ТОП 10:

Национальный миф и расовые архетипы



Национальный характер любого народа в значительной степени есть не что иное, как миф – в точности такой же, каким является и легендарное происхождение того или иного народа. Мифом мы называем его не потому, что его не существует на самом деле, но потому лишь, что, будучи реальностью психологической, он весьма зависит от тонких внутренних элементов, которые мы сами себе придумываем, исходя из собственного жизненного опыта и глубинной памяти поколений.

Точно также исторические и географические реалии не тождественны реалиям мифа. Действительно, черты города или страны, их образы в преданиях и легендах практически всегда отличаются от истинного лица – точно также, как и их современный облик не идентичен в глазах обитателей, сторонних наблюдателей с разной степенью заинтересованности и различным отношением к ним. Конкретные события прошлого (например, битва кого-либо с кем-либо когда-то и где-то) чаще всего происходили несколько иначе, нежели это описывают в документах противоборствующих сторон и, тем более, чем это отражается в народной молве.

Миф во всех своих проявлениях – от доминирующей государственной идеологии (без которой, как ни старайся, но ни одно государство выжить не может) до сказки про курочку Рябу или белого бычка есть не описание факта, а его символическая интерпретация. Он сам есть определѐнная идея, символ.

Сознательно, а, скорее, неосознанно, творцы мифов выражают в них в символическом виде представления, установки и понятия, сформировавшиеся на совершенно конкретной биологической, психологической и исторической основе. Эту основу образуют их этнопсихологические типы, или, как принято еще говорить, национальные характеры, которые, в свою очередь, опираются в том числе и на расовые архетипы.

Мы предлагаем своего рода модель, которая, возможно, поможет понять принципы, на основе которых складывается этническая психология. Изложить ее в сравнительно небольшой работе удастся, к сожалению, лишь кратко, в тезисной форме.

Слово архетип как только сегодня не трактуют, раз даже довелось слышать мнение, что точное определения термина просто нет. Это не совсем так, просто архетип – достаточно широкое понятие и уже в силу этого лишь допускается несколько отличные друг от друга толкования. Сам Карл Густав Юнг, введший термин в широкий обиход, обозначал словом архетип устойчивые мотивы, которые присутствуют в мифах, сказках народов и снах отдельных личностей, и рассматривал их как одну из фундаментальных основ психики людей: «Инстинкты и архетипы совместно образуют коллективное бессознательное. Я называю его «коллективным», потому что, в отличие от личностного, оно складывается не из индивидуальных и более или менее уникальных содержаний, а из универсальных и регулярно появляющихся».

Трудно и даже едва ли возможно пока описывать бессознательное как физический феномен, однако оспаривать факт его существования по меньшей


 

 

мере нелепо. И хорошо уже то, что в настоящее время мы можем анализировать те или иные элементы его структуры и предполагать, какие значимые факторы воздействуют на него и что в связи с этим происходит – хотя бы на уровне внешних проявлений. Следует признать, что структура области бессознательного в значительной мере складывается под влиянием среды обитания, ибо последняя определяет уклад и ритм жизни, а они, в свою очередь

– привычки, реакции, установочные стереотипы, характер отношений с соседями и т.д.

В отличие от архетипов К.Г.Юнга, расовый архетип, упомянутый выше

– понятие не столько психологическое, но психолого-биологическое. Расы формируются в пределах определѐнных географических районов с различными условиями среды обитания. В едином котле природных, а, впоследствии, и антропогенных факторов рождается уникальная - в каждом конкретном случае - смесь. Именно она, в конце концов, и становится основой, коллективным бессознательным рас.

Расу можно рассматривать как первоначальный субстрат, служащий базой для появления этносов (напомним, что этносесть естественно сложившийся на основе оригинального стереотипа поведения коллектив людей, существующий как энергетическая система, противопоставляющая себя всем другим таким же коллективам, исходя из чувства комплиментарности). Концентрированным выражением доминирующего этнопсихологического типа становится национальный миф, отчетливо прослеживаемый как в фольклорных источниках, так и в повседневном поведенческом стереотипе представителей этносов, этнических групп и т.п. В наиболее полном и целостном виде расовые архетипы могут быть прослежены в «бродячих сюжетах» – наиболее древних мифологемах, относящихся к эпохе расовой (например, индоевропейской) общности.

