Пути формирования русской литературы XVIII в. Периодизация.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Пути формирования русской литературы XVIII в. Периодизация.



Билеты: Ответы к билетам. XVIII век

Пути формирования русской литературы XVIII в. Периодизация.

Восемнадцатый век открыл новую страницу истории русской художественной

литературы. Историческим рубежом между старой и новой Россией были реформы

Петра I, затронувшие самые разнообразные области политики русского

государства, в том числе и идеологическую сферу. Рождалась культура, резко

отличавшаяся от предшествующей. Основные черты:

- Обмирщение литературы;

- Обновление жанровой системы литературы;

- Изменение литературного языка;

- Реформа стихосложения;

- Освоение литературного опыта Запада.

Периодизация:

1. 1700-1730 гг. (предклассицистический). Произведения отличаются большой жанровой и стилистической пестротой, во многом связаны с предшествующим

периодом. Еще не выработаны ни общий творческий метод, ни стройная жанровая

система, но уже вызревают основные идеологические предпосылки классицизма:

защита государственных интересов, прославление Петра как просвещенного монарха.

Усиливается интерес к античности.

2. 1730-1750 гг. (становление классицизма). Радикальные преобразования

литературы, создание новых классицистических жанров, реформа литературного

языка и стихосложения, появление теоретических трактатов, обосновывающих эти

нововведения. Представители: Кантемир, Тредиаковский, Ломоносов, Сумароков.

3. 1750-1790 гг. (расцвет классицизма). Большую роль начинает играть

просветительская идеология, под ее влиянием русский классицизм поднимается на

новую ступень своего художественного и идейного развития. Начало трансформации

классицизма, появление сентиментализма. Представители: Фонвизин, Державин,

Княжнин, Капнист.

Литература Петровского времени («Приклады, како пишутся комплименты разные»,

«Юности честное зерцало», песни, канты, стихи).

Петровские реформы властно вторгались не только в государственную и научную

области, но и подчас насильственно в повседневную жизнь дворянства, в его

быт.

Издаются руководства, рассчитанные на воспитание правил хорошего тона. Так, в

книге «Юности честное зерцало» молодым людям давались многочисленные советы:

как следует вести себя с родителями, гостями, слугами, как полагается сидеть

за обеденным столом, пользоваться столовыми приборами и т. п. В другом

руководстве — «Приклады, како пишутся комплименты» собраны образцы писем:

официальных, интимных, поздравительных, «сожалетельных» и иного содержания.

В допетровской Руси любовная лирика была представлена только фольклорной

песней. Раскрепощение личности, освобождение ее от церковной и домашней

опеки, возможность свободного изъявления любовного чувства вызвали

потребность в интимной лирике. Распространение грамотности облегчало решение

этой задачи. Под влиянием европейской литературы создаются рукописные

любовные вирши, написанные как силлабическими, так и тоническими (фольклор,

немецкая поэзия) стихами. Авторами могли быть как мужчины, так и женщины.

Содержание, как правило, минорное: жалобы на невыносимые страдания, которые

причиняет любовь, либо обстоятельства, мешающие соединению с любимым

человеком. Художественные образы черпались как из устной, так из книжной

поэзии. Из античности позаимствованы Купида, Фортуна, Венера. Упоминаются

стрелы, пронзившие сердца, любовные страдания сравниваются с язвой или раной,

любовь – с огнем, сжигающим сердце и утробу любящего.

«Гистория о российском матросе Василии Кориотском». Литературные традиции

(влияние повестей XVII в., переводной литературы, русских народных сказок) и

новаторство.

Рукописные повести были известны с XVII века, но под влиянием Петровских реформ в их содержании происходят существенные изменения. Так, в «Гистории о

российском матросе Василии Кориотском и о прекрасной королеве Ираклии

Флоренской земли» наряду с мотивами рукописных повестей XVII века («Повесть о

шляхтиче Долторне») и мотивами народной сказки присутствует злободневное для

Петровского времени содержание. Герой повести – молодой дворянин,

представитель того сословия, на которое опирались реформы Петра, наделенный

бесстрашием, находчивостью, любознательностью. По-новому решена проблема

«отеческого дома» (в древнерусской литературе разрыв с ним равносилен

жизненному краху, здесь же представитель молодого поколения – его

спаситель). Отразился возросший международный престиж России (австрийский

цесарь с почетом принимает простого русского матроса). Новая трактовка

любовной темы, любовь облагорожена. Язык гистории насыщен новыми словами: «во

фрунт», «маршировать», «термин» и т.д.

