ТОП 10:

Сердце на двоих- Запрещённый поцелуй



Он хочет Джона, понял Шерлок в такси по дороге обратно на Бейкер-стрит. Он плохо представлял себе, как все это должно выглядеть, но точно знал, что хочет прикасаться к нему, чувствовать жар его тела, целовать — на этот раз не во сне, — хочет знать его на вкус и на ощупь.
Будет ли Джон властным, как иногда в обычной жизни? До сих пор он все время держал себя в руках, не позволял себе пользоваться положением, останавливал на полпути любые попытки Шерлока — так он понимал заботу о нем, и эта забота разочаровывала, бесила и начинала сводить с ума.
Возможно ли вообще разрушить эту стену? За какой гранью Джон наконец поверит, поймет, что их притяжение взаимно, и возьмет то, чего хочет? Шерлок всегда контролировал ситуацию и не выносил, когда им командуют, но одна мысль о том, что Джон может сорваться, поддаться своим чувствам и просто овладеть им... По телу Шерлока пробежала дрожь. Да, все это гораздо интереснее, чем казалось раньше.
И все-таки подталкивать Джона будет нечестным, пусть он сам задает темп. Джон столько сделал для него — стал его глазами, позволил ему работать и снова чувствовать себя самим собой. Джон нужен ему, он важен, важнее всех. Затянутые в перчатки руки Шерлока стиснули края сиденья.

§ * *

Такси пробивалось сквозь лондонские пробки. «Держи руки при себе», — твердил себе Джон. С момента выхода из морга они не сказали друг другу ни слова, и это было чем угодно, только не их обычным дружеским молчанием.
Джон знал, что Шерлок доволен им, и был счастлив от того, что Шерлок решил загадку, а он сам не подвел друга. Но в повисшем между ними молчании не было облегчения. Именно о таких минутах говорил Шерлок — когда сердце бьется часто, а в крови бурлит адреналин, — только теперь они оба знали, что наступил этот момент. Джон взглянул влево, на крепко сжатые руки Шерлока, и кивнул сам себе. Да, они оба знали.
Словно почувствовав его взгляд, Шерлок отпустил края сиденья и левой рукой медленно, дюйм за дюймом, палец за пальцем стянул перчатку с правой, обнажая бледную кожу. Решительным жестом он вытянул руку и положил ее ладонью вверх между ними.
Это движение напомнило Джону о руке, забравшейся ему в пижамные штаны сегодня утром. Как можно обладать детективным гением Шерлока и не догадываться, что никто не сможет остаться спящим после сеанса такого дотошного изучения? Этот человек действительно был абсолютно невинен.
Конечно, он не ожидал такого пробуждения. Прикосновение длинных пальцев, гладящих дорожку волос на его животе, почти мгновенно привело его в полную боевую готовность. Джон не знал, что делать; первые три сценария, пришедшие ему в голову, он отверг сразу же. В четвертом, возможно, был смысл, если бы только ему удалось остановить блаженный внутренний голос, безостановочно твердивший: «Это рука Шерлока, рука Шерлока», но в конце концов он решил просто подождать, что будет. Насколько далеко он осмелится зайти?
Когда стало ясно, что Шерлок застрял и близок к панике, Джон пожалел его и разыграл свое пробуждение, после которого немедленно ретировался в душ. К счастью, обливаться ледяной водой не пришлось: с тех пор, как Шерлок сказал, что фантазии Джона его не задевают, он перестал бороться с ними.
Джон снова взглянул на раскрытую ладонь, словно приглашавшую коснуться ее. Шерлок явно был готов идти дальше. Вопрос в том, насколько дальше?

