Семейный совет, или что делать, когда каждый из взрослых считает свой опыт самым ценным 


Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Семейный совет, или что делать, когда каждый из взрослых считает свой опыт самым ценным



 

Самый лучший способ решения спорных вопросов — объявить «большую сходку» — семейный совет. Это прекрасный способ прийти к единому мнению, договориться и сохранить дружескую атмосферу в доме. Участвовать в нём должны все заинтересованные взрослые и — обязательно — сам ребёнок. Он тоже имеет право голоса! (Почему-то взрослые склонны забывать, что ребёнок, даже маленький, тоже личность; то есть теоретически они помнят об этом, а практически считают его (пока!) слишком маленьким и неопытным, чтоб привлечь к принятию ответственных решений.)

Как организовать семейный совет?

1. Заранее назначьте время семейного совета и определите его тему. У каждого участника должно быть время, чтобы хорошенько обдумать своё мнение и свои предложения.

2. Можно заранее написать тему и вопросы, которые будут решаться, и вывесить их на стене или выдать каждому участнику.

3. Совет лучше всего проводить в уютной, тёплой, доброжелательной атмосфере. Хорошо, если вы заведёте специальный «советный» ритуал (встреча за круглым столом или, например, за чаем с самоваром и красивыми чашками).

4. Начните с того, что каждый (по кругу) высказывает своё мнение. Важное условие: оратор никого не критикует и его никто не должен критиковать!

5 Запомните (а ещё лучше — запишите) аргументы каждого выступающего. Потом можете сделать перерыв (включите фоновую приятную музыку, попейте чай и т. п.), во время которого каждый обдумает всё, что услышал.

6 Если ничего — ну ничегошеньки! — не поколебалось в вашей твёрдой позиции, на всякий случай вспомните о зомбировании и программировании. Нет, мы не убеждаем, что от своего мнения надо обязательно отказаться, но, чтобы учесть аргументы других (и особенно своего ребёнка), надо хоть немного усомниться в своей непогрешимости.

7. Обсудите все точки зрения, обсудите «плюсы» и «минусы».

8. Придумайте какой-нибудь сигнал на случай, если мирное обсуждение перейдёт в бурные дебаты и возникнет угроза, что они превратятся в ссору. (Например, ваш малыш может читать забавный стишок типа «мирись, мирись и больше не дерись…», а вы берётесь за мизинцы и честно миритесь.)

9. Ищите компромиссное решение.

 

Ошибка четвёртая

Родительские страхи

«А что будет со мной, когда он уйдет?»

 

… убежал птенец, и пингвины хотят его приматеринить…

 

Когда-то мы тоже были маленькими, и собственные родители казались нам самыми главными людьми на свете. Потом их «главность» потеснили сверстники, потом те, в кого мы влюблялись и любили. Мы помним, как у нас, их детей, появлялся свой мир и свои интересы — и как мы постепенно отдалялись от них, своих родителей. Так и должно быть: в родительской любви всегда есть лёгкая горечь… расставания? отдаления? грусти? Рано или поздно дети вырастают и уходят, с головой уходят в свою самостоятельную жизнь. И родители должны их — неизбежно — отпускать…

Теперь, когда вы сами стали родителями, вам предстоит сделать то же самое: вырастить и отпустить. И нужно немалое мужество, чтобы сделать это. Все родители знают это, почти все родители в глубине души боятся «отдать» малыша другой, большой жизни. Очень немногие могут признаться себе в этом, но ещё меньше тех, кто готов принять этот опыт.

Некоторые родители умудряются даже загодя «принимать меры». Таких родителей можно узнать по фразам типа: «Никто лучше, чем мамочка, не будет о тебе заботиться», «Я на тебя всю жизнь положила». И по устойчивому чувству вины, которое испытывают их взрослые дети.

Есть несколько способов удержать ребёнка (даже выросшего ребёнка) на коротком поводке.

Самые ходовые:

1. Сформировать прочную зависимость — от себя. Зависимый ребёнок уж точно никуда не денется, ведь он так привык зависеть от вас, привык к вашему тотальному руководству.

2. Внушить ребёнку, что он вам бесконечно обязан.

