ТОП 10:

ГРУМАНТ — ШПИЦБЕРГЕН — СВАЛЬБАРД



 

Почти каждый год, на Ильин день (20 июля по старому стилю) отправлялись из Архангельска или Холмогор поморские лодьи в далекое плавание к суровой земле, которую называли Грумант, считая ее частью Гренландии (Груланда). Пробираться туда надо сквозь пояс льдов не меньше двух месяцев, но дело того стоило — на тех островах зверя морского (моржей, тюленей и даже китов) видимо-невидимо. Вот и ведут туда свои ладьи отважные холмогорские кормчие. Кто первый там побывал — неизвестно, но, видно, это было давно, потому что путь на Грумант хорошо знаком из года в год туда отправляющимся промышленникам, называющим себя груманланами. Даже песня у них была своя: «Остров Груман — он страшон, он горами обвышон, кругом льдами обнесен…»

Прибыв на остров, строили избу, баню, расставляли капканы на песцов и начинали охоту. Домой возвращались на следующий год, проводя на Груманте зимовку. В исландских сагах говорится о земле в окружении льдов к северу от берегов Европы. Ее достиг викинг Торкиль; он увидел вздымающиеся над поверхностью Ледовитого океана гигантские скалы, среди которых жили викинги-йотуны. На этой земле нет никакой растительности. Датский писатель Саксон Грамматик, живший в XIII веке, рассказывал в своей «Норвежской истории», что однажды корабль, плывший из Исландии в Норвегию, был отнесен во время шторма на север, в «туманное море», где они пристали к земле, окруженной ледяными скалами. И согласно Саксону Грамматику, там жили необычайно высокие люди. Свальбард («Холодный берег») назвали эту землю викинги. Так архипелаг называют норвежцы и сейчас.

Но, если и было это открытие, сведений о нем очень мало, не осталось никаких следов пребывания викингов на Шпицбергене, подобных тем, что находились в Гренландии, Исландии, Ньюфаундленде. А вот то, что лет за пятьдесят до Баренца на архипелаге к северу от берегов Европы жили и промышляли русские поморы, известно достоверно. Несомненное доказательство — развалины избушек, в которых они зимовали, предметы быта, могилы с поморскими крестами. Возраст дерева с большой точностью определяется радиоуглеродным методом. И установлен возраст дома в одном из фиордов на юге острова Западный Шпицберген. Он построен в середине XVI века.

Возможно, русские поморы были на одном из островов в то лето 1596 года, когда голландская экспедиция, фактическим руководителем которой был опытный мореход Виллем Баренц, направлявшаяся на поиски северного пути в Китай, встретилась с землей, принятой за часть Гренландии. Двигаясь на северо-восток, к Новой Земле, у берегов которой Баренц побывал уже в прошлом году, на широте 79°30', корабли встретили неизвестный остров. На подступах к нему был застрелен огромный белый медведь, поэтому и остров получил название Медвежий.

Корабли пошли дальше на север, и 19 июня на горизонте из тумана появилась цепь островерхих гор с потоками ледников на скалах. Летописец экспедиции Геррит де Фер записал: «Мы назвали эту страну Шпицбергеном за острые вершины гор». Землю обогнули с запада и высадились на берегу одного из фиордов.

В 1607 году к земле «острых гор» подходил Генри Гудзон. Он впервые сообщил о том, что окружающие воды изобилуют китами. Обогнув Шпицберген с севера, Гудзон обнаружил в одной из бухт огромное количество тюленей, в другой — лежбища моржей. Эти сведения привлекли сюда в скором времени промышленников из разных европейских стран. В полярных водах вспыхнула совершенно уникальная «китовая война»: за преимущественные права на китобойный промысел сражались Англия и Голландия. Победили голландцы, наладившие на северо-западном побережье Шпицбергена производство китового жира, вокруг которого возник «город ворвани» — Смереенбург. Население города выросло до десяти тысяч. Когда киты были выбиты, город перестал существовать.

Научное исследование Шпицбергена началось только в XIX веке и главную роль в нем сыграл шведский ученый Адольф Эрик Норденшельд, организовавший на архипелаг пять экспедиций.