Иной вариант судьбы российского дворянина представлен в «Гистории о храбром

российском кавалере Александре и о любительницах его Тире и Элеоноре».

Александр – сын обеспеченных родителей, уход которого из дома продиктован

желанием получить достойное образование. Но, попав во Францию, герой отдается

любовным увлечениям. Интерес представляет диспут иностранных дворян о женской

добродетели (связан с изменившимся в Петровское время положение женщины,

выходом ее в свет). Ощущается любовно-авантюрная трагедия.

Жизнь и деятельность Ф. Прокоповича. Художественно-эстетические взгляды

Писателя. Трагикомедия «Владимир».

В творчестве Прокоповича видное место занимают проповеди.Этому традиционному

церковному жанру он придал особое звучание, подчинив его злободневным

политическим задачам. В своих речах он говорит о пользе просвещения, о

необходимости посещать чужие страны, восхищается Петербургом. Оружием Феофана

в проповедях стали рассуждения, доказательства, остроумное сатирическое

слово.

В.К. Тредиаковский. Личность. Поэзия, переводы. «Новый и краткий способ к

А.Д. Кантемир. Личность. Литературное творчество. Сатиры (история жанра,

Структурно-типологические разновидности сатир, их композиционно-стилевые

Особенности).

Антиох Дмитриевич Кантемир (1709-1744) — первый русский писатель-классицист,

автор стихотворных сатир. Сын молдавского господаря, принявшего в 1711 г.

русское подданство, Кантемир был воспитан в духе сочувствия Петровским

реформам. В годы реакции, наступившей после смерти Петра, он смело обличал

воинствующее невежество родовитых дворян и церковников. Кантемиру принадлежат

девять сатир: пять написанных в России и четыре — за границей, куда он был

направлен в качестве посла в 1732 г. Сатирическая деятельность писателя

наглядно подтверждает органическую связь русского классицизма с потребностями

русского общества. В отличие от предшествующей литературы все произведения

Кантемира отличаются сугубо светским характером.

Жанр стихотворной сатиры был известен как в античной, так и во французской

литературе XVII —XVIII вв. Сам Кантемир в сатире IV называет своими учителями

Ювенала, Персия, Горация и Буало. Любопытно отметить, что одна из сатир Буало

также носила название «К своему уму». Но используя созданную до него жанровую

форму, Кантемир наполнил ее злободневным русским содержанием.

Как писатель-классицист Кантемир оценивает своих героев с точки зрения

служения интересам государства. Герои его сатир — люди, забывшие свой долг,

свои обязанности перед государством, — невежды, бездельники, взяточники,

казнокрады. В этом одно из коренных отличий произведений Кантемира от

предшествующей древнерусской литературы, в которой поведение человека

определялось евангельскими заповедями.

Большая часть сатир Кантемира имеет двойное название. Одно из них указывает

на объект сатиры — «На хулящих учение», «На зависть и гордость дворян

злонравных», «На человеческие злонравия вообще». Другое — на адресата, к

которому, обращается автор, — «К уму своему», «К архиепископу Новгородскому»

или же на собеседников, обсуждающих ту или иную проблему, — «Филарет и

Евгений», «Сатир и Периерг» (т. е. любопытный). Обычно в большинстве сатир

тесно связаны между собой два художественных принципа: монолог автора,

порицающего враждебные ему явления, и изображение этих явлений. В

произведениях Кантемира имеют место оба эти начала, но более всего удается

ему живописная часть сатиры. Кантемир — несомненный художник слова, у него

зоркий, наблюдательный глаз, он умеет словами обрисовать нужную ему картину.

Подобно многим классицистам, Кантемир видит причину порочного поведения своих

героев в подчинении их той или иной «страсти». Характерно в этом отношении

название сатиры III «О различии страстей человеческих». Каждый из героев

наделен только одной страстью. Это или стяжатель, или сплетник, или скупец,

или лицемер, или развратник, или щеголь и т. п.

