ТОП 10:

Зарождение «Восточного вопроса»



Таким образом, внутренний распад Османской империи и ее военные поражения поставили в конце XVIII в. проблему раздела турецких владений в Европе между так называемыми «великими» европейскими державами. Каждая из крупных европейских держав выдвигала свои претензии на «Османское наследство». Ни одна из них не желала допустить Другую к политическому или экономическому преобладанию в Османской империи. Наиболее острые противоречия вызывал вопрос о европейских владениях Турции. Россия стремилась овладеть Константинополем и проливами и обеспечить себе выход из Черного моря. Против России выступали в первую очередь Англия и Франция, которые сами имели захватнические планы в отношении проливов. Интересы России и западноевропейских держав сталкивались также в вопросах о балканских провинциях Турции. Россия поддерживала стремление славянского и греческого населения к освобождению от турецкого господства. Англия и Франция, напротив,

поддерживали султанское правительство в его борьбе с национально-освободительными движениями на Балканах. Помимо антирусской направленности, эта политика Англии и Франции имела также экономические причины. Английские и французские колонизаторы рассматривали турецкое господство на Балканах как лучший залог неограниченной торговой эксплуатации местного населения: капитуляционный режим и низкие таможенные пошлины, закрепленные в неравноправных договорах с Турцией, обеспечивали европейскому капиталу наиболее выгодные условия наживы. Создание на Балканах независимых государств или переход этих провинций к России повлек бы за собой отмену этих привилегий. Отсюда и проистекал выдвинутый Англией и Францией лицемерный лозунг «целостности и неприкосновенности Османской империи». Лозунг отражал на деле стремление этих держав поставить Турцию в полную экономическую и политическую зависимость от европейского капитала, сохранить в ней отсталый феодальный строй, помешать освобождению балканских народов и вместе с тем воспрепятствовать продвижению России к Константинополю.

Используя освободительные движения народов Балканского полуострова против турок, русское правительство стремилось либо присоединить балканские территории к России, либо создать государство со столицей в Константинополе, aq под русским протекторатом. Разница в русском и западноевропейском подходе заключалась в том, что Россия хотела распада Османской империи, а так называемый «европейский концерт» (Англия, Франция, Австрия и Пруссия) ее сохранения, с тем, чтобы эксплуатировать ее со всеми владениями посредством режима капитуляций. Однако объективно конечным результатом русско-турецких войн стало ослабление турецкого господства над Балканским полуостровом, что имело огромное прогрессивное значение для всего дальнейшего развития освободительной борьбы греческого, сербского и других балканских народов.

Так возник «Восточный вопрос».

Это иностранное вмешательство, сопряженное с непримиримым соперничеством, абсолютно запутало Восточный вопрос и сделало его для капиталистической Европы неразрешимым.

Реформы Селима III

Конец XVIII столетия еще более усложнил политическую жизнь Османской империи. Идеи французской революции проникли на Балканы и на греческие острова Эгейского моря и дали дополнительный стимул освободительной борьбе покоренных народов. Складывавшаяся буржуазия встала во главе стихийных крестьянских восстаний, что придало им организованность.

Одновременно в стране разгоралась ожесточенная феодальная смута, охватившая обширные области империи. Так, например, Видимский паша Осман Пазванд-оглу, начав с разбоев и грабежа Сербии и Валахии, вышел из повиновения султану и даже стал чеканить монету от своего имени. Али-паша обосновался в Янине, подчинив своей власти Эпир, Южную Албанию и часть Морей. Паша скутарийский (северная Албания) и паша боснийский, начальники округов (аяны) рущукский, серееский и другие тоже превратились в полунезависимых правителей. В Курдистане, Ираке, Сирии, Палестине, а тем более в Аравии, Египте и Магрибе власть султана была призрачной.

Султаны и везири не могли понять подлинных причин государственного развала. Но они явственно ощущали внешние проявления кризиса: опустошение казны, военные поражения, янычарские восстания, самоуправство пашей и аянов, взятничество, отпадение целых областей, освободительные движения угнетенных народов. Поэтому наиболее дальновидные из турецких государственных деятелей, пытаясь сохранить основы турецкого феодального господства, стали искать путей к централизации и укреплению центральной власти.

В конце XVIII в. возник план реформ, направленных прежде всего на преодоление раздробленности Османской империи. Реформы эти сводились в основном к мерам военно-технического характера, к укреплению армии, администрации

и финансов. Эта была запоздалая попытка господствующего класса спасти разваливающуюся империю. Реформы были связаны с именем вступившего в 1789 г. на престол султана Селима III.Впрочем, личная роль Селима ПI была невелика. Фактически его именем действовали несколько сановников. В 17921796гг. были опубликованы указы султана об отобрании тимаров и зеаметов у тех ленников, которые не выполняют своих воинских обязательств перед государством, об учреждении отдельного казначейства для финансирования новых установлений, об открытии военно-инженерного училища, о преобразованиях во флоте и о создании нового корпуса регулярных войск, обученных и дисциплинированных по-европейски.

Совокупность мероприятий Селима ПI, а также созданное им регулярное войско, предназначенное в дальнейшем заменить войско янычар, назывались «низам-и-джадид» (новая система). Эти вооруженные силы, хотя и малочисленные, выгодно отличались от янычар своей дисциплинированностью и военной подготовкой. При помощи иностранных инструкторов был заново построен значительный военный флот, насчитывавший к концу XVIII в. 23 линейных корабля и ряд более мелких судов. Селим ПI пытался реформировать и гражданское управление: подчинил деятельность великого везиря контролю неофициального «совета двенадцати», составленных из приближенных к султану лиц, учредил постоянные посольства за границей.

Однако социальная опора султана была узка и ненадежна. Сторонники султана — образованные столичные вельможи и небольшая часть провинциальных феодалов — были малочисленны и нерешительны. Подавляющее же большинство светских и, в особенности, духовных феодалов активно противились реформам, усматривая в них покушение на старинные привилегии. Поэтому султан и не смог провести сколько-нибудь существенные реформы в области экономики. Экономическая, материальная база центрального правительства не только не была укреплена, но, наоборот, ослаблена безуспешной борьбой с противниками реформ. Особенно были обеспокоены янычары, опасавшиеся, что их корпус будет ликвидирован и заменен войсками низам-и-джадид. А янычары были не только воинским подразделением, но и привилегированной сословной группой.

Селим ПI не имел возможности опереться на буржуазию. Турецкая национальная буржуазия еще просто не формировалась. Для более же развитой в социально-экономическом отношении инонациональной буржуазии (в частности, греческой и славянской), хотя она и была заинтересована в обеспечении порядка и безопасности, было неприемлемо само турецкое господство.

Реформы легли тяжелым бременем на народные массы, и прежде всего на крестьянство. Введение новых тяжелых налогов и поборов обострило недовольство народных масс.

В итоге Селим ПI оказался перед непреодолимыми препятствиями. К тому же возникли внешнеполитические осложнения, еще больше ослабившие сторонников реформ.







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-08; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.204.48.199 (0.004 с.)