Вверх по идущей вниз лестнице

Б. Кауфман

Мисс Сильвия Баррет, только что окончившая с отличием учительский колледж, направлена преподавать язык и литературу в средней школе Кулиджа в Нью-Йорке. Она очень молода, привлекательна, любит свой предмет, любит рисовать, кататься на велосипеде, читать, плавать и, главное, она полна энтузиазма и надежд. Однако то, что она увидела в школе, сильно ее встревожило. Вот что она пишет своей подруге.

«Дорогая Эллен!

Как далеко все, что я встретила в школе, от нашей комнатки в общежитии Лайонс Холл (неужели это было всего четыре года назад?). Как далеко все это от нашей университетской библиотеки, от Чосера! Как безнадежно далеко от учебника педагогики и от лекций профессора Уинтерса о психологии подростка. Я встретилась с подростками лицом к лицу. Профессору Уинтерсу, очевидно, никогда не приходилось этого делать…

А ведь я собиралась заняться настоящим преподаванием. «Он с радостью учился и с радостью учил», - как говорит оксфордский студент у Чосера. Мне хотелось поделиться с учениками всем, что я знаю и чувствую, внушить молодежи любовь к родному языку и литературе, учить и вдохновлять. Но в жизни получилось не так. Когда я спросила, для чего они изучают язык, один мальчик ответил: «Чтобы это помогало нам в жизни». И если бы я могла описать тебе, как оно получилось в жизни, ты решила бы, что я преувеличиваю. Но я не преувеличиваю.

Во время классного часа (это когда ученики собираются в классе сразу же после прихода и перед самым уходом для переклички) они выдали мне все, на что способны: свистели, кричали, барабанили по партам, перебрасывались чернильными шариками и тряпкой, пересаживались с места на место – и все это с невинным видом, в то время как я стояла, настороженная, как дрессировщик львов, умоляя о внимании и стараясь охватить взглядом всех сорок шесть…

Так прошел мой первый учительский день. Пока я ничему не учила, однако научилась многому. А именно:

Мы должны отчитываться за каждую минуту, требуя того же от учеников.

У нас есть доски, но нет мела, есть ученики, но нет мест, есть учителя, но нет времени учить.

Библиотека закрыта для учеников.

Наша школа – вполне нормальная средняя школа. Есть множество школ хуже нашей (официально это называется «проблема площади в школах для низших социально-экономических групп населения») и гораздо меньше таких, которые лучше…

Пока мои ученики для меня – сплошное море лиц, на котором при сильных порывах ветра всплывает то одна, то другая мордашка…

Начинаю запоминать их имена и разбираться в том, что их волнует. Мне даже кажется, что я могу помочь им, если только они мне это позволят. Но я все еще Чужая и Враг; я еще не прошла испытания. Враг Эдди Уильямса – потому что у меня белая кожа; Джо Фероне – потому что я учительница; Вивиан Пейн – потому что я худая.

Из-за цвета своей кожи Эдди зол на весь мир.

Джо Фероне заваливает все предметы, хотя очень способный. Я доверяю ему, а он – он пристально наблюдает за мной, готовый к прыжку при первом неверном движении.

Это дети, вскормленные на жалких отбросах, и у них никого нет – ни в школе, ни дома.

Больше всего меня пугает их бездумное восприятие всего, чему их учат. Это не значит, что они не протестуют против авторитетов, они протестуют, да еще как. Но им не приходит в голову подумать.

Послушание и молчание – вот что у нас особенно ценится. А вот энтузиазм не вызывает энтузиазма. Он таит в себе опасность излишних треволнений. Как-то Адмирал поймал нескольких ребятишек, пришедших в школу до занятий, чтобы попрактиковаться в машинописи. И тотчас же издал манифест, запрещающий пребывание в школе до 8.20 и после 15.00. Без учителя им не разрешают оставаться в классах. Им не разрешают задерживаться в коридорах. Им не разрешают говорить, не подняв предварительно руки. Им не разрешают переживать слишком остро или смеяться слишком громко…

 

Не давайте уроку заканчиваться на неверной ноте. Пример: на Ваш вопрос, каким человеком был Фрост, последовал ответ: «Он был человеком, любящим писать стихи». И в это время зазвенел звонок, и Вы их отпустили.

Энтузиазм заразителен. Радует, что Вы не стесняетесь показать, что тронуты чувствами или возбуждены идеями, взволнованы, увлечены мыслью, заложенной в стихотворении. Вторжение посторонних (водопроводчика и т.п.) ни в коей мере не должно Вас обескуражить.

Вы сразу же исправляли ошибки в языке. Однако пропустили неправильное употребление вспомогательных глаголов. Чем меньше говорит учитель, тем лучше. Не перекармливайте их, извлекайте из них. В процессе обучения учитель и ученик открывают друг друга. Не упускайте неожиданные реакции учеников, например слова мальчика, занимавшегося математикой, о том, что у человека нет выбора.

Сидевший рядом со мной мальчик делал домашнее задание по математике. Учителю следует прохаживаться по классу.

Всегда сначала задайте вопрос и только потом вызывайте ученика – это заставит думать весь класс. Избегайте двусмысленных и неопределенных вопросов, таких как «Какие чувства вызывает у вас стихотворение? (cлишком неопределенно). И «Сожалеем ли мы о том, чего не совершили?» (Слишком очевидно, что учитель ждет в ответ «да»).

Не разрешайте одному ученику (Кагану?) монополизировать обсуждение. Вызывайте и тех, кто не вызывается сам.

