ТОП 10:

Росси противоречит законам золотого свитка



Навриборода, нервно дёргая ногой и постоянно поглядывая на часы, ждал, когда гостья закончит своё повествование. Чувствуя недовольство смотрителя, старушечка поумерила свою фантазию и, вручив наискромнейшему кусок забора, наконец-то спустилась с помоста. Слушатели одарили её бурными овациями.

Собственным выступлением Задворья осталась очень довольна, а смотрителю такой горячий приём не понравился. Несколько раз, кашлянув в кулак, он медленно, с расстановкой, продолжил собрание:

- Когда великан по имени Светодарец протянул мне золотой свиток, как это изображено на внутренней стене храма, то сказал: «Он один на целом свете, нет подобного ему. Поэтому только ты, Навриборода, за твою наискромнейшую скромность удостоился принести его на землю людям».

Вживую великана Светодарца наискромнейший не видел никогда. Он даже не знал, существует великан или нет, но, как и Задворья, был крайне предприимчивым.

- О, великий, - закричали посетители храма, - нет подобного тебе! Нет подобного золотому свитку! – И стали кланяться Наврибороде, а потом - хрустальному саркофагу, стоящему в центре зала, в котором лежал свёрток золотой фольги.

Выждав несколько минут, смотритель, попросив людей замолчать, продолжил:

- Давайте закрепим в памяти важнейшие законы, подаренные нам золотым свитком. Раздел первый. О том, что нельзя:

Нельзя смотреть в небо, друг другу в глаза.

Нельзя мечтать и праздно жить.

Нельзя думать больше того, о чём велят.

Нельзя улыбаться и быть не таким, как все.

Нельзя перешёптываться, собираться в группы, а также обвинять правительство во лжи или несправедливости.

Нельзя покидать пределы страны и иметь тайны.

Всё ради нашего счастья, покоя и безопасности.

- Чушь собачья, - еле сдерживаясь, чтоб не закричать, возмутилась Росси.

Но Карик дёрнул её за рукав:

- Здесь не место доказывать правду, возьми себя в руки.

Наслаждаясь вниманием слушателей, Навриборода продолжал:

- Раздел второй, о том, что должно:

Всякого, кто посмотрит вверх, ждёт тяжёлая, мучительная смерть от колдовского взгляда химер, обитающих по ту сторону неба. Поэтому, должно смотреть всегда вниз.

Должно работать на благо страны до изнеможения, чтоб глупость не лезла в праздную голову.

Должно не раздумывать, а подчиняться.

Должно восхищаться любой заботой правительства, потому что оно непрестанно думает о том, как сделать народ ещё счастливее.

Всё это и многое другое написано перстом великого Светодарца, чтоб, точностью исполнения параграфов, каждый из вас удостоился титула скромнейшего и мог остаться человеком, а не превратиться в мерзкую жабу, призванную все свои оставшиеся дни праздно квакать в дурно пахнущем болоте.

Хотя речь Наврибороды была очень красноречивой и вызывала у слушателей много эмоций, юное сердце Росинки наполнилось таким негодованием, что она, не задумываясь о последствиях, закричала:

- Люди, кто-то же должен остановить эту ложь и сказать вам правду! - всё внимание присутствующих в один момент перенеслось на девочку.

- Да? - доверчиво спросил стоящий рядом прихожанин и приготовился ловить каждое сказанное слово.

Головы присутствующих повернулись в сторону детей, а глаза с любопытством уставились на Росси.

- Тот великан, который сотворил нашу землю, вовсе не такой, каким описывает его господин Навриборода, – сказала Россинка. Её голос был смелый и решительный, потому что она знала, о чём говорила. - Он добрый и любящий. А сочинитель свитка больше похож на лживого, трусливого диктатора, чем на всемогущего волшебника. Тот, кто сотворил солнце, море, животных, всё, что мы видим, очень любит нас и ценит нашу свободу. Даже тогда, когда люди отвергли его, он не стал навязываться или мстить, а просто простил и стал ждать. Если не верите мне, поверьте чуду - этой книге!

Не раздумывая, девочка достала из кармана подарок Хозяина Света, а потом, открыв его, подняла вверх.

Мигом помещение храма наполнилось сиянием. Каждый стоящий в зале услышал голос, обратившийся лично к нему:

- Я люблю тебя. Никто не властен над твоей свободой, только ты сам. Я люблю тебя такого, какой ты есть.

Это был голос великой безусловной любви, которая сострадает и дорожит, а не использует и превозносится. Это был голос всемогущего, держащего землю в своих руках, но оставившего все свои притязания на её жителей, ценя свободу их выбора.

Кто-то задумался, кто-то стал плакать, а кто-то закипел от гнева и ненависти.

- Держи девчонку, - стукнув кулаком по кафедре, закричал Навриборода, - она украла у меня волшебную книгу!

