ТОП 10:

ЭПИЛОГ. ЧТО ЖЕ БЫЛО В НАЧАЛЕ?



Евангелие от Иоанна, глава 1, стихи 1 - 18

1 В начале было слово, и слово было у Бога, и слово было Бог. 2Оно было в начале у Бога.

3 Все чрез него начало быть, и без него ничто не начало быть, что начало быть. 4 В нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. 5 И свет во тьме светит, и тьма не объяла его. 6 Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн. 7Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о свете, дабы все уверовали чрез него. 8Он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о свете. 9 Был свет истинный, который просве­щает всякого человека, приходящего в мир. 10 В мире был, и мир чрез него начал быть, и мир его не познал. 11 Пришел к своим, и свои его не приняли. 12А тем, которые приняли его, верующим во имя его, дал власть быть чадами Божиими, 13 которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились. 14 И слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу его, славу, как единородного от Отца. 15 Иоанн свидетельствует о нем и, восклицая, го­ворит: сей был тот, о котором я сказал, что идущий за мною стал впереди меня, потому что был прежде меня. 16 И от полноты его все мы приняли и благодать на благодать, 17ибо закон дан чрез Моисея; благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа. 18 Бога не видел никто никогда; единородный сын, сущий в недре Отчем, он явил.

Наши комментарии

Предыстория. Гностицизм - это совокупность религиозных учений и течений в иудаизме, раннем христианстве и позднем зо­роастризме 1(1 Дуалистическая религия, основанная на вере в существование двух бог ов - доброго и злого, и объясняющая мир через их борьбу, в которую вовлечены подчинённые им духи и люди. Зародилось на территории современного Ирана примерно за 6 веков до н.э. Ответвлением от неё был митраизм – культ Непобедимого Солнца и богочеловека Митры, имевший большой успех в римской империи во II – IV веках н.э. и поздний гностицизм, который преследовался ортодоксами язычников), общим элементом которых является особая роль тай­ного знания (греч.: «гносис») о Боге и о возможности получения Его силы; это знание открывается якобы только избранным через посылаемых свыше небесных спасителей.

Через зороастрийскую религию - религию Вавилона - гностицизм оказал влияние на иудейскую религиозную мысль в сторону привития к ней некоторых идей дуализма, нашедших отражение в иудейской мистической литературе. Иудейский гностицизм, в свою очередь, повлиял на идеологию раннехристианских общин, особенно на тех, что были созданы апостолом Павлом.

В конце I - начале II века секты гностиков смешивались со столь же гонимыми христианскими общинами, не имевшими тогда ни свода священных книг, ни единого утвержденного кем-то вероуче­ния. Часть идей гностиков, явно противоречивших иудаизму, была отвергнута христианами, другая часть, уже имевшая хождение в иудейской среде, - ассимилировалась с христианскими представ­лениями. Это привело ко второй волне влияния на христианство идей дуализма с его борьбой доброго и злого начал, с ожиданием финальной битвы добра и зла, в которой, наконец, должен побе­дить добрый бог-спаситель. Если в первых трех Евангелиях влия­ние этой второй волны еще мало ощущается, то Евангелие от Ио­анна пронизано этим влиянием.

Заметим, что «тайные», гностические книги были достоянием не только богословов: наиболее простые из них имели самое ши­рокое хождение среди верующих. Многие положения из них попа­ли и на страницы Писания - Танаха, в частности, странная исто­рия о том, как пророк Божий Авраам, «отец верующих», не просто поклонился непонятно откуда появившемуся «главному жрецу», священнику «истинного Бога» Мелхиседеку, но и стал платить ему «церковную десятину», хотя никакого закона тогда еще не было!

Но еще более необъяснимым является сам факт служения это­го священника в Иерусалиме, когда вокруг должны были быть одни язычники, а Авраам был единственным, познавшим истину о единственном Боге, за что удостоился Его милости и Завета с Ним. Если же, оказывается, уже и до Авраама был некто, открыто со­вершавший истинный монотеистический ритуал, да еще в храме, почему же о нем до этого не знал Авраам и почему не обратился к нему?

Совсем не объяснимо, почему Авраам потом не стал ходить в этот храм, на который пожертвовал десятину? Почему Танах ничего более не говорит об этом храме и его священнике, что куда важнее, нежели описание многих бытовых подробностей? О храме Соломона — такие подробные описания, и ни слова о храме, при­знанном Авраамом, которого все евреи считают своим прародите­лем и в честь него называют всех мальчиков в конце имени «...бен Абрахам»!

