ПОСОЛЬСТВО ПРИКАЗЫВАЛО ВСЕМ АМЕРИКАНСКИМ ГРАЖДАНСКИМ ЛИЦАМ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ СТРАНУ, КОТОРУЮ В ТЕЛЕФОНОГРАММЕ НАЗЫВАЛИ «САМЫМ ОПАСНЫМ МЕСТОМ ЗЕМЛИ». 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ПОСОЛЬСТВО ПРИКАЗЫВАЛО ВСЕМ АМЕРИКАНСКИМ ГРАЖДАНСКИМ ЛИЦАМ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ СТРАНУ, КОТОРУЮ В ТЕЛЕФОНОГРАММЕ НАЗЫВАЛИ «САМЫМ ОПАСНЫМ МЕСТОМ ЗЕМЛИ».



 

 

Мортенсон вернулся в Исламабад с временным паспортом на один год, который ему неохотно выдали в консульстве в Катманду. Отдавая Грегу ключ от номера в гостинице «Дом, милый дом», портье вручил ему и целую кипу телефонограмм из американского посольства. Мортенсон рассеянно просматривал их, направляясь к своей комнате по грязному розовому ковру. Тон предупреждений с каждым днем становился все более угрожающим. Последняя телефонограмма была попросту истеричной. Посольство приказывало всем американским гражданским лицам немедленно покинуть страну, которую в телефонограмме называли «самым опасным местом Земли». Мортенсон бросил на постель сумку и попросил Сулеймана взять ему билет на ближайший самолет в Скарду.

 

* * *

 

Грег вернулся в США за два месяца до того, как был похищен и обезглавлен Дэниел Перл,[71] а американские пожарные начали разбор разрушенного Всемирного торгового центра. Одним из множества сторонников Мортенсона в альпинистском сообществе был Чарли Шимански, бывший руководитель Американского альпинистского клуба. В том году ему удалось собрать среди членов своей организации рекордную сумму для ИЦА. Чарли вспоминает возвращение Мортенсона из Пакистана после событий 11 сентября.

«Когда Грег получит Нобелевскую премию мира, я надеюсь, что комиссия, собирающаяся в Осло, вспомнит этот день, — говорит Шимански. — Этот парень спокойно, упорно трудился в зоне военных действий. Он боролся с коренными причинами террора — и делал это так же героически, как пожарные, которые поднимались по лестницам горящих небоскребов, когда все остальные судорожно пытались спастись».

Весь следующий месяц, когда американские бомбы и крылатые ракеты падали на западные регионы Афганистана, Мортенсон колесил по Северному Пакистану на своем «лендкрузере», прилагая огромные усилия к тому, чтобы все начатые проекты ИЦА были завершены до наступления холодов.

«Иногда по ночам мы с Фейсалом слышали рев двигателей военных самолетов США, пролетавших по воздушному пространству Пакистана. Мы видели далекие вспышки на западе — словно там разразилась чудовищная гроза. Фейсал, который каждый раз, видя фотографию Усамы бен Ладена, плевал на нее, вздрагивал при мысли о том, что должны чувствовать люди, оказавшиеся под этими бомбами. Он воздевал руки к небу, моля Аллаха избавить их от страданий».

 

 

«ФЕЙСАЛ, КОТОРЫЙ КАЖДЫЙ РАЗ, ВИДЯ ФОТОГРАФИЮ УСАМЫ БЕН ЛАДЕНА, ПЛЕВАЛ НА НЕЕ, ВЗДРАГИВАЛ ПРИ МЫСЛИ О ТОМ, ЧТО ДОЛЖНЫ ЧУВСТВОВАТЬ ЛЮДИ, ОКАЗАВШИЕСЯ ПОД БОМБАМИ».

 

 

Вечером 29 октября 2001 года Байг провожал Мортенсона в международном аэропорту Пешавара. Охранники пропускали в здание только пассажиров. Мортенсон забрал у Байга свою сумку и заметил, что глаза телохранителя наполнились слезами. Когда-то Фейсал Байг поклялся защищать Мортенсона в Пакистане и был готов пожертвовать ради него собственной жизнью.

«Что с тобой, Фейсал?» — спросил Грег, кладя руку на широкое плечо телохранителя.

«В твоей стране идет война, — сказал Байг. — Что я могу сделать? Как мне защитить тебя там?»

Мортенсон устроился у окна в почти пустом салоне первого класса. Его самолет направлялся из Пешавара в Эр-Рияд.[72] Из окна он видел яркие вспышки в небе над Афганистаном.

Тряска дала знать пассажирам о том, что они летят уже не над сушей, а над водами Аравийского моря. Через проход от Грега сидели двое бородатых мужчин в черных тюрбанах. Один из них смотрел в иллюминатор в мощный бинокль. Когда под самолетом появились огни кораблей, он оживленно заговорил со своим спутником. Потом вытащил из кармана спутниковый телефон и направился в туалет.

