Как это выглядит на практике



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Как это выглядит на практике



Гипердинамический синдром

{портрет гипердипамического ребенка)

Первое, что бросается в глаза при знакомстве с гипердинамическим ребенком, это его чрезмерная по отношению к календарному возрасту и какая-то «бестолковая» подвижность.

Будучи младенцем, такой ребенок самым невероятным образом выпутывается из пеленок. Только что младенчика упаковали, положили в аккуратненько застеленную кроватку, накрыли одеяльцем. Вроде заснул. Не прошло и часа, как одеяльце смято и скомкано, пеленки валяются сбоку, а сам ребенок, голый и довольный, лежит либо поперек кровати, либо вообще ногами на подушке.

Оставить такого младенца на пеленальном столе или на диване невозможно даже на минуту с самых первых дней и недель его жизни. Стоит только чуть зазеваться, как он обязательно как-нибудь извернется и с глухим стуком свалится на пол. Впрочем, как правило, все последствия ограничатся громким, но коротким воплем.

Не всегда, но достаточно часто у гипердинамических детей наблюдаются те или иные нарушения сна. Ребенок может всю ночь вопить, требуя укачивания, хотя вроде бы и пеленки сухие, и поел недавно, и температуры нет... Может спокойно «гулять» с трех ночи до восьми утра,

Ш Потом спать до шести вечера. Может спать не больше [Двух часов кряду, изматывая мать бесконечными про-> Суждениями и короткими, но яростными периодами ак-■ Явности. Причем все описанные сложности могут наблю-i Даться в разное время у одного и того же младенца. Ра-\ ^ионально объяснить их (режутся зубки, болит животик ' И т. д.) обычно не удается ничем, кроме взаимного расположения звезд.

Иногда наличие гипердинамического синдрома можно предположить у младенца, наблюдая за его активностью по отношению к игрушкам и другим предметам (правда, сделать это может только специалист, который хорошо знает, как манипулируют предметами обычные дети такого возраста). Исследование предметов ; у гипердинамического младенца носит интенсивный, но |црайне ненаправленный характер. То есть ребенок отбрасывает игрушку прежде, чем исследует ее свойства, тут Же хватает другую (или несколько сразу) только для Того, чтобы спустя несколько секунд отбросить и ее. Внимание такого младенца очень легко привлечь, но совершенно невозможно удержать.

Как правило, моторные навыки у гипердинамических детей развиваются в соответствии с возрастом, часто даже опережая возрастные показатели. Гипердинамические дети раньше других начинают держать головку, Переворачиваться на живот, сидеть, вставать на ножки, Ходить и т. д. В манеже такого ребенка обычно не удержать. Именно эти дети просовывают головки между прутьями кроватки, застревают в манежной сетке, запутываются в пододеяльниках и быстро и сноровисто научаются снимать все, что на них надевают заботливые родители.

При наличии возможности, ползать эти дети начинают раньше, чем ходить, иногда просто фантастически рано. Автору довелось наблюдать восьмимесячного ребенка, который бодро, как собачонка, бежал на четвереньках за идущей матерью, практически от нее не

отставая. Как только гипердинамический ребенок оказывается на полу, в жизни семьи наступает новый, чрезвычайно ответственный этап, целью и смыслом которого становится уберечь жизнь и здоровье ребенка, а также семейное имущество от возможных повреждений. Активность гипердинамического младенца неостановима и сокрушительна. Иногда у родных создается впечатление, что он действует круглые сутки, практически без перерыва.

Нет такого шкафа, который гипердинамический ребенок не сумел бы открыть, нет такого дивана, стула или стола, на который он не сумел бы взобраться (а потом упасть оттуда). Именно эти дети в возрасте от года до двух — двух с половиной лет стаскивают на пол скатерти со столовым сервизом, роняют телевизоры и новогодние елки, засыпают на полках опустошенных платяных шкафов, без конца, несмотря на запреты, открывают газ и воду, а также опрокидывают на себя кастрюли с содержимым различной температуры и консистенции.

Однажды ко мне на прием привели симпатичного белоголового мальчика Федю. Список Фединых деяний, который огласила слегка оглушенная происходящим мама, был весьма впечатляющим. К двум с половиной годам он насчитывал следующее:

1. В шесть месяцев был оставлен спать в коляске под окнами (семья живет на первом этаже). Проснулся и вывалился через борт коляски на асфальт. Пока мать бежала по лестнице, успел перевернуться и заползти в ближайшую лужу.

2. В девять месяцев каким-то образом выломал прут из кроватки и воткнул обломок себе под подбородок. Наложили три шва.