- Держи её, - завизжала Бенькина бабушка.

- Не позволяйте себя обманывать! Смотреть в небо или не смотреть, мечтать или нет, верить или не верить - это ваш выбор, - продолжала Росси, Карик схватил её за руку и потащил на улицу. – Тот, кто правит страной Гроз, боится, что народ узнает правду! Вы имеете глаза, чтобы видеть, уши, чтобы слышать, мозги, чтобы думать. Поэтому думайте, мечтайте и никому не позволяйте внушать вам ложь!

- Да что вы все стоите, как брёвна, - заорал наискромнейший, - это злая колдунья, подлая воровка…

- Заграничная гипнотизёрша, - проскрипела Бенькина бабушка.

- Хватайте их, это не дети, а шпионы иностранной разведки!

Но никто из присутствующих даже не пошевелился.

Тогда Навриборода, расталкивая посетителей локтями, пошёл сам. Задворья поплелась за ним.

Росси, наконец-то, перестала упираться, позволив Карику вывести её на крыльцо. И как раз вовремя. К храму, размахивая дубинками, во всю прыть бежала полиция.

 

 

Коварство Мегеры Адовии

У Мегеры Адовии, то есть Люцирии, дела шли хорошо, даже очень. Все её радовали: продажные депутаты, сластолюбивая охрана, лёгкие на околдовывание министры и даже необразованная чародейка-тётушка. Только вот президент – не очень. Он что-то заподозрил и, поэтому, Повелительнице пришлось нанести ему внеплановый визит.

Подобно хищной птице она взлетела по ступенькам правительственного здания в направлении приёмной главы государства. Шизильда, подворачивая каблуки лакированных туфель, молча плелась за ней, ещё не подозревая о том, что племянница будет делать в кабинете президента, из которого вернулась несколько минут назад. Решив, что добраться на лифте будет быстрее, чем спотыкаться пешком на второй этаж, тётушка пошла искать лифт. Пока она его находила, а потом каталась, узнавая нужный этаж, Люцирия много чего успела сделать: разбить об стол в приёмной несколько горшков с цветами, порвать платье секретарше, поссориться с президентом, в порыве гнева раскрыв ему все свои планы по захвату власти.

- Ах, вот как. Я об этом догадывался, - сказал президент, - только недооценил ваше коварство и возможности. Сегодня же жители страны Лучезарных Дней узнают, о том кто вы есть на самом деле и вас отдадут под суд.

- Меня?! – ехидно переспросила Повелительница. – Под суд? Не смешите, суд куплен теми самыми деньгами, которые я предлагала вам. К тому же, у вас нет доказательств.

- Есть, - смело произнёс глава государства, хлопнув рукой по столу, - уже есть, в одном из ящиков этого стола. Не все так бессовестны, как вы.

- И кто же они эти совестные негодяи? – вскипела Мегера Адовия.

- На суде узнаете, - сдержанно ответил президент.

Женщина перешла на зловещий шёпот.

- Я сама себе суд и тебе тоже.

Её глаза засветились огнём преисподни. Если бы не наконец-то подоспевшая Шизильда, от главы государства и его письменного стола осталась бы кучка пепла.

Кулак тётушки бесцеремонно влетел в спину племянницы:

- Не глупи-шта, в приёмной тебя-шта видели. Дай мне-шта.

Тело Шизильды задрожало, как осиновый лист. Каблучки лакированных туфель застучали о паркет. Глаза уставились в потолок. И женщина стала колдовать, нашёптывая непонятные фразы.

Но древняя магия против главы государства оказалась бессильной.

Тогда в ход пошли хитрость, коварство и подлость племянницы.

На следующий день президент был арестован подкупленным Повелительницей тьмы генеральным прокурором страны Лучезарных Дней. Прокурор придумал, в чём обвинить главу государства, чтобы освободить путь Мегере Адовии к президентскому креслу. А доказательства, которых так боялась Люцирия, из письменного стола президента, как ни странно, куда-то исчезли.

В синем небе над страной Лучезарных Дней стали собираться чёрные тучи.

 

Шпионы иностранной разведки

По личному приказу президента на поимку детей были брошены все полицейские подразделения страны Гроз. Раздражённая полиция ходила по улицам городка, угрожающе держась за дубинки, арестовывая подозреваемых и допрашивая возможных свидетелей. Полицейские участки наполнились доносчиками и обвиняемыми.

По окончании торжественной мессы в храме Величия, город словно сошёл с ума: все кого-то искали, чего-то боялись, за кем-то гонялись, о чём-то говорили, перешёптывались, на кого-то доносили и что-то сочиняли в своё оправдание.

К счастью, ещё перед всей этой неразберихой Карик и Росси успели покинуть пределы жилых кварталов и укрыться в песчаном карьере загородного пустыря. Полиции так и не удалось их отыскать.

