ТОП 10:

Глава 14. Дилемма дикобразов



 

Одна из главных особенностей человека, бесспорно, способность адаптироваться к любым условиям. А дефицита поводов никогда не было: то мать-природа подкинет очередное своё «фи» человечеству, то сами люди в погоне за выгодой примутся за то, чему научились лучше всего на протяжении тысячелетий, — саморазрушение. В огне войны или же во время беспрецедентной засухи — человек всегда находит способ выжить. Казалось бы, люди из-за своей природы должны быть крайне редки. Но нет, homo sapiens, как наиболее приспосабливаемый вид, расплодился по всей планете. Несмотря на глобальную катастрофу двухтысячного года с последующими кошмарными войнами, геноцидом, голодом и холодом, вместе со всеми остальными испытаниями, общая популяция людей уменьшилась лишь на пятую часть. И всё это благодаря умению приспосабливаться.

Даже Синдзи, предпочитающий размеренную и неторопливую жизнь, уже на четвёртой неделе пребывания в Токио-3 адаптировался к новым условиям: встать пораньше, приготовить завтрак для Пен-Пена и Мисато. С женщиной не заскучаешь: и совет даст, и приободрит, и развлечет интересной историей, которых у неё вагон и маленькая тележка.

— О, я тебе не рассказывала, как нас русский спецназ случайно чуть не помножил на ноль? — уселась Кацураги за кухонный стол, принюхиваясь к готовящемуся завтраку.

— Звучит жутковато, — Синдзи орудовал горячей сковородой.

— Не бойся, она весёлая. — Мисато прокашлялась. — Так вот, дело было рядом с китайской деревенькой под названием…

И понеслось. Юный повар слушал вполуха и боялся, что от какого-нибудь ошеломительного поворота в повествовании может случайно обжечься.

—…то, что мы не китайские боевики, они уже поняли, но их не особо радовало, что они «спалились» каким-то «япошкам». С их офицером разговор как-то не заладился, и тут вклинился один из их бойцов и такой заявляет с диким русским акцентом: «Yeah, no man standing on your islands as I can see, having woman in command... [4]». Ситуация и так сложилась скверной, а тут уже мои ребята вписались и устроили перебранку. Я понимала: ещё чуть-чуть — и русские нас решат разоружить от греха подальше.

— Разоружить? — Синдзи поставил две тарелки с едой на стол и сам присел. — Разве это не кончилось бы…

— Стрельбой, да, — она демонстративно выставила руки в форме пистолета и сделала якобы выстрелы со словами «паф-паф». — И не в нашу пользу. Чтобы остановить это безумие, мне надо было что-то ответить на наезд: и честь отстоять, и авторитет поднять в глазах их командира. Поэтому я решила рискнуть. Ну, я тому мужику крикнула: «Oh, go suck some dick![5]»…

— Мисато-сан! — возмутился юноша столь громко, что даже мирно завтракающий Пен-Пен подпрыгнул и настороженно взглянул на него.

— …ожидая соответствующей реакции.

— Мы за столом!

— Ты слушай дальше, — она уплетала завтрак так же быстро, как и рассказывала свою историю: — А он мне с грозным лицом и ещё так снисходительно: «You’ve nothing to suck. Actually you can use your tongue to polish your friends’ toys [6]».

Синдзи явно был недоволен звучащей пошлятиной, но промолчал — историю всё же хотел дослушать.

— Хоть он ответил, в общем-то, как я и рассчитывала, но меня всё это задело. Мне стало обидно не за себя, а за вверенных мне ребят. А тут ещё новичок, Араки Каито, смышлёный парень был, такой выкрикнул с ядрёным японским акцентом: «Our shief balls have more steel that the ones of anyone else![7]»

Женщина изобразила приятный мужской голос, исказив английский до ужаса и отчётливо выговаривая «р» вместо «л». Хотя Синдзи уверен, что сама Мисато заморский язык знает если не в совершенстве, то на хорошем уровне, ибо, по её же байкам, она постоянно якшалась с американской военщиной.

— Чую, он недалёк от правды, — улыбнулся Синдзи.

— Ну, Араки отличался осторожностью: ничего не сделает и не скажет, не подумав десять раз, хотя инициатива от него всегда так и пёрла, — заключила она, поводя пальцем в воздухе. — Так вот, ему в ответ крикнули на ещё более ломаном английском: «Well I'll be dam, prove it![8]» На той стороне загоготали, а мои ребята уже готовы палить. Плохо дело. Отбросив кучу вариантов, я остановилась на относительно безобидной идее, которая на crazy Russians должна сработать. Я молча подхожу к Фурукаве, зная, где тот хранит презервативы на всякий случай, вытаскиваю один из них, вскрываю, натягиваю на средний палец. И так как тот мужлан совсем перегнул палку, тут же, не моргнув глазом, достаю две гранаты в каждую руку, выдёргиваю из них чеку…

Синдзи отложил палочки и застыл с удивлённым взглядом. А Мисато проговорила шёпотом:

Тишина гробовая, — она повела рукой в воздухе, — и лица у всех, как у тебя, — застыли, смотрят. Оружие на изготовку — все ждут приказа. Но их офицер медлит — он не хотел устраивать бойню за ни за что. Показать, кто здесь главный, — да. Но не срывать операцию с кучей трупов и ранеными. Русский спецназ, может, безбашенный в поле, но там в кабинетах за провинность размазывают по стенке похлеще, чем у нас.

