ТОП 10:

Успех в «особой» деятельности



 

Подобная ситуация в изменении полоролевой функции складывалась и у женщин, вынужденных бежать в мир фантазий от слишком трагичной реальности, которая для них оказывается неприемлемой. Елена Блаватская, Мария Склодовская‑Кюри, Агата Кристи, Жорж Санд, Софья Ковалевская, Габриэль Шанель, Маргарет Тэтчер – вот далеко не полный список женских имен, которые обязаны своей известности определенным, а порой и нескрываемым пренебрежением к традиционной роли женщины, и в том числе к материнству, ради поиска собственного места в патриархальном устройстве мироздания. Может показаться удивительным, но бегство внутрь себя или в область реализации неслыханных идей (прерогатива мужской части мира) на первом этапе являлось компенсацией провалов своего женственного или следствием патологического страха перед такими провалами, тогда как в дальнейшем такой жизненный уклад становился привычным, вытесняя генетическое влечение к исполнению женской функции. Некоторые психоаналитики приписывают многим из упомянутых женщин аффективные нарушения преимущественно депрессивного характера, однако даже если установление подобных диагнозов и приговоров от медицины является важным, оно вторично, поскольку отображает лишь следствие деятельной волевой сферы каждой из женщин. Другими словами, самая эмоциональная из известных женщин, самая отъявленная истеричка и депрессивная личность своими победами обязана не появлению депрессий, а реакции на них своей воли и характера, проявлениям силы и решительности, подчас поражавших размахом и масштабом тех самых мужчин, которые с легкостью оперировали выдуманными ими же самими ограничениями психической нормальности.

Вполне понятным, маскулинным в ролях Елены Блаватской и Маргарет Тэтчер является их лидерство: в партии, общественно значимом движении, управлении государством. Порой эти черты настолько явственны, игра настолько приближена к мужской деятельности, что современники выступали с обвинениями и упреками «слишком мужских» или «неженских» лиц. Основывать политические течения, партии, форумы и выступать с критикой устоявшегося в общественном сознании порядка вещей всегда было поприщем наиболее ярких представителей мужского мира, личностей, у которых обаяние ассоциируется с внутренней силой. Когда же этим начинают заниматься женщины, причем выполняют эту задачу весьма успешно, их образы становятся резонансными и приобретают оттенок необычности и скандальности. На таком выразительном конфликте с влиятельной частью мира они приобретают известность и остаются в сознании как личности гигантского размаха. Они входят в историю как женщины с мужскими чертами. Елена Блаватская без труда развернула кампанию против влиятельных религиозных особ, фактически против некоторых канонов Церкви. Маргарет Тэтчер прекратила существование «государства всеобщего благоденствия», развернув непримиримую борьбу против определенных, социально защищенных прослоек населения, чем завоевала себе прозвище «кровавой леди». Этот явно не‑женский титул укрепился за ней после военной кампании против Аргентины, красноречиво убедившей человечество, что женщина‑мать может при необходимости так же легко развернуть войну, как это делали самые бесчувственные завоеватели‑мужчины.

Любопытны и такие, казалось бы, лишенные воинственности образы, как Мария Склодовская‑Кюри и Софья Ковалевская. Женщины‑ученые, столь различные по своему внутреннему содержанию, обладают сходными маскулинными чертами. К примеру, «мужские» качества Марии Кюри проявились вынужденно, когда после непредвиденной и нелепой гибели мужа она приняла решение сделать все, чтобы начатое ими дело не кануло в Лету. Даже если признать, что ее вклад в открытие радия был более весомым, чем вклад Пьера Кюри, на первом этапе присутствие женщины в элитном клубе ученых во многом было обеспечено наличием в команде исследователей радиоактивности мужчины. Но когда французским академикам не осталось другого выхода, как доверить кафедру в Сорбонне и лабораторию по исследованию радия женщине, она сумела максимально воспользоваться ситуацией. Хотя Мария Кюри твердила, что продолжает исследования в честь своего погибшего мужа и для прославления его имени, на самом деле это была сознательная деятельность посредством включения волевой сферы. Двигаясь дальше в глубь науки, исследовательница не могла не понимать, что дело ее мужа является и ее делом, ее идеей, ее замыслом доказать свое обоснованное присутствие на Олимпе научных достижений. Конечно же, это была цепь «мужских» поступков, подтвержденных второй Нобелевской премией, открытием Института радия, активной пацифистской и общественной деятельностью во время войны в Европе. Крайне важно подчеркнуть, что даже тогда, когда ее путь активных научных открытий был завершен, она не остановилась, а продолжала совершать мужские поступки, адекватные мужчине в ее положении.