Однако первая научная станция на Шпицбергене была организована значительно раньше. Это станция экспедиции В.Я. Чичагова, основанная как базовая в одном из фиордов острова Западный Шпицберген. Этот опыт нельзя признать удачным, но все же он был первым. И совершенно справедливо по предложению участников русско-шведской экспедиции по измерению полярного градуса меридиана, работавшей в 1899—1901 годах на карте архипелага появилось название плато Ломоносова (по-норвежски — Ломоносовфонна. Эту вершинную часть самого обширного ледникового щита Шпицбергена пересекла на пути к высшей точке архипелага, горе Ньютона, группа геодезистов во главе с Александром Васильевым. Спустя 65 лет на плато Ломоносова работала экспедиция московских гляциологов.

В 1912 году на Шпицбергене прошел последними в своей жизни маршрутами Русанов, проведший пять экспедиций на Новую Землю.

…Острые пики гор в клубах тумана показались на горизонте. Пароход «Геркулес», построенный в Норвегии, шел бурным Гренландским морем. На его борту — русская правительственная экспедиция, задача которой состояла в том, чтобы исследовать природные богатства Шпицбергена в целях его промышленного освоения, главным образом, изучить месторождения каменного угля.

3 июля «Геркулес» вошел в Бельсунн — один из красивейших ледяных заливов Шпицбергена, где 146 лет назад зимовала группа унтер-офицера Рындина из экспедиции В.Я. Чичагова. Капитан корабля — Александр Кучин, участник экспедиции Амундсена к Южному полюсу в 1911—1912 годах.

С двумя матросами Русанов отправился через ледники на восточное побережье, где угольные месторождения никем еще не были исследованы.

Отвесные горы подступали прямо к морю, вдоль них пришлось карабкаться, цепляясь за выступы скал, под градом камней, постоянно сыпавшихся сверху. Иногда это были куски настоящего каменного угля, залегавшего в обрывах скал мощным пластом.

Русанов поставил 28 столбов с заявками на право угольных разработок. Это были блестящие результаты, и о них доложил властям в Петербурге геолог Рудольф Самойлович, который покинул борт «Геркулеса» и пересел на норвежский корабль, шедший в Европу.

На следующий год Самойлович вновь посетил Шпицберген и привез в Петербург 5 тыс. т добытого там угля. Возникло акционерное общество «Русский Грумант»… А в 1932 году Государственным трестом «Арктикуголь» были закуплены первые участки с угольными месторождениями, которые разрабатываются российскими шахтерами по сей день.

…А Русанов и девять его спутников были далеко от открытых ими месторождений. «Геркулес» ушел на восток, ведь Русанов предпринял попытку пройти Северным Морским путем, выбрав северный вариант — вокруг Новой Земли.

Прошло три года после ухода «Геркулеса» со Шпицбергена. О судьбе Русановской экспедиции ничего не было известно. Ее не могли обнаружить спасательные суда, направленные в Северный Ледовитый океан летом 1914 года.

Летом 1934 года на одном из островов группы Мона, близ берегов Таймыра, обнаружен деревянный столб, возвышавшийся среди присыпанной снегом каменистой равнины На высоте двух метров столб был затесан и на нем вырезано ножом «„Геркулес“, 1913 г.». Рядом лежали сломанные нарты и крышка от патронного ящика. Неподалеку от столба, в шхерах Минина, были найдены патроны, фотоаппарат, компас и блокнот Владимира Русанова с надписью: «К вопросу о переходе Северным путем через Сибирское море»…

 

АРХИПЕЛАГ ЛЕДЯНЫХ КУПОЛОВ

(Земля Франца-Иосифа)

 

«Около полудня мы стояли, облокотившись о борт корабля, бесцельно глядели в туман, который то тут, то там начинало разрывать. Внезапно на северо-западе туман рассеялся совсем, и мы увидели очертания скал. А через несколько минут перед нашими глазами во всем блеске развернулась панорама горной страны, сверкавшей ледниками. В первое время мы стояли, точно парализованные, и не верили в реальность открывшегося…»

Так рассказал о невероятном открытии в Северном Ледовитом океане Юлиус Пайер, лейтенант флота Австро-Венгрии, альпинист и художник, возглавлявший полярную экспедицию на пароходе «Тегетгоф». Этот корабль, названный именем первого и единственного адмирала австро-венгерского флота, 15 июля 1872 года покинул норвежский порт Тромсё и двинулся на северо-восток. Перед экспедицией стояла задача — пройти северо-восточным путем в Тихий океан. Близ Новой Земли он был зажат тяжелыми льдами. Дрейф «Тегетгофа» продолжался все лето, зиму и лето следующего года. Моряки уже не надеялись выбраться из ледяного плена. Как вдруг на 375-й день дрейфа, 30 августа 1873 года, произошла неожиданная встреча с неведомой землей. «Открытие ее, — писал Ю. Пайер, — было наградой кучке незадачливых моряков за силу их надежды и выдержку в период тяжелых испытаний. Нам подарил ее каприз пленившей нас льдины».