Таким образом, расовые архетипысуть понятые нами элементы наиболее архаического слоя коллективного бессознательного, составная часть того фундамента, на котором, подобно стенам здания, возводится конструкция психологии отдельных этнических образований. Процесс их формирования был достаточно длительным и, видимо, продолжается по сей день. Он начинается с момента появления расы (выделения еѐ) на том этапе, когда ещѐ не имеют практического смысла понятия этноса или даже племени. Для людей есть только «наши», «свои» и «не наши», «чужие». Но, согласно М.Элиаде, мир архаического человека дуалистичен не в рамках оппозиции

«добро – зло»; дуализм мира архаического человека – это дуализм первозданного хаоса и организованного сакрального пространства. Носители чуждых взглядов и традиций бессознательно воспринимаются как воплощения Хаоса. Они – другие, а потому их видение мира, их картина реальности во многом являются чуждыми и неприемлемыми.

Человек начинает организовывать среду обитания, с одной стороны, подчиняясь внешним условиям и понимая их как внешнее выражение реалий высшего порядка, а с другой – видоизменяя их самих в рамках особенностей своего мировосприятия. Эти процессы неотделимы друг от друга и рассматривать их отдельно бессмысленно и невозможно, так как обратная связь существует всегда.

Параллельно отметим еще один существенный момент: организованное пространство есть не что иное, как жизненно необходимая биологически комфортная среда, энергетическое поле с определенными информационными характеристиками. Его существование обязательно для нормального выживания вида, группы или отдельной особи. Важны не только достаточность пищевых и сырьевых ресурсов и собственно «жизненное пространство», а именно


 

 

энергетическая среда как материальный, но невещественный фактор. Организованное пространство вокруг человека (группы людей) – такая же часть нашего организма, как и сердце, мозг, легкие.

 

Мифология и ландшафт

Привычная среда обитания обеспечивает нормальное существование и воспроизводство, то есть, в конечном счете, способствует решению нормальных биологических задач. Разные условия формирования рас и этносов диктуют разные же требования к среде обитания человека как (хотим мы того или нет) животного. Это не значит, конечно, что представитель той или иной этнической группы не может выжить в районе с другими климатическими и энергетическими условиями, но он неминуемо должен будет пройти некий период адаптации – как к физико-географическим условиям окружающей среды, так и к энергетическому полю доминирующего этноса. Приспособление должно произойти и, скорее всего, произойдет, что неминуемо повлечет за собой изменения психологического статуса а, быть может, и более глубокие перемены, о которых мы можем пока лишь догадываться.

Уже только в силу сказанного выше, национальные психологические типы у представителей различных расовых и этнических групп будут однозначно нетождественны и, в некоторых случаях, противоположны. Никакие экономические или политические интересы, уровень образованности и культуры, личные симпатии и антипатии не в силах затмить глубинные бессознательные противоречия, а потому игнорировать сей факт было бы нелепо.

Возникновение традиционных наук - геомантических школ, ландшафтной астрологии и сакральной географии - тесно связано с идеей сакрализации пространства, уподобление структуры видимого мира (т.е. поверхности Земли) структуре Божественного Космоса. В основе практики искусств «прогнозов по Земле» лежат те самые расовые архетипы и этнопсихологические особенности, описанию модели возникновения которых в значительной степени посвящена наша работа. Понимание этнической психологии и расовых архетипов как ее фундаментальной психолого- биологической (можно смело добавить, и энергетической) основы невозможно без понимания роли и характера влияния на человека пространства как физической и географической реалии и как мифологической идеи.

Многие базовые понятия традиционных наук о Земле прослеживаются в повседневном разговорном языке: «высоко подняться», «низко пасть». Эти и другие идиоматические выражения (или даже, если угодно, языковые мифологемы), происхождение которых теряется глубоко в истории, а значение - в бессознательном, когда-то, быть может, имели вполне конкретный, прямой, отнюдь не метафорический смысл. Или это были не только символы, несмотря на то, что сейчас они представляются нам скорее иносказаниями? Откуда они могли появиться?

Причиной появления таких устойчивых выражений могло послужить, в частности, видимое устройство мира: Солнце – источник тепла, света, жизни – вверху, в небе; Земля - пристанище мертвых и в то же время, мать-кормилица; а также строение человеческого тела: голова-«бог», «дух» - наверху, тело – как бы внизу, под ним. Поэтому древние люди, воспринимавшие себя и окружающий мир как единое неразрывное целое, строили описание одного «по образу и подобию» другого.

