Основные этические теории и биоэтика



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Основные этические теории и биоэтика



 

Различные этические теории глубоко и всесторонне проанализированы в трудах отечественных ученых (Гусейнов А.А., Иванюшкин А.Я., Игнатьев В.Н., Канке В.А., Коротких Р.В., Лукьянов А.С., Силуянова И.В., Тищенко П.Д., Хрусталёв Ю.М., Юдин Б.Г., Яровинский М.Я.). Обобщая полученные ими результаты, следует кратко остановится на основных этических теориях в аспекте их связи с биоэтикой. Все этические теории создавались для объяснения явлений морали, поэтому они помогают понять и биоэтику.

Теория добродетелей Аристотеля.Понятие «добродетель» в настоящее время служит обобщенной характеристикой положительных моральных качеств личности. Аристотель объяснение нравственных понятий искал не в отвлеченных идеях, а в действительной жизни людей: в их стремлениях к счастью и в разуме человека. В этих исканиях, учил он, вырабатываются главные добродетели: мужество, благоразумие, щедрость, великолепие, величавость, честолюбие, ровность, дружелюбие, правдивость, любезность.

Аристотель видел назначение человека не в слепом следовании страстям. Губительны для человека как избыток, так и недостаток страстей. Избыток и недостаток присущи порочности, а не этическим добродетелям. Следовательно, этическая добродетель – это середина между страстями порочного свойства.

А.А. Гусейнов (2011) подчеркивает, что учение Аристотеля о добродетелях существенно углубляет представление о морально совершенной личности.

Моральная личность есть добродетельная личность, т.е. такая, деятельность которой во всех её проявлениях и на всей протяженности жизни является совершенной, которая заботиться не о богатстве и почестях, а прежде всего о своих душевных качествах.

Добродетельность личности формируется в деятельном отношении к миру, в реальном опыте общения.

Утилитаристские концепции блага. Термин «утилитаризм» происходит от латинского «utilitas» – польза, выгода. Родоначальники утилитаризма - британские философы 18-19 веков Дэвид Юм, Иеремия Бентам, Джон Милль. Принципиальным для утилитаристских теорий является то, что все они исходят из результата действия, последствий, к которым оно привело, а именно, оценки пользы или вреда результатов действия человека. Иногда учитывается цель действий. Поэтому эти теории еще называются телеологическими (telos – цель), но все, что относится к мотивам, побуждающим к действиям, остается на втором плане, либо вообще не принимается во внимание.

С точки зрения утилитаризма действие будет морально оправдано даже в той мере, в какой оно ведет к возрастанию внеморального блага. Им может быть, например, здоровье, красота, знание, удовольствие. Поэтому человеческая деятельность в таких областях, как медицина, искусство, наука, не направленных специально на решение моральных проблем, оказывается морально значимой или подлежащей моральной оценке.

В утилитаристской теории признается один-единственный принцип пользы (полезности), который можно сформулировать так: мы всегда должны действовать таким образом, чтобы достичь наилучшего из возможных соотношений между позитивными и негативными последствиями нашего действия, либо наименьшего суммарного вреда, если последствия при любом варианте будут негативными.

Учение о моральном долге Канта (Деонтологическая этика).

Термин «медицинская деонтология» был введен сравнительно недавно, в 30-х годах прошлого столетия (от греческих словdeоntes – нужное, должное и logos – слово, понятие, учение, т.е. учение о должном). Деонтологическиетеориипри оценке действий принимают во внимание не только их результаты, но и мотивы, замыслы действующих лиц.

Первой теорией, выдержанной в деонтологическом ключе, явилась этика И. Канта (1724-1804). В противоположность английским философам-утилитаристам, Кант хотел открыть основные законы нравственности путем отвлеченного мышления. Он пришел к убеждению, что такой основой является наше сознание долга, которое не вытекает ни из соображений пользы, ни из чувства симпатии, а представляет свойство человеческого разума.

С точки зрения сторонников деонтологического подхода к оценке наших поступков, в первую очередь, применимы понятия, касающиесяобязательств (долга) и прав. В соответствии с ними мы бываем обязаны поступать как-то не потому, что это принесет нам или кому-то пользу, а потому, что мы выполняем свой долг.Например, неправильно в чем-то обманывать пациента. Это не только потому, что может иметь негативные последствия для пациента, его близких, но потому, что обман - недолжноеповедение .

Подобно утилитаристским теориям, деонтологические в большей степени бывают монистическими. В монистических теориях в качестве основополагающего принимается один принцип, например «золотое правило» этики, под которым понимается библейская заповедь: «во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» (Мф. 7:12).