3. В год и один месяц опрокинул на себя кастрюлю с горячим супом, которая стояла на плите. Месяц в ожоговом отделении.

4. В год и восемь месяцев играл с дверцами тумбочки, на которой стоял телевизор. Огромный импортный

Телевизор рухнул на пол и разбился вдребезги. Только Открытая дверца тумбочки уберегла ребенка от верной Гибели.

5. В два года три месяца перерезал ножницами с неизолированными ручками проводку, по которой шел ток. Получил легкую контузию.

Никакие попытки вразумления на гипердинамиче-вких детей, как правило, не действуют. У них все нормально с памятью и пониманием речи. Просто они не •Югут удержаться. Своими глазами мне довелось видеть Трехлетнего ребенка с гипердинамическим синдромом, Который со словами «нельзя Ване в шкаф лазить, нельзя Вазочку брать. Разобьется!» лез в посудный шкаф и доставал оттуда ту самую упомянутую вазочку.

Совершив очередную каверзу или разрушительное

деяние, гипердинамический ребенок сам искренне рас-

j Строен и совершенно не понимает, как это получилось.

Г «Она сама упала!», «Я шел, шел, залез, а потом — не знаю...»,

( «Я это и не трогал совсем!» — так или приблизительно

тек звучат их оправдания в ответ на возмущенные или

Испуганные сетования родителей.

Довольно часто у гипердинамических детей наблюдаются различные нарушения развития речи. Некоторые Начинают говорить позже сверстников, некоторые — ' вовремя или даже раньше, но вот беда — их никто не Понимает, потому что они не произносят две трети зву-1 Ков русского языка, заменяют слово «собака» словом «ва», а слово «самолет» словом «силт». Непрерывная бол-Ювня таких детей с «кашей во рту» очень утомительна I для окружающих и требует вмешательства логопеда. Иногда, впрочем, родители научаются сносно понимать Их «язык» и очень удивляются и даже обижаются, что В садике или в поликлинике никто ребенка не понимает.

Гипердинамические дети с самого начала не ходят, i бегают. Когда говорят, много и бестолково размахивают руками, переминаются с ноги на ногу или подпрыгивают на месте.

Еще одна особенность гипердинамических детей — они не учатся не только на чужих, но даже на своих ошибках. Вчера ребенок на детской площадке гулял с бабушкой, залез на высокую лесенку, не мог слезть. Пришлось просить ребят-подростков снять его оттуда. Ребенок явно испугался, на вопрос: «Ну что, будешь теперь на эту лесенку лазить?» — истово отвечает: «Не буду!» На следующий день на той же детской площадке он первым делом бежит к той самой лесенке...

Именно гипердинамические дети — это те дети, которые теряются. «Граждане, у кого потерялся мальчик?» — вспомните сакраментальную фразу из советских фильмов, да и из реальной вокзальной действительности. В вокзальной суете, в сутолоке около киосков, в очереди, просто в толпе что-то привлекло внимание гипердинамического ребенка, и он тут же забыл про мать, про бабушку, про то, что ему велели стоять здесь и не сходить с этого места, и пошел, пошел, влекомый, словно магнитом, своим кратковременным, но всепоглощающим интересом. Что это там за желтая машина? А что это тот дядя делает? А чего это вон там продают? А куда вот эта дверка ведет? И уже мечутся с вытаращенными глазами потерявшие ребенка родители, хватают за рукава прохожих: «Вы тут мальчика не видели? Такого маленького, в красном комбинезончике!» Качают головами сердобольные тетки-прохожие, пытаются успокоить, помочь («Господи! Ужас-то какой! А если бы мой пропал!»), тревожно хмурят брови мужчины («Неужели еще один маньяк?!»), осуждающе поджимают губы вездесущие старушки («Лучше следить надо было за ребенком, милочка!»). Наконец, когда ситуация достигает максимального накала и раздаются советы немедленно, по горячим следам обратиться в милицию, продавщица мороженого указующе вытягивает толстый палец и спрашивает: «А вон там за ларьком, в мусоре не ваш ковыряется?»

И ругать нашедшегося ребенка уже совершенно нет сил, да он и сам толком не понимает, что произошло. «Ты

ушла!», «Я только отошел посмотреть!», «А вы меня

# искали?!» —все это обескураживает, злит, раздра-

f, заставляет сомневаться в умственных и эмоцио-

ныхвозможностях ребенка.

Об эмоциональных возможностях. Гипердинамичес-

дети, как правило, не злы. Они не способны долго

Нашивать обиду или планы мести, не склонны к рас-

Танной, целенаправленной агрессии. Все обиды они

трозабывают, вчерашний обидчик или обиженный

дня у них — лучший друг. Но в запале драки, когда

зывают и без того слабые механизмы торможения,

Киедети могут быть безотчетно жестоки и неостано-ы.