Евангелия и послания апостолов многократно ссылаются на «тайные» книги, особенно апостол Павел, который описал исто­рию Мелхиседека более подробно, чем книга Бытия, из чего следу­ет, что Павел активно пользовался «тайными книгами» и перенес один из их мифов в текст «Нового завета».

Приведем отрывок из книги авторитетного специалиста начала XX века - историка, философа, религиоведа - князя Евгения Тру­бецкого «Учение о логосе в его истории». В главе «Начатки гнос­тицизма» он описывает тот религиозно-философский фон, на кото­ром писались Евангелия, и фактически раскрывает теоретические основы пролога Евангелия от Иоанна и относительно «предсуществования» Иисуса, и относительно «искупительного» характера его деятельности.

«Представление о том, что праотцы и Израиль были созданы до на­чала мира, встречается неоднократно в талмудической литературе: самый мир был создан ради праотцев и ради Израиля. Отдельные праотцы пред­ставляются особенными небесными существами. Они помещаются в раю и приглашают праведных на свое лоно; подобно ангелам, им приписыва­ются разнообразные специальные функции, а следовательно, они могут иметь и специальное значение для верующих, призывающих их имена. Вопрос о том, спасается ли человек их представительством, оправдыва­ется ли он их заслугами, как известно, служил предметом оживленных споров [...]

Енох - обличитель ангелов, великий писарь Божий; его место угото­вано на вышнем небе, и в палестинских таргумах он отождествляется с самим Метатроном, верховным ангелом лица Божия. [...]

Еще чудеснее рождение Мельхиседека. По вознесении на небо Еноха первосвященство принял Мефусалам, который, умирая, облек в ризы свя­тительства внука своего Нира и поставил его у главы алтаря. Жена Нирова, Софанима, с которой Нир не имел сожительства за все время священства, зачала. Нир хотел прогнать ее, но она пала мертвою к его ногам; он по­шел за братом Ноем, чтобы втайне похоронить ее, но, вернувшись, они увидали младенца, вышедшего из нее и сидящего одесную ее; на вид ему можно было дать три года, он был одет и славил Бога, а на груди его была печать святительства1 (1 Скорее всего - ключи от Храма на плечах .).

Ной и Нир поняли, что Бог обновляет священство; они омыли отрока, облекли его в священнические ризы, дали ему хлеб священнический и нарекли ему имя Мельхиседек. Затем, когда беззаконие умножилось, Бог явился Ниру во сне и открыл ему, что пошлет на землю великое погубление, а Мельхиседек будет перенесен Михаилом-архангелом в рай, где пребывал Адам 7 лет до своего грехопадения. Отрок спасется от общей гибели, говорит Господь, "ибо Я показал: да будет Мельхиседек жрец жрецам священным вовеки, и поставлю его, да будет глава священникам, прежде бывшим". Проснувшись, Нир благодарит Господа, образовавшего "жреца великого" в ложеснах Софанимы, и размышляет о том, как через Мельхиседека сохранится преемство первосвященства - от Сифа и допо­топных праотцев "в род иной" после потопа. Через 40 дней Мельхиседек переносится в рай, а по смерти Нира прекращается жречество и наступает потоп. Таким образом, мы имеем здесь легенду о допотопном первосвя­щенстве, заключающую в себе явную идеализацию этого учреждения в духе еврейской агады (предания)... Самое наступление потопа следует за смертью последнего первосвященника. Но в раю пребывает живой царс­твенный "первосвященник вовек".

В "Послании к евреям" апостола Павла Мельхиседек определяется как не имеющий ни отца, ни матери, ни начала дней, ни конца жизни, - что имеет явное отношение к вышеизложенному преданию: Мельхиседек не имеет родословия, не имеет отца, хотя он и родился видимым образом от матери, рождение его сверхъестественно — оно есть результат бессе­менного зачатия. Бог непосредственно образовал его в "ложеснах" Со­фанимы, и Мельхиседек родился на свет в виде трехлетнего младенца. Начало дней его неизвестно, и в раю он пребывает вовек. ...таинственный первосвященник является здесь сверхъестественным существом небесно­го происхождения.