— И что же вы сделали?

— А я показала фак тому мужику и заявляю: «Here, take some soft candy stick and steel balls [9]». Я ещё так пальчиком поманила, а лицо сделала посексапильнее, — она всё это продемонстрировала шокированному Синдзи, но не в его сторону. — Разом почти все бойцы, что наши, что их, не выдержав, рассмеялись в голос. Кроме того мужлана — он стоял пристыженный и красный как рак.

— Это же было безумие!

— Оно того стоило, ты бы видел их лица! — рассмеялась женщина. — В итоге сошлись на том, что мы не мешаем им, а они не мешают нам. Благо цели наши друг другу не противоречили.

Синдзи издал нервный смешок. Что она всей этой историей хотела сказать? Наверняка вложила какую-то глубокую мысль, а-ля «безрассудная непредсказуемость в патовой ситуации иногда полезна». Но для этого необходимо уметь рисковать. Мог ли что-либо подобное выкинуть пилот «Евы-01»? Скорее нет, чем да. А для Кацураги это обыденность.

«Не зря её прозвали Генко, вот не зря, — восхищался он про себя, глядя, как женщина, довольная собою, уминает завтрак. — Самая натуральная мистическая лисица, создающая чудеса и приносящая удачу даже в самом тяжёлом положении. И в этом вся Мисато-сан».

Синдзи улыбнулся своим размышлениям, укрепляясь во мнении, что в её руках с ним всё будет хорошо.

— Синдзи-кун, я знаю, что, может, сейчас не время тебя об этом просить, но постарайся идти на контакт со своими одноклассниками. Особенно если они сами хотят с тобой подружиться.

Икари глянул на неё оценивающим взглядом.

— Хорошо, постараюсь.

— Постарайся! — встала женщина из-за стола.

— А разве мне не стоит держаться в стороне, чтобы случайно ничего не взболтнуть?

— Ты и так ничего не взболтнёшь, а иметь поддержку друзей всегда помогает и воодушевляет. А если это ещё девушка…

— Мисато-сан…

Конечно, приходилось мириться с некоторыми недостатками Кацураги: пригубить после работы пиво любила, но в меру — пьяной её ни разу юноша не видел. А также вечные подколки и шутки, порой ниже пояса. Вот и сейчас Синдзи у себя в школьной сумке обнаружил это.

— Мисато-сан! — крикнул парень из своей комнаты, когда собирался в школу.

Из соседнего помещения донеслись звуки, по которым можно было понять, что женщина во что-то врезалась и что-то опрокинула, не забыв помянуть чёрта. Уаркнул Пен-Пен и куда-то понёсся.

— Что случилось? — Мисато предстала перед Синдзи в домашних шортах и бюстгальтере. Переодевалась.

Ещё один её недостаток — домашней тактичности около нуля. Юноша встал как вкопанный с открытым ртом, то разглядывая её грудь, размера эдак второго, то опустив взгляд — рельефный пресс. Женщина определённо была в форме. Из прострации Синдзи вывело обнаружение на её теле множества затянувшихся порезов и шрамов. Но все они меркли перед большим и глубоким рубцом, тянущимся от живота и почти до ключицы. Как будто что-то полоснуло всю грудную клетку.

— В общем, вот это, — придя в себя, он потряс маленькой блестящей упаковкой.

— Из-за этого шум и гам? Я-то думала… — ехидно улыбнулась женщина и пошла в свою комнату. — Это презерватив.

— Я знаю, что это такое. Что он делает у меня?! Это такое закрепление материала из утренней истории?

— В твоём возрасте мальчики и девочки ведут бурную личную жизнь, — потянула она из-за стены. — Вот я подумала, что будет не лишним.

— Возьмите это обратно! — юноша звонко положил презерватив на ближайшую тумбочку. — Мне это ни к чему.

— Синдзи-кун, плохого мнения ты о себе. — Выйдя из своей комнаты, Мисато наставительно подняла палец. На ней уже была спортивная майка. — Внемли советам старшей сестры.

— «Старшая сестра» в моём возрасте тоже изображала кроликов? — огрызнулся пилот, но сразу осёкся.

Вдруг улыбка с лица Кацураги исчезла. Затем, словно через силу, она улыбнулась снова:

— Ладно, я немного погорячилась.