Разумеется, такое изображение отличается известной одноплановостью,

схематичностью, но оно всецело соответствует задачам писателя-классициста:

предостеречь читателя от возможности сделаться жертвой той или иной страсти.

Чем отчетливее, рельефнее будет изображен порок, тем действеннее станет

воспитательная роль художественного произведения. Условные, чаще всего

греческие имена героев (Критон, Хрисипп, Клеарх) должны подчеркнуть типичный,

общечеловеческий характер изображаемых страстей.

Замечателен стиль сатир Кантемира. Его источник — живая разговорная речь,

чему во многом помогает форма, выбранная писателем, — разговор с

собеседником. В сатирах много просторечных слов и даже вульгаризмов,

полностью соответствующих грубым, низменным характерам героев сатир.

Несмотря на большую популярность сатир Кантемира, о чем свидетельствуют их

многочисленные списки, русское правительство не торопилось с изданием этих

произведений. Впервые, в прозаическом переводе на французский язык, они были

напечатаны в Лондоне в 1749 г., пять лет спустя после смерти писателя. В 1752

г. в Германии вышел стихотворный перевод сатир Кантемира на немецкий язык. И

только в 1762 г. последовало русское издание под редакцией поэта И. С.

Баркова, осуществленное Академией наук.

Классицизма.

Первое литературное направление в России — классицизм складывается в 30-50-е

гг. XVIII века. Название этого направления происходит от латинского слова

classicus, т. е. образцовый. Так называли античную литературу, которую широко

использовали классицисты. Наиболее яркое воплощение классицизм получил в XVII

в. во Франции в творчестве Корнеля, Расина, Мольера, Буало. Идеологической

основой литературных направлений всегда служит широкое общественное движение.

Русский классицизм создавало поколение европейски образованных молодых

писателей, родившихся в эпоху Петровских реформ и сочувствовавших им.

Главное в идеологии классицизма — государственный пафос. Государство,

созданное в первые десятилетия XVIII в., было объявлено высшей ценностью.

Классицисты, воодушевленные Петровскими реформами, верили в возможность его

дальнейшего совершенствования. Оно представлялось им разумно устроенным

общественным организмом, где каждое сословие выполняет возложенные на него

обязанности. Противоречиво отношение классицистов к «природе» человека. Ее

основа, по их мнению, эгоистична, но вместе с тем поддается воспитанию,

воздействию цивилизации. Залогом этого является разум, который классицисты

противопоставляли эмоциям, «страстям». Разум помогает осознанию «долга» перед

государством, в то время как «страсти» отвлекают от общественно полезной

деятельности.

Своеобразие русского классицизма состоит в том, что в эпоху становления он

соединил в себе пафос служения абсолютистскому государству с идеями раннего

европейского Просвещения. Во Франции XVIII в. абсолютизм уже исчерпал свои

прогрессивные возможности, и общество стояло перед буржуазной революцией,

которую идеологически подготовили французские просветители. В России в первые

десятилетия XVIII в. абсолютизм еще шел во главе прогрессивных для страны

преобразований. Поэтому на первом этапе своего развития русский классицизм

воспринял от Просвещения некоторые из его общественных доктрин. К ним

относится прежде всего идея просвещенного абсолютизма. Согласно этой теории

государство должен возглавлять мудрый, «просвещенный» монарх, стоящий в своих

представлениях выше своекорыстных интересов отдельных сословий и требующий от

каждого из них честной службы на благо всего общества. Примером такого

правителя был для русских классицистов Петр I.

В отличие от французского классицизма XVII в. и в прямом соответствии с

эпохой Просвещения в русском классицизме 30 —50х годов огромное место

отводилось наукам, знанию, просвещению. Страна совершила переход от церковной

идеологии к светской. Россия нуждалась в точных, полезных для общества

знаниях. Само слово «просвещенный» означало не просто образованного человека,

но человека-гражданина, которому знания помогли осознать свою ответственность

перед обществом. «Невежество» же подразумевало не только отсутствие знаний,

но вместе с тем непонимание своего долга перед государством.