Талмудическое богословие признавало спасительную искупительную силу заслуг праотцев, их страдания, самой их смерти. Самый мир был создан ради их заслуг, ради обрезания и закона, ради Авраама, Исаака и Иакова и ради Моисея, "посредника" Божия, которого Филон сближает с Логосом. ...они были предобразованы до создания мира. [...]

Естественно, что праотцы являлись носителями откровения, спасения и ведения. [...] Подобные апокрифы усиленно распространялись в еврейских кругах и пользовались большим уважением и среди христианских писа­телей. Немудрено, что и среди гностиков литература такого рода имела успех и что отдельные секты возводили свои откровения к праотцам, от которых они вели свое начало.

...праотцы останавливают на себе наше внимание как особого рода небесные люди, сходившие на землю (некоторые из них, как Илия или Енох, ожидаются вновь). Между этими людьми и ангелами исчезает гра­ница, а в отдельных случаях они ставятся выше ангелов... Эти небесные люди суть духовные силы высшего порядка - воззрение, находимое нами и у гностиков, начиная с самых ранних. Симон выдает себя за "великую Силу", досифеяне верят в бессмертие Досифея, а другие видели в Иису­се Христе одну из таких сил, подобно тому, как современные ему иудеи видели в нем Илию, Иеремию или другого пророка, или же предвечно­го небесного "Человека", "Сына Облаков", или "Сына Человеческого". У отдельных гностиков, например, у барбелонитов, у "гностиков" Иринея, у наасенов Ипполита, мы находим специальные умозрения о небесном Адаме, о Человеке и Сыне Человеческом, который иногда отличается от первого Человека, как его сын. Наконец, и отдельные зоны нередко по­лучают имена мужей "Ветхого завета", напр. Сифа, Давида, Баруха.

Не забудем, что в занимающую нас эпоху в еврействе встречается уче­ние о предсуществовании человеческих душ, которое мы находим и в талмудической литературе... В связи с этим учением стоит представление о том, что души сходят на землю и затем восходят к небу. Видеть в этом прямой результат заимствования греческих идей едва ли необходимо. Пифагорейство и платонизм, разумеется, влияли на Филона, но и он... отказался бы от платонической психологии, если бы эта психология не казалась ему сообразной с еврейскими верованиями. ...учение учителя христианской церкви III века н. э. Оригена о предсуществовании душ, хотя и обусловливается платоническими воззрениями, несомненно основыва­ется в глазах самого Оригена на еврейском предании.

...немногие дошедшие до нас памятники и фрагменты апокрифичес­кой литературы суть лишь случайные остатки, уцелевшие от общего и систематического уничтожения, какому подверглась вся внеканоническая письменность, не согласовавшаяся с нормами иудейской и христианской ортодоксии... В Ефесе, где подвизались некоторые бродячие иудейские заклинатели, проповедь апостола Павла имела такой успех, что "из за­нимавшихся чародейством многие, собрав книги свои, сожгли их перед всеми и сложили цену их, и оказалось их на 50 000 драхм". Наряду с магическими книгами уничтожались и другие. Уцелели (в отдельных списках и большею частью в переводах) лишь наиболее невинные, и то " благодаря христианским интерполяциям и переработкам...

Но гностические идеи, рассмотренные нами, были распространены в еврействе и помимо сект, и повсюду они вели к однородным результатам: теоретическому суеверию соответствовало суеверие практическое, "лже­именное знание" вело к магии. [...]

Магия обнимала в себе заклинания, дававшие господство над архон­тами небесных сфер и над духами и демонами поднебесными; она да­вала свободный пропуск через загробные мытарства и чудодейственную силу врачевания от всяких зол в настоящем веке...

Но магия процветала не в одних гностических сектах; она имела гро­мадное распространение в еврействе вообще, и влияние ее на всю ду­ховную атмосферу его было громадно. Разница была лишь в оттенках и степени суеверия и в отношении к нему...

В массах- господствовало двоеверие, а в некоторых кругах суеверие вело к извращению монотеистического миросозерцания: центр тяжести религиозной жизни переносился в "лжеименное знание" об ангелах, пла­нетах или "стихиях", демонах и силах Божества и в результате получалось дуалистическое миросозерцание, характеризующее гностицизм: силы Бо­жий, силы небесные не только обособлялись от Божества как осо­бые миры или зоны, но прямо противополагались Ему. Бог закона... был признан ложным богом, а змей, давший вкусить плодов познания, явился у них носителем "истинного" гнозиса».

