ТОП 10:

Ошибки циклического существования.



Все циклическое существование (кхор-ба, самсара) подобно тюрьме, но если мы не понимаем всю неудовлетворительность своего положения, то никогда не будем пытаться отделаться от него и достичь высшего освобождения.

Существуют шесть главных типов страдания, которое пронизывают все области в этом круге. Первый тип это страдание от неверности друзей, непостоянства богатства и общественного положения на протяжении одной жизни. Человек, который когда-то был императором, может запросто утратить средства к существованию-. Нации, которые прежде воевали, становятся союзниками. Второй тип это страдание от невозможности получить удовлетворение. Даже если у нас уже есть все необходимое, мы все равно всегда жаждем большего. Достигнув одной цели, мы устремляемся к другой. Мы никогда не удовлетворяемся тем, что у нас есть. Если мы никогда не бываем удовлетворенными, тогда при всем своем материальной достатке мы будем жить в состоянии духовной нищеты.

Третий тип это страдание от неопределенных рождений. Мы уже прошли через бесчисленные жизни и в прошлом покинули такое множество тел, что из них получится целая гора. Страдание зачатия повторяется постоянно, и это значит, что мы снова будем зачаты и приобретем новую форму. Сам этот процесс всегда составляет природу страдания. До тех пор пока мы не освободимся, мы будем бесконечно кружиться в циклическом существовании.

Следующий тип это страдание от неустойчивости. Сначала нас спасают, а потом хищнически используют. Сначала мы взлетаем, а потом падаем. После встречи следует расставание, по истечении жизни следует смерть. В конечном счете мы страдаем от одиночества в рождении, болезни и смерти. Мы входим в жизнь и покидаем ее в одиночестве. Нас сопровождают только наши склонности и пристрастия, которые происходят от добродетельных и недобродетельных поступков, совершенных в этой и предыдущих жизнях.

В добавлении к этим шести главным типам есть еще три главных страдания. Первый тип: страдание от страдания. Все существа считают это несчастьем. Оно возникает из-за физического страдания и включает в себя боль, болезнь, рождение, старение и смерть. Однако второй тип главного страдания, а именно страдание от изменений, вызывается преходящей природой всех вещей, и обычно не считается страданием, поскольку зачастую принимается за истинное счастье. Например, большинство людей полагает, что земные цели, которые приносят безопасность в форме материального достатка и вещей, наделяют нас счастьем и душевным покоем. Если люди не осознают страдание, вызываемое изменениями, тогда они цепляются за эти вещи как за постоянные объекты, способные принести вечное удовлетворение. Однако нестабильность, свойственная всем вещам, скоро ввергает таких людей в бедственное положение, когда им снова приходится изменяться согласно каким-то новым условиям, чтобы соответствовать нынешним требованиям или найти новые источники удобств. Это все равно как снизить неудобство жары, перейдя в прохладное место, которое по истечении какого-то времени становится неудобным. Такой тип страдания окружает все, что видимо доставляет удовольствие, и все же со временем приносит неудовлетворение.

Третий тип называется всеобъемлющим страданием, поскольку остаточные впечатления (ду-бьед, самскара) пронизывают все циклическое существование. Несмотря на то, что этот тип гораздо более тонкий и трудное поддается нашему пониманию, чем два предыдущих типа страдания, именно на этом основании держится всякое страдание. До тех пор пока мы не познаем это всеобъемлющее страдание, мы не сможем вырваться из циклического существования. Однако посредством глубокого созерцания этого типа страдания, остальных двух типов и шесть главных страданий мы почувствуем отвращение к кругу рождений, смертей и перерождений, решительно отречемся и отстранимся от всего круга существования, найдем выход.

Итак, любому духовному созерцателю важно познать страдание, первую благородную истину, которую поведал Будда Шакьямуни. Хотя Будда показал путь, которым можно достичь прекращения страдания, мы все равно никогда не освободимся от этого существования, если не осознаем его реальность.

Предварительные практики относятся к медитации на эти четыре темы. Такая медитация уводит ум от мирской суеты. Они также имеют отношение к другим видам деятельности вроде земных поклонов и подношений мандалы, чтения очистительной мантры Ваджрасаттвы с выполнением соответствующей медитации, и гуру-йоге, практике единения со своим духовным мастером.