Софья Ковалевская, в отличие от любимой родителями Марии Склодовской, с детства ощущала себя отверженной. Не покидающее ее чувство беспредельного одиночества, формирование депрессивного характера и склонность к непоследовательным, свойственным истеричкам поступкам предопределили функциональную деятельность Софьи Ковалевской. Но ее «мужские» черты проявлялись не в потрясающей непрактичности и даже не в притупленном инстинкте материнства (она, к примеру, в порыве отчаяния бросила только родившуюся дочь «на попечении добрых тетушек» в Москве и укатила в Париж). Окружающих поражала абсолютная приверженность Софьи Ковалевской некой математической идее. Ее стремление к эфемерному достижению цели было гораздо большей силой, нежели желание быть ядром семьи, нести любовь детям и поддерживать уютный домашний очаг. Она была самостоятельной и самодостаточной личностью, чем, возможно, объясняется самоубийство ее мужа и несчастья семьи. Полная же самодостаточность выявляется губительной для ярких натур, нуждающихся в признании, ободрении и понимании.

Представляется неслучайным, что и известные женщины‑писательницы часто совершали несвойственные полу действия и поступки. Притупленная эмоциональность Агаты Кристи и раннее формирование у нее интровертированного образа жизни, ориентированного на общение с собой, создали редкий тип логического и в то же время чувстительнного, эмоционального восприятия мира. Пытаясь выжить и создать атмосферу внутреннего согласия, Агата Кристи избрала единственно приемлемую для нее деятельность: создание художественных детективных романов – прерогативу одаренных тонкой математической логикой, эмоционально устойчивых мужчин. Некоторая маскулинность присуща и Авроре Дюпен, более известной миру как писательница Жорж Санд. Некоторые исследователи даже считали ее гомосексуальной и называли «мужчиной в юбке». Первопричиной этого, как кажется, была характерная особенность многих женщин, сосредоточившихся на самостоятельном движении к успеху и выборе независимой деятельности: отсутствие должной любви в детстве, и особенно любви со стороны отцов. Беспорядочный образ жизни родителей и отсутствие внимания к дочери предопределили ее пристрастия: мужские виды спорта, такие как стрельба и фехтование, езда верхом. Вполне естественно, что Жорж Санд беспокоило положение женщины в обществе, а тема независимости и свободы действий, характерная для мужчин, всегда присутствовала как в ее жизни, так и в произведениях писательницы. Невероятная творческая активность уже сама по себе была трансформацией полоролевой функции, а если принять во внимание еще и некоторые штрихи ее портрета, например гомоэротическое увлечение актрисой Мари Дорваль, мужские черты начнут проступать еще более явственно.

 

Избранницы изящной богемы

 

Очень многие женщины‑победительницы открыто сыграли на сцене жизни исключительно мужские роли, сумев не потерять при этом женского начала и поразив в первую очередь этой ролевой переменчивостью, а уже во вторую – своими фактическими достижениями. Действительно, представим себе на миг, что эти женщины были бы мужчинами, – тогда они растворились бы в мужском сообществе, в высшей степени воинственном и конкурентном мире. Однако именно тот факт, что женщины выразили себя на исконно мужском поле деятельности, выделил их из женского мира и заставил человечество запомнить их образы. Выразительность – неизменное правило достижения успеха вообще. Но поскольку самостоятельное движение к успеху является исконной характеристикой мужской волевой сферы, выразительность женщин, направленная на успех, а не на самих мужчин, может справедливо трактоваться как переход в мужскую сферу деятельности.

Мадонна, чью повышенную маскулинность также предопределило отсутствие отцовской любви и внимания после ранней смерти матери, всю свою жизненную энергию использовала для достижения самостоятельности и независимости. Влияя на общественное мнение обывателя, она утвердила мысль о том, что женщина не только может, но и должна иметь выбор во всех своих действиях. Фактически Мадонна оказалась исключительным продуктом эмансипации конца XX века, обладающим целым спектром исконно мужских качеств. Она одной из первых использовала правило исключительной подачи образа с использованием новейших технических средств и телевизионных технологий при представлении собственного образа. В течение определенного периода жизни она демонстрировала откровенную развратную девицу, шокирующую окружающих беспардонными способами соблазнения, усиливающимися при помощи телевизионных технологий. Однако ключевой момент созданного Мадонной образа состоит в максимально приближенном к реальности отображении ожидаемого и существующего в воображении мужчин представления о сексуально раскованной женщине, жаждущей секса без границ. Успех избранной технологии обусловлен тем, что образ был воспринят обществом как раз в преломлении мужской аудитории, став вожделенным в глазах не только большинства мужчин, но и значительной части женщин, жаждущих не столько найти ключ к сердцам своих избранников, сколько получить универсальное оружие получения самостоятельности и независимости. И все же стоит заметить, что Мадонна много раз изменяла свой сценический образ, трансформируя и жизненную позицию, разрушая и вновь создавая свой внутренний мир. А вот ее мужское начало не раз прорывалось в принципах контроля и исключительно делового подхода к решению задач бизнеса. Тут никогда не оставалось места для сентиментальности или мягкой женственности: за милой сексуальной гримаской всегда скрывался неприступный и неумолимый боец.