■— Его в классе дразнят, подначивают, — жаловалась [а восьмилетнего Никиты. — Он неделю внимания не ащает, смеется только. А потом что-то как щелкнет, он бросается и впивается, как бульдог. Ничем не ото-ать.Недавно двое старшеклассников и учительница -таскивали. В школе говорят: ведите его к психиатру, у вас ненормальный!

Впоследствии такие дети могут сами искренне раска-ться в совершенном и даже не помнить, как все полуось. Никита:

Я не хотел его об стенку бить. Потрясти только. не обзывался. Я за ним погнался, мы долго бегали. ом я его догнал, схватил, он мне двинул в живот, noli...потом не помню. Я не хотел головой, что я, отморо-'нный, что ли... Ну, обзывался, говорил «болван», подуешь... Я так просто... Сам не знаю, как получилось... *стно! Я потом сам у него прощения просил. Он меня остил, даже ластик мне дал. А я ему книжку про ужаков. Только учительница все равно маму вызвала. При общении с гипердинамическими детьми надо итывать, что все их чувства достаточно поверхностны, ишены объема и глубины. Если гипердинамический ре-нок не корректирует своего поведения из-за недомога-матери, усталости отца или неприятностей, постигших

приятеля, то он вовсе не бесчувственный эгоист, как может показаться с первого взгляда. Скорее всего, он просто не заметил всего вышеперечисленного. Познание, оценка чувств и состояния других людей — сложная аналитическая работа, требующая большого напряжения и концентрации внимания на объекте (другом человеке). А вот с концентрацией-то у гипердинамического ребенка — бо-ольшие проблемы! Поэтому не стоит ждать от такого ребенка чудес понимания — лучше просто сказать ему о том, что именно вы (или кто-то из окружающих) сейчас испытываете. Гипердинамический ребенок легко примет это как факт и, возможно, постарается как-то учесть. Настоящие проблемы гипердинамического ребенка (и его семьи) начинаются вместе со школьным обучением. Иногда чуть раньше — при подготовке к школе. На сообразительность и собственно умственные способности гипердинамических детей жалуются редко.

— Да он все может, если захочет! Стоит ему только сосредоточиться — и все эти задания ему на один зуб! — так или приблизительно так говорят девять из десяти обратившихся ко мне родителей.

Вся беда в том, что как раз сосредоточиться гипердинамический ребенок категорически не может. Усаженный за уроки, он уже через пять минут рисует в тетрадке, катает по столу машинку или просто смотрит в окно, за которым играют в футбол старшие ребята или чистит перья ворона. Еще десять минут спустя ему очень захочется пить, потом есть, потом, естественно, в туалет...

— Вы представляете, мы каждый день делаем уроки с трех часов до девяти, иногда до полдесятого! — говорит мне мама первоклассника Вовы.

— Это невозможно! — категорически заявляю я. — Ни в одной, даже самой замудренной школе в первом классе столько не задают.

— Вы что думаете, я вам вру, что ли?! — возмущается мама. — Вова, подтверди!

Вова согласно кивает.

Л как же вам это удается? — спрашиваю я с не-

1»ным уважением в голосе.

* А вот так! Там всего-то заданий по его способно-

— на полчаса, ну, на час, если очень много задано.

ОН сидит, и тянет, и тянет... Только я отойду, он уже

*то в облаках витает. Скажу: переписывай вот этот

бик примеров. Прихожу через полчаса — все на том

шесте. Или еще хуже — ответы написаны просто так.

над ними совсем не думал. Приходится, естествен-

, переписывать... Или вот в туалет идет, и полчаса его

уТы что, спрашиваю, там утонул, что ли? Да нет, гово-

, сейчас иду. Еще и возмущается: что, в туалет сходить

>зя?! Вчера ручку двадцать пять минут под столом

л. Я по часам заметила... Если идет мимо комнаты,

бабушка телевизор смотрит, так обязательно в две-

застревает. Хоть там сериал идет, хоть новости, хоть

ама... А вы говорите: не бывает!

В классе происходит приблизительно то же самое. Ги-

динамический ребенок для учителя — вроде сорин-

в глазу. Он бесконечно вертится на месте, отвлекает-

И болтает с соседом по парте. Сажать его одного бес-

зно, потому что в этом случае он дергает тех, кто

ит впереди, или оборачивается к тем, кто сидит сза-

, и тогда учитель вообще видит только его затылок.

