку, он даже принимает на себя удар копья, направленного в грудь обреченного врага, и увещевая и тех, и других не заниматься братоубийством, теряет сознание. Когда он приходит в себя, то обнаруживает, что слова его дошли до людских сердец, всех объяла жажда добра.

 

Среди всеобщего ликования Лаон отправляется на поиски пре­красной девы, которая называет себя Лаоною, и приходит во дворец всеми покинутого Тирана. Налетевшая толпа требует предать деспота смерти. Впервые испытав страх и стыд, Тиран теряет сознание. Лаон же обращается к согражданам со словами милосердия: «Поймите вы, что истина в прощенье, / В любви, не в злобе, и не в страшном мщенье».

 

Однако в черной душе Тирана по-прежнему тлеет злоба.

 

Посреди народного ликования разносится страшная весть: собрав в других странах войско, Тиран идет войною на собственный народ. Ряды пировавших редеют под ударами наймитов. На запах крови и смерти слетаются с окрестных гор питающиеся падалью птицы. Праздник добра и народного освобождения превращается в пир сте­рвятников. Лаон с друзьями сражаются отважно, но силы неравны;

 

вот падает под ударами Старец, вот уже убит и последний близкий друг Лаона. Погибают все, кроме Лаона, он тяжело ранен.

 

Внезапно сквозь ряды врагов, сминая их, прорывается на мощном коне бесстрашный всадник. Враги бегут врассыпную. Всадник оказы­вается прекрасной девушкой — это Цитна. Она сажает Лаона с собой на коня и увозит прочь с поля страшной битвы.

 

Только теперь, в отдалении от людских распрей и зверств, влюб­ленные наконец могут всецело принадлежать друг другу и изливать переполняющую их любовь.

 

Цитна рассказывает Лаону, что с ней произошло за время разлуки. Когда ее захватили в плен приспешники Тирана и Тиран увидел ее красоту, он воспылал к ней страстью, и в ней, вынужденной терпеть ненавистные ласки, зажегся такой свет безумия и жажды свободы, что Тиран в ужасе отступился от нее. Он повелел отправить непокор­ную деву в далекий замок среди моря.

 

В помутнении рассудка Цитне чудилось, что у нее родилась дочь, похожая на Лаона, но приплывший слуга Тирана отнял у нее нежно любимое дитя. Много лет прожила она одна на этом острове. Без­умие ушло, осталась лишь мысль о Лаоне, о дочери, о свободе.

 

Внезапное землетрясение разрушило замок, и с одиноко торчав­шей из моря скалы Цитну подобрал корабль, который вез новых пленниц Тирану. Однако, воспламененные речами Цитны о всеобщем равенстве и свободе, моряки отпустили пленниц.

Лаон и Цитна решают расстаться, чтобы порознь бороться за сво­боду и счастье всех людей. Влюбленные верят, что рано или поздно они воссоединятся вновь.

 

Тем временем в Золотом Городе и соседних странах деспотической властью вновь попрана свобода, там свирепствует голод и чума, реки отравлены, народ испытывает неисчислимые бедствия; из уст в уста передается легенда о Лаона и о прекрасной всаднице, несущей на­дежду на освобождение. Жрецы и владыки возносят мольбы Богу, каждый — своему. И тут является коварный Иберийский Жрец, за­думавший выковать из Ислама смертельного врага его, Жреца, недру­гам. Он уговаривает Тирана и жрецов сжечь Лаона и Лаону на огромном костре — это-де принесет спасение царству и самодержав­ной власти Тирана.

 

Вдруг перед Тираном появляется прекрасный незнакомец. Он об­ращается к деспоту и его приближенным с пылкой речью. Тиран де­лает попытку заколоть его, но по необъяснимой причине рука его не слушается. Незнакомец обещает доставить им Лаона в тот же вечер, при условии, что они отправят Цитну невредимой в край Вольности, Америку. Незнакомец сбрасывает плащ — это Лаон. Внезапно в тронный зал врывается мощный конь с прекрасной всадницей. Тиран и присные в ужасе бегут пред нею, но Иберийский Жрец стыдит их, призывает схватить Цитну и, в нарушение клятвы, казнить вместе с Лаоном. Цитна сама всходит на костер к Лаону.