§ * *

Шерлок ждал, примет ли Джон его предложение; его рука начинала мерзнуть. Ведь он не настаивает, правда? Это просто предложение, Джон не обязан соглашаться.
Поймет ли он, о чем просит Шерлок? Поймет ли, если Шерлок сам этого не знает? Все, что он знал, — это что ему нужно больше. Больше данных, больше близости, больше Джона.
Когда теплые пальцы сомкнулись вокруг его кисти, жар от них словно дотянулся до сердца. Прикосновение — странное, нелогичное чувство, подумал Шерлок, гораздо менее последовательное, чем те, на которые он привык опираться. Джон берет его за локоть — и он чувствует себя увереннее, он обнимает Джона — и ощущает спокойствие и уют. Сейчас они просто держались за руки — и он чувствовал себя обнаженным.
— Джон, — его голос звучал как-то странно.
— Шерлок, — откликнулся тот напряженно и тихо.
Шерлок мучительно попытался сформулировать свою просьбу, но привычное красноречие отказало ему, и он смог лишь выдавить:
— В коридоре?
Джон резко втянул воздух, крепко сжал и отпустил его пальцы.
— Я не могу, — сказал он. — Я не могу целовать тебя так, пока ты не будешь уверен.
Шерлок скрипнул зубами. Почему ему достался самый невыносимый человек на свете?
— Не делай такое лицо, — попросил Джон, гладя большим пальцем тыльную сторону его кисти. — Я имею в виду не то, что ты думаешь. Я мог бы попробовать объяснить, но не знаю, поймешь ли ты.
Шерлок повернулся к нему и с заинтересованным видом поднял бровь. Джон вздохнул.
— Поцелуй — это очень интимно, — начал он и замолк. В наступившей тишине Шерлок чувствовал жар и размеренное поглаживание его пальцев.
— В чем угодно другом ты можешь оставаться на расстоянии, — наконец нашел он слова. — Понимаю, сейчас тебе это кажется диким, но иногда бывает нужно сделать шаг назад, притормозить, не торопить события. Отложенная награда слаще; понимаешь меня?
Шерлок кивнул, хотя предмет разговора был для него странным и в высшей степени непривычным.
— Когда ты целуешься, все не так... По крайней мере, для меня, — добавил Джон. — Поцелуй всегда здесь и сейчас, ты целуешь человека — и ты с ним связан.
Шерлок кивнул снова с удвоенным вниманием. Связь — именно это слово приходило ему в голову, когда он думал о Джоне.
— Насколько тесна эта связь, зависит от человека, которого ты целуешь, и от твоего отношения к нему, — продолжал Джон. — Кого-нибудь другого я легко мог бы поцеловать, и это ничего бы не значило.
Шерлок нахмурился. Вот этого не надо: он совершенно точно не хотел, чтобы Джон целовал кого-то другого или был с ним связан.
Джон сжал его ладонь крепче:
— Все в порядке, я просто объясняю. Я не собирался целоваться ни с кем другим, — он задумался на мгновение. — Погоди-ка, это, кажется, было в списке вещей, которые ты собирался выяснить? Можешь вычеркнуть этот пункт — я не хочу никого другого.
Он снова погладил друга по руке.
— Но поцеловать тебя... — Джон сглотнул. — Поцеловать тебя, Шерлок, — это очень много значит для меня, — поколебавшись, Шерлок поставил галочку напротив еще одного пункта в своем мысленном списке.
Должно быть, Джон опустил голову — его голос стал тише.
— Я тысячу раз думал о том, как поцелую тебя. Черт побери, мне это даже во сне постоянно снится, — чувствовалось, что он уже сыт по горло собственной сентиментальностью. — Но я рад, что не сделал этого наяву. Мы договорились попробовать это, — поясняя свои слова, он поднял их сцепленные руки. — Я знаю, ты хочешь разобраться в своих ощущениях, понять, нужны ли тебе физические отношения, и... я не против. Я совсем не против. Но пока ты не придешь к какому-то решению, я должен защитить себя. Потому что я не хочу уезжать, если ты поймешь, что все это не для тебя. Понимаешь, Шерлок? Я не хочу переступать черту, за которой мы должны будем расстаться, если что-то пойдет не так.
Внезапно Шерлок осознал, что его участие в разговоре до сих пор было ограничено именем Джона и предложением места действия. Пора было проявить побольше активности.
— Значит, поцелуй уже лежит за этой чертой? — неуверенно спросил он.
— Возможно, — подтвердил Джон.
— Но на что угодно другое ты согласен?
— Да.
Шерлок задумался. Понять точку зрения Джона было непросто. Сам он представлял себе типичный ход ухаживаний совершенно обратным образом. Но, как бы то ни было, Джон лучше него знал, что делает; если он решил действовать так, Шерлок последует за ним.
— Решай сам, ладно? — голос Джона прервал его мысли. — Ты можешь поцеловать меня, когда будешь уверен. Когда соберешь достаточно информации и решишь, что тебе нужны отношения со мной, — тогда вперед. Но прошу тебя как друга: не торопись. Я знаю, ты хочешь знать все и сразу, но пожалуйста, ради меня, подожди, пока не будешь уверен. Хорошо?
Шерлок скорчил недовольную гримасу, поняв, что его загнали в угол. Он не мог прямо сейчас объявить, что уверен, — Джон просто не поверил бы ему. Кроме того, угроза расставания с Джоном вынуждала его быть осторожнее.
Значит, придется ждать. Он вздохнул. Ждать так скучно.
Часть сознания Шерлока в автоматическом режиме отмечала все остановки и повороты, и он знал, что они уже почти приехали.
— Хорошо, — неохотно согласился он и снова вздохнул. — Я просто хотел, чтобы ты поцеловал меня, — добавил он, понимая, что это звучит обиженно и по-детски.
От стремительного движения по машине пронесся ветерок, Шерлок почувствовал прикосновение ладони к своей щеке и губ — к шее сразу под ухом. Джон легонько прикусил кожу, и он вздрогнул от неожиданности и чего-то еще, что было больше похоже на предвкушение.
Джон отстранился, но совсем чуть-чуть, горячо дыша Шерлоку в шею.
— Я поцелую тебя, Шерлок, — прошептал он, — никаких проблем. Куда угодно, только не в губы.