Формирование «энергетического климата» окружающей среды в местах обитания племени, этноса и т.п. происходит при активном участии элементов ландшафта. Воздействие ландшафтов на психологию этносов происходит также


 

 

не только на энергетическом уровне, но на уровне восприятия: глубинные ассоциации, которые вызывает тот или тип ландшафта, влияют на национальные характеры.

Вот некоторые лежащие на поверхности аналогии.

Горы, особенно высокие, покрытые снегом и прячущиеся в дымке облаков, порой вызывают у непривычных к их виду людей ощущение собственной ничтожности перед величием близких к небу вершин. «Мир горний», то есть вышестоящий, божественный, приближенный к Небу, естественным образом располагался на недоступных человеку пиках или за обледеневшими перевалами. Там обитали боги, иногда спускавшиеся на землю к людям; в горы же уходили отшельники, взыскующие святости. Горы в некотором роде подобны языческим богам прошлого: безмерно древние, пугающе величественные, постоянные и одновременно порывистые, импульсивные и гордые. Импульсивность, резко выраженная неоднородность горного ландшафта прекрасно прослеживается на примере психологически оппозиционного нам Кавказа, некоторые черты характера коренного населения которого давно вошли в поговорку.

Лес для древнего человека был не только кормильцем, но и сумрачным обиталищем странных, иногда страшных существ, духов. Он располагает к уединению - не к такому возвышенному и торжественному, как горы, а к уединению в глубине, внутри. В этом смысле таинственный лес родственен пещерам, которые архетипически соответствуют «потаенным глубинам человеческой души», нашему бессознательному. Наиболее глухие чащобы, в которых так легко заплутать, способны повергнуть нас в трепет. Одновременно Лес – место, где можно укрыться в случае опасности («уйти в себя»). Он двойственен, волшебен; он хранит в себе завораживающие загадки.

Равнины – первый элемент естественного ландшафта, освоенный и окультуренный человеком. Пастбища, поля, почва-кормилица; Земля-Основа как она есть (ведь именно на равнине покоятся горы, вырастает лес, по ней текут реки). Равнина не располагает к спешке: сколько ни странствуй - все одно,

«степь да степь кругом...» Равнина - нечто постоянное и почти не изменяющееся на протяжении поколений; она консервативна по самой своей сути.

Пещеры, ущелья, низины устойчиво ассоциируются с погружением в глубину, возвратом в лоно матери... Это нечто сугубо внутреннее, сокрытое от внешнего взора, от любопытствующих и непосвященных. Хранилище ценностей, но вовсе не обязательно ценностей материальных. В темноте и глубине, в застое скрываются чудовища - пугающие и опасные. Низины и в буквальном, и в аллегорическом смысле слова противоположны горам. Но... из каждой пещеры есть выход – лестница, ведущая в Небо.

Текучая вода, в противоположность стабильной равнине - изменчива и непостоянна, и в то же время... как жить без воды? Дом строить поближе к воде надо (раньше – не сейчас: любую проточную воду пить можно было без опаски). Вода – естественная дорога, вплавь или на санях зимой. Она располагает к движению, и сама становится выражением движения («Вода жизни», «Река времени»)... «Все течет, все меняется...» Вода - это та же энергия, и недаром она нередко символизирует магическую Силу.

Народ, живущий в условиях разных ландшафтов, постепенно перенимает качества, присущие этим ландшафтам или, по крайней мере, оказывается в какой-либо иной прямой и косвенной зависимости от них. Для сравнения достаточно проанализировать разные этнические типы, особенности психологии людей в разных районах Земли, национальные традиции, сопоставить с особенностями среды обитания. Участки земной поверхности с


 

 

контрастным, неоднородным ландшафтом становятся очагами формирования этносов, – они динамичны, оказывают разнообразное влияние на бессознательное и организм человека.

Собственно воздействие, как мы уже отмечали, оказывается на всех уровнях, но не в последнюю очередь – на уровне бессознательном. Здесь вступают в силу расовые архетипы и этнические особенности мировосприятия, поскольку первые выступают в качестве коллективного бессознательного, а вторые – в роли своеобразного «коллективного сознания» групп людей. Именно поэтому роль этнопсихологии видится нам столь фундаментальной.

 







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-10; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.173.48.224 (0.009 с.)