В области чисто художественной перед русскими классицистами стояли такие

сложные задачи, которых не знали их европейские собратья. Французская

литература середины XVII в. уже имела хорошо обработанный литературный язык и

сложившиеся на протяжении длительного времени светские жанры. Русская

литература в начале XVIII в. не располагала ни тем, ни другим. Поэтому на

долю русских писателей второй трети XVIII в. выпала задача не только создания

нового литературного направления. Они должны были реформировать литературный

язык, осваивать неизвестные до того времени в России жанры. Каждый из них был

первооткрывателем. Кантемир положил начало русской сатире, Ломоносов узаконил

жанр оды, Сумароков выступил как автор трагедий и комедий. В области реформы

литературного языка главная роль принадлежала Ломоносову. На долю русских

классицистов выпала и такая серьезная задача, как реформа русского

стихосложения, замена силлабической системы силлабо-тонической.

В результате настойчивой работы было создано литературное направление,

располагавшее собственной программой, творческим методом и стройной системой

жанров. Художественное творчество мыслилось классицистами как строгое

следование «разумным» правилам, вечным законам, созданным на основе изучения

лучших образцов античных авторов и французской литературы XVII в. Творческий

метод классицистов складывается на основе рационалистического мышления. Они

стремятся разложить человеческую психологию на ее простейшие составные формы.

Типизируются не социальные характеры, а человеческие страсти и добродетели.

Категорически запрещалось в одном характере соединять разные «страсти» и тем

более «порок» и «добродетель». Точно такой же «чистотой» и однозначностью

отличались и жанры. В комедию не полагалось вводить «трогательные» эпизоды.

Трагедия исключала показ комических персонажей.

Произведения классицистов были представлены четко противопоставленными друг

другу высокими и низкими жанрами. Здесь имела место рационалистическая

продуманная иерархия. К высоким жанрам относились ода, эпическая поэма,

похвальная речь. К низким — комедия, басня, эпиграмма. Каждая из групп

предполагала свое морально-общественное значение. В высоких жанрах

изображались «образцовые» герои — монархи, полководцы, которые могли служить

примером для подражания. Среди них самым популярным был Петр I. В низких

жанрах выводились персонажи, охваченные той или иной «страстью». Особые

правила существовали в классицистическом «кодексе» для драматических

произведений. В них должны были соблюдаться три «единства» — места, времени и

действия. Рациональное зерно заключалось в стремлении к четкой организации

драматического произведения, в концентрации внимания зрителя не на внешней,

развлекательной стороне, а на самих героях, на их драматических

взаимоотношениях. Следует отметить, что, несмотря на подобную регламентацию

творчества, произведения каждого из писателей-классицистов имели свои

индивидуальные особенности.

Русский классицизм XVIII в. прошел в своем развитии два этапа. Первый из них

относится к 30-50-м годам. Это становление нового направления, когда один за

другим рождаются неизвестные до того времени в России жанры, реформируется

литературный язык, стихосложение. Второй этап падает на последние четыре

десятилетия XVIII в. и связан с именами таких писателей, как Фонвизин,

Херасков, Державин, Княжнин, Капнист. В их творчестве русский классицизм

наиболее полно и широко раскрыл свои идеологические и художественные

возможности.

Каждое крупное литературное направление, сходя со сцены, продолжает жить в

более поздней литературе. Классицизм завещал ей высокий гражданский пафос,

принцип ответственности человека перед обществом, идею долга, основанного на

подавлении личного, эгоистического начала во имя общих государственных

интересов.

Конфликта.

Литературную славу принесли Сумарокову трагедии. Он первый ввел этот жанр в

русскую литературу. Восхищенные современники называли его «северным Расином».

Всего им написано девять трагедий. Шесть — с 1747 по 1758 г.: «Хорев» (1747),

«Гамлет» (1748), «Синав и Трувор» (1750), «Артистона» (1750), «Семира»

(1751), «Ярополк и Демиза» (1758). Затем, после десятилетнего перерыва, еще

три: «Вышеслав» (1768), «Дмитрий Самозванец» (1771) и «Мстислав» (1774).