 

Лаон приходит в себя на берегу; его ласкают нежные руки Цитны. К ним приближается воздушная ладья, в которой сидит прекрасный ребенок с серебряными крыльями — их дочь. Она рассказывает ро­дителям, что их смерть глубоко поразила их соплеменников и навер­няка «забросит отблеск свой в немую бездну будущих столетий».

 

Воздушная ладья уносит всех троих в светлый Храм Духа.

 

Ченчи (The Cend)

Трагедия (1819)

 

Действие происходит в Италии XVI в., когда на папском престоле восседает папа Клемент VIII.

 

Граф Ченчи, богатый римский вельможа, глава большого семейст­ва, прославился своим беспутством и гнусными злодеяниями, кото­рые он даже не считает нужным скрывать. Он уверен в своей безнаказанности, потому что даже папа, осуждая его грехи, готов простить их графу за щедрые подношения. В ответ на увещевания и укоры окружающих Ченчи без тени смущения заявляет: «Мне сладок вид агонии и чувство, / Что кто-то там умрет, а я живу. / Во мне нет ни раскаянья, ни страха, / Которые так мучают других».

 

Даже к собственным жене и детям граф Ченчи не испытывает ни­чего, кроме злобы, презрения и ненависти. Не смущаясь присутстви­ем папского кардинала Камилло, он посылает проклятия сыновьям, которых сам же выслал из Рима. Несколько позже он устраивает пышный пир, на котором, совершенно счастливый, возносит Богу хвалы за воздаянье сыновьям. Сидящая рядом дочь Ченчи, красавица Беатриче, начинает подозревать, что с братьями произошло несчас­тье — иначе с чего бы отцу так ликовать. И впрямь, Ченчи объявляет ей и ее мачехе Лукреции, что два его сына мертвы: одного задавил рухнувший церковный свод, другого по ошибке зарезал ревнивый муж. Беатриче знает, что старший брат Джакомо разорен отцом и влачит с семьей жалкое существование. Девушка чувствует, что сле­дующей жертвой может стать она, отец уже давно бросает на нее похотливые взгляды. В отчаянии Беатриче обращается к высоким гос­тям, ища у них покровительства и защиты. Но гости, зная вспыльчи­вый и мстительный характер хозяина, смущенно расходятся.

 

Беатриче, с юности влюбленная в Орсино, ставшего священником, еще надеялась, что прошение Орсино римскому папе будет принято, папа снимет с возлюбленного сан, они смогут пожениться, и тогда ей удастся ускользнуть из-под власти душегуба-отца; однако приходит весть, что прошение Орсино вернулось нераспечатанным, папа не по­желал вникать в эту просьбу. Близкий к папе кардинал Камилло дает понять — папа, уверенный, что дети обижают старого отца, поддер­живает сторону графа, хотя и заявляет, что намерен соблюдать ней­тралитет. Беатриче чувствует, что ей не выбраться из паучьей сети отца.

 

В III акте Беатриче появляется у любящей ее мачехи Лукреции в полном отчаянии, ей чудится, что в голове у нее разверстая рана: ум ее не может постигнуть всю чудовищность произошедшего. Насилие свершилось, Беатриче обесчещена собственным отцом. Девушка от­вергает мысль о самоубийстве, поскольку в глазах церкви это великий грех, но где ей искать защиты? Лукавый Орсино советует подать в суд, но Беатриче не верит в справедливость суда, поскольку даже римский папа не считает нужным вмешиваться в злодейские деяния ее отца, а небеса словно бы даже помогают Ченчи.

 

Не надеясь найти понимание и поддержку где-либо, Беатриче вместе с прежде кроткой и богобоязненной мачехой Лукрецией на­чинает строить планы убийства тирана. В качестве исполнителей Ор­сино предлагает использовать двух бродяг, которым «все равно, что червь, что человек». По замыслу Беатриче, убийцы должны напасть на Ченчи на мосту над пропастью по дороге в замок, куда граф наме­рен отослать дочь и жену, чтобы там без помех издеваться над ними. К заговорщикам присоединяется раздавленный жестокостью и веро­ломством отца Джакомо.