Бесконечно обязанный, да ещё с гипертрофированным чувством долга, он обязательно будет чувствовать себя виноватым. И окажется на приколе… ведь другого выхода у него попросту нет: чтоб избавиться от вины, нужно отдать долги. Вам, естественно.

«Держать и не пущать» — это так просто. Относись к любимой детке как к своей собственности, считай её своей копией, своим отражением — продолжением — и ребёнок в твоей власти.

«Для кого я делаю это на самом деле?» — почаще спрашивайте себя об этом, дорогие родители. И такие слова, как «я так мучилась, когда тебя рожала», никогда не будут вертеться у вас на языке. Ведь малыш не просил его рожать…

Забегая вперед, скажем, что по-настоящему нас никогда не покидают только те дети, которые освободились от родительской зависимости и выросли внутренне свободными людьми. (Более подробно поговорим об этом в третьей части этой книги.)

А пока — две короткие истории. Как вы думаете, что их объединяет?

 

Сколько я её помню, она всё время жаловалась на свой провинциальный город. И жить здесь скучно, и пойти некуда, и работу толковую не найдёшь. Её старшая дочка вышла замуж, и она срочно купила молодожёнам квартиру — рядом со своей. «А город?» — спросила я как-то. «Что — город? Да, скучный, конечно, и перспектив для молодёжи нет никаких. Но живут же люди», — сказала она и привычно вздохнула.

А когда её вторая дочь, умница, красавица, закончила в этом году школу и собралась поступать в престижный вуз, мама костьми легла, но не позволила. Слишком далеко. Выдержав и слёзы, и скандалы, убедила-таки выбрать что-нибудь поближе и попроще, пусть даже это и будет другая профессия. «Дорого… денег нет, — объясняет она, — и потом, я с ума сойду, как она там будет одна?»

 

А это рассказ моей бывшей ученицы, которая не так давно «почти вышла замуж».

 

У Лены был чудный парень — обаятельный, весёлый, трудолюбивый, он нравился буквально всем. Собственно, со стороны они казались идеальной парой, и всё было бы отлично, и уже вставал свадебный вопрос. Но… Но что-то её останавливало. Потом она поняла: его потрясающая мама. Во-первых, несмотря на высокую зарплату, у него были постоянные денежные трудности: мама забирала то на новую мебель, то на обновление гардероба. Во-вторых, мама и сын постоянно конфликтовали. Но главная проблема оказалась в том, что в любое время дня и ночи мог зазвонить его мобильный и маминым голосом изложить очередную просьбу. Прийти, принести, отвести, заехать к… и передать. Её любимые фразы Лена выучила наизусть: «я тебя вырастила и потеряла здоровье… но это неважно», «ради тебя я бросила работу… но это неважно», «для тебя я готова…» При этом никакие отговорки «я занят», «чуть позже, ладно?» не принимались: маме немедленно становилось плохо. И ему надо было ехать и спасать. Или вести долгие телефонные беседы. Впрочем, потом всё равно—ехать и спасать. Иногда Лене казалось, что на свидании они бывают втроём: она, он и призрак его мамочки… Развязка наступила в день её рождения. Вечер начался с того, что он долго и бурно радовался, что успел купить ей подарок до того, как мама потребовала отвезти её к подружке на дачу. Затем, усадив её за столик в ресторане, он углубился в рассказ, что на работе всё плохо, а дома ещё хуже, потому что мама… Все Ленины попытки намекнуть, что в день рождения она хочет поговорить о другом, а не решать его проблемы и не утешать его, развеялись сизым дымом. Когда он поднял бокал и вместо тоста произнес: «Мне так плохо, что я хочу выпить молча», Лена поняла — это конец и больше подобного она не вынесет. Она выскочила из ресторана и вышвырнула букет в урну. А он так и не понял почему: он-то вёл себя как обычно.

 

Вам нужен ответ? И та, и другая мама не отпустили своих детей. Знаете, чем обе истории кончились? Первая — тем, что одна дочка винит маму в своих неудачах и скучной жизни, другая в вузе учится кое-как: специальность не нравится. Во втором случае — сын сбежал к какой-то женщине, у которой была своя квартира; видно, она смогла покруче мамы распоряжаться его личным временем и им самим. Много ли радости матери получили от того, что дети остались как бы при них?