жет также общаться через проход с соседней колон-

, или передавать записочки, или пускать под партой

летик, или... В общем, проделки и придумки гипер-

мического ребенка неистощимы и почти всегда не-

стны.

В работе на уроке он либо отсутствует и тогда, буду-•спрошенным, отвечает невпопад, либо принимает ак-ное участие, скачет на парте со вздернутой к небу ~й, выбегает в проход, кричит: «Я! Я! Меня спроси-э — или просто, не удержавшись, с места выкрикива-ответ. Причем ответ, как правило, неполный или не-ный. Поскольку подобные эпизоды, неравномерно че-дуясь, повторяются каждый учебный день, то учителю

крайне трудно воздержаться от раздраженных высказываний в адрес такого ребенка, а при случае (например, на собраниях) и в адрес его родителей.

Тетрадки гипердинамического ребенка (особенно в начальных классах) представляют собой жалкое, душераздирающее зрелище. Количество ошибок в них соперничает с количеством грязи и исправлений. Сами тетрадки почти всегда мятые, с загнутыми и замусоленными уголками, с надорванными обложками, с пятнами какой-то невразумительной грязи, как будто бы на них кто-то недавно ел пирожки. Строчки в тетрадях неровные, буквы уползают то вверх, то вниз, в словах пропущены или заменены буквы, в предложениях — слова. Знаки препинания стоят как будто бы в совершенно произвольном порядке — авторская пунктуация в наихудшем смысле этого слова. Многие слова узнаются с трудом, хотя отдаленно что-то напоминают — как в поэзии Велимира Хлебникова. Именно гипердинамический ребенок может сделать в слове «еще» четыре ошибки. Догадались, как? Не догадались? Пожалуйста, очень просто — «исчо». На научном языке это называется — дисграфия.

Проблемы с чтением возникают значительно реже, чем с письмом, но тоже встречаются. Как правило, они отмечаются у тех детей, которым на предыдущем этапе ставили «задержку развития речи». Если «дисграфия» — это достаточно однородное явление, то «дизлексия» (нарушения чтения) может выглядеть по-разному в каждом индивидуальном случае. Некоторые гипердинамические дети читают очень медленно, запинаясь на каждом слове, но сами слова прочитывают правильно. Другие читают быстро, но изменяют окончания и «проглатывают» слова и целые предложения. В третьем случае ребенок читает нормально по темпу и качеству произношения, но совершенно не понимает прочитанного и не может ничего запомнить или пересказать.

Проблемы с математикой встречаются еще реже и связаны, как правило, с тотальной невнимательностью

ребенка. Он может правильно решить сложную задачу,

1 потом записать неправильный ответ. Легко путает

Метры с килограммами, яблоки с ящиками, и получив-

|i шиеся в ответе два землекопа и две трети его совершен-

. но не смущают. Если в примере стоит знак «+», гипер-

• динамический ребенок легко и правильно производит

. Шычитание, если знак деления, выполнит умножение,

И т. д. и т. п.

Гипердинамический ребенок постоянно все теряет. Он J, забывает шапку и варежки в раздевалке, портфель в ^Скверике возле школы, кроссовки — в физкультурном \ 8але, ручку и учебник в классе, а дневник с оценками — ^где-нибудь в районе помойки. В его ранце спокойно И тесно соседствуют книги, тетради, ботинки, яблочные Огрызки и недоеденные конфеты.

На перемене гипердинамический ребенок — это («вихрь враждебный». Накопившаяся энергия настоятельно требует выхода и находит его. Нет такой потасовки, в которую наш ребенок не ввязался бы, нет шалости, От которой он откажется. Бестолковая, сумасшедшая бе-|'Готня на перемене или на «продленке», кончающаяся где-|то в районе солнечного сплетения кого-нибудь из членов ^Педагогического коллектива, и соответствующее случаю Внушение и репрессии — неизбежный финал почти каждого школьного дня нашего ребенка.

Уже говорилось, что практически все шалости ги-^рердинамических детей спонтанны, не подлежат планированию и обдумыванию. Еще одной особенностью этих детей, чрезвычайно огорчающей и их самих и родителей, является то, что именно они всегда попадаются. Сколько угодно детей может хулиганить на перемене, Кидаться снежками, участвовать в свалке, передавать Записки на уроке или курить в туалете. Попадется всегда — гипердинамический. Трудно сказать, в чем тут Секрет, но феномен — налицо. Большинство детей и родителей знают об этом и с грустью говорят о «судьбе», «роке» или просто о том, что «мне (моему) всегда не

везет». Отбросив мистику, можно предположить, что здесь одновременно действуют два фактора — «дурная репутация» гипердинамического ребенка («Как что случится — так сразу думают, что это я!») и отсутствие в его характере хитрости, изворотливости и умения предвидеть последствия.