Ст. 1-18. Этот текст называют «богословским прологом к Евангелию от Иоанна», который выглядит позднейшей вставкой, так как никак не связан с последующим текстом — ни по логике развития мысли, ни по развитию сюжета. Этот текст являет собой теоретическое воззрение на Иисуса через призму философии гнос­тицизма. Несомненно, что этот текст изначально написан по-гре­чески в терминах греческой философии и мистики, не имеющих аналогов на иврите и крайне далеких от ментальности рыбака Ио­анна Зеведеева.

«Сведением» воедино понятий иудейской мистики и язычес­кого гностицизма (учения Платона и зороастрийского дуализма) занимался иудей Филон (современник апостолов Иисуса) в Алек­сандрии, учение которого даже внешне весьма похоже на пролог к Евангелию от Иоанна и вполне близко по содержанию. Однако автор писал это Евангелие на 80 — 100 лет позже Филона, и потому явно пошел дальше в своих заключениях.

Ст. 1. Что такое «логос» и откуда он попал в жизнеописание Иисуса, проповедовавшего на арамейском языке?

Древнегреческий языческий философ Платон в диалоге «Тимей» за пять веков до христиан пишет, что верховный бог творит мир через посредство «логоса», который является у него вторым богом. Одновременно с первыми христианами в Александрии жил религиозный философ Филон Иудей, который попытался совмес­тить учение Платона о «логосе», через который творится мир, с иудейской мистикой так, чтобы «логос» не рассматривался как «второй бог», а как производный от Бога атрибут, но это у него не слишком хорошо получилось. Влияние Филона на первых христи­ан отмечается всеми серьезными исследователями.

Евангелие от Иоанна как целое было написано приблизительно в 120-130 годах н.э. и теоретическая вставка в него («богословский пролог») в виде первых 18 стихов несет явный отпечаток споров гностиков о совместимости учения о творении мира в трактовке Торы и в трактовке язычника Платона.

Само греческое слово «о логос» может быть передано на русский язык как: «разум», «действие разума», «идея», «слово», «учение», «замысел» и т.п. Каждое из этих понятий может иметь множество переносных смыслов, интерпретаций, ссылок на какие-либо су­ществовавшие в момент написания богословские концепции. Пе­реводчики на европейские, включая русский, языки предложили уже господствовавшую в христианской среде трактовку «логоса» - именно как «слово». Такая трактовка имела место к моменту на­писания Евангелия в конце I века н.э. и была близка к идеям Фило­на Александрийского.

Нынешние христианские миссионеры следуют во многом этой древней трактовке, развитой сектами гностиков и школой неопла­тоников, согласно которой Иисус - несотворенное, а как бы произо­шедшее («рожденное») из недр Бога-Отца Его Слово. Изначально оно было бесплотно, но по их убеждениям верховный бог - «Бог-Отец» - творит мир не непосредственно Своим всемогуществом, а как бы через посредника-сотоварища - Свое Слово. Это Слово яв­ляется самостоятельным существом, но не «вторым богом», а как бы «вторым существом» единого Бога (по-гречески: «ипостасью»), единосущным с Творцом. -Правда, границы «сущности» не опре­делимы, и потому ничто не мешает целой группе богов, например, олимпийских, быть единосущными, ибо все они — боги хотя бы по своей божественной природе, и при этом они могут иметь раздельные личности и действовать вполне самостоятельно. Поэтому идея «единосущия Бога» при разных существах-ипостасях, можно сказать, вполне единосущна с философией Платона.

Таким образом, на вопрос, что такое слово Бога, мы можем от­ветить очень просто, без теософских построений: «В начале было слово: Будь!», поскольку далее речь идет о творении мира, т.е. речь идет не о слове-существе, а о слове - атрибуте Живого Существа - Творца миров.

Ст. 1 -3. Фраза «слово было у Бога» неточно переведена, посколь­ку в греческом оригинале стоит: «о логос ин прос тон Теон», что точ­нее перевести: «слово было обращено к Богу», или «принадлежало Богу»; [в церковнославянской Библии: «слово бе (было) к Богу»].

Фраза «Бог был слово» (греч.: «Теос ин о логос») является самой спорной во всем этом прологе, поскольку именно на ней христи­анские миссионеры основывают свои «богочеловеческие теории», и это единственная фраза во всем «Новом завете», которая может быть истолкована в таком смысле. Поэтому мы рассмотрим ее подробно: действительно ли следует в общем контексте пролога понимать ее буквально, а не аллегорически, и не возникнет ли про­тиворечия между буквальным ее прочтением и другими утвержде­ниями в этом же прологе и во всех Евангелиях? Действительно ли эта фраза соответствовала воззрениям апостолов Иисуса?