День клонился к вечеру. Тусклое, неровное по краям солнце медленно, но уверенно ползло вниз за горизонт. Вскоре на землю опустились долгожданные сумерки. Запели хоралы сверчков, и завыл на размытую луну, словно на одинокую судьбу, бездомный бродяга-пёс.

Ребята вышли из укрытия.

Одежда, в которую они были одеты, уже не так бросалась в глаза, к тому же была вывернута наизнанку, менее яркой стороной наружу. Россины голубые бриджи в темноте вообще не выделялись, а от яркой клубники на жёлтой футболке осталась одна лишь вышивка. Полосатые шорты Карика настолько выпачкались, что казались почти однотонными, чёрными или, по крайней мере, коричневыми. А оранжевая майка исчезла, превратившись в маленький свёрток под мышкой.

С каждой минутой на безлюдном пустыре становилось всё темнее. А в городе маняще светили уличные фонари и одно за другим зажигались окна квартир.

- Где же нам искать эту Зеленушку? - задумчиво спросил Карик, отбросив со лба волнистую чёлку.

- Может, подойдём ближе к домам, - предложила Росси, - здесь всё равно спрашивать не у кого, разве что у собак.

На первой от пустыря пятиэтажке голубым светом светилась надпись: «КАФЕ». И так как на улице кроме пьяного мужичка, орущего песни, не было больше ни души, ребята решили зайти.

В кафе было всего лишь несколько посетителей. Бармена это видно очень расстраивало. Он сидел на пластмассовом стульчике, подперев рукой голову, и нервно стучал пальцами по стойке, на которой стояла тарелка с двумя высохшими бутербродами. По телевизору, висевшему над его головой, показывали вечернюю программу новостей.

- Что вам надо? – раздражённо произнёс он, кинув недоброжелательный взгляд на детей.

- Мы бы хотели только спросить… - начал Карик и остановился, увидев на телеэкране то, что происходило днём в храме Величия, только не всё по порядку, а как-то по частям, вперемешку.

Сначала появилась Росси и стала кричать басом: «Глаза, чтобы видеть, уши, чтобы слышать…». Потом камера показала предобрейшее лицо Наврибороды, а вслед за ним, как бы невзначай, мельком, опять Росси с дико выпученными глазами и перекошенным ртом. Потом на экране появился он, Карик, с видом психически больного человека.

Закадровый голос тревожно, с расстановкой, произнёс:

« Это не просто наивные дети. Это - шпионы иностранной разведки, разносчики смертельной заразы, воры и террористы! Сейчас они, быть может, подкрадываются к вам, чтобы льстивыми словами уловить вас в свои пагубные сети, а потом использовать в своих интересах или же убить. Если вы видели их или знаете, где они находятся, срочно сообщите в ближайший полицейский участок. Будьте бдительны!».

Взгляд Карика переметнулся на Росси. Она стояла, как вкопанная, и тоже смотрела телевизор, а бармен в это время тихонечко снимал телефонную трубку.

- Дзинь, - брякнул рычажок.

Мужчина понял, что его заметили, но трубку не бросил.

- Неужели вы поверили, что всё это правда, - грозно спросила его Росси. Бармен сначала быстро кивнул «да», потом резко «нет». - И теперь вы сдадите нас полиции просто потому, что услышали, что мы шпионы?

Мужчина покраснел, но не от стыда, а от множества мыслей, которые завертелись у него в голове.

- А почему я не должен верить новостям, может быть и правительству нельзя верить? – наконец-то выдавил он, найдя нужную мысль, и стал набирать номер.

Дети побежали на улицу.

Очень быстро к пустырю подъехало несколько полицейских машин с включенными сиренами.

- Ничего, - сказала Росси, ускоряя бег, - из любой безвыходной ситуации есть выход! И мы его найдём!

Карику это заявление показалось излишней самоуверенностью.

Вдруг в темноте он отчётливо увидел несколько приближающихся фигур. А потом услышал громкое сопение и знакомый голос:

- Росси, это ты?!

- Да, я, - ответила девочка.

- А парень, не помню как его там…

- Карик.

- Да, Карик, тоже с тобой?

- Со мной.

- Тогда всё отлично. Это я, Кузнечик, - представился голос, не прекращая сопеть, - а это мои друзья. Бегите за нами, в нашей резиденции есть надёжное укрытие. Не то что полиция, а родные папа с мамой не найдут вас.

Спрятав Карика и Росси в «подземном бункере» своей «резиденции» размещённой в одном из оврагов, Кузнечик, как ни в чём не бывало, сел с друзьями пить чай. Вместо кружки у него была пустая банка из-под консервов, впрочем, как и у его товарищей, вместо кресла – шина грузовика, вместо газовой плиты и камина – костёр, а «подземным бункером», своеобразной кладовой, служило несколько вкопанных в грунт железных бочек с крышками. Примитивно, зато всё своё.