На первый взгляд сложно отыскать мужское в жизненной игре таких известных женщин, как, скажем, Айседора Дункан или Мэрилин Монро, но при более пристальном анализе поведения этих женщин в разные моменты их жизни это все же заметно. Их мужское начало развилось в детском возрасте, когда обе девочки ощутили себя брошенными отцами, а Норма Джин Бейкер (Мэрилин Монро) оказалась оставленной еще и матерью. Жизнь с самого начала швырнула их в водоворот самостоятельности, принуждая к волевым и решительным мужским поступкам. Обе женщины были чрезвычайно независимыми во всем, что больше свойственно мужчинам, опирающимся на свои силы, нежели женщинам, ищущим в жизни опору. Мэрилин Монро сознательно избрала образ чувственной красотки, ловко играющей на инстинктах мужчин. Но она всегда была независимой до крайности, выбирая и оставляя мужчин, предпочитая активные действия. Можно сколь угодно долго рассуждать об эмоциональной подавленности, истеричности и депрессивном характере Мэрилин Монро, но нельзя не признать: ее волевая сфера всякий раз включалась по мужскому типу, вовремя реагируя на складывающуюся ситуацию. Она самостоятельно выступала сценаристом собственной судьбы и, несмотря на подверженность влиянию окружающих, в главные моменты жизни игнорировала любые сомнительные советы. Умела она вытеснять и эмоциональные влечения и привязанности, всегда видя перед собой лишь идею, конечный результат.

Айседора Дункан тоже любила очаровывать людей. Создание образов, соответствующих ожиданиям публики, которые со временем стали отвечать и ее собственным представлениям о себе, должны были обеспечить карьерный рост, продвижение к некой избранной цели. Айседора Дункан в течение всей жизни демонстрировала редкую независимость, достигая успеха самостоятельно. Убедить очередного импресарио в организации танцевальных выступлений, представить советскому правительству план создания собственной школы танцев или отчаянно выступить против института брака как такового – это яркое и довольно колоритное проявление мужских качеств в женском образе. И если не кривить душой, можно признать, что и в игре Айседоры, и в организации бизнеса Мэрилин присутствовали и мужская деловитость, и математический расчет, и не присущая незащищенным женщинам решительность.

Наиболее весомые достижения женщин случались при симбиозе женских и мужских ролей, незримом смешении общепринятых качеств и функций, что фактически формировало новый тип личности, успех которой зиждется на феноменальном манипулировании собственными качествами и возможностями интеллекта в сочетании с эксплуатацией женского обаяния. Говоря о талантливых женщинах, о запомнившихся Истории женских образах, стоит заметить, что мужское в них само по себе, а загадочная и неуловимая смена образов, происходящая выразительно и с неизменным присутствием тонкого вкуса, поражают воображение исследователя. И что, может быть, самое главное, обязательное присутствие в них развитого чувства необходимости изменений является одним из определяющих условий успешных женских стратегий…

 

 

«Отступничество» родом из детства

 

Особый фактор

 

Происхождение и детство – это то, что мало зависит от самих героинь, но оказывается в подавляющем большинстве случаев ключевым фактором формирования их мировоззрения, жизненного уклада, а значит, влияет на формирование стратегий и появление идей. Фактор происхождения, и в том числе места, времени рождения, принадлежности той или иной семье, социальной прослойке населения, безусловно, важен для формирования личности и часто формирует ключевые элементы будущей деятельности каждого человека.

Стоит отметить присутствие в жизни практически всех выдающихся женщин «парадокса воспитания», который заключается в провокации в детстве к ранней самостоятельности, порой к практически асоциальному, нетрадиционному для девочек поведению. Это неизменно приводило к тому, что из их характеров, как кислотой, выжигалась необходимость послушания – того, что традиционно воспитывают у девочек. Так или иначе, подавляющее большинство женщин, которые выделились в своей социальной среде независимо от исторического периода времени и достигли успеха, ориентировались на свой внутренний голос, собственные силы и ум. Этот фактор явился прямым отражением созданной в детстве психологической установки на деятельность и победу.

