Общение с призраками и демонами



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Общение с призраками и демонами



 

Мрачное общение

 

Довольно большое количество тибетских оккультистов, кажется, находят удовольствие в мрачных размышлениях и практиках, – выдающуюся роль тут играют трупы. Вульгарные колдуны только пытаются с их помощью обрести магические силы, но множество других, более просвещенных людей подтверждают, что эзотерические учения и особый вид духовных (психофизических) практик скрыты под завесой символического и общепринятого языка.

Нет необходимости говорить, что такой отвратительный мистицизм не имеет ничего общего с буддизмом. Он чужд и настоящим ламаистам, хотя некоторые ламы тайно оказывают ему внимание. Мистицизм, вероятно, происходит из тантрического индуизма и учений древних шаманов Бонпо.

Достаточно привести следующую историю, чтобы проиллюстрировать темную сторону тибетского оккультизма. Мне ее рассказали через несколько лет после смерти тех, о ком она повествует, и рассказывал человек, который лично знал их.

Лама, который играет в ней главную роль, настоятель монастыря Миниагпар Лхакханг, около Тачьен– лу, известный под именем Чогс Цанг, автор большого количества предсказаний о событиях, которые происходили в Тибете, Китае и во всем мире. Его считали обладателем сверхъестественных сил, среди них и способность вызывать смерть.

Чогс Цанг отличался странным поведением, часто совершенно непонятным для окружающих, и злоупотреблял алкоголем. Он жил некоторое время у тибетского правителя Тачьенлу, который носил титул гьялпо (король).

Однажды, разговаривая и выпивая со своими гостями, лама, о котором идет речь, попросил отдать ему в жены сестру конюшего своего правителя. Конюший, он тоже был там, отказал ему. Разгневанный лама в сердцах бросил драгоценную нефритовую чашу, из которой пил, на землю, разбил вдребезги и проклял обидчика, заявив, что тот умрет через два дня.

Гьялпо также не поддержал просьбу ламы отдать ему в жены сестру его чиновника и не поверил в силу проклятия: конюший молод и здоров. Но лама настаивал, что он умрет, и тот действительно через два дня умер.

Тогда гьялпо и родители молодой девушки испугались и поспешили привести девушку ламе. Но он отказался принять ее.

– Она была бы полезна, – сказал он, – для приобретения предмета, который облагодетельствовал бы много людей, но возможность упущена, а мне не нужна жена.

История напомнила мне одну из легенд, рассказанных Дугпа Кунлегзом, упомянутым в первой главе. И вообще это любимая тема всех тибетских сказаний. Как-то однажды вечером все тот же Чогс Цанг позвал одного из своих трапа.

– Оседлай двух лошадей, мы уезжаем! – приказал он.

Монах запротестовал, убеждая ламу, что уже поздно и лучше подождать до утра.

– Не прекословь, – лаконично ответил Чогс Цанг. – Едем.

Они отправились в путь верхом ночью и приехали к реке. Там спешились и пошли по берегу. Небо почти совсем потемнело, но солнце еще посылало свои последние лучи, освещавшие пятно на воде; в светящемся кругу против течения плыл труп. Через некоторое время он подплыл к нашим двум мужчинам.

– Возьми нож, отрежь кусок плоти и съешь его! – велел Чогс Цанг своему товарищу и добавил: – У меня был друг в Индии, он всегда посылал мне в этот день еду. – И сам начал также отрезать и есть мясо.

Пораженный ужасом слуга попытался последовать примеру хозяина, но не посмел положить в рот кусок, который отрезал, и спрятал его в своем амбаге [64]. Оба вернулись в монастырь на рассвете. Лама сказал монаху:

– Я хотел, чтобы и ты вкусил благодати и отведал самые великолепные плоды из мистической пищи, но ты недостоин этого. Вот почему ты так и не посмел съесть кусок, который отрезал и спрятал себе под платье.

Услышав эти слова, монах раскаялся в своей трусости и попытался достать из амбага свою долю трупа, но кусок плоти исчез.

Эта фантастическая история согласуется с той информацией, которую мне с большой осторожностью сообщили несколько отшельников, принадлежащих к секте Дзогчен.