Такси остановилось на Бейкер-стрит. Пока Джон расплачивался с водителем, Шерлок открыл дверь и вышел на тротуар. Как только Джон оказался рядом с ним, он взял друга за руку и положил ее на пряжку своего ремня — достаточно высоко, чтобы это не выглядело непристойным, но достаточно низко, чтобы его намерения невозможно было понять неправильно.
— Куда угодно? — переспросил он, лукаво подняв бровь.
Джон захлопнул дверь такси с такой силой, что потерял равновесие, но тут же выпрямился. Свободной рукой он обхватил Шерлока за пояс под распахнутым пальто и крепко сжал руки.
— О боже, да, — выдохнул он.

§ * *

Джон отпустил Шерлока и повернулся к входной двери, все еще нетвердо держась на ногах. Господи, он правда только что согласился?.. Кажется, да.
Сомнение в том, готов ли Шерлок к такой степени близости, пришло — и ушло. По крайней мере, у него уже есть опыт массажа, и если уж ему хватило смелости самому сделать предложение, Джон просто должен принять его. В конце концов, Джон всего лишь человек и у него больше нет сил бороться с соблазном, который стоит рядом и так просто, так охотно предлагает себя...
Он схватил Шерлока за запястье и почти потащил его к двери, свободной рукой нашаривая в кармане ключи. Внезапно детектив застыл на месте и остановил уже протянутую к замочной скважине руку с ключом.
— Стой, Джон, — приказал он. — Кто-то рядом.
Не успел тот оглянуться, как Шерлок с протяжным стоном разочарования уткнулся лбом в дверь.
— Добрый день, — сказал Майкрофт, подходя к ним.
Джон повернулся к нему. Холмс-старший вежливо улыбнулся, но в целом вид у него был недовольный. Не оборачиваясь, Шерлок грубо спросил:
— Чему обязаны неудовольствием видеть тебя так некстати?
— Пройдем в дом? — не отвечая, предложил Майкрофт и сделал приглашающий жест. Джон посмотрел на взбешенного Шерлока, повернул ключ в замке и открыл дверь.
Братья расположились в креслах, очевидно, продолжая свою молчаливую битву умов, а Джон занялся чаем. В тишине он раздал чашки и отошел к столу, решив держаться подальше от поля боя.
Майкрофт заговорил внезапно.
— Ты в своем уме? — резко спросил он Шерлока. — Еще неделю назад ты радовался, что Мориарти недооценивает тебя, а сейчас вы двое, — он неодобрительно покосился на Джона, — делаете все, чтобы привлечь к себе внимание.
Шерлок скорчил гримасу, но промолчал.
— Между прочим, он раскрыл дело, — напомнил Джон. — В Лондоне стало двумя хладнокровными убийцами меньше.
Отмахнувшись от его слов, Майкрофт снова повернулся к брату.
— Ты намерен и дальше подвергать себя опасности? Играть в слепого сыщика, пока Мориарти снова не попытается остановить тебя? На этот раз Джон может и не успеть.
— Чего ты от меня хочешь? — с раздражением спросил Шерлок. — Чтобы я сидел дома и ждал, пока мои мозги не протухнут окончательно?
— Я хочу, чтобы ты позволил мне делать мое дело, а именно обеспечивать тебе безопасное возвращение к твоему. Над проблемой Мориарти работают мои лучшие люди, он не останется угрозой навсегда.
— У вас нет никого лучше Шерлока, — снова вмешался Джон. — Вам стоило бы принять его помощь, если вы хотите поймать этого ублюдка. Возможно, он единственный, кому это под силу.
Губы Шерлока дрогнули в короткой усмешке. Майкрофт поднялся на ноги.
— Вы меня удивляете, Джон, — холодно сказал он. — Весьма удивляете.
Сделав несколько яростных выпадов зонтиком, он оперся на него и продолжил:
— Принимая во внимания ваши чувства, — в последнем слове слышалось отчетливое презрение, — я бы предположил, что вы больше склонны защищать Шерлока, чем поощрять его тягу к смертельным опасностям. Должен признаться, я разочарован, — закончил он, смерив Джона уничижительным взглядом с высоты своего выдающегося роста.