Это «золотое правило» весьма близко тому абсолютному нравственному закону, или категорическому императиву,который Кант считал безусловным основанием всей этики. Императив, по Канту, это формулировка такого объективного принципа, который, будучи велениемразума, принудителен для воли. Подчинение такому объективному закону, а не что-либо другое, и определяет, по Канту, моральность поступка. Категорическимже будет такой императив, который представляет тот или иной поступок как объективно необходимый сам по себе. Кант выражал категорический императив так: «Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в тоже время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом» (максима– закон).

Натуралистическая теория этикиизложена гуманистом, ученым и революционером П.А.Кропоткиным (1842-1921) в большом труде «Этика» и обоснована в книгах: «Взаимная помощь как закон природы и фактор эволюции», «Взаимная помощь среди животных и людей, как двигатель прогресса» (90-е гг. позапрошлого века). П.А.Кропоткин создал достаточно обоснованную, подкрепленную фактами концепцию универсальной нравственности на основе явления взаимопомощи, хорошо известного в животном мире из работ Ч. Дарвина и других ученых-эволюционистов. Как и конкурентная взаимная борьба, взаимопомощь имеет природные основания (примеры совместной охоты, защиты стада вожаком, другие кооперативные действия). Именно взаимопомощь в человеческом обществе облагораживает индивида, способствует прогрессу всего сообщества, составляет благоприятную почву для развертывания свободы. Иллюстрируя необходимый в эволюции для выживания вида принцип взаимопомощи, он брал конкретные наблюдения. У него были аргументы, найденные и другими натуралистами, антропологами, историками и экономистами, полученные путем наблюдений над животным миром и обществом в течение столетий. Сам он наблюдал за природными явлениями во время экспедиции в Сибирь в начале 60-х гг. XIX в., в которой участвовал как натуралист. Для нас натуралистическая теория весьма привлекательна, т.к. учитывает явления, аналогичные биоэтическим.

Теория моральных обязательств У.Д. Росса.Выдвинутую в первой половине ХХ столетия американским этиком У. Россом теорию называют плюралистической концепцией (плюрализм – признание множества точек зрения). Преимущество плюралистического подхода в том, что он более близок к нашему повседневному моральному опыту. Мы обычно вовсе не следуем одному – единственному принципу или правилу, а учитываем разные нормы. Хотя эти принципы могут вступать в конфликт друг с другом.

При таком подходе, который можно назвать «соотносительным», мы не отказываемся ни от того, чтобы следовать принципам и правилам, ни от того, чтобы в полной мере учитывать своеобразие конкретных ситуаций. Суть соотносительного подхода в том, что обязательства, вытекающие из некоторого принципа, хотя и не отрицаются, но могут быть нарушены. Каждый из принципов при соотносительном подходе сохраняет свою значимость, и речь не идет о том, чтобы найти главенствующий и подчиненные ему принципы. Но каждый должен соблюдаться не всегда, а только до тех пор, пока в конкретной ситуации он не вступит в конфликт с другими. И если в данной ситуации окажутся более обязывающимитребования, диктуемые другим принципом, то мы будем вправе поступить вопреки требованиям, исходящим от первого принципа.

Например, библейская заповедь «не убий» понимается как запрет не всякого, а неоправданного убийства. Убийство в целях самозащиты, убийства в ходе войны, смертная казнь как высшая мера наказания, считалось до-пустимым даже у древних евреев, для которых Библия была основополага-ющим моральным учением. В настоящее время все три названных ситуации являются конфликтными, т.е. противоречащими библейской заповеди. Но в каждой из них более обязывающими оказываются другие принципы: самообороны, защиты отечества, правосудия. Во имя их реализации и совершается то или иное «оправданное» убийство.

Теория справедливости Дж. Ролза. Одной из фундаментальных работ, посвященных справедливости, безусловно, является книга Дж. Ролза «Теория справедливости», в которой он обращается к идее рефлективного равновесия, отмечая при этом: «В соответствии с промежуточной целью моральной философии справедливость как честность представляет собой гипотезу о том, что принципы, которые должны быть выбраны в исходном положении, тождественны принципам, которые соответствуют нашим моральным суждениям, и поэтому эти принципы описывают наше чувство справедливости». И далее: «В описании нашего чувства справедливости должно быть допущено, что обдуманные суждения, без сомнения, могут быть подвержены воздействию нерегулярностей и искажений, несмотря на то, что они делались при благоприятных обстоятельствах. … С точки зрения моральной теории, наилучшее рассмотрение чувства справедливости человека – это не такое, которое подходит его суждениям до проверки некоторой концепции справедливости, а скорее такое, которое подходит его суждениям в рефлексивном равновесии. Как мы видели, эта ситуация получается после того как человек взвешивает различные предложенные концепции и либо ревизует свои суждения для согласования с одной из концепций, либо же возвращается к своим исходным убеждениям (или соответствующей концепции)».