Мы должны делать что-то свыше освоения учения и рассудочного его понимания. Мы должны медитировать на учение и применять появляющиеся у нас озарения в каждодневной деятельности. Прежде всего, нам следует оглядеться вокруг себя и попытаться понять то, что происходит рядом с нами, с точки зрения учения. Затем мы должны применить осознанность в своей медитации для того, чтобы развить интуитивное понимание и глубокую уверенность в том, что учение и в самом деле истинно. Мы должны не просто расширять всю свою энергию, собирая отрывочные сведения, но стараться прочувствовать их вескость через озарения в своей обычной жизни. Если мы не будем практиковать таким образом, то уподобимся человеку, который заходит в каждый магазин, спрашивает цену товара и сравнивает их количество, но никогда ничего не покупает, так как у него просто нет денег. Если мы будем внимательно слушать духовные учения, старательно изучать их, а потом применим их на практике для того, чтобы осознать их действенность, тогда наша работа будем иметь высокую ценность и непременно принесет благие плоды.

Главная практика.

Ключевое значение в преобразовательной науке об обучении ума занимает практика активизирования пробужденного ума (бодхичитты), который, как и все явления, имеет две части: высшую и условную. Первая часть включает развитие правильного воззрения - иначе говоря, осознание пустоты (стонгпаньид, шуньята). Вторая часть, условно пробужденный ум, в свою очередь имеет два раздела: развитие альтруистических устремлений ради достижения полностью пробужденного состояния ума, а затем выполнение действенных практик и медитаций для достижения этого состояния. Во многих других текстах Махаяны сначала дается объяснение условно пробужденному уму, но здесь применяется обратный метод. Оба порядка правильны, и наша практика может развиваться по обоим путям.

Развитие высшего пробужденного ума.

Обретя уравновешенность, узнай тайну учения.

Перед тем как узнать тайну высшего пробужденного ума, важно хорошо подготовиться, крепко уверовать в такие основные понятия, как поступки и их последствия, страдания циклического существования и непостоянство, а также полностью осознать их. После того как мы приобретем уверенность и стабильность, уже можно без всяких трудностей начать слушать наставления о тайном учении. Если у нас нет такой крепкой основы, тогда мы рискуем впасть в крайность нигилизма.

Из всех учений Будды Шакьямуни труднее всего понять пустоту. Каждая из четырех главных философских школ буддизма (Вайбхашика, Саутрантика, Читтаматра и Мадхьямика) имеет свой уровень понимания пустоты согласно точной степени, с которой они постигают этот предмет. Самое тонкое мировоззрение выразила философская школа Срединного Пути (Мадхьямика), основанная Нагарджуной. Пустота сложна для понимания, и если ее не так понять, даже опасна. Нагарджуна сказал в главном трактате, который называется "Мудрость": "Если мы неправильно воспринимаем пустоту, то все равно как небрежно берем змею. Крохи нашей разумности рассеются в пыль".

А. Время медитации.

(i) Различение объекта противоречия.

В цикле существования мириады существ подвержены страданиям, так как они постоянно носят в себе корень бесчисленных отрицательных качеств. Единственный корень всех умственных недостатков это неведение, из-за которого человек воспринимает явления изначально независимыми. Это называется невежественным осознанием (бдаг-дзин ма-риг-па, атмаг-раха-авидья). Поэтому сначала здесь объясняется медитация на пустоту, поскольку это лучшее средство для уничтожения невежественного сознания. В бою солдаты пытаются убить друг друга, но они особенно стремятся устранить вражеского предводителя. Точно так же, главная цель практики Дхармы заключается в устранении в себе невежественного сознания, так как это корень всякого страдания.

Существуют два типа невежественного сознания: внутреннего представления о самости и изначальном отождествлении эго со своим бытием, и внешнего представления о вечном отождествлении с другими явлениями.

