Вопрос 34. Утверждение либеральных ценностей в экономическом и политическом устройстве России в 1992–2012 гг. и его особенности.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Вопрос 34. Утверждение либеральных ценностей в экономическом и политическом устройстве России в 1992–2012 гг. и его особенности.



После распада СССР в 1991 г. экономика России переживала кризис, который усугублялся низкими ценами на нефть и газ на мировом рынке. Новое правительство под председательством Егора Гайдара взяло курс на либерализацию — переход к рыночной экономике. Хотя термин либерализм значительно шире термина «экономический либерализм», в России, начиная с 1990-х, эти два понятия стали часто употребляться взаимозаменяемо. Либерализация прежде всего коснулась цен, фиксация которых была отменена 1 января 1992 г., что в сочетании с другими факторами привело к гиперинфляции, в результате которой большинство населения потеряло все долгосрочные сбережения, замороженные вСберегательном Банке России. Это также уменьшило спрос на товары, что устранило их дефицит. Хотя правительство утверждало о наличии у него продуманной программы и соответствии результатов ожиданиям, масштаб гиперинфляции показывал обратное и настроил против реформ значительную часть населения. Однако центральной темой либеральных реформ стала приватизация, целью которой был переход государственной собственности в частные руки. Официально утверждалось, что главным новым собственником станет население, которое для этого получило приватизационные чеки (ваучеры). Фактически, к моменту окончания чековой приватизации в середине 1994 г., на всероссийских чековых аукционах за ваучеры были куплены акции общим номиналом 285 млрд руб. или 1,75 млрд долл. США (по курсу ЦБ РФ на дату начала приватизации 14 августа 1992 г.) Для сравнения, капитализация 50 крупнейших частных российских компаний (которые практически не участвовали в чековой приватизации) на начало октября 1995 г. превышала 20 млрд долл. США. Подавляющая часть собственности предприятий была передана в частные руки посредством денежной приватизации. При этом денежная приватизация наиболее крупных компаний на практике свелась к их продаже заранее намеченным владельцам за символическую цену (в особенности это касалось т. н. «залоговых аукционов»).

Российские монеты образца 1992—1994 гг.

Экономические реформы 90-х привели к резкому спаду экономики страны и уровня жизни населения. В то же время они ликвидировали товарный дефицит, обеспечили внутреннюю конвертируемость рубля и способствовали развитию рыночных отношений, благодаря чему к 1999 г. экономический спад остановился. В 2007 г. ВВП вернулся на докризисный уровень 1989 г. Тем не менее, по мнению ряда российских и западных специалистов, приватизация не достигла главной цели экономического либерализма: децентрализации экономики. По словам Милтона Фридмана, «Россия приватизировала, но так, что создала частные монополии — частные централизованные экономические рычаги управления, которые заменили государственные централизованные рычаги управления». С точки зрения либеральных критиков российской приватизации, её главной проблемой была атмосфера беззакония, которая противоречит принципам политического либерализма. Этот «врождённый порок» российских частных корпораций способствовал росту коррупции как среди их управляющих, так и среди чиновников. Некоторые аналитики полагают, что многочисленные компромиссы фактически привели к отказу от заявленного курса либеральных реформ. Следствием массового восприятия приватизации как проведённой в ущерб общему благу, стала её дискредитация в глазах значительной части общества. Наряду с экономическими реформами проводились и политические преобразования. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. наделила граждан России широкими политическими и гражданскими свободами. Однако по мнению ряда юристов, она также имеет «врождённый порок», поскольку закрепляет за Президентом Российской Федерации чрезмерно обширные властные полномочия и затрудняет сменяемость исполнительной власти. Объясняется это тем, что действующая Конституция была принята вскоре после антиконституционного разгона Верховного Совета президентом Борисом Ельциным и последующегополитического кризиса. Критики утверждают, что, в сочетании с коррупцией внутри государственного аппарата, эти изъяны привели к тому, что сегодня либеральные нормы Конституции постоянно нарушаются. Ю. Н. Афанасьев характеризует реформы начала 1990-х не как либеральные или демократические, а как поворот в сторону субъективного утилитаризма при сохранении неправового порядка. Официальная моральная оценка тех или иных поступков стала определяться их полезностью в собственных интересах руководителей. По мнению Афанасьева, это способствовало установлению коррупции как господствующего способа регулирования общественных отношений, отрыву социальной практики от этики, деградации малоперспективных с точки зрения возможности получения ренты областей промышленности. Отвечая на критику, один из идеологов реформ А. Шлейфер пишет: «В политическом плане произошло превращение коммунистической диктатуры в многопартийную демократию. Централизованную плановую экономику сменил капиталистический порядок, основанный на рыночных отношениях и частной собственности. Россия превратилась в нормальную капиталистическую страну со средним уровнем дохода на душу населения. С началом нового тысячелетия российская экономика уже больше не страдает от дефицитов, милитаризации и разрушительной бюрократии». По мнению Шлейфера, недостатки нынешней системы (коррупция, низкий уровень свободы слова, концентрация корпоративной собственности и т. д.) являются типичными для стран, находящихся на данном уровне экономического развития. Шлейфер и некоторые другие экономисты также полагают, что причиной экономического подъёма в России (и других странах бывшего СССР) начиная с 1999 года является, прежде всего, переход от плановой к рыночной экономике, осуществлённый в 1990-е годы.