«Земля Кайзера Франца-Иосифа» — такое название дали этой внезапно появившейся стране участники экспедиции. Достичь берега, однако, не удалось: льды отдалили корабль от земли, но время от времени куполообразные ледники и скалы снова появлялись в поле зрения, вселяя надежду на более близкое с ней знакомство.

«Тегетгоф» приблизился к земле только 1 ноября, так что, наконец, люди смогли ступить на первый небольшой островок, который назван именем Ганса Вильчека, венского аристократа, ассигновавшего на экспедицию особенно большую сумму.

Уже через несколько дней после того, как взошло над ледяной землей солнце, 10 марта 1873 года, семь человек во главе с Пайером покинули «Тегетгоф»: для исследования открытой земли выступила в путь первая санная экспедиция. Всего неделю продолжался этот поход, во время которого был открыт еще один остров — Галля. Были видны и другие острова. К ним, на север, в конце марта отправился отряд из семи человек. Один за другим наносятся на карту новые острова — Сальм, Земля Вильчека, Райнера, Карла-Александра… Острова располагались по обе стороны широкого пролива, который Пайер назвал Австрийским каналом.

В ясный солнечный день, 11 апреля, определены координаты самой северной точки архипелага — мыса Флигели (82°5' с.ш.) на острове Рудольфа. Впрочем, Пайер не его считал северной оконечностью открытой земли. С высокого мыса он видел на севере цепочку гор какой-то другой земли и дал ей имя Августа Петермана, ведь именно идея этого крупного австрийского географа о свободном ото льда море у полюса вдохновила Пайера и Вайпрехта на организацию экспедиции. Как потом выяснилось, за островом Рудольфа до самого полюса никакой суши нет. Вероятно, Пайер принял за горы гряды торосов. Также ошибочно определена им и Земля Короля Оскара к северо-западу от мыса Флигели.

Третья санная экспедиция Пайера — на запад архипелага. На карте появился остров — Мак-Клинтока и гипотетическая «Земля Зичи», которую Пайер описал так: «Почти половина небосклона была занята скалистыми кряжами, снежными вершинами и долинами, казавшимися серого цвета… Вся страна была изрезана фьордами и покрыта ледниками». На самом деле в этой части архипелага, так же как на востоке и на севере, преобладали небольшие острова, на которых аккуратными полушариями расположены куполообразные ледники.

20 мая вся экспедиция уходит с «Тегетгофа», оставив судно во льдах, а на берегу острова Вильчека — могилу машиниста Отто Криша, умершего во время зимовки. С четырьмя нартами и нагруженными шлюпками люди отправились на юг, к Новой Земле. Но до воды пришлось идти по торосистому льду больше двух месяцев, и все время на горизонте еще были видны мыс Тегетгоф и остров Сальм: дрейф относил льды обратно. И создавалось впечатление, что земля не хочет расставаться со своими первооткрывателями. Только 15 августа дошли до открытой воды, а через девять дней у новоземельского мыса Бритвина произошла встреча с поморской зверобойной шхуной «Николай». «На палубу высыпало много народа — все бородатые русские, вспоминал Ю. Пайер, — …среди них стоял похожий на патриарха капитан шхуны Федор Воронин… приняли нас с почетом и радушием».

Русская шхуна доставила австрийцев в норвежский порт Варде 3 сентября 1874 года. Экспедиция продолжалась 812 дней.

Так была открыта Земля Франца-Иосифа, самый северный архипелаг Евразии. Есть, впрочем, и другая версия его открытия.

В 1865 году норвежское китобойное судно, капитаном на котором был Нильс Фредерик Ронбек, в погоне за китами отклонилось на восток от Шпицбергена миль на триста или чуть побольше. Море было свободно ото льда, что позволило кораблю так далеко зайти. И они увидели прямо по курсу землю. Об этом гласит запись в судовом журнале. Ронбек назвал открытый остров «Северо-Восточный Шпицберген, или Земля Ронбека». Но контуры земли не легли на карту, да и общественность не была оповещена об открытии. И только спустя многие годы запись Ронбека обнаружили в архиве. Поэтому все-таки первенство открытия осталось за австрийцами, хотя и с еще одной оговоркой.