Практически все окружающие гипердинамического ребенка люди (родители, учителя, даже одноклассники) пребывают в неизбывной уверенности, что ребенок вполне может избавиться от всех проблем и недостатков, попросту «взяв себя в руки», «собравшись» и т. д. К сожалению, они ошибаются.

Некоторое время каждый гипердинамический ребенок будет пытаться соответствовать ожиданиям окружающих его людей, «напрягать волю», «следить за собой» и выполнять другие, столь же ценные советы. Постепенно, однако, и он, и другие убеждаются в том, что никаких успехов все это не приносит. Более того, чем больше ребенка стыдят и ругают, тем хуже у него идут дела. Нервная система гипер динамического ребенка, и без того работающая с перегрузом, получает дополнительную нагрузку. Ребенок живет в состоянии непрерывного стресса. Уходя утром в школу, он знает, что у него опять «не выйдет» и его опять будут ругать. Дальше ситуация может развиваться несколькими путями.

Ребенок может «опустить руки» и попросту плюнуть на мнение окружающих. «Ну и пусть я буду самый плохой! Чем хуже — тем лучше!» — так отныне звучит его лозунг. Понятно, куда приблизительно ведет этот путь. Довольно быстро такой ребенок находит место, где все его особенности принимаются и даже одобряются. Это место — улица, двор. Здесь все в строку — и туповатое бесстрашие гипердинамических детей, и их легкость на подъем, и вечная готовность к любым проделкам, и отходчивость, и даже неумение просчитывать последствия. Последним, увы, часто пользуются продавцы наркотиков и вербовщики «кадров» из криминальных структур. На

у «ни ил', где собрались такие же отверженные обществом (По разным причинам) дети и подростки, гипердинами-Ц#скогоребенка ждет не только принятие и понимание, Цо и разнообразный досуг. Собирать бутылки и обследо-|§тьпомойки, лазать по крышам и жечь костры, катать-SJIна автобусах и электричках, «тусоваться» с друзья-ЦИ — все это значительно интереснее, чем решать зада-1|И и писать диктанты. Тем более что ни то, ни другое )f ребенка не получается.

Другой ребенок, с более слабым здоровьем, начинает Многои разнообразно соматически болеть, пропуская олу по полгода.

— До школы он вообще ничем не болел. Мог три часа улице бегать в мокрых ботинках — и ничего. А с кон-первого класса — началось. Сначала у него был грипп, ом подхватил бронхит, потом — воспаление легких, — ссказывает мама десятилетнего Игоря. — Потом вро-все вылечили, а кашель остался, да такой страшный, опросто до рвоты. Послали к невропатологу. Он про-сал какие-то таблетки, вроде поменьше стало. Потом руг герпес полез, да не только на губах, а по всему цу. Пока лечили, нашли шумы в сердце. Обследова-ь. Вроде все ничего, только собрались в школу — тем-ратура. Отчего — непонятно. Пока сдавали анализы, мпература исчезла, но начали суставы болеть... Третий ребенок, самый сильный и мужественный, не-отря на все колоссальные трудности, продолжает бо-ься за место под солнцем, пытаясь хоть как-нибудь риспособиться к обстоятельствам, в которых как будто специально «все против него». Иногда у него что-то учается — он становится форвардом школьной фут-ной команды, или певцом в школьном ансамбле, или Великим химиком», или записным школьным юморис-, или просто классным шутом. Все это, как правило, лается вопреки воле семьи и педагогического коллек-а. Но когда место найдено, все вздыхают с облегчени-§М — проявления синдрома резко идут на убыль.

Отношения со сверстниками у гипердинамических детей могут складываться по-разному, в зависимости от степени проявления синдрома. Почти всегда такие дети очень общительны, легко знакомятся как с детьми, так и со взрослыми. У маленького гипердинамического ребенка почти всегда множество приятелей (сам он часто называет их друзьями).

— С кем ты из группы дружишь? Кто твой лучший друг? — спрашиваю я шестилетнего Сашу.

— Я со всеми дружу! — отвечает Саша. — И с мальчиками, и с девочками. Только Вера Тапищева мне не друг, потому что она плачет все время. С ней дружить прямо некогда!

Однако, несмотря на общительность, гипердинамическому ребенку редко удается построить длительные и глубокие дружеские отношения. Настоящая дружба требует постоянного «учета» чувств, мнений и настроений другого человека. А вот это нашему ребенку дается с трудом.

И когда ребенок подрастает, иногда начинаются жалобы: «А почему они со мной не играют?!»