 

Практикум

 

Проверьте, а вас посещали такие мысли:

«А что будет со мной, когда…?»

«Я без тебя пропаду…»

«А как же я… мы…?»

«Я для тебя столько сделала…. а ты…»

«Я ради тебя… ты должен…»

А если честно?

Они посещают всех, разница только в том, что кто-то потакает им и начинает манипулировать ребёнком, делает его «под себя». А кто-то думает сначала о любви, а потом — о себе. И ориентируется на нужды и самореализацию ребёнка, а не на свои.

Потому что чужую жизнь, жизнь за кого-то (даже если этот кто-то — твой собственный ребёнок), прожить невозможно. А вот сломать — не сложно.

Истина состоит в том, что на самом деле дети ничего нам не должны.

Ни повторять наш путь, ни выбирать наше дело, ни реализовывать наши неисполненные мечты. Они имеют право выбора, и выбор их — добровольный. И только то лучшее, что дали нам родители, что они делали ради нас и для нас, мы должны собрать и передать дальше — следующему поколению, своим детям.

А уж захотят они брать это или нет — пусть решают сами.

Долг всегда отдаётся не в прошлое, а в будущее: они будут должны своим детям, как мы должны им.

Если честно…

В юности каждый мечтает покорить мир. Каждый уверен, что жизнь его будет полна и интересна. Строит планы и ищет вершину, на которую он однажды взойдёт. А потом? В какой-то момент, когда пройдена солидная часть жизненного пути, мы прикидываем, что же на самом деле у нас получилось, а что — нет. Проводим анализ: а почему? Делаются выводы — потому что… Подводится итог: надо было сделать так… И вот это «надо было» мы и пытаемся всучить детям в виде своего жизненного опыта. Мы хотим видеть в них квинтэссенцию того лучшего, что пытались создать в себе и для себя в этой жизни, но… не получилось. Это нормально.

Но если родители делают ставку на детей, этот опыт даёт искажения. У каждого будут они свои — в зависимости от той цели, которую мы (явно или тайно) ставим, воспитывая своего ребёнка.

Жизненный опыт — багаж, и чем дальше несёшь, тем тяжелее он становится. Полезно время от времени проводить ревизию — очистить и выкинуть лишнее.

 

Выводы

 

Почему мы так легко попадаемся на удочку жизненного опыта? Да потому, что сами желаем этого! Ведь это так естественно:

· оберегать и поддерживать ребёнка;

· оставаться для него главным;

· иметь гарантии на будущее;

· чувствовать себя человеком, достойным любви.

Но когда эти желания становятся самыми главными, всепоглощающими — вот тогда и начинаются ошибки:

· желание оберегать и поддерживать ребёнка превращается в уверенность, что «я знаю лучше тебя»; «не повторяй моих ошибок»;

· желание оставаться для него главным превращается в ощущение своей важности;

· желание иметь гарантии на будущее «помогает» формировать зависимость ребёнка от взрослого;

желание чувствовать себя человеком, достойным любви, заставляет «выжимать» из ребёнка то, что мы мечтаем получить.

 

Глава третья

Враг второй

Чуство вины

 

— Ты Руту жалеешь. Ты Руту уважаешь красиво, а меня нет.

 

Вина захлёстывает родителей по любому поводу. Вам может казаться, что из-за вас малыш не спит по ночам, что у него поднялась температура, что ваш любимый ученик схватил очередную двойку, что у дочки не складываются отношения с подружками, что сын связался не с той компанией, что… тысячи «что». Может быть, это и так. Но если вы погружаетесь в свою виноватость, становится очень трудно — фактически невозможно — найти правильное решение, понять ребёнка и помочь ему. Вина отбирает силы, из-за неё вы погружаетесь с головой куда угодно: в гнев, в депрессию, в сожаление, в раскаяние, самоедство. А возвращаетесь совершенно опустошёнными и обессиленными.

Беда в том, что хорошие родители слишком сурово к себе относятся. Со стороны, внешне, это не заметно, но в глубине души папы, а ещё больше мамы грызут себя. Поводов для этого великое множество, и каждый выбирает свой. В зависимости от программы, которая сидит в голове.

