ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Я задыхаюсь в кошмарном бреду



Дверь распахнулась и Сан вошёл следом, уже без одежды. Я, реально, вздрогнул и отпрыгнул.

- Смотрю, не торопишься? - Саня подошёл ко мне взял за плечо, разворачивая. На его фоне я сейчас смотрелся забитым ягнёнком на фоне волчары.

- Что с рукой? - глаза впервые соизволили обратиться на бинт

- Какая тебе разница? - я огрызнулся торопливо выдирая конечность, пытаясь убрать назад и охнул застонав от боли.

- Ты прав. Абсолютно никакой.

Сан даже бровью не повёл, плавным движением выкручивая запястье наверх, осмотрел перевязку, помрачнел неуловимо и небрежно отбросил от себя, вызывая неконтролируемое ощущение паники, внутри. Я знал, что он сильнее, но насколько он может быть опасен - понял только сейчас. Чтобы он не пожелал сделать реально, я не смогу оказать никакого сопротивления. Это с Вольхом худо бедно мы могли повоевать, Сан не напрягаясь, способен одной рукой завязать в узел пяток таких как я.

Раньше мне не приходило в голову рассматривать возможность исходящей от Малина физической угрозы. Он не демонстрировал собственного превосходства, за исключением одного единственного случая, когда удерживал на кровати, а сейчас, он просто не считал нужным это скрывать, чётко дал понять, хорошее отношение закончено, всё обстоит именно так, как я думаю.

О любви хорошо рассуждать с теми, кто отвечает взаимностью, остальных сговорчивыми делают пиздюлины.

Я только что в стенку лопатками не вжался, непроизвольно ища глазами лазейки спасения. Понимал, что беспонтово, изначально не стоило соглашаться и идти у него на поводу, не стоило сюда приходить.

- Рад, что ты сам, всё понял, - удовлетворённо кивнул Саня. - Ну что Ники, как там говорят в таких случаях? А теперь, будь покладистым мальчиком и веди себя хорошо.

И не удовлетворившись унижением, шлёпнув пониже спины, одномоментно подтолкнув в сторону душевой. Я стиснул зубы.

От его на издёвки, кровь моментально бросилась в лицо. Давить меня можно до определённого предела, а дальше...дальше, я не думаю о последствиях, срываюсь и...

Я открыл рот, но ответить не успел. Сан надвинулся, заставляя отступить назад, и врубил душ, охлаждая горячую голову.

Вода хлынула со всех сторон. Я отплевался, выходя на свет, и врезался в Саню, который не долго думая, толкнул обратно и впихнул мне мочалку.

- Приступай, - сказал он насмешливо, - для начала, хочу, чтобы ты помыл меня.

- Значит, решил в хозяина поиграть? - буркнул я, со злостью, пытаясь взять первый попавшийся гель. Саня перехватил сам. Поберёг руку? Я слегка ошарашившись открытием, машинально подставил мочалку, он выдавил не отводя от меня глаз.

- Ник, не испытывай моё терпение, - в голосе Сани тепла наблюдалось примерно столько же, сколько среди льдов на арктическом полюсе. Он не поворачиваясь впихнул бутылку обратно.

- Ты его достаточно испытал. Я сейчас, реально, злюсь на тебя. Так что не выёбывайся.

- Хорошо, не буду. - Мысль о том, что даже сейчас, он помогает мне, слегка примирила с действительностью, но стоило подумать...гнев взлетел пружиной.

- А дальше что? Будешь держать меня при себе и трахать три раза на дню или придумаешь что-нибудь похуже?

Я силой впечатал ладонь ему в грудину, размазывая пену.

Сан не шелохнулся, позволяя намыливать всё докуда дотянусь. Повернуться спиной он не соизволил, возвышался каменным изваянием, рассматривая меня всё с тем же непонятным смешанным выражением. Непонятным, потому, что помимо безразличия, скрытой злости и досады, читалось что-то ещё, но что именно, я не мог понять, хоть убиться.

- О, фантазия у меня богатая, - пообещал Сан мстительно. - Это я тебе гарантирую. Три раза на дню? Хм. Недооцениваешь ты меня, Ники.