Среди друзей-подростков Кузнечик был самым старшим, ему недавно исполнилось 14. Поэтому он по праву занимал в «резиденции» самое почётное место: на ржавой крышке одной из бочек «подземного бункера», рядом с костром.

Вскоре налетела полиция и стала забрасывать ребят различными вопросами, грозясь арестом и колонией для несовершеннолетних.

Кузнечик признался, что какие-то странно одетые дети не так давно интересовались месторасположением городской водокачки. Но по причине того, что в овраге телевизора нет, никто не понял, что это переодетые шпионы. А если б городские власти заранее поставили в овражке телевизор, то друзья-бродяги, конечно же, не задумываясь, поймали бы этих типов и отдали в руки правосудия.

Полицейские слушали-слушали, а потом, так и не поняв, при чём здесь городские власти и телевизор, вернулись к своим автомобилям. Через минуту караван полицейских машин с включенными сиренами понёсся к городской водокачке, в совершенно противоположную сторону от реки Зеленушки.

А Карик и Росси, окружённые весёлой компанией одетых в одежду несвоего размера

подростков, отправились к тётушке Жасминке.

 

Колпак задрожал

Если б ребята могла видеть в темноте, то восхитились бы этой прекрасной извилистой речушкой, которую в народе ласково прозвали Зеленушкой. На её берегах, низко склонившись над водой, росли ивы и сочная высокая трава - мечта каждой коровы.

Перебираемый ветром тихо шелестел камыш. Громкоголосые лягушки наквакивали свою колыбельную уснувшим до рассвета кувшинкам.

От города к реке тянулась длинная улочка частного сектора. Самый последний дом стоял, обособившись, на берегу. В нём и жила Жасминка.

Для бездомных детей-сирот она была больше чем другом. Её любящее сердце могло вместить нужду и проблемы каждого, а мудрый совет неоднократно выручал из беды.

Два раза в день она устраивала в своём доме мини-столовую, где каждый голодный мог получить порцию горячего супа или каши. За это подростки-бродяги были ей очень благодарны.

Пригласив Карика, Росси и Кузнечика в дом, Жасминка тут же заперла за ними дверь, а потом, предложив чистую одежду, побежала суетиться на кухню.

Ребята с большим удовольствием переоделись. Одежда была им велика, зато не выделялась и не бросалась в глаза.

Внимательно выслушав историю о приключении своих гостей, женщина усадила их за стол ужинать, а сама, сев рядом на табурете, стала пояснять:

- Всё, что произошло сегодня в храме Величия, в прямом эфире видела вся страна. Вот почему правительство так обеспокоено. Росси открыто выступила против лжи и сообщила жителям страны Гроз об их праве на свободу. Сейчас газеты, радио, телевидение стараются исправить ошибку, уверяя всех в том, что вы – шпионы иностранной разведки, разносчики ужасной психической болезни. Но не переживайте, немногие в эту ложь поверят. Недавно один храбрый учёный сообщил то, о чём многие уже сами догадывались, что страна Гроз находится под странным сверхъестественным колпаком, который состоит из обмана.

- Ах… - ахнул Карик, положив кусок котлеты обратно в тарелку, - А вы его видели? –

- Конечно. Ты думаешь, что Колпак можно увидеть только со стороны? Нет, он и здесь хорошо виден. Только кто-то предпочитает его не замечать, чтобы совесть не мучила; кого-то Колпак устраивает, потому что приносит выгоду. Ну, а есть и те, кто просто боится посмотреть в небо, чтоб не нарушить важнейший закон золотого свитка.

- А кто его придумал? Как из обычной неправды можно что-то сделать? – поинтересовалась любопытная Россинка.

Жасминка улыбнулась и пожала плечами:

- Не знаю. Но учёный каким-то образом узнал. Сначала он вынес предположение и даже каким-то образом успел опубликовать его в газете, что вокруг страны Гроз существует некая оболочка, похожая на колпак. Предполагалось, что это защитное поле от монстров-насекомых. Но потом учёный сделал очередное открытие и сообщил, что Колпак вовсе не защита, а обман. Человеческая ложь, клевета, несправедливость, в-общем всё то, что можно назвать неправдой, концентрируется вокруг страны, из слов становясь твёрдой материей, а потом превращается в кривой прозрачный купол. После этого заявления учёного оклеветали, обвинив в шпионаже, и сослали на каторгу. Но, как мне известно, от своих слов он не отрёкся, даже заявил, что имеет неоспоримые доказательства.

- Да… - задумчиво произнёс Карик, почесав затылок.

- Значит, - стала размышлять Росси, гребешком расчёсывая запутанные волосы,- чтоб этот купол исчез, надо всем перестать лгать?