У Синдзи вызвало подозрение такая резкая смена настроения у опекуна. Он поймал себя на мысли, что до сих пор не знает точный возраст женщины, но, исходя из её звания и опыта, предположил, что ей лет тридцать-тридцать пять. А значит, её молодость аккурат приходится на послеударное время.

— Простите, Мисато-сан, я не хотел.

— Да нет, это ты меня извини — я сама перегнула палку.

После слов примирения оставалось нормально собраться и пойти, как это называла майор, на разминку для мозгов. В какой-то мере она была права, если учитывать способности Синдзи к обучению.

После школы его ждал Геофронт, где и начинались настоящие занятия. Если лекции Майи и Макото для пилота не сильно отличались от уроков, то вот синхротесты с «Евангелионом» были настоящим испытанием. Особенно когда юноше пришлось залезть в «Еву-01» впервые после боя. Но, на удивление, вторая синхронизация с боевой биомашиной прошла без каких-либо эксцессов. Как и обещал Хьюга, к этому они подготовились основательно. Тем не менее обучение непосредственно в самом «Евангелионе» премудростям ориентации на местности, боевой подготовки и тактики ведения боя, даже в режиме симуляции, сильно утомляло мозги пилота. Мисато была права: нагрузка на центральную нервную систему во время синхронизации очень высокая, а в процессе реального пилотирования, когда ему дали немного пошагать в «Еве» внутри Геофронта, — просто бешеная.

После встреч с «Евангелионом» Синдзи ощущал себя выжатым как лимон: гудела не только голова, но и, что странно, мышцы. Поэтому он часто забивал на свои обязанности по дому. Мисато на это смотрела понимающе и сразу отправляла спать. Юноша моментально проваливался в глубокий сон, а на утро ожидал очередной разминки для мозгов. Школа поистине стала отдушиной. Хотя даже там NERV не давал юноше покоя. Уже два внезапных крупных учения прошли в городе посреди дня, тренируя массовую эвакуацию населения в приготовленные бомбоубежища. Тогда же сотрудники Второго отдела незаметно от всех забирали Синдзи в недра Геофронта, где пилота помещали в «Евангелион», пребывающий в режиме готовности. Кацураги говорила, что скоро он к таким учениям привыкнет и перестанет жаловаться себе под нос. Каждый раз после них юноша возвращался в школу в надежде, что его не «спалили». И каждый раз он удивлялся, как быстро и незаметно подхватывал словечки от Мисато.

 

— Привет, Икари-кун, — поприветствовала Синдзи улыбающаяся Михо, как только он положил вещи на свою парту.

— Тебе тоже доброе утро, — юноша не мог не ответить ей улыбкой.

— Жаль, что ты вчера не пошёл с нами в караоке — было очень весело.

— Прости, у меня были дела, — хотя это и было правдой, но отчего-то Синдзи чувствовал себя неловко.

— В кружки ты не ходишь, вечно занят, — одноклассница не скрывала досаду. — На учениях и вовсе потерялся… Мне даже интересно, что у тебя за такие постоянные дела?

— Ну, знаешь, как бы сказать…

— Секрет? — прошептала Михо, поднеся палец ко рту.

— Не совсем…

— И всё же секрет, — прозвучало это с уверенностью в голосе. — Знаешь, Икари-кун, я не болтливая и могу хранить тайны.

Синдзи уже было собрался всё отрицать, но Сакамото села на его парту, закинув ногу на ногу так, чтобы её коленка оголилась. А ножки у неё хорошенькие: ухоженные, на редкость для японок длинные и прямые. Как у Айзавы из старой школы или даже лучше. Юноша потряс головой, выбрасывая из неё воспоминания, лишь бы его снова не накрыла депрессия.

А Михо тем временем, достав телефон-слайдер, убрала прядь своих длинных чёрных волос за ушко, чтобы не мешались. И Синдзи смог разглядеть её кругленькое личико.

— Прости меня, пожалуйста, — это вышло случайно, — одноклассница начала копаться в галерее, листая назад мимо фотографий со вчерашнего похода в караоке. Заодно расположила телефон так, чтобы взгляд юноши непроизвольно цеплялся за её ножки. — Вчера мне стало жутко интересно, что у тебя за такие дела постоянно после школы, и я немного за тобой последила.

От этого признания ему стало неприятно. Хоть она и просила прощения, но на лице никакой тени раскаяния видно не было, а вовсе даже наоборот — Михо чуть не светилась. Синдзи уже понял, какую находку она хочет ему показать.

— Вот! — на маленьком экране высветилась нечёткая фотография, на которой можно было разобрать, что кого-то, похожего на Синдзи, забирают люди из NERV. Свою догадку девушка произнесла почти шёпотом: — Это ведь ты, я уверена!

Юноша стоял как вкопанный, не зная, что сказать. Он не сильно волновался, ибо к такому развитию событий мысленно уже был готов.

— Не бойся, — продолжила Михо, убрав телефон, — в отличие от Уты, я умею хранить секреты. Но с тебя причитается.