Как раз в том же году, когда увидел землю на востоке от Шпицбергена Ронбек, в русском журнале «Морской сборник» появилась статья офицера флота Н.И. Шиллинга, посвященная столетию со дня смерти М.В. Ломоносова. Анализируя имеющиеся данные о движении морских льдов, Шиллинг обратил внимание на то, что к востоку от Шпицбергена льды как будто бы огибают какое-то препятствие. Его могли создать только участки суши. Шиллинг предположил, что существует не открытая еще земля, которая «удерживает льды за собой».

Это предположение Шиллинга поддержал известный географ, исследователь Сибири и Дальнего Востока Петр Алексеевич Кропоткин, докладывая в 1871 году в Русском Географическом обществе свой проект экспедиции «для исследования русских северных морей». И если бы его экспедиция состоялась, то Земля Франца-Иосифа могла бы быть открыта раньше, как и находящийся к востоку от Новой Земли архипелаг Северная Земля, о возможном открытии которого тоже говорил Кропоткин.

Прошло всего пять лет после ухода с Земли Франца-Иосифа экспедиции Ю. Пайера и К. Вайпрехта, как люди снова увидели ледяные купола и базальтовые башни этих удивительных островов. К архипелагу подошло голландское исследовательское судно «Виллем Баренц» (капитан Де Брюйне). Он вошел в широкий Австрийский канал, завернул в другой пролив, поуже, и открыл там новый остров, назвав его именем великого ботаника и путешественника XIX века Джозефа Гукера. Остров Гукера надолго стал наиболее известным островом архипелага.

Другое, тоже очень приметное место на Земле Франца-Иосифа открыла третья экспедиция, посетившая архипелаг в 1881 году. Тогда вновь открытыми островами заинтересовался шотландский яхтсмен Бенджамен Ли Смит, приплывший к ним на паровой яхте «Эйра». Ли Смит назвал самый южный из островов именем президента Королевского Географического общества Георга Нортбрука, а высокий мыс на южном берегу этого острова именем богини цветов и весны Флоры. Это было исключительно удачное название, если учесть, что в короткое, как нигде, лето на самых северных в Евразии островах, к северу от которых не встретить уже ни клочка суши, произрастает не более трех десятков видов цветковых растений (на Земном шаре этих видов — больше миллиона). И в истории полярных исследований мыс Флора тоже очень известен. На нем произошла спасительная для Нансена встреча с английской экспедицией Джексона. Столь же невероятной была встреча в августе 1914 года штурмана Альбанова и матроса Александра Конрада, ушедших четыре месяца назад к Земле Франца-Иосифа с дрейфовавшей шхуны «Св. Анна». Им пришлось пройти по всторошенным дрейфующим льдам, разорванным полыньями, примерно такое же расстояние, что и Нансену с Юхансеном, но из четырнадцати ушедших с корабля до мыса Флора добрались только двое. Остальные погибли во льдах. Бесследно исчез и корабль «Св. Анна» с экспедицией Георгия Брусилова, так же как и «Геркулес» с экспедицией Владимира Русанова. Обе экспедиции намеревались пройти северным морским путем в Тихий океан.

У отправившегося в Арктику в том же 1912 году Георгия Седова была иная цель — водрузить русский флаг на Северном полюсе. Перезимовав на Новой Земле, «Св. Фока» в поисках места для второй зимовки прошел к открытому Де Брюйне острову Гукера, где в очень уютной бухте, названной Тихой, и остановился на вторую зимовку. Отсюда в марте 1914 года Г. Седов с двумя матросами вышел к полюсу, но он был уже тяжело болен, и скончался на подходе к острову Рудольфа. Его экспедиция, фактическим научным руководителем которой был географ Владимир Визе, ставший потом одним из ведущих советских полярных ученых, первая провела исследования ледников Земли Франца-Иосифа.

Почти все острова Земли Франца-Иосифа покрыты своеобразными ледниковыми шапками. Геометрически правильная форма делает их похожими на аккуратно разложенные сегментики луны, почему иногда эту землю называют «лунным архипелагом». А писатель И.С. Соколов-Микитов написал так: «Было похоже, что серебряное широкое облако спустилось на лед и застыло…» И еще говорят, что архипелаг больше всего напоминает Европу умеренных широт во времена Ледникового периода, удаленные от нас всего на 10—12 тыс. лет.