Действительно, достаточно часто по совершенно разным причинам такие девочки уже в детстве исполняли мужскую роль, не чувствуя при этом психологического дискомфорта. К примеру, отец и сама атмосфера правящей семьи с ранних лет готовили Клеопатру к исполнению исконно мужской роли – управлению государством. У Маргарет Тэтчер мужской стиль поведения также прививал отец, который свою вторую дочь решил воспитать как мальчика. Айседора Дункан как старший ребенок в семье без отца в раннем возрасте взяла на себя мужскую функцию заботы о выживании матери, сестер и брата. Мария Склодовская‑Кюри на определенном этапе жизни поступила точно так же, будучи младшим ребенком в семье: она настояла на отъезде на учебу старшей сестры и, нанявшись гувернанткой, деньгами помогала ей. Она с детских лет принимала во внимание «положение семьи», что вынуждало к совершенно взрослым, ответственным поступкам. Коко Шанель, которая провела годы становления в монастырском приюте, также взяла на себя мужскую функцию собственного спасения. Реализуя установку на деятельность, она взялась за совершенно немыслимые для девушки задачи как раз в силу того, что ей не на кого было надеяться. Мэрилин Монро, брошенная родителями, а позже и названой матерью, мечтала вырваться из цепких объятий бедности и изменить жизнь, напрочь лишенную перспектив. Эти причины подтолкнули ее к фотообъективу, а затем позволили овладеть и кинематографической вершиной. При этом практически для всех упомянутых женщин начало начал заключалось в реализации четко обозначенного асоциального поведения, которое проявлялось в скрытой или открытой форме в зависимости от того, какой уровень свобод был позволен женщине каждой конкретной эпохи. Все они еще девочками бросили вызов обществу или подготовили такую атаку для более зрелого периода. Жанна д’Арк, маркиза де Помпадур, Екатерина Вторая, Елена Блаватская, Мария Склодовская‑Кюри, Марина Цветаева, Мэрилин Монро, Мадонна на разных этапах становления продемонстрировали открытый вызов окружающим, общественному мнению, нормам вообще.

В той или иной степени детство для таких женщин становилось осознанием того, что ждать помощи неоткуда, и это стимулировало развитие активной жизненной позиции и установку на победу, на завоевания пространства, любви, признания. Клеопатра, Агриппина, Жанна д’Арк, маркиза де Помпадур, Мэрилин Монро, Мадонна – все это женщины, рано столкнувшиеся с необходимостью взрослеть и действовать по правилам взрослого мира.

В известной степени детство ворвавшихся в историю женщин имеет довольно любопытную сходную деталь. Подобно большинству мужчин, добившихся славы и признания, женщины испытали в детстве горькое и продолжительное чувство глубокой фрустрации, значительных душевных потрясений и психического стресса.

Во многих случаях мы имеем дело с дисгармонией, вызванной потерей родителей и близких людей, отчужденным отношением к ребенку, отсутствием реальной любви к нему со стороны родителей или неспособностью родителей выражать свою любовь к детям. Влияя самым непосредственным образом на развитие психики девочек, формируя многочисленные комплексы отвергнутых, такие ситуации, тем не менее, служили мощными импульсами для самостоятельного отверженного поиска компенсации нелюбви и отчужденности.

Елена Блаватская, Мария Склодовская‑Кюри, Коко Шанель, Марина Цветаева, Мадонна в раннем возрасте лишились матерей, Агриппина – отца и затем, несколько позже, матери и всех братьев и сестер, Мэрилин Монро перебрасывали в детстве из рук в руки, как всем надоевший мячик. У Айседоры Дункан никогда не было отца. Агата Кристи также в детстве лишилась отца, что способствовало ее раннему взрослению о заставило задуматься о приобретении профессии. Екатерина в четырнадцать лет столкнулась с необходимостью бороться за физическое и социальное выживание. Клеопатра с первых лет знала, что ее могут в любой момент уничтожить. Жанна Антуанетта Пуассон, будущая маркиза де Помпадур, после неожиданного исчезновения отца увидела на примере матери невероятно жестокую борьбу за место в жизни и за право жить вообще; позже она сама с этим столкнулась. Ранние проблемы и связанное с ними скороспелое взросление предопределили экстравагантные, неожиданные для общества поступки этих девочек. Поступки, преимущественно свойственные «плохим девочкам», которые со временем привели к формированию целостной стратегии. Они вынуждены были совершить скачок от безоговорочного послушания до частичной и полной самостоятельности.