Её милая улыбка могла предвещать абсолютно что угодно. От плохого до безобидного.

— И что же? — с волнением спросил Синдзи, медленно отступая от девушки.

— Понимаешь, — Михо мягко схватила его за кисть и подтащила к себе, — тут кино идёт, на него подружек не позовёшь — не поймут, им только тупую комедию и романтику подавай. Но и одной не хочется идти, стыдно.

Юноша вздохнул. Поход в кино — это не самая страшная просьба, которая могла быть с её стороны. Но пилот «Евы-01» догадывался, что дело не только в самом фильме. Он почувствовал, как плохие мысли из прошлого начинают его окутывать. Синдзи резко потряс головой, отбрасывая весь негатив. Лучше последовать наказу Мисато — найти себе друзей в школе.

— Нет? — разочарованно произнесла девушка, опустив голову. Но сдаваться она не собиралась и положила его руку к себе на коленку. Это было очень наигранно. Он сначала опешил и хотел отдёрнуть руку, но одумался — в сердце кольнуло, когда вспомнились последствия его «отказа» Мане. Да и чего греха таить — приятные ощущения от прикосновения к нежной девичьей ножке разлились по его пальцам.

— Хорошо, — неохотно согласился юноша, — но только если в воскресенье.

— Это даже ещё лучше! — обрадовалась Михо, тихо похлопав в ладоши. — Я буду ждать этого дня! И только посмей меня обмануть!

Она демонстративно потрясла кулачком перед его лицом.

— Хорошо-хорошо. — Он всё же убрал свою руку с её коленки. Как минимум это неприлично прямо средь бела дня и в классе. Оставалось надеяться, что никто не заметил.

— А пока, может, обменяемся имейлами?

Икари-младший с неохотой, но всё же сообщил свой новый адрес электронной почты, который он недавно зарегистрировал по настоянию Кацураги.

— Что хоть за кино?

— «Остров проклятых»!

И с этими словами Сакомото вернулась к своим подружкам, едва не врезавшись по пути в одноклассника. Та самая Хирага Ута, которая в первый школьный день Синдзи чуть не устроила маленький скандал, принялась что-то выпытывать у Михо, но та, как и обещала, молчала, загадочно улыбаясь.

Название фильма сулило что-то серьёзное и далеко не оптимистичное. Надежда только на то, что у девушки хороший вкус.

Синдзи почесал затылок и устроился за партой. Он боялся, что если хрупкий секрет раскроется, то Мисато придётся перевести его на полное обучение в Геофронт, а он этого не хотел — к ребятам в своём классе юноша уже начинал привыкать. Даже несмотря на всю их подчас гиперактивность, а то и надоедливость. Однако с ними было весело. Да и сама Мисато только за, чтобы он с ними подружился. Но вот балансировать на грани, дабы не проколоться… «Попахивает шпионскими играми!» — вдруг осенило его. От такой мысли ему сразу стало веселее.

Если Синдзи хотя бы не исключал вероятности сблизиться с новыми одноклассниками, то Аянами, похоже, об этом и не думала. Она вернулась в класс неделю назад. Пилот надеялся, что у неё есть подруги и можно было бы понять, о чём она с ними разговаривает, чтобы зацепиться хоть за какую-нибудь нить для общения с этой странной девушкой. Но Аянами оставалась отстранённой и немногословной и с одноклассниками. Даже соседка по парте, Михо, с ней не общалась, хотя в своё время, как она рассказывала Синдзи, старалась сдружиться с альбиноской. Но все попытки провалились с треском — красноглазая особа совсем не желала с кем-либо общаться не по делу. Или не умела.

Оказывается, все к этому давно привыкли и особо к ней не приставали. Разве что Нагиса заинтересованно, а иногда с беспокойством посматривал в её сторону. Он не единожды пытался завязать с ней разговор, но Аянами отвечала односложно и делала вид, что ей местный красавчик не интересен. Впрочем, это не останавливало завистниц, которые постоянно устраивали Рей какую-нибудь пакость. Сейчас, например, кто-то разрисовал её парту оскорблениями и вульгарными ругательствами. Такие издёвки девушку не задевали, но староста постоянно бурно реагировала.

— Как дети малые! — негодовала она сквозь привычный гвалт на перемене. — Я постараюсь найти виновных, Аянами-сан, обещаю! И накажу так, что будут очень долго вспоминать!

Рей же спокойно сидела на своём месте и отстранённо глядела в окно на спортплощадку, где разминались старшие классы. Складывалось впечатление, что все заверения Хораки пролетали мимо неё.

— Эй, староста, долго ещё будешь кипишить?