 

Все они с надеждой ждут вести о смерти Ченчи, но выясняется, что тирану опять повезло: он проехал мост часом раньше назначенно­го времени.

 

В горном замке, перед женой, Ченчи дает волю своим низким чув­ствам и помыслам. Он не боится умереть без покаяния, не боится Божьего суда, считая, что черная душа его — «бич Божий». Он жаж­дет насладиться унижением гордячки Беатриче, мечтает лишить своих наследников всего, кроме обесчещенного имени.

 

Услышав, что дочь проявляет непокорство и не является по прика­зу отца, Ченчи обрушивает на нее многочисленные чудовищные про­клятия. Его душа не знает ни любви, ни раскаяния.

 

Ясно сознавая, что другого пути избегнуть новых мук и унижений у нее и ее родных просто нет, Беатриче окончательно решается на отцеубийство. Вместе с братом и мачехой она ждет наемных убийц, надеясь, что Ченчи уже мертв, но те приходят и сознаются, что не посмели прикончить спящего старика. В отчаянии Беатриче выхваты­вает у них кинжал, готовая сама свершить казнь тирана. устыдившись, убийцы удаляются и спустя недолгое время объявляют, что Ченчи мертв.

 

Но не успевают Беатриче, ее младший брат Бернардо, Лукреция и Орсино испытать облегчение при этой вести, как появляется легат Савелла и требует графа Ченчи — ему предстоит ответить на ряд се­рьезных обвинений. Легату сообщают, что граф спит, но миссия Савеллы не терпит отлагательства, он настаивает, его ведут в спальню, она пуста, но вскоре под окном спальни, в ветвях дерева обнаружива­ют мертвое тело Ченчи.

 

Разгневанный Савелла требует, чтобы все отправились с ним в Рим для расследования убийства графа. Заговорщиков охватывает паника, одна Беатриче не теряет мужества. Она гневно обвиняет слуг закона и папского престола в бездействии и потворстве преступлениям отца, а когда возмездие свершилось, то тех, кто прежде просил, но не по­лучал защиты от притеснений тирана, теперь с готовностью осужда­ют как преступников.

 

Однако суд над ними неизбежен, их всех отправляют в Рим. Пой­манный наемный убийца под пыткой признается в содеянном и под­тверждает вырванные у него на дыбе обвинения. Тогда Беатриче обращается к суду с пылкой речью о сомнительной ценности получа­емых таким образом признаний. Речь ее настолько потрясает убийцу, что, устыдившись собственного малодушия при виде мужества этой

прекрасной девушки, он отрекается от своих показаний и умирает на дыбе. Однако брату и мачехе Беатриче мужества недостает, и они под пытками тоже признаются в заговоре с целью убить Ченчи. Беатриче упрекает их за слабость, но главные упреки обращает не им, Она осуждает «правосудье жалкое земное, безжалостность небесную» за попущение злодейству. При виде такой твердости духа ее родные раскаиваются в собственной слабости, и у Беатриче хватает сил их утешать.

 

Римский папа, которого младший сын Ченчи, непричастный к убийству отца, просил помиловать его родных, остается глух к его мольбам. Жестокосердие папы поразило даже хорошо знающего его кардинала Камилло. Вердикт папы неизменен: заговорщики должны быть казнены.

 

Весть о скорой смерти сначала вносит смятение в душу Беатриче:

 

ей, такой молодой и прекрасной, жаль расставаться с жизнью; кроме того, ее пугает мысль: а вдруг за гробовой доской «нет ни Небес, ни Бога, ни земли — а только тьма, и пустота, и бездна...» Вдруг и там ее ждет встреча с ненавистным отцом. Но потом она овладевает собой и неожиданно спокойно прощается с родными. Она поправля­ет прическу Лукреции, просит ей самой завязать волосы простым узлом. Она готова мужественно, с достоинством встретить смерть.

Освобожденный Прометей (Prometheus Unbound)

Лирическая драма (1818 — 1819)

 

Романтическая утопическая драма Шелли написана белым пятистоп­ным ямбом.