Постмодернистская этика. М.А. Можейко (2001) отмечает: «Постмодернизм – понятие, используемое современной философской рефлексией для обозначения характерного для культуры сегодняшнего дня типа философствования, содержательно-аксиологически дистанцирующегося не только от классической, но и от неклассической традиции и конструирующего себя как постсовременная, т.е. постнеклассическая философия».

В.А. Канке (2002) отмечает следующие доминанты философии постмодернизма: дисконсенсус (а не консенсус), дискретность (а не непрерывность и прогресс), нестабильность (а не стабильность), случайность (а не необходимость), игра (а не цель), анархия (а не иерархия), рассеивание (а не центрирование), неопределенность (а не определенность), эстетика парадоксально-возвышенного (а не прекрасного), виртуальное (а не устойчивое вещно представимое), ирония по поводу утопий и признающихся устоявшимися ценностей.

В.А. Канке (2007) бесспорными классиками постмодернистской этики считает Ж.-Ф. Лиотара, М. Фуко и Ж. Дерриду. Автор вычленяет следующие общие черты воззрений ведущих авторов от постмодернизма:

- Постмодернисты стремятся определить статус этики заново, применительно к обществу риска и неопределенности.

- Не без труда проблематизируют они сложный вопрос о соотношении свободы человека и его ответственности.

- Все постмодернисты обращают особое внимание на прагматику языка.

- Как правило, постмодернистские авторы погружают этику в эстетический контекст.

- В последние годы наблюдается понижение степени экстравагантности постмодернистских этических проектов.

Завершая краткое рассмотрение основных этических теорий, важно подчеркнуть, что они послужили основой для формулирования принципов биоэтики. В.А. Канке (2011) замечает, что в знаменитом Белмонтском докладе комиссии конгресса США были сформулированы три биоэтических принципа: автономии личности, благодеяния и справедливости. Автор подчеркивает, что принцип автономии личности позаимствован у И. Канта, принцип благодеяния взят у Дж.С. Милля, а принцип справедливости – у Дж. Ролза.

К этому необходимо добавить, что натуралистическая теория этики,изложенная П.А.Кропоткиным, имеет существенное значение для биоэтических принципов действенной любви, сострадания, взаимозависимости, партнерства. Теория моральных обязательств У.Д. Росса и постмодернистская этика позволяют более полно раскрывать биоэтические принципы ответственности, гибкости, множественности.

6. Законы биоэтики

 

Приступая к вопросу о законах биоэтики, следует подчеркнуть, что данный вопрос носит открытый, дискуссионный характер и тесно связан с проблематизацией механизмов (врожденных и приобретенных) возникновения и развития биоэтического сознания. Б.М. Величковский (2006) обоснованно предполагает, что по мере того, как будут уточняться детали процессов эволюционного развития и общих уровней организации управления поведением, будет проясняться и мировая загадка научного объяснения сознания.

Важным фактором эффективного решения этой «мировой загадки» является гармоничное развитие процессов дифференциации и интеграции научного знания.

В аспекте интегративного (целостного) подхода к научному исследованию, на наш взгляд, существенное значение имеет категория многоединого, сформулированная В.И. Моисеевым (2010, 2011), которая представлена во всех «сильных» сущностях, таких как «жизнь», «сознание», «развитие», «человек», «история». Жизнь или сознание, по мнению автора, вновь открываются для нас множествами, в то время как все такие «сильные» сущности представляют собой в первую очередь разные виды многоединых, и первое, с чего должна начинаться теория таких сущностей, это утверждение, что жизнь – это некоторое многоединое, сознание – это некоторое многоединое … и т.д.

За последние годы ценные научные знания получены в результате исследований, посвященных вопросам генетической детерминации моральных качеств (Эфроимсон В.П., 1971; Хаузер М., 2008), эволюционной этике (Марков А., 2012), психогенетике (Атраментова Л.А., Филипцова О.В., 2008), нейробиологическим механизмам памяти (Кандель Э., 2012), нейрофилософии и нейропсихологии сознания (Б.М. Величковский, 2006).