Восемьдесят шесть процентов суши на Земле Франца-Иосифа занято ледниками. Нигде на нашей планете, кроме Антарктиды, нет столь высокого процента территории, занятой льдом. Даже Гренландия относительно меньше оледенела. Правда, пространство, на котором разместились более трехсот ледниковых куполов, совсем не велико — 16 тыс. кв. км, хотя оно вполне соизмеримо, например, с площадью Израиля.

Наиболее полно оледенение Земли Франца-Иосифа исследовала экспедиция московских гляциологов, проведшая более двух лет на вершине одного из ледниковых куполов острова Гукера в 1957—1959 годах. Участник экспедиции Г. Седова художник и писатель Николай Пинегин еще в 1913 году назвал его именем удивительного литовского художника и музыканта Микалоюса Чюрлениса.

На карте Земли Франца-Иосифа соседствуют названия, данные представителями разных стран мира. На ней побывали экспедиции из Норвегии, Италии, Англии, США. И все оставили память о себе в географических названиях. В основном эти экспедиции намеревались достичь Северного полюса, считая, что раз эта земля ближе всего к полюсу, то пройти от нее легче. Но это оказалось не так. Среди многих путешественников, дошедших до Северного полюса в те давние и в последние годы, нет никого, кто бы достиг этой цели, стартуя с Земли Франца-Иосифа.

 

ОСТРОВ ВРАНГЕЛЯ И ДРУГИЕ…

 

В истории полярных исследований довольно часто экспедиции, направлявшиеся на поиски пропавших кораблей, делали, как бы по пути, собственные открытия.

Среди многих кораблей, искавших исчезнувшую у северных берегов Америки экспедицию Дж. Франклина, были снаряженные британским Адмиралтейством парусные суда «Геральд» и «Пловер». В 1849 году они обследовали северные берега Аляски, а потом одно из них — «Геральд» под командой капитана Г. Келлета — забралось, следуя за кромкой льдов, в северную часть Чукотского моря, где 17 августа была обнаружена земля: один сравнительно небольшой остров и обширная гористая страна. Остров, на который моряки высадились, был назван именем судна — Геральд. До большой земли, принятой Келлетом за южную оконечность полярного материка, вера в который еще оставалась, дойти не удалось из-за тяжелых льдов, да и не так уж близка она была — милях в шестидесяти. Келлет назвал землю именем второго судна — Землей Пловер. На самом деле английские моряки видели остров Врангеля, остров не такой уж большой, хотя и заметный.

Открытыми Келлетом участками суши в Чукотском море заинтересовалось правительство Соединенных Штатов, отправившее в 1855 году парусное военное гидрографическое судно «Винсенс» под командой Джона Роджерса. Был достигнут остров Геральд, но остров Врангеля оказался не замечен с борта судна, поэтому высказано было сомнение в его существовании. Прошло еще 12 лет, и остров был случайно открыт человеком, озабоченным исключительно охотой на китов, — капитаном американского китобойного судна «Найл» Томасом Лонгом. Гоняясь за китами, которых в те времена в Чукотском море было очень много, он в середине августа 1867 года увидел на расстоянии не более 18 миль остров. Лонг нанес его контур на карту, назвав западный высокий мыс именем матроса Томаса, первым заметившего землю. Восточный, низменный мыс им назван экзотично — Гавайи (судно китобоя Лонга базировалось на цветущих Гавайских островах, к ним он должен был возвратиться прямо с арктического острова).

Островом Врангеля Томас Лонг предложил именовать открытую землю. Он слышал о русском адмирале, долго безуспешно искавшем остров, который ему посчастливилось открыть. На пути домой Т. Лонг пересек водное пространство, отделяющее остров Врангеля от чукотского берега, впоследствии названное проливом Лонга.

Несмотря на достаточно благополучный исход плавания «Веги», ее судьба вызвала беспокойство, и на средства американского газетного магната Джеймса Беннета была послана спасательная экспедиция на судне «Жанетта» под руководством лейтенанта флота Джорджа Де-Лонга. Помимо поиска «Веги», Де-Лонг должен был попытаться дойти до полюса. Он и взял курс на север, но «Жанетта» попала в ледовые тиски и после дрейфа, продолжавшегося 21 месяц, во время которого были открыты острова Жанетты и Генриетты, была раздавлена льдами и затонула. Это произошло 13 июня 1881 года.