Вот самый простой пример. Всех нас с детства приучали к порядку. Но если у наших собственных родителей был на этом бзик, то и дети будут слегка на нём помешаны. Придите на любую детскую площадку — и вы обязательно встретите маму, которая твердит малышу: «Грязно, не трогай, не упади, испачкаешься…» У такой мамы скорее всего и дома идеальный порядок. Она бесконечно что-то очищает и оттирает, тратя на это массу сил. Кому это надо? Ребёнку — точно нет. Спросите саму маму, и она, что-то пробормотав про микробы и культуру, даже самой себе не сможет вразумительно объяснить, зачем надо переодевать малыша по сто раз в день и почему ей так нужен парадный ребёнок. Что это? Работает программа.

И чувство вины, и попытки перенести свой жизненный опыт на ребёнка, и погоня за идеалом — всё это результаты зомбирования, вбитых в наше подсознание старых программ.

Мы не хотим сказать, что ребёнок должен быть вечно чумазым, но если вас трясёт от вида грязных ладоней и вы готовы полночи перестирывать его рубашку—то спросите себя: зачем?

 

Каждый раз, когда мы с сыном возвращались из детского сада, на нашем пути возникало непреодолимое препятствие в виде магазина детских игрушек. Здесь замедлялись шаги, а потом произносилась одна и та же фраза: «Мам, я только посмотрю, ладно?» Я кивала головой, и мой малыш, тихо вздыхая, приступал к созерцанию выставленных в витрине монстров. Не знаю, как ему это удавалось, но, хотя он не умолял, не ныл и не требовал, мы почему-то обязательно заходили в магазин и я обязательно покупала ему очередное пластмассовое безобразие. Покупала, хотя и чувствовала, что опять делаю что-то не то. Во-первых, это абсолютно непедагогично — покупать по монстру каждый вечер, а во-вторых, бесполезно, потому что через час-полтора мой мальчик (я точно знала) разберёт эту штуковину на запчасти и забросит куда подальше. Так дело и шло.

Он вздыхал, я покупала, я покупала, он ломал. Но однажды, когда во время генеральной уборки все тушки этих самых монстров были выужены мною на свет божий и сложены в кучку, а куча оказалась ой-ой какой внушительной, меня вдруг осенило: а мой ненаглядный сынок — талантливый манипулятор. А я, соответственно, полная растяпа, которая идёт у него на поводу. «Всё! — сказала я сама себе, — никаких киосков, утыканных монстрами». Я была полна решимости, честное слово. И… через пару недель с удивлением обнаружила, что ничего, в сущности, не изменилось. Монстров мы, правда, больше не покупали, но… но дом заполонили детские комиксы и киндерсюрпризы. В общем, как в математике: от перемены мест слагаемых сумма не меняется. А сумма (в смысле: йена) меня волновала. И не столько денежная, сколько моральная. За что я плачу? А платила я за то же, за что расплачиваются многие поколения сознательных родителей. За спокойную совесть.

Покупки — это следствие. Причина была в другом. В группе сменилась воспитательница, и сын разом разлюбил детский сад. Каждое утро он просил оставить его дома — это раз. А я всё равно вела (а куда, собственно, мне было деваться?) — это два. Раскаивалась и «исправлялась» — очищала свою совесть вот этой самой очередной безделушкой — это три. Устный счёт всё расставил по местам.

Теперь я знала, почему делаю то, за что сама же себя и осуждаю. Из-за чувства вины, которое удобно расположилось где-то внутри меня и ныло, ныло, ныло… Оставалось принять какие-то меры. Я пошла в детский сад, поговорила с воспитательницей, она мягче и внимательней стала относиться к мальчику, и проблемы закончились. И — просто чудо! — ушла проблема — ушло чувство вины! Игрушки, конечно, покупать мы продолжали, но теперь я могла спокойно сказать ребёнку «нет», когда это было необходимо.

 

Не позволяйте себе быть виноватыми!

 



Поделиться:


Последнее изменение этой страницы: 2016-12-09; просмотров: 168; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.191.211.66 (0.025 с.)