«В темноте под нами, — вспоминает Мортенсон, — плыли самые технически совершенные корабли мира, с которых взлетали бомбардировщики и крылатые ракеты, направлявшиеся в сторону Афганистана. Я не испытывал ни малейшей симпатии к талибам и Аль-Каеде, но должен был признать, что их работа была блестящей. Не имея спутников и самолетов, не располагая даже примитивными радарами, они научились использовать обычные регулярные авиарейсы для того, чтобы отслеживать положение кораблей Пятого флота. Я понял, что если в борьбе против террора мы будем рассчитывать только на военные технологии, нам придется усвоить множество непростых уроков».

 

 

«Я ПОНЯЛ, ЧТО ЕСЛИ В БОРЬБЕ ПРОТИВ ТЕРРОРА МЫ БУДЕМ РАССЧИТЫВАТЬ ТОЛЬКО НА ВОЕННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ, НАМ ПРИДЕТСЯ УСВОИТЬ МНОЖЕСТВО НЕПРОСТЫХ УРОКОВ».

 

 

* * *

 

Благодаря своему временному паспорту и пакистанской визе Мортенсону не пришлось стоять в длинной очереди к таможенникам в международном аэропорту Денвера. Повсюду были видны американские флаги: они украшали стены и висели над каждой дверью. Такое обилие красного, белого и синего Грег видел только в День независимости. Направляясь на местный самолет в Боузмен, он позвонил по мобильному телефону Таре, спросил, в чем дело, почему повсюду красуются национальные флаги.

«Что случилось Тара? В Денвере настоящее 4 июля!» «Добро пожаловать в новую Америку, милый!» — рассмеялась жена.

Той ночью Мортенсон никак не мог заснуть после долгого перелета. Выскользнул из постели, стараясь не разбудить Тару, спустился в офис, чтобы разобраться с горой почты, пришедшей в его отсутствие. За это время были напечатаны интервью, которые он давал в «Марриотте», статья Брюса Финли о посещении лагерей беженцев, электронное письмо, направленное им журналисту «Сиэтл Пост Интеллидженсер» Джоэлу Коннели. Десятки американских газет перепечатали его статьи, призывающие не мерить всех мусульман единой меркой.

Но подобный подход был чужд стране, подвергшейся беспрецедентной террористической атаке. Ведь Мортенсон писал о необходимости дать образование мусульманским детям, а не бомбить целые страны и регионы. Впервые в жизни в его почте оказалось множество писем, исполненных ненависти.

В послании без обратного адреса, но с почтовым штемпелем Денвера были такие слова: «Хотел бы, чтобы наши бомбы упали на тебя, потому что ты мешаешь нашим военным действиям».

Другое письмо без подписи со штемпелем Миннесоты поразило в самое сердце. «Господь заставит тебя жестоко заплатить за предательство. Очень скоро ты будешь страдать гораздо сильнее, чем наши смелые солдаты».

Мортенсон вскрыл десятки подобных анонимных писем. Ненависть, сочившаяся с их страниц, измучила его. «Можно ожидать такой реакции от невежественного сельского муллы, но огромное количество жестоких писем от американцев заставило меня задуматься над тем, чтобы все бросить, — вспоминает Грег. — Я впервые с начала моей работы в Пакистане ставил перед собой вопрос именно так».

Жена и дети мирно спали наверху. А Грег впервые всерьез озаботился их безопасностью. «Я понимал, что рискую, — говорит он. — Иногда у меня не было выбора, но дело всегда касалось только моей жизни. Подвергать же Тару, Амиру и Хайбера опасности в собственном доме было для меня немыслимо. Я не мог этого позволить».

 

 

«ОГРОМНОЕ КОЛИЧЕСТВО ЖЕСТОКИХ ПИСЕМ ОТ АМЕРИКАНЦЕВ ВПЕРВЫЕ ЗАСТАВИЛО МЕНЯ ЗАДУМАТЬСЯ НАД ТЕМ, ЧТОБЫ ВСЕ БРОСИТЬ», — ВСПОМИНАЕТ ГРЕГ.

 

 

Он заварил кофе и продолжил чтение. Многие люди писали, что поддерживают его. Он был рад узнать, что в момент серьезнейшего национального кризиса кто-то понял смысл его слов и работы в Пакистане.

На следующий день, 1 ноября 2001 года, Мортенсон, не успев пообщаться с женой и детьми, распрощался с ними. Собрав походную сумку, отправился в Сиэтл, где должен был выступать. Благотворительный вечер в пользу Института Центральной Азии организовал Джон Кракауэр, автор знаменитой книги «Из разреженного воздуха» — о том, какое губительное действие на Эверест оказывает коммерциализация альпинистских восхождений. Билет стоил двадцать пять долларов. Все эти деньги должны были пойти в фонд ИЦА.

Кракауэр стал одним из самых активных сторонников деятельности Института. Статья о предстоящем мероприятии называлась «Джон Кракауэр возвращается из разреженного воздуха». В ней Джон Маршалл писал о том, что писатель-отшельник согласился выступить перед публикой, потому что считает необходимым рассказать людям о работе Мортенсона. «То, что делает Грег, крайне важно, — приводил Маршалл слова Кракауэра. — Если Институт Центральной Азии прекратит свою работу, жители этого региона будут скандировать: „Мы ненавидим американцев!“ А сейчас они видят в нас своих спасителей».