Медитация на пустоту это не просто полное очищение ума и устранение всех мыслей. Первым делом на начальных стадиях медитации следует открыть природу неведения, так мы осознаем концепцию самости и прекрасно поймем, как она работает. Только тогда мы сможем обнаружить ложность - иначе говоря, пустоту этого неведения. Если мы пустим стрелу, плохо видя цель, она никуда не попадет. Вот точно так же бессмысленна медитация на пустоту, если мы не осознаем концепцию своего отождествления с самостью. Дальше идет краткое объяснение способа проявления всего сущего из-за неведения.

Возможно, некоторые из нас уже достигли рассудочного понимания того факта, что в настоящее время наши умы воспринимают явления искаженно. Мы даже можем делать такие замечания: "Я воспринимаю мир совсем не так, как он существует на самом деле". И все же люди в своей основной части плохо понимают такие слова, и мы продолжаем верить в то, что мы и все внешние явления существуем как независимые понятия и вещи. Если бы нас спросили, может ли что-то существовать само по себе, нам бы пришлось ответить, что это лишь видимость, что ничто в действительности не существует само по себе. Тем не менее, большинство людей четко ощущают, что воспринимаемые ими объекты существуют сами по себе.

Например, читая слова на этой странице, мы естественным образом склонны думать, что буквы существуют сами по себе. Мы не принимаем в расчет их связь между собой, нашу сознательность и способность понимать слова. Цепляясь за концепцию независимого существования, мы читаем без осознания взаимозависимости вещей. Это относится ко всем воспринимаемым нами явлениям. Мы видим, что все внешние объекты и мы сами существуем как независимые явления, но это просто поверхностное понимание жизни, которое не выдерживает никакого анализа. Если мы станем изучать основную форму существования, то есть истинную природу реальности, то постепенно перестанем воспринимать вещи как независимые понятия и избавимся от неведения.

Вообще-то, ложное представление о независимом существовании внешних явлений нисколько не отличается от образа восприятия самих себя, которого придерживаются большинство людей. Мы полагаем, что существуем независимо. Обычно мы не понимаем, как в действительности воздействует на нас наше убежденное отождествление со своим эго, но когда в нас возникают сильные эмоции вроде радости, печали, ненависти или страха, нам легче разобраться в этом вопросе.

Например, если бы нас несправедливо арестовали полицейские, мы бы пережили эмоциональный взрыв. В таком случае мы обнаружили бы очень сильное "я", мы подумали бы: "Меня заключили под стражу ни за что!" Когда произойдет такое событие, мы должны забыть о своих обвинителях и посмотреть в себя, чтобы изучить "я", которое внешне существует само по себе, независимо от тела и ума. Такая ситуация дает нам прекрасную возможность найти и проанализировать свое представление о "я".

Регулярно исследуя образ действия своего эго и анализируя способ, которым мы воспринимаем внешние объекты, считая их независимыми, мы в конечном итоге поймем, что все явления кажутся нам истинно существующими, но на самом деле мы так полагаем только потому, что невежественны. Мир похож на сон. Поэтому в этом тексте мы читаем следующие строки:

Считай все явления сновидением.

Иногда мы принимаем свои сны за действительность, особенно кошмары, в которых, скажем, какое-нибудь бешеное животное нападает на нас, или нас преследует страшное привидение. Во сне все кажется плотным и материальным. Там мы можем извлекать из своих действий пользу, страдать или бояться. По сути, кошмар может казаться нам настолько реальным, что мы неожиданно пробудимся, задыхаясь и обливаясь потом. Однако все, что мы чувствуем и видим во сне, оказывается всего лишь иллюзией, а в действительности никакие события с нами не происходили.

Итак, когда мы чувствуем сильные эмоции, нам предоставляется замечательная возможность заглянуть в себя и ясно увидеть, как из-за своего неведения наше эго управляет личностью. Нужно сказать, что невежественное эго само подобно сновидению, и эта иллюзия пустила в нас глубокие корни. Эго цепляется за представление о самости, связанной со всеми остальными явлениями и вещами, но при особых обстоятельствах, когда наши эмоции накалены, оно проступает четче, чем обычно, поэтому его можно исследовать лучше. При более спокойных обстоятельствах мы не сможем осознать, как воздействует на нас наше отождествление с эго, поскольку оно очень тонко.