- Да я уже заметил! - я со злости только что кожу с него не сдирал, компенсируя желание врезать.

- Такое придумать мог только ты. У меня один вопрос. На камеру меня сам снимал, или друзья помогали. Ебать меня тоже тебе помогли?

- Ники, я тебя сейчас ударю, - ровным голосом пообещал Сан.

- Да хоть убей нахуй! Хоть в задницу снова нахуй выеби, со всей своей шоблой разом!

Я сорвался в бешенстве размахивая конечностями. Бинт размок и отяжелел, грозя размотаться, но Вольх сделал перевязку качественно и сейчас это словно придавали сил.

- Как ты мог так поступить со мной? !!!!! Значит, то, что Вольх про тебя сказал, правда. Ты просто воспользовался мной, а я тебе поверил, как дурак.

- Да, я заметил как ты мне поверил. Ты мне это утром сегодня по телефону очень доходчиво пояснил.

- А что мне оставалось делать? - взорвался я. - Я не могу разорваться. Это ты меня десять лет ждал, я тебя не ждал. Просто принял. Как тебе такой расклад? И Вольх с этим не согласен. И вы рвёте меня напополам, и моё мнение вас интересует в последнюю очередь.

- Принял, значит? - Саня сжал кулак, мне показалось, что он сейчас врежет... Не ударил.

- Ты даже не представляешь насколько... Я вот сейчас, реально, стою и думаю, что мне с тобой сделать. Но пока ещё не решил. Казнить или помиловать? Буду определяться в процессе. Ники, я сказал всё помыть. Абсолютно всё.

- И задницу тоже? - невинно заметил я. - И изнутри?

- Изнутри, мой сладкий, я тебя сам помою, - многообещающе поведал Саня, таким голосом, что от страха у меня, кажется, ослабли колени. Он это заметил и хмыкнул, довольный. Он не соврал, его реально пёрло осознание собственной власти, ощущение того, что я боюсь.

- А ты пока трудись над тем, что тебе доверили. Понежнее, please.

Вот так, хороший мальчик, - заметил он, когда мочалка ощутимо дрогнула у меня в руках.

- Я очень зол, Ник. Лучше бы тебе это понять.

Я, уже не выёбываясь, молча намылил Саню со всех сторон. Для того чтобы помыть ноги, пришлось встать на колени.

- Хорошо смотришься. Я бы сказал, ты нашёл своё место, - поведал Саня. Издеваться надо мной он сегодня собирался долго. Интересно, он меня отпустит или у него приготовлена особая программа? За сорок минут по идее он не должен был успеть, но кто знает этого злого гения. Мне хотелось зло отстебаться в ответ, отпарировать чем-нибудь, обидно завуалированным, когда скрытое хамство звучит, запакованное во внешнюю безобидность слов. Но, неожиданно, шипя от злости и отчаянно ненавидя его в этот момент... я увлёкся.

Я отвёл глаза торопливо мыля поясницу, избегая касаться задницы, но Саня вздёрнул бровь, и, если честно, я просто позволил рукам дорваться, в какой-то момент, он чуть отступил назад, облокачиваясь лопатками на стенку, и мне приходилось почти обнимать его, соприкасаясь кожей и вспоминать...

Ласковые прикосновения, поразительно нежные, осторожные, трепетные, любящие, и в то же время жёсткие, сильные, властные, он был как сталь и как легчайший шёлк одновременно, и это трудно было забыть. То, каким он мог быть. А теперь я всё это потерял в один день, потому, что решил, что надо сделать выбор, потому, что понимал, что это всё неправда, что это всё наркота... Но сейчас наркоты не было. Был просто Саня с безучастно, насмешливым выражением прислонившийся к стене, и этот Саня был офигительно притягателен, настолько, что хотелось вплавиться в него пальцами.

- Ники? - В его голосе звучала вибрация, а я резонировал, откликался, не хотел это понимать, не хотел признавать, но всё внутри переворачивалось. Как я мог не замечать этого раньше? Не понимать. Неужели это всё из-за наркоты?