«Со II века н. э. между авторитетными богословами — "отцами цер­кви", как их называли — возникло серьезное разногласие относительно учения о Логосе — "Слове Божием". В результате сторонники строгого единобожия были сокрушены, а их литература уничтожена. К сожалению, сегодня вряд ли найдется хотя бы фрагмент из Евангелий, комментари­ев к ним, а также полемических писаний, принадлежавших сторонникам единобожия, кроме, быть может, нескольких цитат в сочинениях их оп­понентов...

Одним из выдающихся "отцов" восточных христиан был официальный церковный святой Ефрем Сирин... Известен также и другой сирийский автор - "еретик" Бар Дисан, живший на рубеже II и III вв. н. э. Оригиналы его произведений не сохранились. Остались только отрывки из его книг, цитируемые в трудах официального святого Ефрема Сирина, Иакова Несевийского и других несториан и яковитов... Вот что писал Ефрем Сирин в полемике с "еретиком" Бар Дисаном: «Горе тебе, о подлый Бар Дисан, так как ты читаешь Евангелие от Иоанна, что."Слово было Божиим" (Ин.1: 1). Ведь в Евангелии не так писано, но так: "Слово было Богом"».

Едва ли не во всех спорах о Логосе единобожники осуждались за ересь, так как, по мнению их противников, они, исказив Евангелие от Ио­анна, отвергают вечность и божественную личность «Слова». ...единобож­ники не приняли эти обвинения и вернули их "троичникам". На основании церковной литературы можно сделать вывод, что "троичников" всегда упрекали в том, что они исказили священную книгу»1(1 Проф. Дауд ''Мухаммад в Библии". С 20-22).

Из этого факта можно сделать вывод, что в первые века далеко не все читали рассматриваемый нами текст так, как он выглядит сейчас, и значительная часть читала его иначе, а именно: «Сло­во было Божьим» (греч.: «Теосос ин о логос»). У нас нет исто­рических документов, однозначно подтверждающих как ту, так и другую версию. Мы можем только утверждать, что в древности имел место спор о правильности прочтения этого текста, однако христианская церковь, ставшая государственной, отвергла вариант чтения «Слово было Божьим», анафематствовала его и всех, кто его придерживался. Анафема имперской церкви влекла за собой репрессии вплоть до смертной казни по приказам самого импе­ратора, носившего титул «первосвященник вселенной» («pontific maximus»).

Но официальная сторона, сохранившая все свои источники, тем не менее также не может привести ни одного древнего докумен­та, свидетельствующего, что прочтение фразы: «Слово было Бог», является первоначальным. - Ведь мы имеем только копии отде­льных фрагментов евангельских текстов не ранее середины II века н. э. без какого-либо знания, даже предположительного, о цепочке передатчиков этих фрагментов на протяжении нескольких десяти­летий! А по окончательной редакции евангельских текстов некото­рые изменения вносились до середины IV века н. э.

Поэтому даже самый факт наличия в V веке н. э. споров веду­щих богословов и экзегетов по правильности текста пролога Еван­гелия от Иоанна является для нас ценным свидетельством, что нынешний официальный текст не является аутентичным, т.е. соот­ветствующим первоначальному тексту именно в такой редакции. - Это лишь одна из версий.

И, наконец, данный пролог вообще не является словами Иисуса и является целиком и полностью сочинением неизвестного фило­софа-платоника первой половины II века! Считать этот текст сло­вом Бога у нас нет даже внешних оснований.

По Евангелию от Иоанна с самого начала Иисус предстает как практически бестелесное существо, лишенное человеческих ка­честв, небесное существо, принявшее человеческий облик почти призрачно, как ангел Яхве. Но и в этом облике он не совсем обыч­ный человек: он никогда не подвергается искушениям (не случай­но Иоанн опускает рассказ об искушении в пустыне от диавола), никогда и ни в чем не сомневается. С самого начала Иисус пред­ставлен нам как вечное существо.