- Наверное, - кивнула женщина, - вполне возможно. Только сделать это трудно – мало найдётся желающих. Кому захочется признать себя лжецом? Вот соседа – да, себя – нет.

Тут Кузнечик воспротивился:

- Извините, но я с вами не согласен. К каждому вранью, то есть лжи, надо подходить особо. Если оно было для добра, то это не враньё вовсе. Если же - для зла, то это как раз то, с чем нужно бороться. Как в случае с полицией. Если бы я полицейским сказал правду, и они бы вас арестовали, то сделал бы зло. Но, так как соврал - вышло добро.

- А ведь можно было поискать другой выход, - обличил его Карик, - ты просто привык врать и в другую сторону даже не смотрел, - обличил его Карик.

- Смотрел или не смотрел, какая разница. Я сделал добро и всё тут! – возмутился парень, слегка обидевшись. – И вообще-то я ещё не договорил: есть ещё ложь нейтральная, ни пользы от неё, ни вреда. Или же ложь в наказание, чтобы наказывать негодяев и подлецов.

- Нет, - вмешалась Жасминка, лицо её было серьёзным и одновременно добрым, - ложь всегда есть ложь, под какой бы она маской не пряталась и какими мотивами не прикрывалась. Ты врёшь – тебе врут. Ты осуждаешь несправедливо, вокруг тебя и по отношению к тебе будут делать тоже. Мы привыкли рассуждать так: если это делают другие, то почему мне нельзя!

- Конечно, - согласился Кузнечик.

- Но на ком-то всё это должно остановиться! – вставил Карик.

- А почему на мне?! – вознегодовал парнишка. – Пусть сразу на всех!

- Такого не бывает.

- Да чего ты ко мне привязался, главный что ли?!

Росси смотрела на всё, слушала, а потом, поняв, что без совета всемогущего волшебника не обойтись, достала из кармана рубашки золотую книжечку.

- О,- воскликнул Кузнечик, - можно я открою? – и, не дождавшись ответа, выхватил её из рук девочки.

Книга засветилась изнутри и, увеличившись в несколько раз, прошелестев страницами, открылась.

Парень ахнул от удивления, чуть не выронив её из рук, а потом покраснел, прочитав про себя первые строки. Как ни странно, они были обращены лично к нему. Далее Кузнечик стал читать вслух:

Колпак – это ложь людей и твоя,

Ею окутана ваша страна,

Какой бы ни был цвет у неё,

Она превратится в кривое стекло.

Золотая пыль, кружась в воздухе, с хрустальным звоном падала на страницы, собираясь в буквы, слова, строки. Кузнечик, не отрывая глаз, читал и читал.

Ты от неправды хотел убежать,

Но ложь поселилась внутри,

Ты её раб, заключённый и страж –

Выгони, впредь не держи!

Вновь укрепляя ложью Колпак,

Ты делаешь то же, что все,

И стонешь, и плачешь, не в силах держать

Меч истины в своей руке.

Воспрянь, поднимись, вызов брось Колпаку!

Всем любящим истину я помогу!

И тут до парня дошло, что всей своей жизнью, словами, поступками он помогал возводить над страной Гроз Колпак, от которого сам же страдал. Взглянув глубоко в своё сердце, Кузнечик увидел, что Колпак не только снаружи, но и там, внутри. Парнишке стало нестерпимо больно, он застонал:

- Я не хочу так дальше жить… - а потом, подняв лицо кверху, перешёл на крик. – Я ненавижу Колпак! Я ненавижу врать, я не буду больше красть, не буду лицемерить и выгораживать зло! Никогда! Я хочу быть свободным! Свободным и правдивым всегда!

Его голос с каждым мгновением становился всё увереннее и сильнее, превращаясь в ударную волну. Бах!!! И Колпак вокруг сердца Кузнечика рассыпался в прах. Бах!!! И в небе над страной Гроз появилась хоть и небольшая, но очень глубокая трещина. Бах!!! Колпак задрожал, предчувствуя скорую гибель.

 

 

Неожиданный арест

Ночью Россинка спала крепким и сладким-пресладким сном. Ей снился её отец, как будто он был не за территорией Колпака, а здесь, рядом с ней и Кариком.

В его присутствии девочка всегда чувствовала себя спокойно, уверенно, как за каменной стеной. Любящий взгляд Левина, могучие плечи, сильные, ласковые руки не оставляли сомнения в том, что там, где он, с дочерью не приключится никакой беды - победа гарантированна.

Карик во сне что-то говорил, за кем-то гнался. А Кузнечик улыбался, ему было так легко и радостно, как никогда в жизни.

Как только на востоке начало светлеть небо, в дом Жасминки громко постучали:

- Откройте, полиция!