Джон посмотрел на Шерлока, губы которого были сжаты в тонкую полоску. Классический синдром «Большого Брата», подумал он: Майкрофт любит Шерлока, но не уважает, признает его гениальность и с удовольствием пользуется ее плодами при необходимости, но при этом продолжает обращаться с ним как с ребенком — и, естественно, тот в ответ ведет себя по-детски.
Теперь было понятно, почему миссис Хадсон просила его не беспокоиться насчет арендной платы и почему баланс на его банковской карте не менялся, сколько бы наличных он не снимал. Также, увы, стало понятно, почему Шерлок настолько непривычен к похвале, хотя брат со всей очевидностью заботился о нем. Майкрофт был рад воспитывать и защищать брата, но не был готов позволить ему принимать самостоятельные решения.
Джон лишь слегка выпрямился — и вот уже перед Майкрофтом стоял не мирный врач, а солдат, как в день их первой встречи.
— Я понимаю, что вы хотите Шерлоку только добра, — сказал он. — И я благодарен вам за поддержку, которую вы оказывали мне в больнице и позже, считая, что у меня те же цели.
Он смотрел Майкрофту прямо в глаза и говорил ровным, сильным голосом.
— Я кое-что значу для вашего брата, и не секрет, что хочу значить еще больше. Но я не его сторож, — Джон бросил быстрый взгляд на Шерлока. У того был совершенно ошеломленный вид. — Мешать ему делать то, что он любит, быть самим собой — с тем же успехом я мог бы сам пристрелить его. Если вы это называете любовью, оставьте ее себе.
Теперь на лицах обоих Холмсов было одинаковое выражение крайнего изумления, и оно так же синхронно сменилось безразличием, когда они повернулись друг к другу. Майкрофт мог бы не беспокоиться, подумал Джон, но, возможно, он опасался, что Шерлок прозрел и не признался в этом... Такая выходка была бы вполне в духе Шерлока. Джон покачал головой.
Майкрофт сел. Джон заметил легкое движение, которым Шерлок обычно подзывал его, подошел, присел на подлокотник его кресла, и Шерлок немедленно обвил рукой его пояс.
Через минуту Майкрофт кивнул и снова поднялся.
— Итак, — сказал он, — значит, вот чего ты хочешь, Шерлок?
Обнимающая Джона рука напряглась.
— Да, — ответил младший брат, и Джон снова ощутил знакомое чувство, что на самом деле сказано было гораздо больше.
— В ближайшее время я пришлю Антею, она введет тебя в курс текущих событий.
Джон сделал движение, чтобы подняться, но Шерлок удержал его. Майкрофт заломил бровь.
— Не трудитесь вставать, Джон, — иронично попросил он, смерив взглядом их обоих. — Я сам найду дорогу. До очень скорой встречи, — с этими словами он повернулся и вышел.
В тишине Джон повернулся к Шерлоку, по лицу которого медленно расплывалась улыбка, и тот внезапно обхватил его обеими руками, прижимая к себе и одновременно сползая вниз в кресле, так что в конце концов Джон оказался лежащим у него на руках.
Он не смог удержаться от изумленного возгласа. Левой рукой Шерлок обхватил его поперек груди, удерживая на месте, а правая скользнула за пояс джинсов в точности так же, как утром. Джон подался ей навстречу, и Шерлок позвал его тихим и хриплым голосом:
— Джон... Джон, если есть что-нибудь, чего ты хочешь... — Джон закрыл глаза, чувствуя, как губы Шерлока касаются его шеи. — Что-нибудь, что ты... представлял себе. Что я могу сделать для тебя...
Шерлок прикусил зубами мочку его уха; Джона затрясло, он вцепился в подлокотники кресла что было силы. Шерлок начал расстегивать ремень на его джинсах.
— Сейчас самое время... — прошептал он.