Сумароков широко использовал в своих трагедиях опыт французских драматургов

XVII-XVIII вв. — Корнеля, Расина, Вольтера. Но при всем том в трагедиях

Сумарокова были и отличительные черты. В трагедиях Корнеля и Расина наряду с

политическими имели место и сугубо психологические пьесы («Сид» Корнеля,

«Федра» Расина). Все трагедии Сумарокова носят резко выраженную политическую

окраску. Авторы французских трагедий писали пьесы на античные, испанские и

«восточные» сюжеты. В основу большей части трагедий Сумарокова положена

отечественная тематика. При этом наблюдается интересная закономерность.

Драматург обращался к самым отдаленным эпохам русской истории, легендарного

или полулегендарного характера, что позволило свободно варьировать те или

иные факты. Важным для него было не воспроизведение колорита эпохи, а

политическая дидактика, провести которую в массы позволил исторический сюжет.

Отличие состояло также в том, что во французских трагедиях сравнивался

монархический и республиканский образ правления (в «Цинне» Корнеля, в «Бруте»

и «Юлии Цезаре» Вольтера), в трагедиях Сумарокова республиканская тема

отсутствует. Как убежденный монархист, он мог тирании противопоставить только

просвещенный абсолютизм.

Трагедии Сумарокова представляют собой своеобразную школу гражданских

добродетелей, рассчитанную не только на рядовых дворян, но и на монархов. В

этом — одна из причин недоброжелательного отношения к драматургу Екатерины

II. Не посягая на политические устои монархического государства, Сумароков

затрагивает в своих пьесах его нравственные ценности. Рождается коллизия

долга и страсти. Долг повелевает героям неукоснительно выполнять их

гражданские обязанности, страсти — любовь, подозрительность, ревность,

деспотические наклонности — препятствуют их осуществлению. В связи с этим в

трагедиях Сумарокова представлены два типа героев. Первые из них, вступая в

поединок с охватившей их страстью, в конце концов, преодолевают свои

колебания и с честью выполняют свой гражданский долг. К ним относятся Хорев

(пьеса «Хорев»), Гамлет (персонаж из одноименной пьесы, представляющей собой

вольную переделку трагедии Шекспира), Трувор (трагедия «Синав и Трувор») и

ряд других.

Сумароков решительно переделывает одну из лучших трагедий Шекспира «Гамлет»,

Самой смелой в этом отношении оказалась трагедия «Дмитрий Самозванец» — единственная из пьес Сумарокова, основанная на достоверных исторических событиях. Это первая в России тираноборческая трагедия. В ней Сумароков показал правителя,

убежденного в своем праве быть деспотом и абсолютно неспособного к раскаянию.

Сумароков разделяет просветительскую идею о праве народа на свержение

монарха-тирана. Разумеется, под народом подразумеваются не простолюдины, а

дворяне. В пьесе эта идея реализуется в виде открытого выступления воинов

против Самозванца, который перед лицом неминуемой гибели закалывает себя

кинжалом. Следует отметить, что незаконность правления Лжедмитрия

мотивируется в пьесе не самозванством, а тираническим правлением героя.

Заслуга Сумарокова перед русской драматургией состоит в том, что он создал

особый тип трагедий, оказавшийся чрезвычайно устойчивым на протяжении всего

XVIII века. Неизменный герой сумароковских трагедий — правитель, поддавшийся

какой-либо пагубной страсти (подозрительности, честолюбию, ревности) и в силу

этого причиняющий страдания своим подданным. Для того чтобы тирания монарха

раскрывалась в сюжете пьесы, в нее вводятся двое влюбленных, счастью которых

препятствует деспотическая воля правителя. Поведение влюбленных определяется

борьбой в их душе долга и страсти. Однако в пьесах, где деспотизм монарха

приобретает разрушительные размеры, борьба между долгом и страстью влюбленных

уступает место борьбе с правителем-тираном. Развязка трагедий может быть не

только печальной, но и счастливой, как в «Дмитрии Самозванце». Это

свидетельствует об уверенности Сумарокова в возможности обуздания деспотизма.

Герои сумароковских пьес мало индивидуализированы и соотносятся с той

общественной ролью, которая им отводится в пьесе: несправедливый монарх,

хитрый вельможа, самоотверженный военачальник и т. п. Обращают на себя

внимание пространные монологи. Высокому строю трагедии соответствуют

александрийские стихи (шестистопный ямб с парной рифмой и цезурой посередине

стиха). Каждая трагедия состоит из пяти актов. Соблюдаются единства места,

времени и действия.