Встревожившись, женщина, пошла открывать.

На пороге стоял полицейский с круглым лицом и, прикрывая рот проштампованной бумажкой, зевал. За его спиной шаркал ногами и покашливал в кулак человек-невидимка.

- Одевайтесь, гражданочка, поедите с нами, - вяло произнёс полицейский.

- А с какой стати? – удивлённо спросила женщина.

- Вы арестованы, - сказал невидимка и высунул из-за плеча впереди стоящего свою абсолютно лысую голову.

Поднятый воротничок серого пальто, затемнённые очки засвидетельствовали о том, что он «опытный» полицейский шпион.

Жасминка растерялась:

- Арестована? А в чём же меня обвиняют?

- Вы обвиняетесь сразу по нескольким статьям, - без особого интереса стал объяснять полицейский. – Первое - в нарушении шести пунктов закона золотого свитка. Второе – в работе на иностранную разведку. Третье – в получении из-за границы средств на подрыв деятельности нашего государства.

- Якобы для кормления бездомных, - хихикнул шпион. – Где берёте деньги, а, гражданочка? И деньги немалые!

- Но это же неправда, – стала оправдываться Жасминка, - я сама их кормлю, да добрые люди помогают кто чем.

- Не перебивайте, - держа руки с бумажкой на животе, скомандовал полицейский: - И четвёртое. Вы обвиняетесь в незаконном использовании труда малолетних.

Жасминка опешила.

- Мы раскусили вас, гражданочка, - довольно запел за спиной полицейского шпион-невидимка. – Никто ничего не делает просто так. И вы не исключение. Признайтесь, чистосердечное признание смягчит вашу участь, какую цель вы преследовали, бесплатно кормя детей?

Женщина непонимающе молчала.

- Молчите?! А я про вас всё знаю. Вы голодных детей за кусок хлеба хотели купить загранице, из доверчивых подростков состряпать безумных террористов. Как вам не стыдно… - укоризненно произнёс шпион и, показавшись, наконец, во весь рост, пошёл заглядывать в комнаты. – А, может быть, вы от нас ещё кого-то или что-то прячете?

Сердце Жасминки дрогнуло.

Зайдя в комнату, где спали мальчики, мужчина выбежал с пистолетом в руках и, крикнув: « Они сбежали!!», - бросился в спальню к Росси.

Послышался крик, возня, звон стекла.

Полицейский в форме, недолго думая, поспешил на помощь.

К счастью, вовремя сообразив, мальчики успели убежать. Если б не разложенные на полу матрасы, измятая постель, открытое окно, шпион бы ничего не заподозрил.

Но Россинка так и осталась в комнате крепко спать на своей постели.

- Вот кого вы от нас скрывали, - тряся девочку за руку сказал мужчина Жасминке, - преопаснейших для нашей страны преступников - шпионов иностранной разведки.

- Это не шпионы, - сказала женщина, покачав головой, - это дети.

К обвинению добавили ещё одно, пятое – помощь врагам государства Гроз. И на трудолюбивые руки Жасминки полицейские надели наручники.

 

 

Собрание в «резиденции»

Как только кривое, искажённое Колпаком солнце поднялось над горизонтом, бродяги-подростки, все, кто услышал весть об аресте Жасминки, собрались в овражке «резиденции».

Их было настолько много, что Карик удивился:

- Ничего себе! Они что, пришли сюда со всего мира?

- Нет, - ответил Кузнечик, окинув собравшихся взглядом, - со всего мира не успели бы. Одна половина – местные, а другая, так сказать, временные посетители этой окрестности. Мы же бродяги! – пояснил парень и обратился к толпе. - Слушайте все! Вы конечно уже знаете, что Жасминка арестована и негодуете по этому поводу. Но я собрал вас не для того, чтобы возмущаться и причитать, а для того, чтобы уничтожить Колпак.

О существовании Колпака ребята знали из рассказов очевидцев, побывавших за пределами страны Гроз.

- Хватит заливать! – выкрикнул смельчак в круглой дырявой кепке. – Уничтожить колпак?! Мои глаза свидетели - это невозможно!!

- Ты, Гриб, не перебивай, а лучше послушай, - спокойно продолжил Кузнечик, сняв и бросив грязную, тяжёлую куртку на землю. – Учёный, которого недавно обвинили в работе на иностранную разведку, а потом сослали на каторгу, был прав. Нашу страну окружает материализованная человеческая ложь, твоя и моя. Поэтому некого винить в том, что Жасминка и девочка, обличившая Наврибороду в обмане, арестованы - это произошло по нашей вине. Своим враньём, воровством, клеветой мы возвели над страной Гроз Колпак, и получили взамен, хотели мы этого или нет, - несправедливость по отношению к нам. Но, хватит!! Хватит неправде господствовать над нами!! Пора измениться, стать честными с самим собой и с другими! Как слова нашей лжи построили Колпак, так пусть слова нашей правды разрушат его!