Саня перехватил мои пальцы, отбирая мочалку, умудряясь разом забрать меня целиком в себя. Я даже не понял, как его пальцы оказались на моём подбородке, заставляя поднять голову, посмотреть ему в глаза.

- Горе ты моё... Или беда?

У меня подкосились ноги. Саня разрезал меня. Господи, блядь, какой же он нежный.

- Ты... правда, хочешь уйти?

Ранимый, хрупкий, волшебный. Удивительное существо. Блядь, у меня крыша ехала, реально, от одного этого ласкового взгляда.

Разве это не он изнасиловал меня, разве не он сейчас угрожал шантажом, хотел порвать жопу за то, что ко мне прикоснулся кто-то другой?

Член встал торчком, отказываясь следовать здравым доводам рассудка. Я поплыл, очнулся, лишь осознав, что Саня меня целует, уже целует, ласкает, трогает везде и всюду, и я весь как воск в его пальцах, таю, плавлюсь, растворяюсь на губах.

Останусь пеплом на губах...

В твоих руках дыханьем ветра

- Вот и всё что требовалось доказать, - шепнул Саня распиная меня языком, подхватил за задницу, приподнимая, подсаживая, прижал к стене.

- Ник, будет больно. Потерпишь?

У меня, наверное, даже мозги вытекли сквозь уши, скручиваясь сладкими ниточками. Умирающими, наслаждающимися нерационально-бархатистыми звуками чужого голоса, ласкового, пьянящего, обволакивающего, просящего. Очень нежного.

Легчайшим пёрышком по коже, мёдом, патокой по позвоночнику.

- Саня! - я мог только всхлипнуть. От желания перед глазами всё мутилось. А он входил без подготовки: медленно, мучительно, сладко.

Больно не было. Было хорошо. Непрекращающееся бесконечное, бесконтрольное, нереальное ХОРОШО.

Без всякой наркоты и дури.

Пронзая бесчисленное множество раз, Саня заполнил меня собой, легко и естественно, как заполнял собой с самого первого дня нашей встречи, подстраиваясь, отступая, нападая, выжидая, позволяя мне быть, словно зная, что однажды мы с ним БУДЕМ. И вот каждая впадина моего тела, каждая выпуклость, вогнутость, соединились и защёлкнулись, исчезая в нём, подстраиваясь под него, для него, и мы как совершенный механизм, идеальная модель вселенной, бля, слились, заработали слаженно, чётко, красиво, даже несмотря на то, что у нас не было единого ритма... У нас было множество ритмов, и каждый раз мы находили новый.

Когда меня накрыло мощнейшим землетрясением оргазма по десятибалльной шкале, у меня даже пальцы ног поджались в судороге. Я выгнулся, врезаясь головой в кафель, в сумасшедшем пируэте, выплёскивая себя на его живот, даже грудь, пытаясь ухватиться, но никакой опоры, кроме его плеч, рядом не было, и всё что я мог - это просто содрогаться и стонать, обессилено обвисая на нём в конце пути. А Саня держал и смеялся тихо, целуя в губы, в ресницы, вжимая в стенку, с такой силой, что на коже, наверное, остались квадратные, повторяющие контур плитки следы.

Саня казался хрупким и изящным, но, сейчас, под моими пальцами отчётливо скользили стальные канаты мускулов, и я, в очередной раз, прифигевал от него. Какой же невероятной силой надо обладать чтобы проделать весь этот сумасшедший марафон, удерживая чужой вес исключительно на одних руках. Мне ведь даже ухватиться было не за что, а выраженная разница в росте не позволяла нам заниматься нормальным сексом стоя, но для Сана, как обычно, такие мелочи не являлись проблемой.