Однако несмотря на все последующие теории, собственно из оригинального текста Евангелия однозначно не следует, что «логос» - это живое существо: второй бог или же второе, само­стоятельное живое существо-ипостась в недрах единого Бога! Это лишь одна из возможных трактовок или версий, несущая в себе явное противоречие: если «логос» - это Сам единственный Бог, то почему о «логосе» говорится как об отдельном существе и подчеркивается, что «оно было в начале обращено к Богу», прина­длежало Богу? Бог обращен Сам к Себе или Себе принадлежит? Бог Сам через Себя творит мир?

Вариант со «вторым», самостоятельно действующим богом мы и вовсе не рассматриваем, так как это явный политеизм, и полага­ем, что христиане должны от него отвернуться.

Поэтому нам представляется более близким к оригиналу и не­противоречивым толкование, в котором говорится, что в начале творения было слово «Будь!», и более ничего, поэтому слово и было обращено к единственному Существу, которое могло дать бытие этому слову - Богу, Творцу миров.

В этом слове был заключен весь план творения Богом мирозда­ния, которое должно полностью завершиться только после Судно­го дня спасением всех покорных Богу и созданием для них вечного Рая. По-славянски этот план называют Промыслом Божиим.

В мусульманской терминологии этому ближе всего термин «кадар», заключающий в себе идею предведения и предустановлен­ности Богом всего происходящего в мирах, включая достижение или удаление от цели, ради которой все и совершается. Отсюда наше прочтение текста, глава 1, стихи 1-13:

1. В начале мироздания было слово «Будь!», и это слово при­
надлежало Богу, и слово было Божьим.

2. Это слово изначально принадлежало только единственному Богу.

3. Всё мироздание через него начало быть, и без него ничто не начало быть, что начало быть.

4. В нем была предустанов­лена жизнь, и жизнь была свет человеков [греч.: «о фотос», для иудея, по-видимому: «шехина» - «присутствие Бога в мире», близко к му­сульманскому «баракят», «сакина»].

5. И свет во тьме (в мире, который еще не принял шехину-баракят) светит, и тьма не объяла его.

6. Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн.

7. Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о свете, дабы все уверовали в Бога чрез него.

8. Он не был самым све­том, но был послан, чтобы свидетельствовать о нем.

9. Был свет истинный, который просвещает всякого человека, при­ходящего в мир.

10. В мире был, и мир чрез него начал быть, и мир его не познал [грешники отдалились от Бога, и потому шехина-баракят от них отдалилась].

11. Пришел к своим (израильтянам), и те его не приняли.

12. А тем, которые приняли его, верующим во имя его, дал власть быть чадами Божиимн,

13. которые пи от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились [«сыновство Богу» - аллегория, оно дается всем не по природе, а символичес­ки, по аналогии покорности сына отцу при наличии желания покорить­ся].

Ст. 14. Христианские миссионеры полагают, что «логос», став­ший плотью - это «сын Божий», ставший богочеловеком Иисусом, т.е. это - вочеловечившийся Бог. Однако почему тогда автор Еван­гелия не написал просто: Бог стал плотью? Если на этом утвержде­нии держится все христианское учение, то почему евангелист го­ворит лишь о воплощении «логоса», но не Самого Бога («Теос»)? Еще большие вопросы возникают дальше.

Как совместить с вечностью и изначальностью Бога слово «стал»!Неужели Бог является Богом становящимся, изменяю­щимся, приобретающим во времени то, чего у Него не было рань­ше? Разве раньше у него был в чем-то недостаток?

На самом же деле достаточно заглянуть чуть вперед по тексту, а именно в стих 18 этой же главы, и всё станет ясно: «Бога не ви­дел никто никогда...». Если есть плоть, она доступна чувствам, потому она и плоть. Значит, Бог не есть плоть! Значит, ставший плотью «логос» не есть Бог!

Бог для нас всемогущ, а плоть - знак ограничения пространс­твом и временем. У кого есть плоть, тот не может быть вездесу­щим, он присутствует только в определенном месте в определен­ное время. Притом существует не вечно, ибо плоть когда-то начала быть, а Бог безначален и, будучи совершенным и абсолютным, не претерпевает никаких изменений. У Него нет никаких затруднений и препятствий с реализацией Его замыслов, а плоть - даже самая совершенная - по определению есть основа таких затруднений. За­чем Всемогущему устраивать «бег в мешке», когда Ему и так всё подвластно? Если Он Сам так захотел, то где Он Сам об этом ясно говорит, как говорил важнейшие истины через пророков: «Слушай, Израиль, слово Господа Бога...»?