Научное понятие «закон» традиционно применяется в естественных науках, в математике, не вызывая при этом каких-либо возражений, поскольку в данном случае речь идет о познанных законах и закономерностях природы и математических законах. Значительно реже данное понятие используется в гуманитарных и социально-экономических науках (законы диалектики, законы логики, экономические законы). При этом многие ученые ставят под сомнение возможность применения понятия «закон» в этих областях знания, поскольку в них существенное значение имеет человеческий (субъективный) фактор. Мы исходим из той позиции, что понятие «закон» в равной степени применимо в любых сферах научного знания – естественных, математических, гуманитарных, социально-экономических.

Одним из проявлений всеобщей связи предметов и явлений действительности является закономерная связь между ними. Отличие закономерных связей от незакономерных состоит в том, что первые имеют отличительныепризнаки, а вторые такими не обладают.

Среди этих отличительных признаков обычно выделяют:

1. Объективность. Закон – это объективное отношение, которое не зависит от человека и человечества. Независимо от того, знают о них люди или нет. Независимо от того, приносят они пользу или вред человеку, человек лишь способен учитывать их действие.

2. Необходимость. Закон – это необходимое отношение, отражающее внутреннюю, существенную связь.

3. Общее. Закон – общее отношение. Это означает, что закон охватывает класс явлений, которые характеризуются действием одного и того же закона при всей самобытности каждого из этих явлений.

4. Существенность. Закон – это сущностное отношение. Суть состоит в том, что в законе отражается наиболее значимое в характеристике явлений, которое находится в сфере действия этого закона.

5. Определенность условий. Закон действует в определенных условиях.

6. Направленность. Закон действует в определенном направлении.

Совокупность названных выше признаков является необходимой и достаточной для того, чтобы характеризовать изучаемые отношения предметов и явлений действительности как закономерные и сформулировать на этом основании определенный закон.

Данная совокупность признаков является необходимой, так как все признаки закономерной связи должны быть установлены.

Данная совокупность признаков является достаточной, поскольку не требуется других признаков для того, чтобы определять изучаемые отношения предметов и явлений в качестве закономерных.

Таким образом, закон – это объективные, необходимые, общие, существенные отношения между предметами и явлениями, которые при определенных условиях, вызывают их изменение и развитие в конкретном направлении.

Говоря о законах биоэтики, следует проанализировать приведенные выше признаки.

Объективность. Д. Локк говорил о правилах, способных поставить нравственность в ряд доказуемых наук. При этом Д. Локк подчеркивал: «Я не сомневаюсь, что при этом можно было бы установить мерила добра и зла, исходя из самоочевидных положений, путем выводов столь же необходимых, сколь и бесспорных, как выводы в математике, установить их для всякого, кто займется нравственностью с тем же беспристрастием и вниманием, с каким он занимается науками математическими. Отношение других модусов может быть воспринято с такой же достоверностью, как отношение модусов числа и протяженности; и я не вижу, почему бы другие модусы не могли быть доказуемы, если бы подумали о надлежащих методах изучения и прослеживания их соответствия или несоответствия».

Для обсуждения объективности законов биоэтики важно поставить следующие вопросы: «Является ли человек частью бытия?», «Каким образом соотносятся онтологический и гносеологический аспекты объективной реальности?».

Правильное решение поставленных вопросов возможно, если обратиться к следующим глубоким мыслям С.Л. Рубинштейна: «Познаваемое бытие, его квалификацию в качестве такового надо брать в соотношении с познающим человеком. Но сам познающий человек располагается не перед бытием, сущим и, значит, не располагает его перед собой, превращая все бытие в предмет, в объективную наличность для созерцания, превращая все только в объект для субъекта, а находится внутри его. Познающий субъект – это человек, сущее, наделенное сознанием, расположенное внутри сущего. Таким образом, исходным является онтологическое отношение различных сущих, сущих с различным способом существования, а познание – осуществляющееся внутри онтического отношения различных сущих. В этом смысле обнаруживается некоторая двусмысленность при сведении всего сущего к «объективной реальности». Двусмысленность заключается в признании за исходное познавательного отношения, а не объективного отношения и места человека в бытии. Поэтому и характеристика самого бытия оказывается гносеологической – только как внеположенность сознанию, только как объекта познания, в отношении к познанию. Человек находится внутри бытия, а не только бытие внешне его сознанию. В этом смысле бытие обступает нас со всех сторон, и нам из него никуда «не уйти». Мир бытия, в котором мы находимся, – это его непосредственная данность, неотступность, очевидность, его неустранимость, со всех сторон нас объемлющая, его неотменяемость».