Послышался голос сзади. Покачивающегося на стуле Судзухару Тодзи тяжело было с кем-то спутать, ибо яркое поведение главного хулигана класса и кансайский говор делали его одним из самых харизматичных одноклассников Синдзи. Многие, кто с Тодзи ранее не учился в средней школе, побаивались его. Даже спустя целый год. И было за что: то он демонстративно посылает к чёрту преподавателей, то подерётся с кем-то из другого класса, то ещё выкинет что-нибудь за пределами школы. В классе перешёптывались, что уж в этом году он не протянет до летних каникул точно и его отчислят.

— Столько, сколько понадобится, Судзухара! — огрызнулась староста.

— Да фиг с ним, ты так ничё не добьёшься, — Судзухара откинулся на спинке стула и внаглую поставил ноги на парту.

Синдзи он показался крайне подозрительным типом в тот же день, когда тот вернулся в школу. У местного хулигана со смуглой кожей все эти дни был такой взгляд — мол, готов кому-нибудь свернуть шею, только дай повод. Синдзи никогда не удавалось наладить общение с подобными людьми, только если через брата. Но теперь он наедине с собой, и лишний раз пересекаться с местным «громилой» ему совершенно не хотелось.

— Я смотрю, ты знаешь способы получше? — Хораки упёрла руки в бока.

— Я чёта не пойму, староста: ты меня просишь или на слабо берёшь? — вызывающе переспросил Тодзи.

Сидевшие рядом ребята насторожились: возможна перепалка между старостой и хулиганом. Такая ссора между быком и львом могла перерасти во что-то неконтролируемое, как они считали.

— Это надо для класса, а не для меня! — Хораки явно не боялась оппонента, но следующую фразу произнесла как можно мягче: — Да и надоел со «старостой», мы не первый год уже знакомы.

— Да ну, понтово же — староста, — усмехнулся Судзухара.

Она уже была готова наброситься на него со словами «Ничего ты не понимаешь, балбес!», но нашла в себе силы сдержаться.

— Тодзи, может, и вправду немного поможешь? — Айда по-дружески положил руку ему на плечо. На удивление, очкарик легко и непринуждённо общался с Тодзи, хотя казалось, что они будто с разных планет. — От тебя же не убудет, да и зачтётся. Думаю, Хикари-сан будет намного проще тебя выгораживать.

— Ты прикалываешься, не? — Удостоверившись, что Айда серьёзен, вздохнул: — Кенске, на что ты меня подвязываешь в этот раз, а?

— Да ладно тебе, — приятель хитро улыбнулся и достал камеру из рюкзака, — ничего такого, из-за чего бы ты меня отправил на пару недель к своей сестрёнке.

— Ага, не на две недельки забацаю каникул, а всего на одну?

— Как будто что-то плохое.

— Ну не знаю, я в травмпункт ползать не люблю.

— А я уже привык. Короче, не отнекивайся, весело же будет.

— Лады, ваша взяла, — сдался Судзухара и направился к старосте, — раз вы уж оба просите.

— Это не для меня! — внезапно запротестовала Хораки.

— Да как те удобно, — развёл он руки.

Высокий и подкачанный Тодзи быстро оказался рядом с партой Аянами. Девушку всё происходящее не интересовало, словно и вовсе не про неё шла речь.

— Чёта мне кажется, что ей фиолетовы твои потуги, староста.

— Ты помогать будешь или нет? — возразила она. — Может, Аянами-сан стесняется просить о помощи, но я должна что-то сделать.

— В натуре? — он наклонился к альбиноске так, чтобы она заметила его, но никакой реакции не последовало. Пощёлкал двумя пальцами перед лицом — девушка лишь отвела взгляд. — Ей реально фиолетово, отвечаю. Ведь так, «Юки»? Ей же всегда на всё плевать с высокой колокольни. Чё ты к ней прилипла?

Хикари надула щёчки и сделала решительное лицо. Короткостриженый «громила» поглядел на неё не без тени иронии и всё же согласился.

— Окей, твоя моська победила, — он стукнул себя кулаком по груди. — Положись на меня.

— Только не перегни палку, я прошу тебя!

— Да-да, с тебя должок, — отмахнулся он. — Всё по-старому, а?

— Боже, не напоминай, — Хораки закатила глаза.

Довольный Айда пошёл занимать наиболее удобную позицию рядом со входом, чтобы в объектив попал весь класс. Юный оператор по дороге отвесил щелбан одному из одноклассников — Миромото снова что-то затеял против Микумы Харухи. Пока главный раздражитель девушек в классе готовился воспользоваться будущей суматохой для очередной пакости, он не заметил, как на него уже точит зуб неприметный парень.

Судзухара оценивающе обвёл всех взглядом, задержавшись на вечно улыбающемся Нагисе, который, в свою очередь, заинтересованно смотрел на Тодзи и Рей. Особенно на последнюю, ожидая от неё хоть какой-то реакции.

Рядом с дверью здоровяк заметил улыбающегося во все тридцать два зуба Айду с приготовленной камерой в одной руке и оттопыренным большим пальцем на другой. Тодзи подмигнул ему, чтобы начал снимать.