Состав «Трутня».

Периодические издания выходили в России еще с петровского времени, но

сатирические журналы как одно из проявлений дальнейшего роста общественного

самосознания появились в конце 60-х годов XVIII в. Первый из них — «Всякую

всячину» — с января 1769 г. начал издавать под непосредственным руководством

Екатерины II ее кабинет-секретарь Г. В. Козицкий. Журнал имел четко

выраженную правительственную ориентацию, хотя имена издателя и даже

сотрудников в нем указаны не были.

«Всякая всячина» обратилась к писателям с призывом поддержать ее начинание,

называя себя «прабабушкой» будущих «внучат» и тем самым разрешая выпуск

других сатирических журналов. Однако в этой прозрачной аллегории содержался

намек на руководящую роль «Всякой всячины» среди других сатирических изданий.

В мае 1769 г. начинает выходить журнал «Трутень», который не только не

поддержал курс, предложенный «Всякой всячиной», но вступил с ней в прямую

полемику. Издателем «Трутня» был Николай Иванович Новиков (1744 —1818) —

яркий публицист и просветитель XVIII в. Он родился в дворянской семье

среднего достатка. Обучался одновременно с Фонвизиным в дворянской гимназии

при Московском университете, но был исключен из нее «за леность и нехождение

в классы». После этого служил в чине солдата в Измайловском полку, вместе с

которым принял участие в дворцовом перевороте 1762 г. В 1767 —1768 гг.

состоял одним из секретарей Комиссии по составлению нового Уложения.

Эпиграфом к своему журналу «Трутень» Новиков взял стих из притчи Сумарокова

«Жуки и Пчелы»: «Они работают, а вы их труд ядите».

В названии журнала было заключено два значения. Первое, рассчитанное на

цензуру, служило своего рода прикрытием для второго. В предисловии,

помещенном на первом листе журнала, издатель признавался в своей неизлечимой

лености, которая якобы и была причиной «сему изданию». Второй и главный смысл

названия журнала был связан с основным объектом сатиры Новикова — с

дворянами-крепостниками, социальными трутнями, живущими за счет крепостных

крестьян. Социальная позиция «Трутня» раздражала издателей «Всякой всячины» и

вызвала на страницах журнала острые споры.

Полемика между «Всякой всячиной» и «Трутнем» велась по двум тесно связанным

между собой вопросам. В первом из них речь шла о предмете сатиры. Журнал

Новикова утверждал, что сатира должна метить непосредственно в носителей зла.

«Критика на лицо, — утверждал Новиков, — больше подействует, нежели как бы

она писана на общий порок... Критика на лицо... производит в порочном

раскаяние; он тогда увидит свой порок и, думая, что о том все уже известны,

непременно будет терзаем стыдом и начнет исправляться».

«Всякая всячина», напротив, взяла за правило осуждать только пороки, а не их

конкретных представителей. А. Н. Афанасьев справедливо указывал, что

стремление Екатерины II обойти конкретных виновников, «чувствующих на своем

рыльце пушок», приводило к тому, что сатира превращалась в «пустословие об

отвлеченных идеях добра и зла, без малейшего применения к действительности».

Второй вопрос касался характера сатиры, т. е. той позиции, которую займет

сатирик по отношению к носителям зла. Особую остроту придавало этому спору то

обстоятельство, что объектом сатиры фактически были дворяне и весь

бюрократический аппарат. Что касается крестьян, то они по своему зависимому и

бесправному положению могли быть лишь объектом сочувствия и сострадания.

Поэтому вопрос о характере сатиры подразумевал степень критического отношения

к дворянству и бюрократии. Екатерина II не собиралась подвергать помещиков и

чиновников суровому осуждению. В своем издании она ориентировалась на весьма

умеренный нравоописательный журнал английского писателя Аддисона «Зритель»

(1711-1712). Резкие выпады «Трутня» против помещиков-крепостников и

чиновников явно пришлись ей не по вкусу, и она решила преподать ему

соответствующий урок.

Журнал Н.И. Новикова «Живописец»(«Письма к Фалалею». «Отрывок из путешествия

в*** И**** Т****). Просветительская, книгоиздательская деятельность Новикова.