Следовательно, человек – это часть бытия, находящаяся внутри его. При сведении сущего к объективной реальности необходимо выделять онтологический и гносеологический аспекты. Онтологический аспект – это единство бытия, взятое как отношение целого (бытие) и его части (человек). Гносеологический аспект – это отношения субъекта и объекта познания. Все свойства человека, в частности его сознание как одна из форм движения материи, также могут выступать в качестве объекта познания. Поэтому различные свойства и качества, присущие данной форме движения материи являются объективными и с онтологической, и с гносеологической точки зрения.

Учитывая сказанное можно утверждать, что биоэтические законы обладают признаком объективности, действуют независимо от того, что знают о них люди, или нет. Независимо от того, приносят они пользу или вред конкретному человеку, человек лишь способен учитывать их действие. При этом степенями свободы морального выбора каждого человека являются соблюдение или не соблюдение законов биоэтики.

Следует подчеркнуть, что сущность отношений законов биоэтики раскрывается в наиболее значимом в характеристике изучаемых ее явлений, а именно: в отношении вмешательств в процессы жизнедеятельности, которые представляют для них возможную или действительную опасность (существенность). Именно эти отношения являются существенными для законов биоэтики, когда процессы жизнедеятельности, находящиеся в своей естественной актуализации (возникновение, развитие, прекращение) выступают в качестве объекта вмешательства, которые несут возможную или действительную опасность их естественному протеканию.

Отсюда очевидно, что законы биоэтики действуют лишь в определенных условиях – в ситуациях морального выбора, связанных с вмешательством в процессы жизнедеятельности, представляющие возможную или действительную опасность, в частности, для жизни и здоровья человека (определенностьусловий).

Из этого вытекает и направленностьзаконов биоэтики на высшее благо – жизнь. Безусловность этого высшего блага не вызывает сомнения у любого разумного и нравственного человека. Даже если принять в расчет жизнеотрицающее мировоззрение какого-либо отдельного человека, то при глубоком и объективном анализе оно, в конечном итоге, выводится в жизнеутвержда-ющее мировоззрение через признание как высшего блага другой (неземной) жизни.

В биоэтическом плане важно подчеркнуть тот факт, что разумный и нравственный человек должен испытывать чувство благоговения перед любой формой жизни.

Глубоко и вдохновенно об этом говорит А. Швейцер: «Этика заключается, следовательно, в том, что я испытываю побуждение выказывать равное благоговение перед жизнью как по отношению к моей воле к жизни, так и по отношению к любой другой. В этом и состоит основной принцип нравственного. Добро – то, что служит сохранению и развитию жизни, зло есть то, что уничтожает жизнь или препятствует ей.

Фактически можно все, что считается добрым в обычной нравственной оценке отношения человека к человеку, свести к материальному и духовному сохранению и развитию человеческой жизни и к стремлению придать ей выс­шую ценность. И наоборот, все, что в отношениях людей между собойсчита-ется плохим, можно свести в итоге к материальному и духовному уничтожению или торможению человеческой жизни, а также к отсутствию стремления пре­дать жизни высшую ценность. Отдельные определения добра и зла, часто лежащие в разных плоскостях и как будто бы не связанные между собой, оказываются непосредственными сторонами одного и того же явления, как только они раскрываются в общих определениях добра и зла.

Но единственно возможный основной принцип нравственного означает не только упорядочение и углубление существующих взглядов на добро и зло, но и их расширение. Поистине нравственен человек только тогда, когда он повинуется внутреннему побуждению помогать любой жизни, которой он может помочь, и удерживается от того, чтобы причинить живому какой-либо вред. Он не спрашивает, насколько та или иная жизнь заслуживает его усилий, он не спрашивает также, может ли она и в какой степени ощутить его доброту. Для не­го священна жизнь как таковая. Он не сорвет листочка с дерева, не сломаетни одного цветка и не раздавит ни одно насекомое. Когда летом он работает ночью при лампе, то предпочитает закрыть окно и сидеть в духоте, чтобы не увидеть ни одной бабочки, упавшей с обожженными крыльями на его стол.

Если, идя после дождя по улице, он увидит червяка, ползущего по мостовой, то подумает, что червяк погибнет на солнце, если вовремя не доползет до земли, где может спрятаться в щель, и перенесет его в траву. Если он проходит мимо насекомого, упавшего в лужу, то найдет время бросить ему для спасения листок или соломинку.