Существует, как они утверждают, люди, которые достигают такого высокого уровня духовного самосовершенствования, что даже материальная субстанция их тел трансмутирует в более тонкую и обретает особые свойства. Немногие способны познать изменения, происшедшие в этих исключительных людях. Кусочек их трансформированной плоти, если его съесть, приведет к кому, что съевший впадает в некий экстаз и приобретает знания и сверхнормальные силы от человека, владеющего ими.

Один отшельник рассказал мне, что налджорпа, с помощью своего дара ясновидения найдя одного из таких чудесных людей, иной раз просит сделать ему одолжение и сообщить о своей смерти – чтобы обрести небольшую часть его драгоценного тела.

А что, если нетерпеливые кандидаты на такое ужасное общение потеряют терпение и откажутся ждать естественной смерти святого – ускорят его смерть? Один из тех, кто раскрыл мне этот тайный обряд, почти признался, что такие вещи случаются. Тем не менее осторожно заметил: стоящий у края гроба согласен пожертвовать собой.

 

Танцующий труп

 

Еще один мистический ритуал называется роланг (труп, который встает). Легенды и древние хроники рассказывают, что перед проникновением буддизма в Тибет этот ритуал исполняли шаманы религии бон во время похоронной церемонии. Однако краткие движения, которые производило тело в таких обстоятельствах, нельзя сравнить с ужасными и гротескными тет-а-тет, описываемыми тибетскими оккультистами.

Существует несколько видов роланга; их не нужно путать с ритуалом тронг джуг: с его помощью «дух» другого человека вселяется в труп и явно оживляет его, хотя оживление осуществляется не его первоначальным обитателем.

Один нгаспа – он сам осуществлял один из этих страшных, мрачных ролангов – так описал мне его. Тот, кто выполняет ритуал, запирается с телом в темной комнате; чтобы оживить его, ложится на него рот ко рту и, держа в объятиях, мысленно повторяет одну и ту же магическую формулу[65], исключая все другие мысли. Через некоторое время тело начинает двигаться – встает и пытается убежать. Колдун крепко держит его, мешая освободиться. Оно прыгает и скачет на неимоверную высоту, увлекая за собой человека, который обязан его удержать; тот не выпускает губами рта монстра и повторяет без остановки магические слова. Наконец язык тела пробирается в его рот; наступает критический момент: колдун хватает язык зубами и кусает – тело сразу падает. Если колдун не справляется с телом, после того как оно пробуждается, то неминуемо умирает. Язык, тщательно высушенный, становится мощным магическим оружием, которое хранится как сокровище нгаспа-победителем.

Тибетец, который сообщил мне эти подробности, самым тщательным образом описал процесс постепенного пробуждения трупа. Сначала появляется осмысленный взгляд, загораются остекленевшие глаза, их слабое движение медленно ускоряется до тех пор, пока колдун не теряет способность помешать монстру прыгнуть – ему нужна вся сила, чтобы его удержать. Он описывал свои ощущения: когда почувствовал, что язык просовывается к нему в рот, дотрагивается до его губ, понял, что ужасный момент настал и, если он не победит, ужасное существо погубит его.

Была ли эта фантастическая борьба чистым вымыслом; не происходила ли во время одного из этих трансов, в которые часто впадают тибетские налджорпы, специально их культивируя? Засомневавшись, я попросила показать «тот самый язык». Колдун показал мне высушенный, почерневший предмет – возможно, и «язык», но вид его не доказывал происхождения этой отвратительной реликвии.

Как бы там ни было, но большинство тибетцев верят, что ритуал роланг существует на самом деле. Кроме трупов, которые оживляют с помощью особых ритуалов, тибетцы верят также в то, что любой труп может неожиданно встать и нанести вред живому человеку. Именно по этой причине за умершими постоянно следит кто-то читающий молитвы, чтобы помешать несанкционированному воскрешению.

Трапа из Сепонгона в провинции Салвин рассказал мне следующую историю. Еще мальчиком-послушни– ком он сопровождал трех лам из своего монастыря в дом, где умер какой-то мужчина. Ламам предстояло отправлять над умершим ежедневные ритуалы, пока не наступит день нести его на кладбище. Ночью они ложились спать в углу большой комнаты, где находилось тело – в позе сидящего, завернутое и закутанное в куски ткани.