После того, как «Трутень» был запрещен, Новиков ждал благоприятного случая

для выпуска нового журнала. Через два года такой случай представился. В 1772

г. Екатерина II написала комедию «О время!», в которой осмеивала

реакционеров, якобы недовольных политикой правительства. Новиков решил

использовать сам факт появления этой пьесы как разрешение сатирических

изданий и даже сделал попытку заручиться покровительством высших властей.

Новый журнал Новикова назывался «Живописец». В первом же номере издатель

помещает обращение к «неизвестному» сочинителю комедии «О время!» и

приглашает его сотрудничать в своем журнале. Было сделано предложение

прислать в «Живописец» что-либо из его сочинений. Расчет Новикова увенчался

полным успехом. Екатерина ответила издателю «Живописца» благосклонным

письмом, которое было тут же опубликовано на страницах журнала.

Заручившись сильным, хотя и мало надежным покровительством, Новиков решил

вернуться к крестьянской теме, столь удачно представленной в «Трутне» копиями

«с отписок». В пятом листе «Живописца» он публикует знаменитый «Отрывок

путешествия в *** И *** Т ***» — главу из дорожных записок неизвестного

автора. Начинается «Отрывок» горестным признанием бедственного положения

крестьян во всех деревнях, через которые пришлось проезжать путешественнику.

Далее приводится описание одной из деревень, носящей название Разоренной,

знакомство автора с крестьянскими детьми, описание убогости крестьянского

быта, страха крестьян перед барином подобно страху затравленного зверя.

Во второй части «Отрывка», помещенной в одном из последующих «листов»

«Живописца», рассказывается о встрече путешественника с крестьянами, которые

вечером вернулись с барщины. Старший из них сказал: «У нашего боярина такое,

родимой, поверье, что как поспеет хлеб, так сперва его боярской убираем, а со

своим-то, де, изволит баять, вы поскорее уберетесь». День был субботний, но и

на следующее утро крестьяне готовились выйти на поле. «И, родимой! сказал

крестьянин, как не работать в воскресенье!.. Кабы да по всем праздникам

нашему брату гулять, так некогда бы и работать было?».

Вопрос об авторе «Отрывка» стал предметом многолетних разысканий и дискуссий,

в ходе которых определились две точки зрения: кто-то считал его автором

самого Новикова (И*** Т*** - издатель «Трутня»), кто-то – Радищева

(сопоставляя язык, отношение автора к крепостному праву, указание в «Трутне»,

что «Отрывок» - «Часть «Путешествия из Петербурга в Москву»).

Окончание «Отрывка путешествия...» было помещено в 14м листе первой части

«Живописца». В следующем, 15м листе Новиков начинает печатать «Письма к

Фалалею», в которых раскрывает социальный и нравственный облик дворян,

ополчившихся на путевые записки господина И. Т. Форму для своей публикации

Новиков выбрал очень удачную. Молодой дворянский сынок Фалалей приехал из

деревни в Петербург на военную службу. Ему посылают письма отец, отставной

драгунский ротмистр Трифон Панкратьевич, мать — Акулина Сидоровна и дядя —

Ермолай Терентьевич. Все эти письма, ради потехи, Фалалей передает издателю

«Живописца», а тот публикует их на страницах своего журнала.

В первом же письме, автором которого является отец Фалалея, с негодованием

упоминается «Отрывок путешествия». Трифон Панкратьевич выражает недовольство

и политикой правительства. Тем самым журнал Новикова как бы вновь ставит себя

под защиту высшей власти, поскольку у него с императрицей оказывается общий

противник. В конце письма сделан комплимент недавнему фавориту Екатерины II

графу Г. Г. Орлову, который, в отличие от Трифона Панкратьевича, якобы не

обременяет своих крестьян тяжелым оброком. Крепостнические взгляды Трифона

Панкратьевича автор как бы объясняет дремучим невежеством помещика, его

примитивной, грубо утилитарной религиозностью. Тем самым жестокость к

крестьянам оказывается одним из проявлений «непросвещенности» дворянина. Он

просит сына беречь святцы, которые еще прадед Фалалея привез когда-то из

Киева.