Сердце на двоих- Ближе

Шерлок чувствовал тяжесть тела Джона, слышал, как становится неровным его дыхание, представлял себе краску, заливающую его щеки. Быстро справившись с пряжкой ремня, он, однако, лишь расстегнул пуговицу джинсов. Длинные пальцы Шерлока легли на бедро Джона, ощутив, как напряглись от прикосновения мышцы, и медленно заскользили вниз по наружной стороне ноги — так далеко, как только могли дотянуться, а потом перешли на внутреннюю и начали медленно подниматься вдоль шва: чуть-чуть вверх, потом снова вниз и вверх, с каждым разом чуть дальше.
— Джон, — пробормотал Шерлок, уткнувшись носом в щеку друга. Ему нравился запах Джона — мыло, крем для бритья и еще что-то теплое, домашнее. Интересно, а какой он на вкус? Кажется, выяснение этого не подпадало под запрет на поцелуи... Шерлок осторожно прижался ртом к шее Джона и чуть раскрыл губы, коснувшись кончиком языка горячей кожи над бьющейся жилкой.
Тот дернулся, как от удара, и Шерлок испуганно отодвинулся, но почти сразу же повторил свою попытку, на этот раз прочертив языком влажную дорожку. Джона била беспрерывная дрожь; Шерлок понял, что, сам того не зная, сделал что-то верное.
Никогда еще слепота так не выводила его из себя. Если бы только он мог наблюдать за Джоном всю эту неделю! Он давно бы вычислил все его желания и фантазии, ведь догадка про поцелуй в коридоре была случайной удачей: он и не предполагал, что они оба мечтали об одном и том же, пока не столкнулся с реакцией Джона.
После того, как Джон смело выступил против Майкрофта, Шерлок очень хотел сделать что-нибудь для него. Только ли из благодарности? В конце концов, Майкрофт может быть действительно страшен, когда захочет, и такой поступок потребовал большого мужества...
Нет, решил Шерлок, дело не в благодарности или, по крайней мере, не только в ней. Его собственные отношения с братом всегда были натянутыми. Он знал, что Майкрофт любит его, но всерьез не воспринимает, и это приводило к бесконечным стычкам. Сегодня же Джон заставил Майкрофта прислушаться к себе.
Шерлок не знал, как определить чувство, которое вызвал в нем этот разговор, но был совершенно уверен, что ему нужно сделать что-нибудь для Джона, дать ему то, что он хочет. Что? Ответ, похоже, давно был очевиден для всех вокруг: больше всего Джон хотел Шерлока. Впервые в жизни детектив пожалел, что не принял хотя бы пары предложений, сделанных ему в свое время: тогда он хотя бы представлял себе, что делать в такой ситуации.
Он вспомнил, как Джон не то поцеловал, не то укусил его в шею в такси и приоткрыл рот шире, чуть сомкнув зубы на горячей коже. Его правая рука, продолжая движение вверх, коснулась паха Джона.
Задохнувшись, Джон быстро накрыл ладонь Шерлока своей, словно пытаясь остановить его, но тут же застонал и крепче надавил на их соединенные руки. Шерлок сжал пальцы, чувствуя под ними грубую ткань джинсов.
— Что... что ты делаешь? — голос Джона был почти неузнаваемым.
Шерлок подумал было, что в таких обстоятельствах вопрос звучит странно, но сразу же напомнил себе, что ценит Джона вовсе не за острый ум.
— Все что хочешь, — он начал неуверенно водить рукой вверх и вниз, повинуясь почти бессознательным движениям Джона.
— Но... Ан-антея... — Джон запинался, как будто что-то мешало ему говорить. — Она сейчас п-придет...
Шерлок улыбнулся. Искусство вольных шуток было ему почти незнакомо, но сейчас нужный ответ сам родился в голове.
— Обойдемся без Антеи, — прошептал он, коснувшись губами уха Джона.
Словно соглашаясь с этим и давая ему свободу действий, Джон убрал руку. Шерлок взялся за язычок молнии, решительно потянул вниз и сунул ладонь в расстегнутые джинсы.
Член Джона, прикрытый лишь тонкой тканью белья, был твердым под его рукой, и Шерлок ощутил трепет при мысли о том, что этот смелый и преданный человек, который ради него мог пойти против друзей, врагов и семьи, так сильно его хочет. Головокружительно было чувствовать, что Джон, солдат, способный противостоять кому угодно, может сдаться на милость Шерлоку, подчиниться его желаниям и полностью довериться ему.