Он не боится, что будет осмеян за сентиментальность. Такова судьба любой истины, которая всегда является предметом насмешек до того, как ее признают. Когда-то считалось глупостью думать, что цветные люди являются действительно людьми и что с ними следует обращаться, как со всеми людьми. Теперь эта глупость стала истиной. Сегодня кажется не совсем нормальным признавать в качестве требования разумной этики внимательное отношение ко всему живому вплоть до низших форм проявления жизни. Но когда-нибудь будут удивляться, что людям потребовалось так много времени, чтобы признать несовместимым с этикой бессмысленное причинение вреда жизни.

Этика есть безграничная ответственность за все, что живет».

Таким образом, законы биоэтики – это объективные, необходимые, общие, существенные отношения, которые в ситуациях морального выбора, связанных с вмешательством личности в процессы жизнедеятельности, представляющим для них возможную или действительную опасность, определяют изменение и развитие сознания и воли разумного и нравственного человека в направлении высшего блага – жизни.

Обобщая сказанное можно сформулировать три закона биоэтики, первый из которых является основным, а второй и третий – дополнительными, вытекающими из основного закона биоэтики.

Первый закон биоэтики. Закон благоговения перед жизнью.

В ситуации морального выбора, связанной с вмешательством личности в процессы жизнедеятельности, которое представляет для них возможную или действительную опасность, разумному и нравственному человеку присуще благоговение перед жизнью.

Второй и третий закон биоэтики вытекают из первого.

Второй закон биоэтики. Закон разумного и нравственного обоснования.

Любое вмешательство в процессы жизнедеятельности, которое представляет для них возможную или действительную опасность, требует разумного и нравственного обоснования.

Третий закон биоэтики. Закон оснований морального выбора.

Основаниями морального выбора цели и средств любого вмешательства в процессы жизнедеятельности, которое представляет для них возможную или действительную опасность, служат разум и добрая воля, направленные на высшее благо, которым является жизнь.

Библиографический список

Принципы медицинской этики, относящихся к роли работников здравоохранения, в особенности врачей, в защите заключенных или задержанных лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, принятые 18.12.1982 Резолюцией 37/194 на 37-ой Сессии Генеральной Ассамблеи ООН. URL: http://www.iatp.am/hr/rus/un/8_2.htm (дата обращения 17.05.12).

Всеобщая декларация о биоэтике и правах человека, принятая путем аккламации 19 октября 2005 г. на 33-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО. URL: http:// www.un.org/russian/documen/declarat/bioethics_and_hr.pdf (дата обращения 17.05.12).

Декларация о политике в области обеспечения прав пациента в Европе, принятая Европейским совещанием по правам пациента (Амстердам, Нидерланды, март 1994) // Сборник официальных документов Ассоциации врачей России: Врачебные ассоциации, медицинская этика и общемедицинские проблемы / Под ред. В.Н. Уранова. М.: ПАИМС, 1995. С. 82.

Конвенция о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека и биомедицине (ETS N 164) (Овьедо, 4 апреля 1997 года) // Справочная правовая система «Гарант». URL: http://www.garant.ru (дата обращения 17.05.12).

Двенадцать принципов предоставления медицинской помощи в любой национальной системе здравоохранения, принятые ВМА 1963 г. // Сборник официальных документов Ассоциации врачей России: Врачебные ассоциации, медицинская этика и общемедицинские проблемы / Под ред. В.Н. Уранова. М.: ПАИМС, 1995. С. 19.

Лиссабонская декларация о правах пациента, принятая ВМА(Лиссабон, Португалия, сентябрь-октябрь 1981 года) // Там же. С. 17.

Международный кодекс медицинской этики, принятый 3-й Генеральной Ассамблеей ВМА (Лондон, Великобритания, октябрь 1949 года) // Там же. С. 21.

Хельсинкская декларацияВМА:Этические принципы медицинских исследований с привлечением человека,принятая 18-ой Генеральной Ассамблеей ВМА (Хельсинки, Финляндия, июнь 1964). URL: http://www.psychiatr.ru/lib/helsinki_declaration.php (дата обращения 17.05.12).

Конституция Российской Федерации // Справочная правовая система «Гарант». URL: http://www.garant.ru (дата обращения 17.05.12).

Федеральный закон Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // Справочная правовая система «Гарант». URL: http://www.garant.ru (дата обращения 17.05.12).

Этический кодекс российского врача, утвержденный 4-й Конференцией ассоциации врачей России (Москва, ноябрь 1994 г.) // Сборник официальных документов Ассоциации врачей России: Врачебные ассоциации, медицинская этика и общемедицинские проблемы / Под ред. В.Н. Уранова. М.: ПАИМС, 1995. С. 7.