— Эй, бараны, слухать сюда! — рявкнул хулиган на весь класс, чем привлёк общее внимание. За исключением Миромото — он уже покручивал в правой руке жёлтую ленточку и посматривал на Харухи, в ожидании нужного момента.

— Мне до фонаря, чё за тёрки у вас с малой, — продолжил Судзухара, грубо ткнув пальцем на парту Аянами, — но такого беспредела с кентами не бывать. Узнаю, у кого мозгов хватило на такую хрень, — не гляну, пацан или тёлка, — он демонстративно размял пальцы, — руки-ноги пообломаю, шкуру спущу. Мою репутацию сечёте — я слова на ветер не бросаю. И не зыркайте на старосту — не поможет. Усекли, а?

Кто-то в классе нервно зашептался, посматривая то на здоровяка, то на Хораки. Кто-то молча всё понял и решил не спорить с главным бузотёром класса. Кто-то и вовсе вжался и принял угрозы близко к сердцу. Синдзи же пребывал в некотором недоумении. Он ещё раз удостоверился, что с этим типом лучше не иметь никаких дел — мало ли какие тараканы водятся у него в голове. Однако он в ладах со старостой и Айдой, а те точно не плохие люди. И что самое главное — попытался помочь Аянами, хотя и весьма своеобразным способом.

Внезапно с другой стороны класса послышался вскрик Микумы Харухи. Синдзи уже ожидал, что Дзюн совершил очередную подлянку. Однако следующей картины он не ожидал: прямо посреди класса в Миромото вцепился другой одноклассник. Икари плохо его знал, припоминал только имя — Изао. Он был тихим и скромным, никак не выделялся. Запомнился только тем, что недобро посматривал на Дзюна, когда он близко подходил к Харухи. И вот теперь этот тихоня затеял самую настоящую потасовку с размахиванием кулаками и толканием друг друга на парты и в стены. Правда, весовая категория была совсем не в пользу защитника Микумы, но он сдаваться не собирался.

Все в классе разом переключили внимание и сбежались к драке. Кто-то выкрикивал подбадривающие возгласы, в основном парни, кто-то пребывал в шоке. Две девчонки сообразили и побежали за преподавателями. Только Харухи умоляюще просила дерущихся прекратить. Впрочем, её голос тонул в общем гаме.

— Хватит! — прорвалась к месту действия Хораки, но её никто не слушал. — Ну-ка перестаньте!

Но что она могла реально сделать, когда два парня вцепились друг в друга не на шутку? Староста попыталась вместе с несколькими девушками разнять «двух идиотов», но это только их раззадорило. А парней просить помочь было бесполезно: одна часть из них подначивала драку, вторая не хотела нарываться на проблемы.

Синдзи же наблюдал за всем со своей парты и надеялся, что драка не перекинется к нему поближе.

Тем временем Дзюну это показушное рыцарство надоело, и он принялся молотить Изао по-настоящему. Два быстрых и точных прямых, слева и справа, — противник растерялся, но устоял. Левый косой удар, от которой голова бедолаги отшатнулась и словила подбородком правый снизу. Хлынула кровь из разбитой губы.

— Ой, мамочки, — растерялась староста, — Тодзи, сделай же что-нибудь!

Но его и не надо было просить — с разгона он плечом врезался в Миромото, тот аж отлетел и перевалился через парту.

— Вы чё тут, на хрен, устроили? — рявкнул Судзухара. — Жить надоело?

— Это всё Андо! — вскакивая с пола, крикнул Дзюн с бушующими глазами.

Сам Изао, глубоко дыша, сидел на полу, готовый снова кинуться в безнадёжный бой. Но его удерживали подружки Микумы и заодно вытирали платком кровь с подбородка. Сквозь общий шум они голосили в защиту юноши, мол, он набросился на Дзюна прямо перед тем, как тот чуть что-то не сделал с волосами Харухи. И это вполне мог подтвердить Синдзи, однако влезать в чужие разборки он не хотел.

— Да это, блин, всего лишь ленточка, мать вашу! — оправдывался Миромото, разминая покрасневшие костяшки пальцев. — Если Андо так хочет подраться, то нечего ему прятаться за юбками!

Изао что-то прохрипел и, найдя в себе силы, всё же смог подняться. Пот с него хлестал ручьём — очевидно, вымотался бедолага.

— Иди в задницу, — процедил юный рыцарь.

Хотя он весь дрожал, а лицо горело свежими ссадинами и ранами, глаза его были полны желания отомстить. Девчонки вцепились в него, не давая пройти, и закричали, чтобы он успокоился. Но уняться он смог только после того, как его за рукав робко дёрнула Харухи.

Дзюн уже было готов преподать новый урок зарвавшемуся пареньку, но путь ему перегородил Тодзи и жёстко оттолкнул Миромото назад.

— Спокуха, «Тайсон», — Судзухара угрожающе тыкал ему в грудь, — найди себе ровню.