Вскоре он решил, что все преграды излишни, и запустил руку под резинку трусов, крепко сжав член Джона. Твердая плоть пульсировала в его руке, изумляюще горячая, а Шерлок изучал ее пальцами, измеряя и запоминая в мельчайших деталях все, что было ранее от него скрыто.
Временами Шерлок и сам прибегал к подобным методам решения проблемы — в те редкие моменты, когда такая проблема вставала и отказывалась исчезать сама собой, — так что он в принципе знал, что требуется, хотя находил это невыносимо скучным и никогда не понимал, как к этому относиться. Ему пришло в голову, что в следующий раз он сможет представлять себе Джона в своих объятиях, горячую тяжесть в ладони, вес его тела, то, как часто вздымается и опадает грудь Джона под его рукой, вкус его кожи на языке.
Он обнаружил, что у него самого участилось дыхание от того, что он ласкал Джона. Сперва он просто нежно гладил и изучал его плоть своими длинными пальцами, а потом стал двигать рукой более намеренно, внимательно прислушиваясь к реакции Джона, чтобы вычислить нужную скорость и степень сжатия.
Тяжесть на его левом плече внезапно исчезла — Джон поднял голову и резко втянул воздух. Шерлок испугался, что Джон захочет остановиться, но тот, похоже, ни о чем подобном не помышлял; он просто приподнялся на руках.
Он смотрит, понял Шерлок. Джон смотрел на то, как Шерлок ласкает его, и, судя по тому, как у него колотилось сердце, ему нравилось то, что он видел.
Шерлока словно током ударило. Затаив дыхание, он опустил руку на талию Джона и начал расстегивать его рубашку, быстро работая проворными пальцами. Распахнув полы, он скользнул рукой по обнаженной груди Джона, желая ощутить, как быстро бьется его сердце безо всяких преград меж ними.
Когда его рука двинулась вверх, Джон задохнулся, запрокинул голову и сдавленно застонал.
— Шерлок, — выдохнул он, — Шерлок, сделай так еще.
Шерлок послушался и повторил движение. На этот раз он заметил, как Джон резко втянул в себя воздух, когда пальцы Шерлока задели его сосок. Он снова потер его, на этот раз сильнее. Его завораживало то, как сосок затвердел и как Джон отозвался — теперь он беспрерывно стонал, а тело его все больше напрягалось.
Переключившись на другой сосок, Шерлок обвел его пальцем, постепенно сужая круг. Джон весь вытянулся, мускулы словно свело судорогой. Шерлок чувствовал, как напряжены его руки, и представлял себе, как Джон сжимает подлокотники кресла, а костяшки белеют от напряжения.
Он погладил пальцем один сосок, потом ущипнул другой. Громко застонав, Джон выгнулся, закинул руку за голову и обхватил Шерлока за шею.
Шерлок с удовольствием отметил, что он явно движется в правильном направлении, хотя хватка Джона его весьма отвлекала. Все труднее было сосредоточиться — его собственное тело отзывалось, когда пальцы Джона вплетались в волосы на затылке, а короткие ногти царапали кожу. То, как отчаянно Джон за него цеплялся, указывало на близость финала.
Не прекращая ласк, Шерлок повиновался притягивающей хватке и снова прижался ртом к шее Джона. Казалось, время для нежностей истекло, да Шерлок больше и не чувствовал нежности. Он ощущал себя собственником.
Он провел раскрытым ртом от уха до основания шеи и укусил — недостаточно сильно, чтобы прокусить кожу, но достаточно для того, чтобы Джон это почувствовал и чтобы остался след. Он всосал плоть меж губ и замычал от удовольствия, от ощущения власти.
Рука Джона стиснула его так, что стало почти больно; оргазм прокатился по его напряженному содрогающемуся телу, Джон вскрикнул, дернулся в руках Шерлока и выплеснул горячее семя ему на пальцы.
Тяжело дыша, он никак не мог успокоиться. Через мгновение Шерлок уронил руку на бедро Джона, убрал волосы с его лба и нежно поцеловал в висок.
Никогда раньше Шерлоку не доводилось быть свидетелем чужого оргазма, и он был потрясен. Его изумила ярость освобождения, то, как Джон полностью отдался своему чувству. В этом было много доверия, осознал он.
Шерлок знал, как его воспринимали. Люди уважали его, восхищались им, благоговели перед ним — но не доверяли. Даже в полиции, где он помог раскрыть столько преступлений, относились к нему с опаской, как будто ожидая того дня, когда он внезапно превратится во врага.