Аристотель. Соч. в 4 т. – М., 1983.

Атраментова Л.А. Введение в психогенетику: учеб. пособие / Л.А. Атраментова, о.В. Филипцова. – 3-е изд. – М.: Флинта: МПСИ, 2008. – 472 с.

Базовая учебная программа по биоэтике // Организация Объединенных наций по вопросам образования, науки и культуры. – Desing&Production: Julia Cheftel SHS/EST/EEP/ 2008/PI/1. – UNESCO, 2008. – Version 1.0. URL: http://www.unesco.org/ru/moscow (дата обращения 17.05.12).

Биоэтика: принципы, правила, проблемы. Отв. ред. и составитель Б.Г.Юдин [Текст]. – М., 1998. – 472 с.

Братусь Б.С. Нравственная психология возможна // Психология и этика: опыт построения дискуссии. – Самара: Издательский дом «БАХРАХ», 1999. С. 29–48.

Введение в биоэтику: Учеб. пособие / А.Я. Иванюшкин, В.Н. Игнатьев, Р.В. Коротких и др. – М.: Прогресс-Традиция, 1998. – 381 с.

Величковский Б.М. Когнитивная наука: Основы психологии познания: в 2 т. Т. 1 / Борис М. Величковский. – М.: Смысл: Издательский центр «Академия», 2006. – 448 с.

Гранат Н.Л. Правосознание и правовая культура // Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. – 4-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2005. – С. 271-283.

Гартман Н. Этика / Пер. с нем. А.Б. Глаголева под ред. Ю.С. Медведева и Д.В. Скляднева. – СПб.: Владимир Даль, 2002. – 707 с.

Гиппократ. Избранные книги. – М.: Сварог,1994. – 736 с.

Громов А.П. Врачебный долг, врачебная ответственность, врачебная тайна // Деонтология в медицине: В 2 т. Т. 1. Общая деонтология / Белоусов О.С., Бочков Н.П., Бунятян А.А.,; Под ред. Б.В. Петровского; АМН СССР. – М.: Медицина, 1988. – С. 73-121.

Гусейнов А.А. Античная этика. Изд. 2-е, испр. и доп. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. – 288 с.

Гусейнов, А.А. Великие пророки и мыслители. Нравственные учения от Моисея до наших дней / А.А. Гусейнов. – М.: Вече, 2009. – 512 с.

Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – 472 с.

История этических учений: Учебник / Под ред. А.А. Гусейнова. – М.: Гардарики, 2003. – 911 с.

Канке В.А. Современная этика: учебник / В.А. Канке. – М.: Изд-во «Омега-Л», 2007. – 394 с.

Канке В.А. Философия. Исторический и систематический курс: Учебник для вузов. – Изд. 4-е, перераб. и доп. – М.: Издательско-книготорговый дом «Логос», 2002.

Канке В.А. Философия математики, физики, химии, биологии: учебное пособие / В.А. Канке. – М.: КНОРУС, 2011. – 368 с.

Кант И. Соч. в 6 томах. – М., 1965. – Т. 4 (1). – 544 с.

КандельЭ. В поисках памяти: Возникновение новой науки о человеческой психике /Кандель Эрик; пер. с англ. П. Петров. – М.: Астрель: CORPUS, 2012. – 736 с.

Карташова О.В. Основные вопросы преподавания биоэтики на вузовской ступени профессионального фармацевтического образования // Материалы второй международной конференции «Фармацевтическая биоэтика», Москва, 23 октября 2003 г. С. 46-47.

Киященко Л.П. Философия трансдисциплинарности /Л.П. Киященко, В.И. Моисеев; Рос. акад. наук, Ин-т философии. М.: ИФРАН, 2009. – 250 с.

Клейнер Г.Б. Эволюция институциональных систем / Г.Б. Клейнер; ЦЭМИ РАН. – М.: Наука, 2004. – 240 с.

Локк Д. Избранные философские произведения: В 2-х т. (Вступ. ст. И.С. Нарского). – М.: Соцэкгиз, 1960. – 731 с.

Лукьянов А.С. Биоэтика с основами биоправа: Учебное пособие. – М.: Научный мир, 2008. – 360 с.

Марков А. Эволюция человека. В 2 кн. Кн. 2: Обезьяны, нейроны и душа /Александр Марков. – М.: Астрель: CORPUS, 2012. – 512 с.