Таким образом, мы имеем два взаимоисключающих толкова­ния единого текста: либо Бог, пусть в виде «логоса», изменился и стал плотью, т.е. ограничил Себя временем и пространством, и Его можно видеть, либо Он неизменен и всемогущ, и Его никто и никогда не видел. Миссионеры могут, конечно, жить с такими про­тиворечиями в голове одновременно - Бог им судья!

Однако искренне ищущий, а тем более правоверный человек должен опереться не более чем на одно из несовместимых положе­ний, сведя другое к частному случаю либо вовсе исключив. Поэ­тому подтвердим, что Бог «не становился», а один всегда и вовеки Тот же, тем более Он не становился Своим же творением — плотью. И теперь поразмышляем, каким образом и для чего стал плотью «логос», принадлежавший Богу?

Когда мир в лице избранной общины покорных Богу – Израиля отверг шехину Бога, понадобился избранник с особыми полномо­чиями от Бога для последнего вразумления отпавших. И Бог творит Иисуса сверхъестественным путем, подобно Адаму. Тем самым, существовавший изначально в предопределении Божественного разума план о последнем вразумлении «избранной общины», т.е. Израиля, актуализируется, слово Бога «Будь!» о ниспослании Из­раилю последнего пророка-увещателя становится реальностью, создает на земле сверхъестественным образом, без участия муж­чины, плоть и вселяет в нее существовавший в замысле Творца до акта творения дух особого посланника Всевышнего.

Таким образом, наше прочтение текста главы 1, стихов 14 - 17, таково:

14. И слово Божье о просвещении всякого человека было воплощено в жизнь: словом «Будь!» чудесно был сотворен избранник Бога, который обитал с нами, будучи человеком, исполненным благодати и истины; и мы видели славу Бога и свет присутствия Бога в этом избраннике, как единственном
рожденном женщиной без земного отца по воле его Отца Небесного.

15. Иоанн свидетельствует о нем и, восклицая, говорит: сей
был тот, о котором я сказал, что свидетельствующий после
меня о Мессии стал впереди меня, потому что был выше меня.

16. И от полноты его все мы приняли и благодать на благодать,

17. ибо закон дан чрез Моисея; благодать же и истина (для Изра­иля I века) пришли чрез разъяснившего закон Иисуса Христа.

Ст. 18. «Явил» - неверный перевод на русский! Слово «явил», т.е. сделал явным, явственным, может пониматься и как то, что Бог сделался явственно, эмпирически доступным, т.е. подводит под идею «боговоплощения». Однако евангелист употребил греческое слово «эксегисато»1 (1 От этого слова происходит «эгэегеза» - истолкование, извлечение смысла; "эгзегетика" - наука о тол­ковании .), которое означает открытие того, что до этого не было известно. Каждый пророк («наби» - открывающий тай­ное) открывает людям волю Бога, ранее им неизвестную, т.е. дает откровение о Нем. О каком-либо явлении, тем более - богоявлеиии, в тексте Евангелия речи не идет! Наше прочтение стиха 18:

18. Бога не видел никто никогда; рожденный по воле Отца Небесною Его избранник-пророк, но воле Бога проникающий в скрытую от других волю Творца, открыл то, что недоступ­ный для телесного зрения людей Бог захотел ниспослать.

Заключение

Так называемый «богословский пролог» к Евангелию от Иоанна написан последним составителем этого Евангелия изначально на греческом языке и, скорее всего - греком, прекрасно владевшим, в отличие от неграмотного израильского рыбака Иоанна Зеведеева, своим родным языком. По ряду исторических свидетельств, это произошло где-то между 120 - 130 годами н. э.

Теоретическим источником этого пролога служат иудейские «тайные книги» и еврейские народные предания, в которых изра­ильские праотцы изображаются существовавшими прежде созда­ния мира, похожими на ангелов, нисходящих к людям в человечес­ком облике ради спасения избранных. Это гностическое наследие было существенно расширено трудами Филона Александрийского (25 г. до н. э. - 48 г. н. э.), который попытался ввести в иудейскую картину мира понятие «логоса» из философии Платона.

Тем не менее «пролог» не содержит сам по себе однозначных утверждений о том, что Иисус Христос, сын Мариам, был Богом. Исключая толкования, при которых текст сам себе противоречит до абсурда, мы приходим к пониманию, при котором «пролог» мо­жет быть прочитан в рамках монотеизма.