 

Джон доверял ему. Он доказывал это много раз, но никогда еще так ясно, как в это мгновение. В горле у Шерлока встал ком; он потихоньку осознавал, как сильно привязался к человеку, который сейчас лежал в его объятиях. Ему захотелось немедленно повернуть голову Джона к себе и поцеловать его в губы. Но он не мог — потому что дал слово и Джон ему поверил.
Джон будто лишился костей. Он все еще слабо обнимал Шерлока за шею, но его тело расслабилось и постепенно тяжелело.
Шерлок осторожно соскользнул вниз, опуская их обоих на пол, и прислонился к стулу; потом обнял Джона за плечи, повернув его так, чтобы им обоим было удобно, и поцеловал его в макушку.
Он дотянулся до коробки салфеток, что были под рукой, но самому ему никак бы не удалось вытереть Джона. Лишенный зрения, он бы сделал только хуже. Раздраженно сжав губы, он протянул коробку Джону, и тот обессиленно усмехнулся в ответ.

§ * *

Джону казалось, что его руки превратились в кисель. Вытащить салфетку из коробки он смог лишь со второй попытки, а вытирался и застегивал джинсы до смешного долго. Рубашку он пока решил оставить в покое и расслабился в объятиях Шерлока, немедленно притянувшего его обратно к себе.
— Я не верю, что ты сделал это, — признался он, качая головой.
— Ну и как, — необычно робко спросил Шерлок, — ничего?
Джон фыркнул и, повернув голову, поцеловал Шерлока в шею.
— Ничего себе «ничего»... Это было чертовски потрясающе! — он улыбнулся, пытаясь прийти в себя. — Я думал, все будет наоборот.
Поерзав, он повернулся лицом к Шерлоку и положил руку ему на грудь.
— Хочешь, я... — начал он, повел ладонь вниз и замер, потому что детектив покачал головой. — Не хочешь, чтобы я к тебе прикасался? — чувствуя, как сжимается сердце от внезапного страха, Джон убрал руку. — Значит, ты решил?..
— Нет, нет! — спохватился Шерлок. — Нет, Джон, я совсем не то имел в виду! Я хочу, правда хочу, чтобы ты... ну... сделал то, о чем говорил в такси. Просто не сию минуту; мне надо, чтобы все это уложилось в голове, да еще и помощница Майкрофта скоро придет... — он нащупал руку Джона и снова прижал ее к своей груди.
Расслабившись, Джон снова опустил голову на плечо Шерлока.
— Так почему ты сделал это? Не то чтобы я возражал, конечно... — добавил он, улыбнувшись.
Шерлок опустил голову, уткнувшись в макушку друга, и его голос звучал приглушенно.
— Я думал, что ты встанешь на сторону Майкрофта.
Джон ничего не ответил, и он продолжил:
— Я знаю, что ты чувствуешь. Ты всегда стремился защитить меня с тех пор, как... — поясняя свои слова, он поднял их сцепленные руки. — Я думал, что ты ставишь мою физическую безопасность превыше всего, и боялся, что ты не выстоишь против Майкрофта, но... — он запнулся, и Джон затаил дыхание, надеясь, что Шерлок не ведет к простому изъявлению благодарности.
— Но ты выдержал, — закончил Шерлок, крепче прижимая друга к себе. — Ты поставил то, что нужно мне, выше своих желаний. Не думай, что это просто способ сказать «спасибо», — добавил он с обычной своей проницательностью. — Ты доказал, что я могу быть с тобой и оставаться самим собой.
Джон задумался. Его поразило, насколько хорошо Шерлок разобрался в его чувствах, не пройдя мимо той части его существа, которая хотела просто схватить Шерлока в охапку и утащить подальше от Мориарти и всех его приближенных. Но об этом не стоило даже думать, потому что Шерлок — а если разобраться хорошенько, то и сам Джон, — никогда бы не сочли такой вариант приемлемым.
— Это произвело на меня впечатление, — голос Шерлока прервал его мысли. — Я хотел обрадовать тебя, подарить тебе что-нибудь, но, не видя тебя, не мог сказать точно, чего ты хочешь, — в его тоне послышалась тоска. — Если бы только я мог посмотреть тебе в лицо, пронаблюдать за твоей реакцией, я бы знал, что тебе представляется, когда ты смотришь на меня.
Джон засмеялся.
— Смотреть не обязательно, Шерлок, не переживай! За последнюю неделю я успел представить себе практически любой сценарий из тех, что могли прийти тебе в голову, и еще пару-тройку, от которых ты сделал бы свое фирменное выражение лица «люди-такие-странные»... — он поднял голову и кивнул: — Да, именно это. Честное слово, ты просто не можешь сделать ничего неправильного. Да я уже почти готов от одной мысли, что это ты!
Шерлок медленно наклонил голову.
— Значит, ты поэтому смотрел?
По спине Джона пробежала дрожь. Господи, сколько раз он запирался в ванной и воображал, что это Шерлок ласкает его... Но пережить это на самом деле, взглянуть вниз и увидеть, как обхватывают его член длинные бледные пальцы, — это было совсем другое. Он сел прямо и потряс головой, пытаясь вернуться к действительности.
— Давай-ка лучше наведем порядок, пока не пришла Антея, — Джон высвободил руку, оттолкнулся от пола и встал.
Шерлок фыркнул, но беспрекословно отпустил его и вернулся в кресло, ожидая, пока он не закончит с уборкой.