В любом случае, потеря обоих родителей или одного из них в детском возрасте или в годы взросления неизменно способствовала не только раннему проявлению самостоятельности, но и выработке определенных поведенческих реакций, закладываемых впоследствии в базовые элементы жизненных стратегий.

Порой такой путь выражения в невротическом поиске любви и ласки, как в случаях с Мадонной, Мэрилин Монро или Коко Шанель, становился причиной демонстрационной эксплуатации своих внешних данных, выпячиванием сексуальности и даже определенного эксгибиционизма. В случае с Екатериной Второй, где привлекательная внешность для захвата внимания партнера заменялась атрибутами власти, мотив как раз такой – поиск недостающей любви, тепла, эмоций. Нередко отсутствие родительского внимания к дочерям вызывало ответное отчуждение, а иногда и крайне противоречивое отношение к своему собственному потомству. Это косвенно касается, например, Мэрилин Монро, отказавшейся поддерживать отношения со своей матерью и так и не сумевшей родить собственного ребенка. Отчуждение Елены Блаватской в отношениях с отцом в определенной степени было связано с собственным неудачным материнством. А отсутствие в детстве Айседоры Дункан мужчины‑отца, по всей видимости, повлияло на трагедии ее детей.

Есть и другие примеры, когда общественный порядок в детстве определяет заниженную ступеньку на социальной лестнице, заставляя делать ставку на профессиональную деятельность без использования сексуальности – как правило, в силу консервативной благовоспитанности. Это касается научной деятельности Марии Кюри и Софьи Ковалевской, политической – Ливии, княгини Ольги и Маргарет Тэтчер, литературной – Агаты Кристи. У этих личностей установки также были сформированы в детстве или в период формирования, когда возникали фрустрационные противоречия на любовном фронте – предвестник пожизненных комплексов относительно женской состоятельности. Тут вовсе не обязательно речь идет об отсутствии физической привлекательности, ведь в жизни Марии Кюри и Маргарет Тэтчер усиление фрустрации произошло вследствие присутствия социального фактора – любовные начинания разбивались о скалу бедности, что и послужило сильным стимулом для достижения высокого положения в обществе и признания, но без опоры на сексуальность.

Бегство в тайный мир виртуального образа и реализация навязчивого стремления стать желанной часто имели разный контекст, однако природа этого стремления одна – не оказаться отвергнутой. Гипертрофированная чувственность и чрезмерная впечатлительность Мэрилин Монро возникли вследствие поиска любви вечным ребенком, отвергнутым матерью. Мадонна была горячо любима матерью, но отвергнута после ее смерти отцом, и даже эта короткая вспышка любви сформировала у нее устойчивую психику, ставшую основой для воли к движению вперед и осознанию своих целей. Но суть осталась неизменной: проблемы детства, ощущение отвержения и сложный путь самоидентификации произвели на свет эмоционально‑чувственные стратегии, основанные на осознанной эксплуатации своих внешних данных ради постижения своего же собственного мира. Интуитивно женщины понимали, что в основе их саморазвития и личностной полноценности лежит формальная независимость, поэтому почитание или признание их таланта и очарования хотя бы еще одним человеком непременно рассматривалось ими как очередой шаг на пути к реализации своей часто туманной цели.

Важный аспект детских переживаний касается и раннего осознания угроз собственному существованию. Эти тревоги трансформировались со временем в стратегию гибкого противостояния и использования для выживаемости любых методов. Среди классических примеров преодоления таких фрустраций – пути становления Клеопатры и Агриппины Младшей.

Таким образом, мрачное или беспокойное, полное тревог детство, стимулирующее развитие самостоятельности, с одной стороны, и эмоционально‑чувственной сферы – с другой, в значительной степени отразилось на формировании личностей выдающихся и известных в истории женщин. Важным элементом стратегии, сформированных детством и противоречивыми отношениями с родителями, стало осознание необходимости действовать, причем действовать вразрез с общепринятыми нормами относительно роли женщины в обществе. Сложное детство формировало сначала «плохих девочек», а затем и женщин‑отступниц. В самых редких случаях, когда трансформация личности происходила несколько позже, в девичестве и в первые годы женской идентификации, свету являлись наиболее скрытые сублимированные формы отступниц – тщательно замаскированные под женщин‑подруг уникальные личности, способные вести тайную игру немыслимых масштабов, искусно переигрывая даже очень способных мужчин. Если к первым относятся такие женские образы, как Елена Блаватская, Айседора Дункан, Мэрилин Монро или Мадонна, то ко вторым – такие как Ливия Друзилла, княгиня Ольга, Мария Склодовская‑Кюри, Агата Кристи и Маргарет Тэтчер.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.236.171.181 (0.01 с.)