Первая стадия в медитации на пустоту предполагает, что вы тратите несколько месяцев только на то, чтобы понять неведомый предмет и осознать, как действует невежественное эго, цепляясь за понятие о самости. Только после того как мы поймем это, мы сможем доказать зыбкость объекта, и нас не отвлечет пагубное влияние цепляния за самость. Восприятие пустоты объекта неведения это способ приблизиться к пониманию истинного смысла пустоты. Если мы будем медитировать без понимания этого главного момента, не осознавая предмет, существование которого следует опровергнуть, и будем считать, что пустота сродни запустелой комнате, тогда мы никогда не достигнем полной реализации, так как смысл высшей истины другой.

Если вор проник в дом, смешавшись с толпой народа, тогда мы первым делом должны поймать его, а уже потом выгнать и заявить о том, что в доме нет воров. Точно так же, для того чтобы понять пустоту, которая представляет собой прямую противоположность цепляющемуся за самость невежественному эго, мы должны сначала осознать объект этого невежественного эго и его поведение, когда оно цепляется за свою личность и за внешние явления, которые считает существующими самостоятельно. Если мы будем просто читать, слушать или зубрить наизусть учение о пустоте без регулярной медитации, то никогда не достигнем прямого и интуитивного понимания.

Во время медитации нужно сначала понять, как мы в своем неведении цепляемся за эго, с которым отождествляем себя. Только ознакомившись с этим процессом, мы сможем направить фокус своего созерцания на изучение концепции о том, как все внешние явления в равной степени кажутся нам независимо существующими понятиями и вещами. Итак, мы должны исследовать, как мы воспринимаем мир пятью органами чувств (зрением, слухом, обонянием, языком, осязанием) в связи с пятью объектами чувств (формами, звуками, запахами, вкусами, предметами тактильных ощущений). Лучше поняв, как работает наше эго и невежество, мы поймем ошибочность нашего нынешнего восприятия картины мира.

Если нам все внешние объекты кажутся существующими независимо друг от друга, без всякой связи с нашим их восприятием или ярлыками, которые присваивает вещам наш ум, значит мы видим мир искаженно. На самом деле, картина мира выглядит совсем иначе. Мы убеждены в том, что все предметы изначально обладают независимым существованием, из-за того, что наш ум затуманен неведением. Желание, жадность, ненависть, гордость и другие помутнения ума возникают из-за этого ошибочного взгляда.

Несмотря на то, что появляющиеся в сновидении образы кажутся нам абсолютно реальными, на самом деле это фантомы, блуждающие в нашем уме. Таким образом, считать каждое явление существующим самим по себе, совершенно независимо от своего окружения, причин, условий и ярлыков, которые присваивает ему наш ум - это все равно, что считать реальными сновидения. Такое воззрение, пусть даже очевидно основанное на действительности, все же абсолютно ошибочно и необоснованно. Однако к аналогии со сновидениями нельзя относиться слишком строго, ведь образы, появляющиеся во сне, вообще не имеют объективной реальности. Если мы применим этот аргумент непосредственно к своему бодрствующему состоянию и станем считать, что животные и прочие объекты, пусть и воспринимаются нашими органами чувств, на самом деле не существуют, тогда мы впадем в крайность нигилизма. Такое ложное умозаключение, как вера в полное несуществование, представляет собой опасный и извращенный взгляд. Придерживаться такого представления это все равно, что схватить за хвост ядовитую змею.

Сравнение реальности со сновидением мы строим так: вопреки нашему невежественному представлению, ни мы сами, ни другие объекты не имеют независимого существования. Точно так же, например, нет самости у образов во сне. Отрицание независимого, или изначально присущего, существования не то же самое, что и отрицание мира. Если бы мы не существовали, то не смогли бы медитировать и не осознали бы идею пустоты. И мы не смогли бы обрести связь с различными объектами и ситуациями. Если бы мы не существовали, то кто считал бы, что мы не существуем? Мы действительно существуем, но не так, как склонны верить из-за своего невежества.