— С каких, блин, пор ты защитник справедливости?! — огрызнулся Миромото с дрожащими кулаками, но голос был твёрд. — Хочешь показаться классным перед девчонками? А может, перед Аянами?

— Попетушись мне тут, — Тодзи встал вплотную с ним, глядя в глаза сверху вниз. — Значит так, боксёр, если ты его пальцем тронешь здесь или за школой — побалакаем наедине. Усёк?

— Ты мною ещё командовать будешь? — буравил его взглядом Миромото.

— Да, буду, потому что могу. Или, мож, ты мне ещё ухо отгрызёшь, а? Ну давай, попробуй, петушара!

— А ну прекратили, вы, оба! — вклинилась между ними Хораки. — Хватит уже драк, вы не маленькие дети!

Дзюн, взяв себя в руки, оценил ситуацию, которая была не в его пользу. Почти весь класс сейчас смотрел на него с осуждением. Даже в глазах Айды он не смог найти понимания, а он-то, казалось бы, должен быть благодарен за такое крутое представление. Сейчас Миромото не порицала разве что Аянами, которая по-прежнему безучастно глядела в окно и не обращала внимания даже на такое незаурядное событие. И Нагиса, которого занимала абсолютно любая шумиха: подперев рукой подбородок, он заинтересованно смотрел, что же будет дальше.

— А хер с тобой! Хер с вами! — ругнулся Дзюн и, махнув рукой, выбежал из класса.

— Катись давай! — вслед крикнул Тодзи.

— Судзухара! — рявкнула Хикари.

— Староста, этот шкет давно нарывался, — буркнул он и ушёл на своё место.

— А ты будто лучше!

Но он ответил лишь поднятой рукой — мол, не начинай.

— Не день, а сплошная катастрофа, — пожаловалась Хораки себе под нос и вздохнула. — Так, все разошлись — здесь уже не на что смотреть!

Как будто по мановению волшебной палочки, все ребята послушно разошлись, бурно обсуждая произошедшее. Чуть позже прибежали преподаватели, но устроить горячий допрос с пристрастием всех причастных не успели — Миромото так и не вернулся, а Изао в сопровождении Харухи ушёл в медкабинет. В итоге за всех отдувалась Хораки, но ей уже было не привыкать. Она особо подчёркивала помощь Судзухары, а Айда даже предоставил видеозапись произошедшего. Судя по тому, что преподаватели охотно приняли версию старосты и даже похвалили Тодзи (хотя тот и отмахнулся в своей манере), Кенске им показал запись не с самого начала.

— Не с самой лучшей стороны ты наш класс увидел, — пролепетала Михо рядом с Синдзи, проходя мимо к своей парте.

Ему не нашлось что ответить — она всецело права. Первые впечатления изрядно подпортились. Теперь он опасался, как бы самому не попасть в подобную историю, иначе от Мисато можно будет получить знатный выговор. И с учётом того, что бурление в классе даже после звонка продолжалось, шансы вляпаться в переделку были велики. Синдзи, насмотревшись на отстранённую Аянами, рассудил, что правильнее сделать то, что он умеет лучше всего, — погрузиться в свой собственный мир. В таком состоянии он и находился на следующих уроках, а во время перемены доставал свой надёжный кассетный плеер и впадал в мир музыки. И вся суета вокруг проносилась будто в ускоренном темпе. Это старое доброе чувство меланхолии — Синдзи по нему успел соскучиться.

Но не долго ему дали пребывать в таком состоянии, и на исходе предпоследнего урока его телефон завибрировал — пришло письмо на электронную почту. Юноша прекрасно знал, что пользоваться гаджетами запрещено, но любопытство пересилило, ведь с высокой вероятностью написать ему могла Михо. Ну, или Мисато. Хотя майор, скорее, позвонила бы, случись что. А если уж совсем быть точным — ворвались бы сотрудники NERV и оперативно забрали бы пилота в недра Геофронта. Но так как пока тихо, методом исключения получается, что написать могла только Михо.

Действительно, это оказалась она. К письму было прикреплено то самое злополучное фото с текстом: «Всё же это ты?» Новоиспечённый ученик второго класса А как-то даже серьёзно не подумал над ответом, посчитав, что Михо и так прекрасно знает его и юлить нет смысла. При этом она пообещала, что будет хранить секрет. Поэтому он с чистой душой ответил «да».

— Ха-ха, я так и знала! — победно выкрикнула Хирага с задних парт.

Все обернулись в её сторону, в том числе и Синдзи. По его спине пробежал холодок, после чего он перекинул свой взгляд на Михо, которая уже бросилась через весь класс к подруге выхватывать телефон. Но было поздно, через секунду у многих одноклассников раздались сигналы о получении сообщения: Ута успела переслать всем, кому могла, маленькую переписку.