Гипердинамический ребенок любит шумные, подвижные игры. Побегать и «побеситься» любят все здоровые маленькие дети. Но, подрастая, они все больше времени уделяют тихим, сложным, ролевым играм или играм «с правилами». Гипердинамический ребенок не любит (а иногда, в тяжелых случаях, попросту не может) играть в такие игры. И опять остается один или находит себе компанию таких же сорванцов.

— У нас вроде бы приличная семья, — жалуется мама десятилетнего Вадима. — Я сама учитель, папа — программист. Мы его с детства старались в музеи водить, в театры. Правда, в театре его было на стуле не удержать... Но книжки я ему всегда хорошие читала. Объясните мне, почему же его все время тянет к каким-то детям... ну, социально запущенным, что ли... В классе вечно выбирает себе самых хулиганов. И вот у нас в парадной есть такая

Мьи,ну, родители пьют и все такое. Там трое детей, так вечно с ними... Нет, чтобы с Виталиком играть со вто-этажа или с Мариной с пятого. Что это его туда так ;ет? Все очень просто. «Социально запущенные» дети из

Мьиалкоголиков готовы играть в те игры, которые :дложит Вадим. А вот согласится ли Марина с пятого жа?

Иногда гипердинамические дети избегают общества рстников и любят возиться с детьми, младшими по расту. Родители склонны сетовать на это, обвиняя их чад в некоей «умственной недостаточности». Но издесь все просто и вовсе не плохо. Маленькие дру-иподружки дают гипердинамическому ребенку воз-ность разрядки, возможность поиграть в те самые ижные игры, которых ему так не хватает. И малень-;, как правило, вполне этим довольны. Шестиклассник Алеша из числа моих гипердинами-1ких клиентов еще с прошлого года подружился с це-м классом мальчишек-первоклашек. Приходил к ним переменах, гулял с ними после уроков на «продлен-

», рассказывал страшные истории и учил делать са-летики, заходил в гости поиграть на компьютере. 1Лыши были польщены вниманием «большого парня».

парень, отверженный и обвешенный ярлыками в свободном» классе, находил среди малышей так не-

Ходимое ему принятие и восхищение. Кому от этого

X0?

Разумеется, вовсе не у каждого ребенка с диагнозом [пердинамический синдром» имеются все вышепере-Хленные особенности поведения. Все это может быть сражено слабее или сильнее, а что-то может отсутство-;ть вовсе. Представленный портрет — ярко выра-■нный гипердинамический синдром во всей его красе. таком «цветущем» виде он встречается всего лишь у ждого четвертого-пятого ребенка с диагнозом «гипер-намический синдром».

Гиподинамический синдром

(портрет гиподипамического ребенка)

Гиподинамический младенец очень удобен. Потому что он почти всегда спит. Когда просыпается, ест и — снова спит. Иногда такой младенец и ест как бы не просыпаясь. Иногда засыпает прямо у груди, и матери приходится тормошить его и щипать за щечки, чтобы он проснулся и доел свою порцию. Кричит и возмущается гиподинамический младенец крайне редко. Может всю ночь проспать в мокрых пеленках и даже не попытаться как-то исправить ситуацию. Мать и родных узнает, но как-то вяло, словно бы через силу. На руки почти не просится, когда чуть-чуть подрастет, может подолгу лежать в кроватке и спокойно «гулять», оглядываясь по сторонам или мусоля погремушку.

Поесть гиподинамический ребенок любит, и в весе, на радость родителям, прибавляет хорошо. В еде непривередлив, если не баловать, то в принципе готов есть все. Явно предпочитает уже знакомые блюда и напитки. Может отказаться даже от лакомства, если оно незнакомое.

К новым игрушкам и другим незнакомым предметам гиподинамический младенец относится с явным подозрением. При наличии выбора выбирает хорошо знакомые и уже исследованные. Прежде чем принять что-то новое, долго и недоверчиво ощупывает, обнюхивает, облизывает. Если что-то не понравилось, может отбросить в сторону, и тогда уже его не уговорить — игрушка отвергнута навсегда или, по крайней мере, надолго.

То же самое можно сказать и о новых знакомствах: к новым людям гиподинамический младенец насторожен и недоверчив. Никогда сразу не пойдет на руки, не даст игрушку, не приползет играть. Будет долго приглядываться, изучать, раздумывать.

Подрастая, гиподинамический ребенок остается очень удобным. Он тихо, хорошо и охотно играет в кроватке или манеже, даже не пытаясь вылезти или выпасть.

роГючки с крышками, тряпочки, старые журналы, осиные пирамидки — все это любимые, никогда не на-днющие игрушки гиподинамического младенца.