§ * *

Джону показалось, что обычно невозмутимая Антея чем-то обеспокоена. Отказавшись выпить чаю и даже присесть, она поставила на кухонный стол, вокруг которого они собрались, принесенный с собой запертый портфель. Из него она извлекла толстую папку и с видимой неохотой вручила ее Шерлоку, который сразу же передал ее Джону. Антея нахмурилась, но удержалась от возражений.
— У нас нет аудиоверсий этих документов, поскольку доступ к ним имеется у ограниченного числа сотрудников, — сказала она, обращаясь к Шерлоку. — Поэтому в дополнение к вашему постоянному допуску доктор Ватсон получает временный.
Джон поднял брови. Он не знал, что Шерлок имеет допуск к данным такого уровня секретности, и даже не мог предположить, какое дело могло бы их потребовать.
— Сводка отражает текущее положение дел, обновления будут предоставляться вам на постоянной основе. Здесь также содержатся материалы расследований по финансовой составляющей дел, связанных с Мориарти.
Джон заметил ярлычок с надписью «Автомобили Януса» на одной из вкладок.
— Кроме того, ход поисков женщины, которую Мориарти использовал как подсадную утку в Риджентс-парке на прошлой неделе, — продолжала Антея, — протоколы допросов задержанного в бассейне снайпера и бесед с мисс Хупер.
Джон поднял глаза от папки.
— Вы имеете в виду Молли? Молли из морга?
Антея заглянула в свой «блэкберри», но скорее по привычке: похоже, все подробности она держала в голове.
— Именно, — подтвердила она. — Мисс Хупер общалась с Мориарти больше всех и выразила полную готовность к сотрудничеству. Хотя повышенное чувство ответственности в связи с произошедшим сделало ее несколько... — усмехнувшись краешком рта, она поискала нужное слово: — ...эмоциональной.
— Это точно, — увлеченный чтением, Джон не заметил, как Шерлок подошел совсем близко, и чуть не подпрыгнул, когда глубокий голос детектива раздался над самым его ухом.
Антея посмотрела на них с тщательно отрепетированным безразличием, сняла со стола портфель и сделала шаг назад.
— Разумеется, документы не должны покидать пределов этой квартиры или оставаться без присмотра. У вас есть сейф?
Джон кивнул.
— Используйте его. Кроме того, мы хотели бы установить камеры наблюдения в квартире и коридоре...
Мужчины на мгновение застыли, а потом одновременно выпалили:
— Нет!
— Ни в коем случае!
Антея подняла безупречную бровь.
— Как скажете, — она повернулась к Шерлоку. — Я сообщу вашему брату об этом решении. У него могут возникнуть... возражения.
Тот не отреагировал. Сейчас его мало что интересовало кроме документов.
— Я провожу вас, — оставив разочарованного Шерлока в комнате, Джон вышел на лестницу вслед за Антеей.
Внизу их поджидала миссис Хадсон, уже учуявшая в воздухе запах новой сплетни.
— Новая знакомая, доктор Ватсон? — лукаво, но с легким оттенком осуждения спросила она. — А как поживает милый Шерлок?
Обернувшись через плечо, Антея улыбнулась: похоже, без Шерлока она чувствовала себя гораздо спокойнее. Джон поднял глаза к потолку.
— Шерлок в порядке, спасибо, миссис Хадсон, — терпеливо ответил он. — Это Антея, наша коллега.
— Здравствуйте, — кивнула Антея на ходу. — Мне пора, Джон. Я буду на связи.
Она скрылась за дверью, и Джон направился было обратно — он знал, что Шерлоку не терпится приступить к изучению документов, — но миссис Хадсон поймала его за рукав.
— Одну минутку, дорогой, сейчас я только принесу вашу... — отпустив Джона, она упорхнула к себе, не переставая тараторить: — Он отдал мне лишнюю, но в той ситуации я не стала ничего говорить. Вчера вечером он поймал меня на пороге...
Миссис Хадсон появилась из-за двери с неким предметом в руках и протянула его Джону.
— Вот. Я хотела спросить вас, точно ли они больше не нужны, но он сказал, что вы вернетесь из душа нескоро.
Минутой позже Джон вошел в гостиную и увидел, что Шерлок ждет на диване в знакомой позе, задумчиво сложив ладони вместе, а папка лежит рядом с ним. Услышав шаги, он нетерпеливо повернул голову, и Джон с размаху швырнул в кресло свою подушку с британским флагом.
— Значит, я вернусь из душа нескоро, да? — осведомился он. Лицо Шерлока просветлело.
— А, это... — протянул он. — Ерунда, Джон, давай займемся делом.
Детектив взмахнул папкой в воздухе и приглашающе похлопал по дивану рядом с собой, но Джон наотрез отказался сменить тему.
— Так вот что ты сделал с подушками той ночью! Перетаскал их к миссис Хадсон, пока я был в ванной! — Шерлок лишь пожал плечами, и Джон вздохнул. — Она спросила, где я до такой степени испачкался, — пожаловался он.
Шерлок не удержался от смешка.
— Весьма естественный вопрос, учитывая, сколько времени ты проводишь в душе в последние дни... Джон, давай наконец приступим! Игра не пойдет сама собой.
Джон шагнул к дивану с некоторой неохотой, и это не ускользнуло от внимания Шерлока.

— Ты передумал? — осторожно спросил он, когда Джон сел. — Теперь ты считаешь, что охота на Мориарти слишком опасна?
Джон взял папку.
— Опасность есть всегда, а Мориарти — не бука и не Волдеморт, — Шерлок непонимающе поднял брови, и Джон вздохнул снова. — Я не боюсь называть его по имени, — пояснил он. — Конечно, Мориарти опасен. Возможно, он самый опасный изо всех твоих противников, но он лишь человек из плоти и крови. К тому же, мне проще иметь с ним дело, чем тебе.
— Ты имеешь в виду... слепоту? — неуверенно предположил Шерлок, но тут же затряс головой и нахмурился: — Нет, нет, дело не может быть в этом. О чем ты?
— О том, что я не идиот, — резко выпалил Джон, все еще не простивший детективу реплики про душ. — Мне все равно, что, как и почему он делает. Я не ты: мне не надо говорить с ним, бросать ему вызов, играть с ним в игры...
Он взглянул на Шерлока и почувствовал, как раздражение покидает его.
— Я знаю, что будет трудно, — добавил он тише, — но ты найдешь его. Я знаю, найдешь. И тогда я не буду ничего обсуждать, ни к чему готовиться — я просто пристрелю его и буду счастлив.
С решительным и мрачным видом Джон раскрыл папку.

Сердце на двоих- Напряжение







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-21; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.237.186.116 (0.016 с.)