Кузнечик говорил решительно, размахивая руками. Ребята внимательно слушали и, в знак согласия, кивали головами. Только некоторые молчали. Они не могли поверить, что всё так просто и не хотели признать себя виновными в той несправедливости, которую сами ненавидели.

- Ты предлагаешь нам измениться, перестать врать, воровать. Но сначала докажи, что на самом деле всё так и есть? Вдруг мы перестанем врать, а ничего не изменится? – выкрикнул Гриб. К нему подключилось ещё несколько парней и девчонок. – И вообще, в нашей стране ложь - это благое дело, без неё не проживёшь!

Кузнечик не стал отвечать, он с досадой вспомнил, как сам задавал подобные вопросы Жасминке. Но тогда у Росси была волшебная книга. А сейчас что?

Тут Кузнечик услышал, как кто-то его позвал:

- Луни! Луни! У меня для тебя есть подарок!

Обернувшись, паренёк увидел одетого в странную сверкающую одежду незнакомца.

- Откуда ты взялся? – удивлённо спросил его Кузнечик.

В ответ незнакомец загадочно улыбнулся и, протянув гитару, сказал:

- На, Луни, играй! Это твоё оружие.

- Откуда ты знаешь моё настоящее имя? С тех пор, как умерли родители, меня все называют Кузнечиком.

- Тот, кто послал меня к тебе, сказал мне об этом, - ответил посланник. – Он видит каждый твой шаг, знает каждую твою мысль. И то, что ты, наконец, сделал выбор, радует его. Помни, пока ты принадлежишь истине, зло не превозможет тебя!

- А как его имя?

- Хозяин Света. Ну, бери же, играй!

- Что? – недоумевающее спросил Кузнечик.

- То, что услышишь в своём сердце, - сказал незнакомец и растворился в воздухе.

- Ты видел!! – восхищённо крикнул паренёк Карику, стоящему в первом ряду толпы.

- Все видели, - ответил мальчик.

- Давай играй, - пробасил Гриб.

Над овражком нависло молчание. И всё, что Кузнечик хотел сказать словами, он стал играть, а потом петь:

Я выбираю не врать, я выбираю любить!

Я выбираю не красть, я выбираю простить!

Я выбираю кричать, чтобы услышали все:

Этот колпак не для нас! Это зло выгодно тьме!

Золотые струны небесной гитары звенели, отдавая музыку ветру. И он, подхватив песню, разнёс её, как аромат цветущих садов по всей стране Гроз. Когда Кузнечик закончил петь, в самых дальних районах она ещё звучала, неся перемены в уставшие от лжи и несправедливости сердца.

В то утро подростки резиденции приняли решение начать новую жизнь, где не будет места неправде, где единственным оружием против царящего в стране зла будет истина. Вскоре к ним присоединились все ненавидящие ложь в любом её проявлении.

Уже к полудню Колпак покрылся трещинами, как паутиной. Но ещё держался, потому что черпал силы у тех, кто не хотел менять свою жизнь, кому неправда была выгодна.

 

 

Росинка на допросе

В камере следственного изолятора Россинка сидела одна одинёшенька и, вздыхая, думала о Жасминке. Что теперь с ней будет? По законам страны Гроз женщине грозила пожизненная каторга. Кто-то сможет её спасти? Почему Хозяин Света не вмешался?

Мысли сменяли одна другую и тут, словно девочка опять открыла волшебную книгу, которой, к большому сожалению, сейчас при ней не было, в голове зазвучали строки:

Вам надо пройти этим странным путём,

Чтоб там, где томятся в неволе,

Живущим под лживым кривым колпаком,

Свет истины воссиял вскоре.

Разрушится рабство, и цепи падут,

Свободу все пленники лжи обретут!

- Если Хозяин Света это обещал, значит, так будет! – вслух сказала Росси самой себе, и обрадовалась. - Жасминка будет на свободе!

Сквозь решётку на окне под потолком в тёмную, угрюмую камеру прорывалось солнце. Оно как будто шептало:

- Надо будет, и великий волшебник превратит мои яркие лучики в золотые ступени, по которым ты выйдешь из тюрьмы на свободу. Но пока не время! Ты должна совершить этот «странный путь».

Путешественница встала, закатила рукава старой мужской рубашки, в которую была одета. Потуже затянула верёвку на широких серых брюках, а потом принялась расхаживать взад-вперёд, размышляя о «странном пути».

Щёлкнул замок, рыкнул засов и в камеру вошли два человека больше похожих на космических пришельцев, чем на людей. Сквозь стёклышки в резиновых противогазах виднелись только их глаза. Тяжёлое дыхание смешивалось с шелестом громоздких комбинезонов, скрипом деревянного пола под увесистыми ботинками и писком многочисленных приборов привезённых в металлической тележке.