го можно оставить в комнате и уйти на кухню — он д ли будет протестовать. Можно уложить спать и схо-k в магазин. Когда мама вернется, все будет в поряд-i Даже если ребенок проснулся, он не вопит, а с фило-ским видом мусолит кулак или рукав собственной точки.

Моторные навыки гиподинамических детей часто гка запаздывают с развитием — ребенок позже са-ся, позже переворачивается на живот, позже начина-уверенно ходить. Иногда у родителей создается впе-1ение, что ребенок все это уже может, но «не стара-Л». Как будто бы ему все это не очень надо. Иногда ток вроде бы уже вполне может ходить, но предпо-цет держаться за мебель или за мамину юбку. Или — ел и запутался в собственных ногах. Вообще, мотор-неуклюжесть — характерная особенность гиподина-Меских детей, сопровождающая их на протяжении й жизни (если не приняты какие-то экстраординар-меры).

Развитие речи также обычно пусть ненамного, но задает. Именно гиподинамическим детям часто ста-диагноз «задержка развития речи» (ЗРР) или «общее развитие речи» (ОНР). К двум годам ребенок говорит ь отдельные слова, к трем — очень простыми фра-И. Ко всему этому зачастую прибавляются логопеди-Кие проблемы. Да и вообще, гиподинамический ребе-не болтун.

Вот четырехлетний Максим возит по ковру две манки. За полчаса, пока мы разговариваем с его мамой, слышала от него ни звука, кроме «здравствуйте» |мом начале и «ж-ж-ж!» — явно имитирующего гуде-мотора.

•— Максимушка, давай поговорим, — обращаюсь я. — Об чем? — флегматично спрашивает мальчик.

— Как ты в садик ходишь? С кем там играешь? В< > что?

— Холошо. С Витей. В масинки. — Исчерпывающие ответ. Разговор закончен.

— Вот он и дома такой же, — сетует мать. — И в садике. А на занятиях — вообще ни слова из него воспитательница не может вытянуть. Как будто он дурак какой.

Гиподинамический ребенок — не дурак. Но и подрастая, он остается каким-то полусонным. Кажется, что его ничего по-настоящему не интересует и не увлекает. Попытки «развить» гиподинамического ребенка, таская его по музеям и театрам, чаще всего ни к чему не приводят и даже вызывают негодование родителей. После посещения «культурных мероприятий» ребенок практически не выдает обратной связи, не может пересказать содержания спектакля, рассказать о том, что видел в музее.

— Ты там вообще был или все проспал?! — сердятся родители. Ребенок в ответ только пожимает плечами и понуро молчит.

Рассердить или обидеть самого гиподинамического ребенка, по-видимому, трудно. Чаще всего окружающие его люди не могут даже предположить, как глубоко и трагично переживает этот ребенок собственную «тюфя-ковость» и для всех очевидную неуклюжесть. Как правило, все близкие ребенку люди думают, что «ему все все равно» только потому, что ребенок практически никогда не демонстрирует своих чувств и не говорит о них.

Как и для гипердинамических детей, настоящие проблемы для гиподинамического ребенка начинаются вместе с поступлением в школу.

Обычно еще при подготовке к школе родители, учителя или воспитатели в детском саду обращают внимание на то, что ребенку на выполнение стандартных заданий требуется больше времени, чем другим детям (хотл сами задания ребенок часто выполняет достаточно хоро шо). Гиподинамический ребенок никогда (даже зная ответ) не будет тянуть руку и стараться привлечь к себе

мание. Письменные задания (особенно без ограниче-времени) для него всегда предпочтительнее, чем уст-ответы (особенно у доски). Именно у гиподинамических детей часто наблюдает-ОГромный разрыв в качестве приготовления домашних пий и классных (а особенно контрольных) работ. I, когда его никто не торопит, гиподинамический ре-"ок аккуратно и правильно выполнил все на «4» или .Hi в классе то же самое в условиях неизбежной спеш-— неизменная тройка, а на контрольной, когда ребе-К тому же еще и нервничает, — безусловная и окон-fельная двойка. Разница столь велика (иногда даже §рк в тетради разный), что учителя зачастую подо-Шают родителей гиподинамического ребенка в том, что сами делают уроки вместо туповатого чада. Гиподинамический ребенок вызывает значительно >ше нареканий учителей, чем гипердинамический. Он "Огда не шалит, всегда спокойно сидит за своей (часто едней) партой, редко разговаривает с соседями, а на § мене стоит около стенки или старается остаться М же классе. Все просьбы учителя или родителей ги-'Инамический ребенок выполняет с некоторой задер-которая многими принимается за лень. Обычные рослые» фразы, обращенные к гиподинамическому ;нку, звучат приблизительно так: •*- Ну что ты как сонная муха! Проснись, наконец! Ну нельзя же все время спать! Сколько можно копаться!