Экипаж судна высадился на льдину, которая почти два месяца дрейфовала и вынесла людей к неведомому острову, который назвали именем того, кто дал деньги на экспедицию — островом Беннета. Восемь дней американцы провели на острове, собрав гербарий, образцы горных пород, исследуя приливы и отливы, а потом направились к Новосибирским островам, а от них к дельте Лены. Они добрались до дельты, но не смогли там выжить: 19 человек погибли от голода. Впрочем, нескольких человек спасли эвенки, а пропавшие материалы экспедиции были найдены через четыре с лишним месяца.

Нога человека впервые ступила на остров Врангеля в августе 1881 года, когда к нему подошло американское таможенное судно «Корвин» капитана Хупера, искавшее экспедицию Дж. Де-Лонга. Американцы попытались переименовать остров в Новую Колумбию, но это название не прижилось, осталось то, которое справедливо дал первооткрыватель Т. Лонг. В 1911 году на острове Врангеля высаживались моряки с русского ледокольного парохода «Вайгач», впервые обогнувшие остров с севера и водрузившие на нем национальный флаг России. Но настоящее исследование и освоение острова было еще впереди.

Выдающийся канадский исследователь, родившийся в Исландии, Вильямур Стефансон в 20-х годах XX века пытался организовать на острове Врангеля базу для китобойных и зверобойных промыслов. Чтобы предотвратить захват острова Канадой, в июле 1924 года из Владивостока была направлена канонерская лодка «Красный Октябрь». Ее командир — гидрограф Борис Давыдов, много плававший в Северном Ледовитом океане и проводивший съемку Охотского и Берингова морей. Через месяц с небольшим лодка прошла в Чукотское море и достигла 70°43' с.ш. Нужно было поворачивать на запад к острову Врангеля, расположенному примерно в тех же широтах, но мощные многолетние льды сковали корабль и он четыре дня дрейфовал, а когда получил возможность двигаться самостоятельно, еще два дня пробирался в тумане по разводьям среди торосов.

И все же остров Врангеля был достигнут 19 августа 1924 года. В бухте Роджерса, на южном берегу острова, Давыдов установил мачту с флагом СССР. Лодка пошла вдоль южного берега на запад, где в бухте Сомнительной стояли два промысловых зимовья промышленника-канадца с тринадцатью эскимосами. Давыдов провел съемку южного берега и от юго-западного мыса Блоссом («Цветение») повернул через пролив Лонга к мысу Якан, а потом по прибрежной полынье — к мысу Шмидта. Он оказался окружен льдами и стал готовиться к зимовке. Уже разобрали двигатель, как вдруг появилась зыбь подо льдом — ледяное поле слегка колыхнулось. Это было признаком того, что неподалеку плещется свободное ото льда море. И в самом деле, льды разошлись, во всяком случае, канонерская лодка смогла сквозь них пробиться и выйти в Берингов пролив, а потом благополучно прибыть во Владивосток.

В августе 1926 года на пароходе «Ставрополь» прибыла группа переселенцев с материка: чукчей и эскимосов. Партию из 60 постоянных жителей острова возглавил Георгий Алексеевич Ушаков, экспедиционный работник, ходивший еще по уссурийской тайге вместе со знаменитым ее первопроходцем В.К. Арсеньевым, создателем всемирно известного образа следопыта Дерсу Узала. Должность Г. Ушакова была уникальной — «начальник острова», т.е. единовластный правитель территории, и не так уж и малой — 7300 кв. км, такого же размера, как Канарские острова. Ушаков стал первым исследователем острова Врангеля. Завершив съемку береговой полосы, он предпринял несколько походов на собачьей упряжке в глубь острова и установил, что на две трети он занят горными грядами высотой до 1000 м над уровнем моря. На острове обнаружено множество берлог белых медведей, и за ним закрепилось шутливое наименование — «родильный дом белых медведей».

В 1975 году с Аляски по договоренности с правительством США на остров доставили партию овцебыков, иначе называемых мускусными быками. К сожалению, эти редкие животные не пережили одну из исключительно суровых зим. Но на острове остались большие стада северного оленя, лежбища моржей, крупнейшие в Арктике. Все это богатство находится под охраной — в 1976 году на острове Врангеля создан Государственный заповедник.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-25; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.214.184.124 (0.013 с.)