Второе письмо Трифона Панкратьевича начинается гневными упреками Фалалею, что

первое напечатано. Пригрозив сыну высечь его кнутом, Трифон Панкратьевич

сменяет гнев на милость и советует Фалалею подать в отставку и вернуться в

родительский дом. С каждой строчкой все полнее раскрывается нравственный

облик отца Фалалея — стяжателя, домашнего деспота, самодура. Он уже и невесту

сыну подыскал, племянницу воеводы, брак с которой сулит большую выгоду.

Одновременно вырисовывается в письмах и образ самого Фалалея, который, по

воспоминаниям отца, был смолоду большой «проказник»: любил вешать на сучьях

собак, плохо гонявших зайцев, и пороть крепостных крестьян. В конце второго

письма Трифон Панкратьевич сообщает о тяжелой болезни матери Фалалея Акулины

Сидоровны.

Следующее письмо пишет Фалалею сама Акулина Сидоровна. Чувствуя близкую

кончину, она прощается с сыном и советует ему не перечить отцу и поберечь

себя от его гнева иначе «этот старый хрыч когда-нибудь тебя изуродует».

Попутно мать сообщает, что тайком от мужа она собрала сто рублей, которые и

посылает Фалалею.

Письма к Фалалею принадлежат к лучшим образцам сатиры XVIII в. В них нет

прямолинейного авторского осуждения отрицательных персонажей. Писатель

предоставляет возможность каждому из героев высказать в письмах, адресованных

близким людям, свои самые заветные чувства и мысли. Но именно эти

простосердечные признания и оказываются для них лучшим обвинительным

приговором, раскрывающим их нелепые, дикие представления об отношении к

крестьянам, о службе, о гражданском долге, о родственных отношениях. Автор

великолепно имитирует грубую, но по-своему красочную речь провинциальных

дворян, близкую по своим истокам к народному языку, изобилующую пословицами и

поговорками типа «богу молись, а сам не плошись», «худая честь, коли нечего

будет есть».

Существует мнение, что «Письма к Фалалею» принадлежат Д. И. Фонвизину, если

принять во внимание удивительное сходство героев «Писем» с образами

фонвизинских комедий. Так, Трифон Панкратьевич, бывший драгунский ротмистр,

грубый и невежественный, держащий в страхе жену и сына, во многом напоминает

Бригадира из одноименной комедии Фонвизина. В его жене, Акулине Сидоровне,

угадываются черты и Бригадирши, и госпожи Простаковой. С Бригадиршей роднит

ее страх перед мужем и мелочная расчетливость, с Простаковой — жестокое

отношение к крестьянам и слепая любовь к сыну.

Журнал «Живописец» просуществовал еще меньше, чем «Трутень». В конце 1772 г.

он был закрыт. Видимо, немаловажную роль в его судьбе сыграла публикация

«Отрывка путешествия в *** И *** Т***» и «Писем к Фалалею».

Эстетического идеала.

Поэзия М.Н. Муравьева. Жанровый состав, особенности стиля.

Во второй половине XVIII в. во многих европейских странах распространяется

новое литературное направление, получившее название сентиментализм. Его

появление было вызвано глубоким кризисом, который переживал феодально-

абсолютистский режим. В сентиментальной литературе нашло отражение настроение

широких слоев европейского общества. По идейной направленности сентиментализм

— одно из явлений Просвещения. Антифеодальный пафос его произведений особенно

четко выражается в проповеди внесословной ценности человеческой личности.

Лучшими образцами сентиментальной литературы были признаны «Сентиментальное

путешествие по Франции и Италии» Стерна, «Векфилдский священник» Голдсмита,

«Юлия, или Новая Элоиза» Руссо, «Страдания юного Вертера» Гете.

В отличие от классицистов, сентименталисты объявили высшей ценностью не

государство, а человека, потребностям которого, по их мнению, должны отвечать

государственные законы и учреждения. Несправедливым порядком феодального мира

просветители-сентименталисты противопоставляли вечные и разумные законы

природы. В связи с этим природа выступает в их произведениях не только как

объект созерцания и любования, но и как высшее мерило всех ценностей, в том

числе и самого человека. Официальным учреждениям абсолютистского государства

сентименталисты противопоставили союзы, основанные на природных, родственных

отношениях или взаимных симпатиях: семью и дружбу. В семье они видели самую



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.233.219.62 (0.051 с.)