– Честь читать магические формулы доверили мне. Посреди ночи я устал от бесконечного, утомительного повторения и, вероятно, на несколько минут заснул. Меня разбудил какой-то шум: черный кот прошел мимо трупа и покинул комнату. Затем я услышал треск раздираемой материи и, к своему ужасу, увидел, что мертвец задвигался – освобождается из своих пут. Обезумев от страха, я выбежал из дому, но, прежде чем выскочил из комнаты, заметил: привидение, широко расставив руки, подкрадывается к спящим. Утром всех троих нашли мертвыми. Тело вернулось на свое место, но саван, разорванный, лежал на полу вокруг него. Тибетцы верят в такие истории.

Прикосновение роланга смертельно, а проказливый призрак не упускает возможности дотронуться до любого, кто попадется под руку; только ламы, отправляющие ритуалы над мертвыми, как говорят, знают магические слова и жесты, которые отводят опасность, управляя трупом и заставляя его сидеть на месте, если он попытается двигаться. Нам рассказывали и о ролангах, которые исчезали из домов, – там они оживали и отправлялись бродить по стране. Но есть и другие рассказы – что они исчезали бесследно. Истории, рассказанные о ролангах добрыми людьми Тибета, составили бы не одну книгу.

 

Заколдованный кинжал

 

Нет необходимости говорить, что «языки прыгающих трупов», если они и существуют, применяются исключительно для колдовства. Ритуальное оружие, называемое пхурба, которое обычно используется ламаистскими магами, делают из бронзы, дерева или даже слоновой кости; оно имеет форму кинжала и часто богато украшено чеканкой или резьбой.

Посвященные в тибетское тайное учение тем не менее свысока относятся к колдунам и их мерзким ритуалам. Мощь волшебного оружия не зависит, по их мнению, от вещества, из которого оно сделано, а возникает под воздействием самого мага. Но со временем некоторая порция энергии накапливается и в пхурба, чья сила возрастает с каждым магическим ритуалом, в котором он принимает участие. Инертный предмет становится «одержимым», точно так же, как и одушевленное существо. (Об этом процессе, используемом нгаспа, который во все это верит, мы прочтем в следующей главе.)

С другой стороны, говорят, что ритуальные орудия, участвующие в сдерживающих ритуалах, не должны храниться в домах мирян или непосвященных монахов, так как страх, который подавляется этими опасными сущностями, может воспользоваться ими, чтобы отомстить их владельцу, если он не знает, как защититься.

Благодаря этому поверью ко мне попали нескольких интересных предметов, – их владельцы просили меня унести их подальше. Однажды на меня посыпался просто град таких предметов, причем таким странным образом, что стоит об этом рассказать. Во время путешествия в Северный Тибет я встретила караван лам и, расспрашивая их по обычаю, сложившемуся на этих тропах, где редко встречаются путники, узнала, что они перевозят пхурба, оружие, ставшее источником бед.

Это ритуальное оружие принадлежало ламе, их хозяину, недавно умершему. Кинжал, оставшись один, принялся творить в монастыре злые дела. Двое из троих монахов, прикасавшихся к нему, умерли, а третий сломал ногу, упав с лошади. Затем рухнул столб, стоявший во дворе монастыря, на котором висело знамя благословения. Это восприняли как дурной знак. Испугавшись, но все равно не смея уничтожить пхурба из-за боязни еще больших несчастий, монахи заперли его в ящик. Вскоре из ящика стал доноситься странный шум. В конце концов решили поместить несущий гибель предмет в изолированную пещеру, посвященную какому-то божеству, но пастухи, жившие в том районе, воспротивились этому с оружием в руках: они помнили историю о пхурба, который летал по воздуху, раня и убивая людей и животных. Никто не знал, где и когда случилось такое чудо, но суеверные умы такими мелочами интересовались мало, – пастухи не захотели соседствовать с пхурба.