Если мы, например, посмотрим на снежную гору, но у нас на носу при этом будут желтые очки, тогда гора покажется нам желтой. Но стоит нам снять очки, и иллюзия сразу же исчезает. Тогда мы видим, что гора белая. Точно так же, нам кажется, будто все явления существуют независимо от своих причин, условий и модели их восприятия, поскольку наше понимание затруднено из-за невежественных оценок эго, цепляющегося за понятие о самости. Этот покров невежества подобен желтым очкам, которые искажают наше мировосприятие. Снег и в самом деле существует, только он не желтого цвета, и все явления подобно ему, несмотря на то что кажутся нам независимо существующими, все же существуют, только совсем не независимо.

Попытаться осознать пустоту это все равно, что идти по узкой и скользкой тропе, по краям которой лежат снежные сугробы. Для того чтобы успешно преодолеть путь, нам нужно быть внимательными и ловкими, так мы не соскользнем ни в одну сторону. Медитируя на пустоту, мы должны искусно избегать падения в одно из крайних воззрений. Прежде всего, есть крайность утверждения. Она имеет прямое отношение к невежественному мировосприятию, при котором мы цепляемся за свою самость. Вера в свое отождествление с эго, в раздельное существование явлений и нас самих, приведет к расширению эго. Другое ошибочное воззрение представляет собой нигилистскую крайность. Осознавая, что наш образ восприятия мира ошибочен, мы приходим к выводу о том, что ничего не существует. Следовательно, мы должны защищаться от обоих недостатков и приобретать искусство следования по срединному пути (мадхьямика). Мы должны поддерживать полную концентрацию на пустоте самости, а не просто на пустоте. Абсолютно неправильно медитировать на полное отрицание существования.

Мы попали в круговорот смущения еще в незапамятные времена и так привыкли к нему, что теперь чувствуем себя едиными с невежеством, которое удерживает нас здесь. Мы не умеем провести разграничительную линию между иллюзорными концепциями невежественного эго и истинным образом существования. Мы верим, что наше мировосприятие, которое основывается, по сути, на недостатке осознанности, это единственный способ соотнести себя с видимостью мира явлений. Да, образы в сновидении не имеют материального существования, и точно так же наши эмоциональные всплески, возникающие из невежественной концепции о том, что все явления существуют независимо от своих причин, частей и нашего их толкования, в действительности тоже не существуют. Мы говорим о пустоте явлений, но какой смысл мы вкладываем в понятие пустоты? В них нет независимой самости.


(ii) Пустота ума.

Изучай природу не рожденной осознанности.

Хотя пустоту осознать трудно, мы все-таки можем, медитируя на свое бытие и внешние явления, понять несостоятельность своего невежественного понимания самости. Однако сложности остаются, так как наша концепция независимого существования глубоко запала в медитирующий ум. Когда появляется такая трудность, мы должны сосредоточиться на самом сознании для того, чтобы постичь тот факт, что ум тоже пуст и не существует независимо.

Ум не явился откуда-то словно гость, вошедший в комнату, и он никуда не уйдет. У ума нет формы и цвета, и он не обитает в неком определенном месте. На самом деле, ум абсолютно неощутим, и он зависит лишь от двух моментов, а именно от воспринимаемого им объекта и чувств, которыми он воспринимает объект.

С помощью постоянного исследования ума мы поймем, что он совсем не такой, каким мы раньше представляли его. Когда мы полагали, что наш ум медитирует, нам всегда казалось, что мы можем выделить и удерживать некую концепцию, но если мы станем медитировать согласно вышестоящим строкам, то постигнем пустоту предыдущей невежественной концепции. Однако эта пустота не подразумевает, что ум не существует, просто нет ума, который можно осознать и выделить. Итак, ум существует, поэтому мы можем воспользоваться им для медитации.


(iii) Пустота пустоты.

Средство само освобождается в собственном местопребывании.

После того как мы помедитировали какое-то время на внешние явления, а также на медитирующее сознание, мы должны пролить свет разума на пустоту. Однако наше понимание ограничено, поэтому появится очередная неправильная концепция, которая принесет нам трудности, ведь пустота сама покажется нам независимо существующей. Тогда мы должны точно так же медитировать на саму пустоту.