Можейко М.А. Постмодернизм // Постмодернизм. Энциклопедий. – Мн.: Книжный Дом, 2001. – С. 601-605.

Моисеев В.И. Логика Открытого Синтеза: 2 томах. Том 1: Структура, Природа и Душа. Книга первая. – СПб.: Издательский дом «Мiръ», 2010. – 744 с.

Моисеев В.И. Логика Открытого Синтеза: 2 томах. Том 1: Структура, Природа и Душа. Книга вторая. – СПб.: Издательский дом «Мiръ», 2010. – 743 с.

Моисеев В.И. Многоединство живого: к принципам психофизической связности // В пространстве биологоса: Коллективная монография. – СПб.: Изд. дом «Мiръ», 2011. – С. 35-55.

Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. Человек и мир / С.Л. Рубинштейн. – СПб.: Питер, 2003. – 512 с.

Сгречча Э., Тамбоне В. Биоэтика: Учебник / Пер. с итал.: В. Зелинский и Н. Костомарова. – М.: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2002. – 413 с.

Сергеев В.В. Биоэтическое сознание: Лекция. – Самара; Самарская гуманитарная академия; ГОУВПО «СамГМУ», 2005. – 20 с.

Сергеев В.В. Законы биоэтики: Лекция. – Самара; Самарская гуманитарная академия; ГОУВПО «СамГМУ», 2005. – 20 с.

Сергеев В.В., Наследков В.Н., Шмелёв И.А., Ильина Е.Р., Купряхин В.А., Калицкий Р.С. Лекции по биоэтике: Учебное пособие / Отв. ред. В.В. Сергеев. – Самара; ГОУВПО «СамГМУ»; Самар. гуманит. акад., 2005. – 400 с.

Сергеев В.В., Шмелёв И.А. Этические и правовые основы деятельности врача в аспекте концептуальной модели медицинской помощи // Вопросы судебной медицины, медицинского права и биоэтики. Сборник науч. труд. Под ред. А.П. Ардашкина, В.В. Сергеева. – Самара: ООО «Офорт», 2009. – С. 157-163.

Силуянова И.В. Руководство по этико-правовым основам медицинской деятельности: Учебн. Пособие / И.В. Силуянова. – М.: МЕДпресс-информ, 2008. – 224 с.

Спиркин А.Г. Философия: Учебник. – 2-е изд. – М.: Гардарики, 2004. – 736 с.

Тищенко П.Д. Биоэтика // Энциклопедический словарь / Под ред. Р.Г. Апресяна и А.А. Гусейнова. – М.: Гардарики, 2001. – С. 39-41.

Уильямс Дж.Р. Руководство по медицинской этике / Под ред. Ю.М. Лопухина, Б.Г. Юдина, Л.А. Михайлова; пер. с англ. Булыгиной Т.В., Васильевой Л.Л.– М.: ГЭОТАР-Медиа, 2006. – С. 12-33.

Фармацевтическая биоэтика: Руководство для провизоров и фармацевтов / Авт. колл.: Сергеев В.В., Егоров В.А., Жестков А.В., Куркин В.А. и др. / Под общ. ред. В.В. Сергеева, В.А. Егорова. – М., 2006. – 326 с.

Хаузер М.Д. Мораль и разум: Как природа создавала наше универсальное чувство добра и зла / Марк Д. Хаузер; пер. с англ. Т.М. Марютиной; под ред. Ю.И. Александрова; предис. Ю.И. Александрова; илл. И.В. Молчановой. – М.: Дрофа, 2008. – 639 с.

Хрусталев Ю.М. Биоэтика. – И.: ОАО «Издательство «Медицина», 2011. – 408 с.

Хрусталёв Ю.М. От этики до биоэтики: учебник для вузов / Ю.М. Хрусталёв. – Ростов н/Д: Феникс, 2010. – 446 с.

Цвык В.А. Профессиональная этика: основы общей теории: Учеб. пособие. – М.: РУДН, 2010. – 288 с.

Швейцер А. Благоговение перед жизнью: Пер. с нем. / Сост. и посл. А.А. Гусейнова. Общ. ред. А.А. Гусейнова и М.Г. Селезнева. – М.: Прогресс, 1992. – 576 с.

Шовье С. Этики, прикладная этика. Французские и франкоязычные исследования // Философские науки. 2011. № 5. С. 98-103.

Эфроимсон В.П. Родословная альтруизма (Этика с позиций эволюционной генетики человека) // Новый мир. 1971. № 10. С. 193-213.

Яр



Последнее изменение этой страницы: 2016-09-05; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.173.35.159 (0.031 с.)