Мортенсон прибыл в ратушу Сиэтла, которая высилась над престижным районом города, подобно афинскому храму, с пятнадцатиминутным опозданием. Грег для этого мероприятия оделся в традиционный пакистанский костюм. Он был поражен, увидев, что все места в зале заняты и множество людей толпится под романскими арками.

 

 

«ЕСЛИ ИНСТИТУТ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ ПРЕКРАТИТ СВОЮ РАБОТУ, ЖИТЕЛИ ЭТОГО РЕГИОНА БУДУТ СКАНДИРОВАТЬ: „МЫ НЕНАВИДИМ АМЕРИКАНЦЕВ!“ А СЕЙЧАС ОНИ ВИДЯТ В НАС СВОИХ СПАСИТЕЛЕЙ».

 

 

«Чтобы оказаться здесь, вы заплатили по двадцать пять долларов. Это немалые деньги, но я не буду предлагать вам отрывки из своих книг, — сказал Кракауэр, когда в зале воцарилась тишина. — Вместо этого я собираюсь прочесть отрывки из тех произведений, которые касаются сегодняшнего положения дел в мире и подчеркивают значимость работы Грега».

Он начал со «Второго пришествия» Уильяма Батлера Йейтса.

 

«Все рушится, основа расшаталась», —

 

взволнованно декламировал Кракауэр стихи ирландского поэта.

 

— «Мир захлестнули волны беззаконья.

Кровавый ширится прилив и топит

Стыдливости священные обряды…

У добрых сила правоты иссякла,

А злые будто бы остервенились».[73]

 

Стихи Йейтса были опубликованы в 1920 году, но и сегодня не потеряли своей актуальности. В Большом зале ратуши наступила такая тишина, словно там не было ни души. Затем Кракауэр прочел длинную выдержку из последнего выпуска «Нью-Йорк Таймс Мэгэзин». Статья была посвящена тяжелейшим условиям жизни детей в Пешаваре. Автор резонно замечал, что дети бедняков с легкостью становятся добычей мусульманских экстремистов.

«К тому моменту, когда Джон представил меня, весь зал уже рыдал. Прослезился и я», — вспоминает Мортенсон.

Когда настало время представлять Грега, Кракауэр сказал: «Хотя „злые будто бы остервенились“, я уверен, что сила правоты у добрых не иссякла. И за доказательством не нужно далеко ходить. Посмотрите на человека, который сидит рядом со мной. То, чего он добился, имея совсем немного денег, просто поразительно. Если бы существовало клонирование и можно было получить еще пятьдесят грегов, то исламский терроризм остался бы в прошлом. Но существует только один такой человек. Встречайте — Грег Мортенсон!»

 

 

«ЕСЛИ БЫ СУЩЕСТВОВАЛО КЛОНИРОВАНИЕ И МОЖНО БЫЛО ПОЛУЧИТЬ ЕЩЕ ПЯТЬДЕСЯТ ГРЕГОВ, ТО ИСЛАМСКИЙ ТЕРРОРИЗМ ОСТАЛСЯ БЫ В ПРОШЛОМ. НО СУЩЕСТВУЕТ ТОЛЬКО ОДИН ТАКОЙ ЧЕЛОВЕК. ВСТРЕЧАЙТЕ — ГРЕГ МОРТЕНСОН!»

 

 

Мортенсон обнял Кракауэра и поблагодарил его. Потом попросил включить проектор и показать залу первый слайд. На экране появилось изображение К2 — величественной пирамиды, ослепительно белой на фоне синего неба…

Грег потерпел неудачу при восхождении и не стеснялся признаться в этом перед лучшими альпинистами мира. Но сейчас ему показалось, что он одолел новую вершину.

 

Глава 21

Ботинки Рамсфелда

 

Сегодня в Кабуле чисто выбритые мужчины с удовольствием потирают щеки. Старик с аккуратно подстриженной седой бородой танцует на улице, держа в руках маленький плейер, из которого несется музыка. Талибы, которые запрещали слушать музыку и приказывали мужчинам носить бороды, ушли.

Кэти Гэннон, 13 ноября 2001 года, репортаж для «Ассошиэйтед Пресс»

 

 

Семь пилотов компании «Ариана» сидели в передней части полупустого салона старого «боинга-727». Они пили чай курили и слушали музыку — на высоте десять тысяч метров. Каждый из них дожидался своей очереди у штурвала. Каждые десять минут дверь в кабину «боинга» открывалась, из нее выходил восьмой пилот, а один из ожидающих шел ему на смену…

Семь из восьми «боингов» афганской авиакомпании были уничтожены бомбами и минами. Перелет из Дубай в Кабул длился два часа сорок пять минут. За это время каждый из летчиков должен был хоть немного времени провести у штурвала.

 

 





Последнее изменение этой страницы: 2016-06-07; просмотров: 85; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.225.48.56 (0.014 с.)