Оторви же, наконец, свой зад от стула (дивана)! Сколько раз тебе нужно сказать, чтобы ты наконец Лал это?!

Сверстники часто дразнят гиподинамических детей.

обычные прозвища — «тюфяк» и «тормоз». Часто от

X определений не удерживаются даже учителя и роди-

и. Однако особенной злости и в эти прозвища, и в под-

чки обычно не вкладывается. До определенного преде-

гиподинамические дети безобидны. Они бывают очень

рады и благодарны, если кто-то соглашается с ними играть и, как и гипердинамические дети, часто возятся г младшими детьми. Общительными гиподинамических детей не назовешь. На контакт они идут с трудом, почти всегда стеснительны и неуверенны в себе. Иногда гиподи-намические мальчишки охотно дружат с девочками, которые предпочитают более спокойные и структурированные игры. В целом девочки относятся к гиподинамическим детям более позитивно и часто (особенно в младших классах) ставят их поведение в пример другим мальчишкам. Сложившиеся дружеские отношения для гиподинамической/ ребенка всегда сугубо индивидуальны (никогда у него не бывает много друзей и даже приятелей) и невероятно ценны. Он будет идти на любые компромиссы и уступки, лишь бы сохранить уважение и привязанность друга (подруги) И именно здесь гиподинамических детей подстерегает тд же опасность, что и гипердинамических. Несмотря на всю их внешнюю несхожесть, гиподинамические дети так же, как и гипердинамические, не слишком способны к планированию и оценке последствий собственных и чужих по ступков. От провалов и травм до поры до времени их спа сает врожденная осторожность и недоверчивость к ново му. Но если речь идет об угрозе дружбе (или тому, что гиподинамический ребенок принимает за дружбу), то здесь всяческая осторожность отбрасывается и ребенок буквально готов на все. Разумеется, часто находятся люди, спешащие этой его готовностью воспользоваться... Увы' Несмотря на всю защиту, «подставить» и «кинуть» гипо динамического ребенка так же легко, как и гипердинами ческого...

Однако младенческая недоверчивость к новому, как правило, остается у гипердинамических детей на всю жизнь. Они не любят переодеваться в новую одежду, пробовать новые блюда, посещать незнакомые места. Если спросить гипо динамического ребенка, в какой музей он хочет сходить в воскресенье, он, к удивлению родителей, назовет музей, который семья посещала две недели

ЙД (на самом деле он предпочел бы остаться дома, но И ито невозможно — из двух зол он выберет уже знание)- Настоящей трагедией для гиподинамического 'ика может стать уход уже знакомой учительницы, Цоторойон худо-бедно приспособился, или переход Другуюшколу (класс).

— Прямо не знаю, что и делать, — говорит мама вось-етнего Димы. — Учительница у них в классе была —

е некуда. Молоденькая, опыта никакого, в голове н ветер и мужики. И материал плохо давала, и детей их в классе оставляла, а сама бегала на лестницу — ить.И орала на них, и по затылку могла шлепнуть, переменках вместе с ними в догонялки играла... В об-М, не учитель, а черт те что! Родители из кабинета ректоране вылезали — требовали ее убрать. Убрали. ставили Анастасию Петровну. Заслуженный учитель, дцать пять лет педагогического стажа, каждый день ади проверяет, никогда голоса не повысит. Живи и ся. Так мой обормот в школу ходить не хочет. Хочу, орит, чтоб Машенька обратно пришла. Это они так ельницу звали — Машенька. Представляете? А эта шенька чего только про него на собраниях не говори-! Послушал бы он — сразу бы мозги на место встали! Анастасия Петровна мне сразу сказала: мальчик тор-:ит, но руки опускать нельзя, будем работать, усилим >узку, подберем индивидуальное задание на канику-\ Будем вытягивать. Вот это, я понимаю, подход...

— А что Машенька говорила тебе самому? — спраши-Диму.

— Она говорила: ты мой тюфячок, а они все обормо-\ Они убегут, а ты со мной останешься. Ты надежный, К старый диванчик. За это я тебя и люблю. Так она

фила. Но двойки все равно ставила. Ты, говорила,

обижайся, а старайся. Все у тебя выйдет, потому

ты на задницу крепкий. Я старался... А теперь с но-

й учительницей — не хочу... Она какая-то пыльная.

Машенька веселая была...



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.175.191.36 (0.067 с.)