Незадачливые трапа везли заколдованный кинжал завернутым в множество листов бумаги с напечатанными на них заклинаниями, в опломбированной корзине и не знали, как избавиться от него. Их удрученные лица помешали мне рассмеяться над их доверчивостью, и мне захотелось взглянуть на чудесное оружие.

– Позвольте мне посмотреть на пхурба, – попросила я, – может быть, мне удастся найти способ помочь вам.

Они не посмели вытащить его из коробки, но после долгих обсуждений разрешили мне сделать это самой. Пхурба оказался превосходным экземпляром древнего тибетского искусства, и меня охватило желание обладать им, но я знала, что трапа не продадут его мне ни за какие деньги.

– Оставайтесь с нами на ночь, – предложила я им, – и оставьте пхурба у меня. Я подумаю, что можно сделать.

Мои слова не более чем пустое обещание, но хороший ужин и разговоры с моими людьми убедили путешественников принять мое предложение. Ночью я отошла подальше от лагеря, якобы унося кинжал, который, освободись он из ящика, напугал бы доверчивых тибетцев, если бы я оставила его у них.

Решив наконец, что ушла достаточно далеко, я воткнула зачарованное оружие в землю и села на одеяло рядом, раздумывая, как убедить монахов отдать его мне.

Так я провела несколько часов, и вот мне привиделось: рядом с тем местом, где я воткнула пхурба, появился лама; он двинулся вперед и учтиво поклонился; из-под тоги, в которую было завернуто совершенно неразличимое тело, показалась рука и медленно потянулась к магическому оружию. Вскочив, я схватила его, прежде чем вор до него дотронулся.

Итак, не одну меня соблазнил кинжал; человек менее суеверный, чем его товарищи, знал цену этому пхурба и, весьма вероятно, надеялся тайно продать его с большой выгодой. Он думал, что я сплю и ничего не замечу. На следующий день исчезновение волшебного кинжала приписали бы какому-нибудь магическому вторжению – еще одна история о колдовстве стала бы ходить среди верующих. Обидно, что такой умный план не завершился успешно: волшебное оружие я сохранила. Схватила его так крепко, что даже ощутила – то ли нервы были возбуждены этим происшествием, то ли так подействовало давление на кожу бронзовой резной ручки – слабое движение кинжала в моей руке.

А теперь о воре: бесплодная равнина вокруг меня пуста – наверное, он дал деру, когда я наклонилась, чтобы вытащить кинжал из земли. Побежала в лагерь; кто только что вернулся или придет после меня, тот и преступник. Но все сидели и читали религиозные тексты – они защитят от злых сил. Отозвав Йонгдена в свою палатку, я спросила:

– Кто из монахов отсутствует?

– Никто, – ответил он. – Они полумертвые от страха, не смеют даже отойти подальше от палаток, чтобы справить нужду. Мне пришлось отругать их.

Отлично, у меня уже появились галлюцинации, но, может быть, мне это даже на руку.

– Послушайте, – обратилась я к трапа, – что со мной произошло. – И рассказала им довольно откровенно о моем видении и сомнениях относительно их честности.

– Это точно наш великий лама! – воскликнули они. – Хотел отобрать свой пхурба и, возможно, даже убил бы вас, если бы удалось. О! Джетсунма, вы настоящая гомченма, хотя некоторые называют вас пхилинг [66]. Наш цавай[67] сильный маг, и все же ему не удалось забрать у вас пхурба! Пусть он останется у вас, храните его – теперь он никому не причинит зла.

И заговорили все вместе, взволнованные и испуганные тем, что их лама-маг (еще более страшный, потому что принадлежит теперь потустороннему миру) так близко от них, и радуясь, что избавились от заколдованного оружия.

Разделяла их радость и я, но по другой причине: пхурба мой! Однако нечестно воспользоваться их смятением.

– Обдумайте все, – предложила я им, – тень могла обмануть меня. Что, если я там заснула и мне приснился дурной сон.

Они и слышать ничего не хотели: лама приходил, я его видела, и не сумел схватить свой пхурба; теперь я с помощью своей невероятной силы стала его законной владелицей. Признаюсь, я позволила себя уговорить.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-07-15; просмотров: 109; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.212.120.195 (0.012 с.)