Увязывать задаваемые вопросы с жизненным опытом учеников – прекрасно, но не позволяйте им уводить Вас в сторону. Они частенько пользуются этим, чтобы протянуть время или вообще отделаться от занятий. Пример: в разговоре о выборе обсуждения вопроса о том, какое надеть в субботу платье девочке из 4-го ряда – розовое или зеленое, было интересным, но 6 минут на него – слишком много.

Ваше умение отмечать успехи учеников, - Ваша искренняя заинтересованность в том, что они говорят, заслуживают похвалы. Прекрасно, что девочки стремятся Вам подражать, а мальчики – Вам угождать. Но несколько рискованно выглядеть слишком привлекательной. Нет сомнений – Вы прирожденный учитель.

Ваша неизменная вежливость по отношению к ученикам – выше всяких похвал. Учитель – нередко единственный человек из окружения ученика, относящийся к нему с уважением. Вместо того, чтобы наказать юнца, «вернувшегося из исключения», который опоздал на урок и к тому же вошел в класс с зубочисткой во рту, Вы сумели дать ему почувствовать, как классу его недоставало. Великолепно! (Следовало, однако, заставить его вынуть зубочистку).

Хотя контрольная по языку и литературе была крайне интересной, мне было трудно ее выполнить с присущим мне умением. Поэтому я хочу поблагодарить вас за предоставление мне возможности повысить мою отметку дополнительным изложением, чтение которого, я надеюсь, доставит вам удовольствие.

Я собирался уйти из школы, а теперь раздумал. Я очень удивился, когда вы сказали, что я могу исправить свою блестящую (ха-ха!) отметку, если напишу дополнительное изложение, что я и сделаю.

Я не говорю, что вы слишком много задаете на дом, но не скажу, что мало. Но для вас я готов приготовить даже вдвое больше.

Я люблю ваши уроки языка потому, что вы нас так учите английскому, чтобы мы могли его использовать в жизни и стать кем-то. Вы так устроили свой язык и литературу, что они стали интересными и совсем не похожи на эти предметы, хотя это и они. С вами начинаю любить то, что раньше не любил. Как, например, читать. Вы учите нас хорошо и равномерно. Не слишком быстро и не слишком медленно. Можно, чтобы и в следующем семестре опять были вы?

Мне нравится ваша открытая манера разговаривать с нами и мне нравится как вы преподаете и как вы одеваетесь. Мне нравится ваша деликатность и вся ваша личность. Рассказывайте нам больше о своей жизни, как в тот раз – о вашем колледже. Это по-человечески сближает нас с вами и нам хочется быть похожими на вас. Дома я чувствую себя несчастной, а на ваших уроках – никогда. Вот почему у меня возникло желание стать учительницей языка и литературы. Вы можете мне сказать, как вы подготовились к этой карьере?

Не смейте и думать об этом! Вы нам нужны. Сегодня всего лишь первый день. Вы привыкнете. Радости появятся позже – от самих учеников, причем от тех, то кого меньше всего ожидаешь.

У меня много проблем, но я не буду затруднять вас ими в «Ящике пожеланий». Они не для человеческих ушей, хотя вы и кажетесь понимающим человеком. Этим я хочу сказать, что вы понимаете потому, что вы и сами еще молодая. Жаль, что вы – учительница и красивы, как моя сестра. С некрасивой мне было бы проще подружиться.

Дорогая мисс Баррет. Помните меня? Я была в вашем классе в первую неделю занятий и, хотя я больше сюда не вернулась из-за переезда на другую квартиру, думаю, что никогда не забуду вас и как вы со мной поговорили в метро. Хотя литература не мой лучший предмет, все, что вы делали, было хорошо и вы единственная, кто проявил интерес к нам. И вы никогда не делали обидных замечаний.

***

Диктанты, изложения –

Летел быстро урок.

Не радость, сожаление

Нам приносил звонок.

 

Но вот несчастный случай

Вас уложил в больницу,

Чтоб кто-то был вас лучше,

Нам даже и не снится.

Вернитесь к нам, мисс Баррет,

Ждем Вас, ждем Вас,

***

 

Привет, училка!

Погляди на нее! Она учительница?

Кто она?

Это 304-я? Вы мистер Барринджер?

Нет я мисс Баррет.

Вы учительница? Такая молодая?

А она красотка. Эй, училка, можно мне остаться в вашем классе?

Пожалуйста, не толпитесь в дверях. Входите, пожалуйста.

Добрый вечер. Мисс Барнет.

Мисс Баррет. Моя фамилия написана на доске. Доброе утро.

Не может быть! У нас классный наставник – дама!

Надрать ему уши?

Это классный час?

Да, садитесь, пожалуйста.

Я не из этого класса.

Вы будете у нас весь семестр? Вы постоянная или временная?

Парт не хватает. Усаживайтесь как-нибудь.

А где нам сесть?

Это 309-я?

Кто-то стянул у меня пропуск. Дайте мне пропуск!

Как ваша фамилия?

Моя фамилия на доске.

Я не разбираю ваш почерк.

Мне нужно к медсестре, я умираю.

Не верьте ему, он не умирает.

Можно мне наточить карандаш в канцелярии?

Да оставьте ее в покое, вы, идиоты! Вы же видите, что учительница хочет что-то сказать.

Пожалуйста, садитесь! Я бы хотела…

Эй, кажется, был звонок.

Почему нет миссис Синджер? В прошлом году в этой комнате была она.

Когда нас отпустят домой?

XVII. What text, quotation, rule, proverb … corresponds to H.C. Dent’s points of view most of all? Prove it.