Самым классным было, когда мы молчали, когда всё как в волшебной сказке. И в этой волшебной сказке, Сан с благодарностью меня поцеловал, медленно отпустил, ставя на пол, и говорить в этой сказке не хотелось. Я просто бездумно отдался во власть его уверенных ладоней, закрывая глаза, балдея, и мы поменялись ролями, а в какой-то момент перешли на борьбу за лидерство, яростно целуясь и вылизывая друг друга жалами языков, найдя единственно удачное применения для обоюдного язвительного острословия, обладая которым, постоянно соревновались между собой за место под солнцем, начиная с первого класса. В какой-то момент, я сделал ему минет, потому, что мне остро хотелось вернуть ему хотя бы частицу собственного удовольствия, и это оказалось не гадким и не противным, а безумно мне понравилось, ведь даже Санькин член, был создан исключительно для моего рта, стоило только попробовать и увлечься.

Хотя, подозреваю, Саня очень аккуратно дирижировал в этом вопросе, ни разу не толкнувшись мне в горло, лишь ласково направляя и изредка насаживая на себя, чтобы показать нужный темп. И я старался как заправская блядь и балдел, слыша его лёгкие, срывающиеся стоны. И чуть не кончил сам, услышав ласковое, напряжённое, просящее.

- Ник, проглоти...

И проглотил, для того чтобы через секунду делиться впечатлениями, возмущаясь по поводу безжалостной эксплуатации рабочего класса. Санька блаженно улыбался, прищуривался как ленивый сытый кот, рисуя мои виски кончиками пальцев, а мне безумно хотелось обнять его колени и молиться губами на стройные бёдра.

А потом Санька намыл меня как любимого ребёнка, от макушки до пальцев на ногах, мстя изощрённой щекоткой, за недавний болезненный отказ по телефону. И, завернув в халат, потащил в койку, щеголяя в полотенце на бёдрах, ровно два метра, от двери, потому, что повиснув на нём вниз головой, я не упустил возможности содрать влажную ткань и шлёпнуть по красивой, подтянутой заднице.

 

- Саня, а ты бы, правда, выложил ролик в инет?

Не знаю, то ли секс на меня так подействовал, то ли Санькино отношение, но я совершенно успокоился и не переживал. Словно умиротворение снизошло. Дети часто существа безответственные и легкомысленные, я не считал себя ребенком, но временами бил рекорды в этом плане.

Я уютно забурился среди подушек, довольный, затраханный, разрумянившийся после душа совершенно беззастенчиво лопал суши. Никогда не ел. Очень вкусно, оказывается. Сан пряча улыбку кормил меня палочками. Ловко он с ними управлялся. Как заправский японец.

Мирная идиллия, мне самому не верилось, что пару часов назад, я летел сюда словно угоревший, а Сан угрожал мне, умудрился напугать до полусмерти...Просто не верилось. Всё это сейчас казалось таким далёким, неважным совершенно...Может Сан колдун? Умел он быть убедительным, настолько убедительным, что совершенно крышу отшибало.

- Да! - Палочки дрогнули лишь на секунду, чтобы сместившись вниз, подхватить аппетитный ролл с угрём, макая его в смесь соевого соуса, имбиря и васаби.

Подробную лекцию по теме: что за хрень и с чем едят, я получил до еды, и теперь мог даже выёживаться терминами вроде нори и хаси.

- Скажи Ам! - Он подставляя снизу ладонь поднёс очередной рисовый шарик к моим губам.

Я уклонился, непроизвольно улыбаясь, мотнул головой.

- Шутишь? Ты же несерьёзно?

- Серьёзно! - Саня улыбался и смотрел на меня, с улыбкой, мягкой, нежной, любящей и бесконечно жестокой.

- Ник, не знаю, почему ты меня упорно не хочешь понять, но я не намерен с тобой расставаться, и когда я сказал, что не отпущу, имел в виду, именно то, что сказал. Тебе для отношений со мной нужен шантаж? Значит, будет шантаж. Не сработает - придумаю другой способ.

Не забивай голову. Давай ешь... И мне плевать, что думаешь ты, и что думает Вольх, - спустя секунду опустив палочки на доску, добавил он. - Ты хочешь быть со мной, можешь отрицать, но в наших отношениях присутствуют двое, а не один. Тебе хорошо со мной, мне хорошо с тобой. Нам хорошо вместе. И я не дам это разрушить никому, и тебе в первую очередь. Ну что, может, ещё, что - нибудь хочешь спросить, чтобы испортить нам настроение?