В 2000-е годы

В то время как западный либерализм развивался в связке с гражданским национализмом, в России в 1990-е годы такой связки не наблюдалось. В целом, напротив, нарастало противостояние либеральной и национальной идей. Это привело к их радикализации: пренебрежительному отношению к «малограмотному» населению со стороны приверженцев экономической свободы и поддержке авторитаризма (и часто крайнего национализма) со стороны защитников интересов большинства. Ряд влиятельных сторонников реформ выражал солидарность с недемократическими методами борьбы с оппозицией (например, в «Письме 42-х»). Часть российских либералов положительно относились к политике чилийского диктатора Пиночета, применявшего методы террора к своим оппонентам. Одним из серьёзных препятствий для разрешения этого конфликта является проблема подмены терминов. Фундаментальное для либерализма представление о суверенитете народа (о подчинённом положении государственного аппарата по отношению к обществу) опирается, как правило, на сильное национальное чувство и самосознание, которое приобретает характер идеологии. Между тем, исторически корректный для обозначения такой идеологии термин — «национализм» — имеет в современном русском языке иное, негативное значение. В настоящее время вопрос о синтезе либерализма и национального чувства на российской почве активно обсуждается. К концу 1990-х из множества либеральных течений выделились две ведущие партии, вошедшие в состав Госдумы 1999 г.: «Союз правых сил» и «Яблоко». СПС позиционировала себя как право-либеральное движение, выступающее прежде всего за экономическую свободу. «Яблоко» придерживалось социал-либеральных взглядов, типичных для лево-центристских европейских партий. Поскольку платформы обеих партий сходились по ряду принципиальных вопросов, многие ожидали их слияния. Однако партии проводили различную политику: если СПС стремилась к «конструктивному диалогу» с правящими группами, то «Яблоко» подчёркивало свою оппозиционность. В течение всего постсоветского периода между различными течениями российского либерализма возникали конфликты. Так, «Союз правых сил» выступал в защиту экономических реформ, в то время как партия «Яблоко» жёстко критиковала их в своей программе и утверждала, что СПС была образована «для защиты интересов олигархии и высшей бюрократии на базе криминальной приватизации» . В свою очередь, представители СПС называли «Яблоко» партией «обиженной интеллигенции» и обвиняли её в сотрудничестве с левыми движениями. Некоторые радикальные либералы пришли к отрицанию части фундаментальных принципов современного либерализма и, фактически, к анархизму. Например, в 1993 г. В. И. Новодворская писала: «Гражданские права существуют для людей просвещённых, сытых, благовоспитанных и уравновешенных. Некогда и мы, и ЦРУ, и США использовали эту идею как таран для уничтожения коммунистического режима и развала СССР. Эта идея отслужила своё и хватит врать про права человека и про правозащитников». Подобные заявления шли вразрез с целями ведущих правозащитных организаций в России и в мире. Согласно данным фонда «Общественное мнение», 67 % опрошенных в апреле 2007 г. считали, что граждане России не имеют возможность влиять на власть и на решения, принимаемые властями. По мнению некоторых юристов, к которому присоединился Совет Европы, этот процесс против управляющих «ЮКОСа» в 2004 г. был проведён с многочисленными процедурными нарушениями, что продемонстрировало неспособность судебной системы оказывать сдерживающее влияние на исполнительную власть. В целом, влияние либеральной идеологии снизилось. Хотя Правительство РФ по-прежнему включает сторонников либеральной экономической политики, в результате выборов в Государственную думу РФ 2003 г., в её новом составе не оказалось ни одной оппозиционной партии, относящейся к либеральным. Причины провала либеральных партий связывают прежде всего с падением популярности их лидеров, отсутствием новых идей и программ, а также с неудачами реформ 1990-х годов. Собственно понятие «либерализм» в глазах значительной части населения ассоциируется с партией ЛДПР, которая не считается частью либерального движения. Как считают политологи, это также связано с тем, что либеральные ценности до сих пор не материализовались в «конкретную, внятную, популярно объясняемую политическую и тем более электорально пригодную программу» (А. Колесников). Однако на страницах малотиражных газет, на отдельных радиостанциях и в Интернете продолжаются споры о будущем либерализма в России. В 2004 и 2005 гг. М. Ходорковский опубликовал ряд статей, в которых подчёркивал, что либеральная политика должна быть справедливой и должна сохранять национальное чувство собственного достоинства. В обсуждении приняли участие М. Леонтьев, С. Митрохин, Н. Коржавин и многие другие. Значительное влияние на дискуссию оказали происходящие на Украине либерально-демократические преобразования. Скептики полагают, что сегодня в России для либерализма отсутствует почва: широкий класс собственников или (характерная для российского либерализма) просвещённая и политически активная интеллигенция. Политические признаки, обуславливающие внедрение этой идеологии (ограничение государственной власти, управление страной с согласия управляемых и т. д.), не пользуется значимой поддержкой ни среди народа, ни тем более среди представителей государственной бюрократии. Вместе с тем, к отдельным положениям либерализма наблюдается растущий интерес, и по мнению Георгия Сатарова, сегодня нет кризиса либерализма в стране, — есть «кризис либералов». Структура же демократических предпочтений у населения остаётся прежней и составляет около 30 %.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-18; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.235.11.178 (0.006 с.)