Пустота не существует сама по себе, поскольку она полностью зависит от своей основы. Без основы пустоты не бывает. Например, эта страница или любое другое явление считается основой пустоты (стонг-гжи чос-кан). Основа, или эта страница, не имеет независимого существования, поэтому ее истинная природа пуста. Однако пустота не существует независимо, сама по себе, ведь она тоже зависит от основы и не может пребывать самостоятельно. Об этом говорится в Сутре Мудрости: "О Шарипутра, форма это пустота, а пустота это поистине форма. Пустота не отличается от формы; форма не отличается от пустоты. Что форма, то и пустота; что пустота, то и форма. То же самое относится к ощущению, осознанности, формированию кармы, сознанию..."

Для объяснения не-существования используется пример с рогом кролика. Основа (в случае с рогом кролика) абсолютно не существует, поэтому мы никогда не сможем говорить о ее пустоте. Как пустота, так и основа пустоты, форма и так далее - все это в полной мере связано взаимозависимостью, как две доски, сложенные "домиком", которые поддерживают друг друга, не давая себе упасть. Если бы не поддержка соседки, доски упали бы.

Осознание пустоты это самое действенное средство для устранения хронического недуга невежества. Однако мы, считая средство чем-то исключительным и существующим самостоятельно, проявляем грубое невежественное понимание. Средство должно также раствориться в пустоте и освободиться.

Приступив к медитации на пустоту, мы должны начать созерцать свое отождествление с эго, а потом преобразить осознание в концепцию существования самости в связи с внешними явлениями, в том числе и медитирующим умом. В конечном итоге нам следует направить свое понимание на саму пустоту. После того как мы медитировали на эти аспекты по очереди, нам нужно медитировать на них в их единстве, пытаясь как можно дольше удерживать ум на отрицании своих невежественных концепций. Вот шесть примеров, которые традиционно приводят созерцателю, чтобы помочь ему поддерживать концентрацию на пустоте:

1. Словно солнечный свет, который яркими лучами падает на землю, ум должен быть не темным и тусклым, а ярким, чистым и бдительным; ум должен лучиться, озаряя своим светом все вокруг.

2. Словно безмятежность глубокого и огромного океана, который нелегко взволновать как узкий речной поток, ум следует держать в покое и тишине, не давая ему возбуждаться.

3. У маленького ребенка при первом знакомстве с внутренней росписью храма не возникает ощущение, какие божества хорошие, а какие плохие, вот точно так же наше сосредоточенное внимание должно настолько четко удерживаться на пустоте, чтобы мы не ощущали глубину и ясность своей концентрации. Словно ребенок, который смотрит широко открытыми глазами на роспись, мы должны воспринимать пустоту широко открытыми глазами, в которых светится острая осознанность.

4. Словно орлы, которые взмывают высоко в небо при небольших затратах силы, лишь время от времени прибегая к махам крыльев, мы должны зависать в пространстве пустоты, лишь иногда обращаясь к активному исследованию природы самости, когда наша концентрация сменяется скукой или тупостью ума. Применив аналитическую медитацию (дпьяд-сгом), мы приобретаем энергию для того, чтобы возобновить медитацию, направленную без всяких усилий на пустоту (джог-сгом). Если подобно маленьким птахам, которые все время машут крыльями, но никогда не поднимаются высоко в небо, мы будем прибегать лишь к анализу, тогда в конечном итоге наша медитация никогда не получит развитие. С другой стороны, если мы не будем пользоваться этой способностью, но будем просто погружаться в пустоту, тогда сила нашей медитации постепенно иссякнет, и нас одолеет сон. Так орел, ни разу не взмахнувший крыльями, неизбежно рухнет на землю.

5. Иногда во время медитации у нас возникают посторонние мысли. Мы должны относиться к ним, как голубь относится к кораблю посреди океана. Оторвавшись от корабля, голубь может пролететь в небе какое-то расстояние, но так как повсюду простирается один только океан, он скоро возвратится к кораблю. Точно так же, если мы пытаемся подавить посторонние мысли, возникающие у нас во время медитации, то лишь порождаем ненужные сложности. Мы должны позволять лишним мыслям появляться и просто наблюдать их природу и развитие, не вовлекаясь в их хитросплетения. Таким образом, посторонние мысли постепенно исчезнут, и ум вернется к кораблю, то есть объекту медитации.