 

Действие начинается в Кавказских горах, где в ущелье среди по­крытых льдом скал томится в цепях титан Прометей. У ног его океаниды Пантея и Иона сочувственно слушают его упреки, обращенные к верховному богу, Юпитеру. Прометей напоминает самодержцу, что некогда помог ему взять власть над богами, за что Юпитер отплатил ему черной неблагодарностью. Он приковал титана к скале, обрек его на мучения: его тело терзает по воле Юпитера кровожадный орел. Но этого ему показалось мало. Он возненавидел и людей, которым Прометей даровал огонь и светоч знания, и теперь насылает беды на все человечество. Однако Прометей отказывается покориться тирану. Он верит, что «любовь, свобода, правда» восторжествуют, он вспоминает свое страшное проклятие тирану и не сомневается, что деспот падет и возмездие — бесконечная мука вечного одиночества — по­стигнет его. Прометея не пугают ни физические мучения, ни фурии, терзающие его ум и душу. Он твердо верит в свое предназначение:

 

«быть опорой, спасителем страдальца-человека». Единственным уте­шением для титана являются его воспоминания о возлюбленной, пре­красной океаниде Азии. Пантея сообщает ему, что любящая его Азия неизменно ждет его в Индии.

 

Явившись Азии, Пантея говорит о любви к ней Прометея. Азия предается воспоминаниям о прошлой любви и мечтам о воссоедине­нии с любимым.

 

Вместе с Пантеей Азия идет в пещеру, где восседает Демогоргон — «мощный мрак», не имеющий «ни ясных черт, ни образа, ни членов». Азия вопрошает Демогоргона о том, кто создал мир, мысль, чувства, преступление, ненависть и все, присущее земной жизни, и на все вопросы Демогоргон отвечает одинаково: самодержавный Бог. Но кто тогда господин Юпитер, вопрошает Азия, и Демогоргон говорит:

 

«Все духи — если служат злу, — рабы. / Таков иль нет Юпитер — можешь видеть».

 

Почувствовав надежду на освобождение от тиранической власти Юпитера, Азия спрашивает, когда падут оковы Прометея. Однако Демогоргон опять отвечает неясно, перед Азией проносятся туман­ные видения.

 

Тем временем на небесном престоле Юпитер наслаждается своим могуществом. Единственное, что раздражает его, — это непокорство человека, подрывающего его самодержавную власть.

 

На колеснице Часа является ему мрачный Демогоргон. «Кто ты?» — спрашивает Юпитер и слышит в ответ: «Вечность». Демо­горгон предлагает Юпитеру следовать за ним в вечную тьму. Возму­щенный Юпитер осыпает его проклятиями, но Час настал — он низвергнут с трона, стихии, к которым он взывает, ему не подчиня­ются более, и он падает вниз, во мрак.

 

Радость охватывает богов при вести о падении тирана. На колес­нице Духа Часа в Кавказские горы спускаются Азия и Пантея. Герку­лес освобождает Прометея от цепей, Прометей несказанно счастлив видеть прекрасную возлюбленную Азию, строит планы новой радост­ной жизни для себя и спасенных им людей. Земля рассказывает ему и Азии о своих мучениях, когда повсюду на ней властвовал дух враж­ды.

 

Ко всеобщей радости Дух Часа сообщает, что после падения тира­на-самодержца среди людей произошли большие перемены: «презре­ние, и ужас, и ненависть, и самоуниженье во взорах человеческих погасли», «исчезли ревность, зависть, вероломство»...

Спустившись на землю, Прометей и Азия слышат, как Духи Разу­ма людского воспевают торжество свободы и любви. Чудесные виде­ния проносятся перед ними, и среди них — прекрасный Дух Земли, дитя Азии. Земля описывает невероятное преображенье мира: «...Бо­лото мысли, спавшее от века, / Огнем любви возмущено... / ...Из многих душ единый дух возник».

 

И наконец, представший перед ними Демогоргон, воплощение вечного мрака, возвещает, что благодаря Сыну Земли наступило цар­ство Терпения, Мудрости, Нежности, Доброты. И в этом царстве править будет Красота.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.249.234 (0.028 с.)