После тщательного исследования атмосферы в камере, записи и подсчётов показаний на дозиметрах один из «пришельцев», сняв с головы противогаз, крикнул в коридор:

- Радиоактивный фон без изменений, наличие каких-либо излучений, испарений не выявлено. Можно входить.

В приоткрытую дверь протиснулся профессор медицины в белом колпаке и халате до самых пят. Удивлённо взглянув на девочку, он спросил:

- Так это и есть та самая шпионка?

- Так точно, доктор, - ответил человек без противогаза.

Профессор с опаской подошёл к Росси и, надев на нос очки, стал пристально разглядывать.

После обследования кожи, глаз, языка «шпионки» он воскликнул:

- Удивительно, но это обычный ребёнок и притом абсолютно здоровый!

- Вы уверены? - послышались голоса за дверью.

- Абсолютно, - весело сказал доктор и, сложив в нагрудный кармашек очки, вышел.

Он был счастлив, что всё так прекрасно закончилось. Ему не пришлось спасать мир, а также самого себя от смертельной заграничной заразы.

- Можно входить? – спросил один из голосов за дверью.

- Входите, - смело ответил человек в комбинезоне химзащиты.

Дверь камеры широко распахнулась и оба «пришельца», сунув под мышки противогазы, застыли по стойке смирно, отдавая честь.

Без всяких объяснений Росси поняла, что к ней с визитом пожаловали высокопоставленные военные чины. Но кто и зачем?

На пороге камеры появились двое мужчин. Один стройнее и повыше в форме маршала, другой в обычном костюме, но с необычной ползучей тварью на шее.

- Ну, чего вы стали, Жюли, заходите первым, - скомандовал маршал, потому что сам входить боялся. А вдруг профессор медицины ошибся и девочка на самом деле не так здорова, как это показалось на первый взгляд?

- Только после вас, Враль Брехунорович, - слащавым тоном произнёс коллега, который был ни чуть не смелее, но зато хитрее.

Молодой питон, неподвижным шарфом лежащий на его шее, зашевелился.

- Вы что, боитесь? – с издёвкой спросил Враль.

- Нет, - иронично улыбаясь, ответил Жюли, - просто вице премьер-министру нельзя переходить дорогу. Он всегда и везде должен быть первым.

Росси догадалась, кто перед ней: правая рука президента - вице премьер-министр, по совместительству министр обороны, Враль Брехунорович Скопидомов. И левая рука - министр иностранных дел, по совместительству единственный посол во внешний мир, Жюли Борза-Охмуров. О них девочка узнала из прочитанных вчера газет.

Спор продолжался недолго – победил сильнейший, а именно вице-премьер. И Борза-Охмурову, вопреки своей воле, пришлось войти первым.

Военные «пришельцы», протарахтев тележкой с дозиметрами, удалились, оставив узницу наедине с высокопоставленными правительственными лицами.

- Ну, как тебя зовут, - спросил маршал Росинку. Питон изогнулся, как клюка, ловя языком воздух.

- Росси, - ответила девочка, сидя на деревянном стуле под лампой, куда при осмотре посадил её профессор медицины.

- Вот что, Росси, если ты будешь хорошим ребёнком и ответишь на все интересующие нас вопросы, мы тебе ничего плохого не сделаем. Но, если будешь упорствовать и выгораживать своих товарищей, то, несмотря на твои детские годы, будешь мотать срок на каторге. Уяснила?

- Мне нечего от вас скрывать, - честно сказала Россинка.

И вице премьер стал допрашивать.

- Вначале ответь, эта золотая вещица имеет какое-то отношение к тебе.

Враль Брехунорович достал из нагрудного кармана своего мундира волшебную книжечку, и, положив на ладонь, показал её девочке.

- Да, - ответила Росси, - эту необычную книгу подарил мне Хозяин Света.

- Кто, кто?! – переспросил её премьер и оба министра громко рассмеялись.

- Наивное дитя, никакого хозяина света, кроме нас, не существует. Мы тебе и свет, и хозяева. Ясно?

- Извините, но я его видела, слышала. Я была у него на руках, он спас мне жизнь. Как же я совру, согласившись, что его не существует?! – возмутилась смелая девочка.

Премьер-министр не ожидал такого ответа.

- Ничего страшного, этот вопрос можно оставить на потом. Мы её чуть позже перевоспитаем. Она ещё в существовании матери с отцом сомневаться будет, - с ухмылкой вмешался министр иностранных дел.

И Враль Брехунорович Скопидомов, сделав запись в своей записной книжке, задал следующий вопрос:

- Скажи, из какой страны ты к нам прибыла, пришла или приехала…







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.207.137.4 (0.085 с.)