6. Однако эта техника не всегда оказывается действенной, поэтому мы должны быть бдительными в отношении любых смущающих мыслей, особенно таких душевных изъянов, как фантазии, включающие в себя желание, агрессию и так далее, и уподобиться искусному воину-мечнику, обороняющемуся от на падения воина-лучника. В этом примере лучник постоянно пускает стрелы, которые мечник ловко отражает мечом. В это время мечник должен полностью сосредоточиться, поскольку утратив на миг внимание, он погибнет. Точно так же мы должны владеть мечом разумности и осознанности, а также абсолютной внимательности и сноровкой, чтобы не давать острым стрелам душевных изъянов ранить нас.

Хотя эти шесть методов могут оказывать нам помощь во время медитации, мы все равно зря потратим время на медитацию, если не приобретем преправильное представление о том, что такое пустота.

(iv) Медитация, подобная пустоте.

Проводи медитацию на природу основания всего сущего, на суть пути.

Термин "основание всего сущего" выступает здесь синонимом пустоты. Это наставление представляет собой высший пик предыдущих объяснений, поскольку после осознания пустоты своего невежественного представления о существующих независимо вещах мы должны направить всю свою энергию и внимание на пустоту, то есть суть пути и само основание всего сущего. Мы должны распространить свою энергию на чувственные объекты, распределяя ее через пять органов чувств.

Когда мы установим внимание ума на пустоту, наше понимание постепенно станет проясняться после каждой повторенной медитации, и мы обретем не концептуальное, иначе говоря интуитивное, понимание. Чем яснее понимание пустоты, тем слабее становится невежество, а потом оно вообще исчезает. Чем чище наше восприятие истинного образа существования вещей, тем яснее мы видим недостатки и ложную природу невежества. В конечном итоге мы устраним невежество. Вместе с тем, земные действия станут возникать уже не так интенсивно (лас, карма), соответствующие инстинктивные склонности и пристрастия тоже потеряют свою силу, а потом совсем исчезнут.

Фокусируя внимание ума на прямом отрицании независимого существования эго и отождествления самости с внешними явлениями, мы создаем понятие, известное как медитативное равновесие, подобное пространству. Чем устойчивее равновесие, тем чище будет наше восприятие, когда мы будем действовать в мире после своей медитации.

Б. Время после медитации.

В перерывах между медитациями будь творцом иллюзий.

Когда мы не погружены в формальную медитацию, а занимаемся повседневными обязанностями, например читаем, едим, идем куда-то или работает, мы должны размышлять над своим искаженным восприятием всех явлений так же, как фокусник относится к своим трюкам. Например, фокусник мастерски творит иллюзию, и он умеет как по волшебству превращать одну вещь в другую, делать из камня птицу. И он и зрители в зале видят птицу, но между его восприятием происходящего на сцене и восприятием зрителей громадная разница. Фокусника не обманывают собственные уловки, поскольку он знает о том, что люди видят плод его искусства.

Точно так же, когда мы выходим из формальной медитации на пустоту и снова вынуждены обращаться к внешней действительности , мы должны рассмотреть свое искаженное восприятие мира, которое мы до сих пор питаем, и счесть его просто иллюзорным творением невежественного пристрастия нашего ума. Раньше во время медитации мы видели, что объект искаженного восприятия пуст, свободен от независимого существования, поэтому должны считать искаженное восприятие мира абсолютно ложным, как фокусник относится к своим трюкам.

Большинство серьезных душевных изъянов возникают не тогда, когда мы интенсивно медитируем, а когда мы занимаемся своими повседневными делами. Следовательно, если мы относимся к внешним явлениям так же, как фокусник - к своим трюкам, тогда даже в случае возникновения душевных изъянов мы будем осознавать их не так невежественно, как это было, когда мы еще не начали практиковать медитацию. Такая острая осознанность невероятно ценна, она поможет уменьшить силу невежества, из-за которого мы цепляемся за независимое существование всех явлений. Таким образом, медитация и занятия после медитации будут в равной степени приносить нам благо.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-25; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.161.118.57 (0.016 с.)