Более того, неточность ряда положений «пролога» появилась лишь как следствие переноса иудейских понятий на греческий язык, на котором не было строгих монотеистических понятий и терминов. Греческое слово «теос» ассоциировалось тогда с веселя­щимися на Олимпе богами, а слово «логос» традиционно, уже не­сколько веков, для греков обозначало второго бога, через которого верховный бог творил мир.

Тем не менее самое простое и естественное понимание мы счи­таем правильным: В начале было слово: «Да будет Кун!».

Автор Евангелия однозначно не утверждает, что Бог изменился и стал тем, кем ранее не был, и тем более что Он стал плотью, огра­ниченной временем и пространством, и потому «логос» является у него вторым, качественно отличным от Бога-Творца субъектом.

Таким образом, мы столкнулись с возможностью двух взаимо­исключающих толкований евангельского текста: понимать «логос» либо как второго бога, через которого первый бог творит мир, либо как слово-повеление: «Да будет!», ставшее реализацией промыслительного плана («кадар») единственного Бога по творению мироздания и приведения его к вечному Раю.

Мы выбираем второе толкование. Израиль I века н. э. отверг благодать Торы, и потому посланник Иисус (мир с ним), создан­ный Богом сверхъестественно подобно Адаму и несший на себе благодать правильного понимания Торы, открыл Израилю I века н.э. последнюю волю Отца Небесного.

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ЕВАНГЕЛИЯ - ПУТЕВОДИТЕЛЬ К КОРАНУ

Итак, при ближайшем рассмотрении в текстах Евангелий есть намного больше общего с Кораном, чем кажется на первый взгляд. Евангелия пронизаны ожиданием пришествия Мессии, который исполнит те пророчества, которые не исполнились в земной мис­сии Иисуса Христа. Павел Тарсийский и его последователи истол­ковали это ожидание применительно ко второму пришествию Ии­суса, однако пророки предсказали, что милость Творца для миров будет явлена в потомке другого сына Авраама.

Апостол Павел написал удивительную вещь о законе Бога: «Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени при­шествия семени [Авраама], к которому относится обетование» (Тал. 3: 19). Те, кто следовал Торе, и те, кто следует Корану, считают, что закон дан всеведущим Богом малосведущему человеку; чтобы тот своим послушанием Создателю восполнял свои естественные не­мощи и незнание, чтобы не возгордился и не попытался поставить себя рядом со Всемогущим и чтобы постоянно помнил о своем Со­здателе и о Его милости. Первый Закон был дан Адаму и его жене еще в Эдеме, до всякого греха.

Павел утверждает, что: «Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Иисуса Христа. А до пришес­твия веры мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере. Ибо вы все — сыны Божий по вере в Иисуса Христа. ...ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа. ...если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа... Вы, оправдывающие себя законом, остались без Христа, отпали от благодати. А мы духом ожидаем и надеемся праведности от веры. Ибо во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью» (Гал. 3: 22 - 25; 4: б; 5: 2 -6).

Однако сам Иисус Христос, согласно Евангелию, учил прямо противоположному: «Не думайте, что я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все. Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Не­бесном. Ибо, говорю вам, если праведность ваша не превзойдет правед­ности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное. Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подле­жит суду» (Мф. 5: 17-22).

По Иисусу, закон нужно соблюдать еще строже, включая в рам­ки его действия не только совершенные социальные поступки, но и явно выраженный настрой их совершить (например, «гнев»). И реальные ученики Иисуса, включая Иакова, одного из 12 апосто­лов и одного из трех любимых учеников, до самой своей смерти соблюдали Тору еще строже, чем иудеи, отвергшие миссию Иису­са.

Павел обосновывает свое утверждение об отмене Закона Бога наступлением царства «усыновления» и «обретением наследства», обещанного Аврааму. Но ведь такое может произойти только после конца этого света и Суда, на котором решится, кто какое наследие в вечной жизни заслужил! Фактически - это Царство Бога в Раю.

Конец света и до сих пор еще не настал. Однако для Павла он как бы уже настал — он учил, что ни он, ни его ближайшие спод­вижники физически вообще не умрут, но будут встречать Иисуса в его втором пришествии, сидя на облаках: «Мы, живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших; потому что сам Гос­подь при возвещении, при гласе архангела и трубе Божией сойдет с неба, и мертвые во







Последнее изменение этой страницы: 2019-08-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.240.31 (0.026 с.)