Синдзи прекрасно понимал, что сейчас будет. Он желал просто закрыть уши руками и ничего не слушать. А лучше не руками, а наушниками, включив громко музыку. Отгородиться, закрыться, уйти в другой мир. А по возможности и отмотать кассету времени назад.

Буквально через минуту полкласса уже столпилось у его парты с возбуждёнными глазами, расспрашивая о «Еве», об Ангеле, о бое, обо всём. Они полностью забили на урок и на пожилого преподавателя истории, который попытался было восстановить порядок в классе, но словами этого уже было не достичь. А мужчина был слишком стар, чтобы всех за шкирку оттаскивать к своим партам.

Где-то в толпе засветилась знакомая камера — это Айда документировал каждое сказанное пилотом слово. У Синдзи же сразу всплыл образ грозной Кацураги, когда она очень жёстко отчитывала лейтенанта Ибуки. И чтобы облегчить свою участь на аналогичной взбучке, Икари просто делал то, что умел лучше всего — прикидывался веником: по-идиотски улыбался, отвечал односложно, нелепо уклонялся от ответа, а иногда и вовсе бубнил что-то нечленораздельное.

— Да что за балаган на этот раз устроили?! — взъярилась староста. — А ну по своим местам!

Синдзи мысленно поблагодарил Хораки хотя бы за попытку спасти его шкуру, но в этот раз староста была бессильна. Особенно после того, как прозвенел звонок.

Это кошмар, это ад. Синдзи решил, не дожидаясь последнего урока, просто уйти из школы. Теперь ему вечно прозябать в Геофронте безвылазно, с утра до вечера, ибо его точно прикуют где-нибудь рядом с «Евой». В лучшем случае. И это его пугало намного больше, чем то, что одноклассники узнали правду. Откровенно говоря, у него даже камень с души свалился. Но теперь туда взгромоздили целую гору.

Собрав вещи, Икари-младший кое-как протиснулся через толпу и вышел из класса под недоумевающие взгляды. Он поспешил, чтобы не усугублять своё положение, случайно взболтнув лишнего. Перед его глазами так и маячил холодный взгляд майора Кацураги.

Ему послышалось, что его окликнула Сакамото, но он, не повернувшись, спустился по лестнице в коридор. Синдзи не хотел сейчас общаться с Михо. Конечно, у него затаилась на неё обида из-за того, что она не выполнила своего обещания, но также он осознавал, что по большей части виновата её подруга. И полностью вешать всех собак на Михо не совсем верно. Но ему всё равно было тошно.

— Погоди, Икари-кун!

Сакамото догнала его около шкафчиков со сменной обувью, но парень даже не думал оборачиваться.

— Синдзи! — выкрикнула девушка перед тем, как встать у него на пути.

Юноша всё же остановился, но взглянуть на одноклассницу не решался. Вокруг сновали другие ученики, не подозревая, что за драма тут разворачивается.

— Прости меня, пожалуйста! Я не думала, что Ута упрёт мой мобильник, — пролепетала Михо. — Я очень-очень сожалею, но я по-настоящему хотела сохранить твой секрет. Честно!

Синдзи всё ещё не решался заговорить с ней, но посмотрел в её глаза, в которых читались смятение и раскаяние.

— Пожалуйста, поверь мне, — девушка отступать не собиралась и нерешительно дотронулась до его руки, — я сделаю для тебя всё что захочешь, всё! Но прошу — прости.

Когда Синдзи собрался сказать «это не твоя вина», её взгляд метнулся на кого-то за его спиной и лицо стало растерянным. Икари только хотел обернуться, как кто-то положил тяжёлую руку на его плечо, а потом резко прижал лицом к своей груди. Синдзи попытался вырваться, но ничего не вышло, его будто прессом сжало. Даже пискнуть не удалось.

— Отпусти его! — выкрикнула Михо дрогнувшим голосом. И попробовала вытащить юношу из захвата.

— Отвянь, Сакамото, — послышался голос его захватчика — Тодзи, — у меня к «пилоту» мужской разговор.

Один лёгкий толчок в сторону — и девушка бессильно отпустила Синдзи.

— Не лезь, девка, — снова осадил Судзухара, — ты ещё наиграешься с ним.

Михо промолчала. Икари не видел, что она прикусила губу и её лицо выражало раздражение.

— Чё, думала, я такой тупой, а?

Сакамото не выдержала и стальным голосом процедила:

— Я тебя не боюсь, обезьяна, — в её безупречном японском прорезался какой-то акцент.

— Да-да, пшла отсюда, и не вздумай идти за нами! — Тодзи куда-то двинулся, потащив за собой и Икари. — Шевелись!

Девушка не последовала за ними. Из боязни перед драчуном или, может быть, нашла лучший вариант помочь Синдзи — кто её знает.

— Икари-кун, — внезапно раздался доброжелательный голос Айды, — не нам это тебе говорить, но я бы с ней не водился.

— Да коза она! — вторил захватчик.







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-13; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.189.171 (0.037 с.)