Есть моментально расхотелось. Временами трахаться с Саней, оказалось приятнее, чем с ним говорить.

- А мои чувства? - тихо спросил я. - Ты их принимаешь в расчёт?

- Прежде чем говорить такие вещи, Ники, ты определись, пожалуйста, что ты чувствуешь, а вот когда определишься, тогда и будем говорить. А сейчас из нас двоих, я единственный, похоже, кто знает, что это такое. Ник, давай не будем усложнять. Не надо это делать, просто не надо, пойми.

Я опустил голову.

- Сань, когда ты так говоришь... Я тебе что раб, вещь? А если я уйду. Значит, ты меня уничтожишь, так получается?

- Получается, что так, - спокойно согласился Сан и положил палочки, досадливо впихнув мне на колени поднос. Поднялся, подошёл к окну.

Вольх бил стены, а Саня смотрел в окно. Интересно, что он там видел?

- Ник, быть одержимым другим человеком это ...

Он замолчал, вздохнул прерывисто, тряхнул головой отгоняя. О чём он думал в этот момент? Что не сказал? Каких призраков видел?

"Я пытался уйти от любви" - грустно процитировал Сан, машинально растирая шрам под браслетом часов. Кажется, он делал это непроизвольно.

- Я перепробовал всё, - заговорил Малин тихо. - Многое из этого всего, пытался справиться с чувствами, не мешать тебе жить, собирался уехать в Англию после школы.

А что не уехал то? - чуть не брякнул я, но прикусил язык. Сан продолжил, всё так же медитируя в окно.

...Подумал, что это единственный способ. Время, расстояние. Лет через пять, возможно, смогу выболеть. Возможно, не смогу забыть, но со временем боль притупиться, продолжу жить дальше. Но ...Я не смог. В последний момент передумал, понял, что не хочу уезжать...без тебя. Прожить жизнь, сбегая от собственных чувств, положить себя на эти грёбаные весы: правильно - неправильно, не дав нам ни единого шанса, не попытавшись узнать, каким будет твой ответ. Когда приходится сожалеть, сожалеть лучше о том, что сделал, а не о том, что не сделал. Я могу без тебя жить Ники, могу, просто я не хочу жить без тебя, понимаешь разницу?

Он повернулся плавно, взмахнул рукой. Разлёт косой чёлки, расплавленный асфальт бездонных глаз, тёмный дождь волос. Господи, как же красив, пронзительно красив в эту секунду он был. Словно печальный павший ангел или демон спустившийся с небес. Врубелю не снилось. Серый свет скользил по широким плечам, обрисовывая изящную фигуру, широкие плечи, узкие бёдра замотанные белым полотенцем.

- Я решил, ты и чувства к тебе, это то, что будет в моей жизни, то, чему я позволю там быть. Дал себе слово, что придёт день, в моей жизни будут не только чувства - там появишься ты, и я собирался сделать для этого всё возможное и невозможное.... - голос Сани сел, прекращаясь в тихий шёпот, но всё равно звучал очень отчётливо, а вслед за этим шёпотом вытягивалась и улетала моя душа.

Парень в полотенце на бёдрах, две стальные звёзды метеоритных глаз.

 

Кукольный принц, с какой звезды ты прилетел, какой господь тебя придумал, вселенную огромную вселенную полную кружащихся галактик и разбитых астероидов.

Беспощадная планета Нибиру шарахнувшая в мою Землю.

А может солнце, опаляющее солнце, и в атмосфере закончился озон, только все мои растения, зверюшки, люди, домики, тянуться к тебе и похер им на твоё разрушительный гибельный ультрафиолет, радиацию которую источает твоё сумасшествие....Мой звёздный мальчик, чистейшее воплощение формулы Ньютона.

Мне не дано петь, но дано яблоком падать к твоим ногам.

- Я собирался дать тебе время, - сказал Сан помолчав, пытаясь понять как я отреагирую на это признание.

Как я мог отреагировать?





Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.237.66.86 (0.015 с.)