Особо следует подчеркнуть, что вышеописанные ограничения прав пришлых национальных меньшинств по своему существу не являются ущемлением тех или иных граждан по национальному признаку.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Особо следует подчеркнуть, что вышеописанные ограничения прав пришлых национальных меньшинств по своему существу не являются ущемлением тех или иных граждан по национальному признаку.



Они мотивированы необходимостью защиты постоянно проживающего в регионе населения, поддерживающего своим трудом весь спектр профессий, от паразитизма пришельцев из других регионов, которые вклиниваются в местное объединение труда, захватывают непроизводственные сферы деятельности (прежде всего, — посредническо-торговую, а также и государственно-властную) и монополизируют их по этническому признаку (в том числе и криминальным порядком), начинают формировать ценовую политику в регионе так, что те, кто издревле живёт и производит в нём продукцию, живут «средне» или попросту бедно, а пришельцы, оказавшись в рядах местных богатеев, начинают превозноситься на местным трудящимся населением и помыкать им.

Поэтому если чья-то национальная культура плодит носителей нечеловечных типов строя психики, вследствие чего они, оказавшись в среде иных национальных культур, стремятся к тому, чтобы господствовать над людьми других национальностей, и потому:

§ начинают паразитировать на их труде и жизни, ущемляя их права и жизненные возможности,

§ оказываются в рядах этнических мафиозных группировок, возникших в регионах их появления,

§ проявляют коррупционную активность и «вкладываются» в то, чтобы представители региональной власти были от них так или иначе зависимы (в том числе и на основе страха перед этническими криминальными группировками),

— то пусть представители этой нации и либералы-“правозащитники” уймутся по поводу того, что якобы национальные права представителей этих народов ущемляются в регионе, в котором они — пришельцы. Им место там, где они — коренное население, и пусть там они освободятся от вседозволенности и притязаний на рабовладение; пусть там научатся жить по-человечески — своим трудом[87].

* *
*

Кроме того, демографическая политика и политика финансовой поддержки семей в каждом регионе должна проводиться различным образом в сельской местности и в городах. Во всех регионах поддержка семей коренного населения, проживающих в сельской местности, должна быть более мощной, чем поддержка городского. О причинах этого говорилось ранее: город — мощнейший мутагенный фактор, и потому воспроизводство генетически здоровых поколений в сельской местности должно протекать опережающими темпами в сопоставлении с городами. При этом в сельской местности детям должен быть обеспечен столь высокий уровень образования, чтобы они могли войти в трудовую деятельность вне сельского хозяйства, дабы в сельской местности не возникало скрытой безработицы; чтобы могли влиться в городскую жизнь в качестве высококвалифицированной «рабочей силы» и поддержать жизнь и развитие городов.

Ещё одна категория семей, которая не нуждается по крайней мере в разнородных льготах (а многие из них не нуждаются и в общегосударственной системе финансовой поддержки семьи, которая по отношению к ним избыточна, поскольку у них и их детей есть всё необходимое и более того), — семьи так называемой социальной “элиты”: семьи частных предпринимателей, чьи расходы на личное потребление примерно втрое и более превосходит доходы семей, живущих на зарплату в пределах среднестатистической, а также семьи выдающихся деятелей искусств, политиков и администраторов общегосударственного и регионального уровня, высшего командного состава вооружённых сил и иных служб, которые получают зарплату гораздо выше средней в обществе и так или иначе эксплуатируют свой должностной статус и приложения к нему (знакомства, служебные машины, квартиры, дачи, внеочередные права на доступ к тем или иным благам и т.п.).

Дети, рождённые и воспитанные в таких семьях, легче всего воспринимают осознание своего социального якобы статуса «мы — “элита”: от нас многое зависит; вокруг нас — несостоявшиеся, неудачники, быдло, удел которого работать на нас». Хотя многие из них, став взрослыми, обретают скромность и не кичатся своим родством, не претендуют на то, чтобы помыкать другими, являются надёжными друзьями и подругами, более или менее честно и профессионально работают в избранных ими или их родителями отраслях, тем не менее среди них относительно много тех, кто благодаря поддержке своих родителей или угодничеству перед их родителями разного рода начальников, объективно заступили жизненные пути более талантливым и одарённым людям из не-“элитарных” семей. В результате общество лишилось того, что устранённые с пути заурядных по своим творческим способностям “элитарных” деток не-“элитарные” таланты не смогли сделать, не попав на места, занятые выходцами из “элиты”[88].

Кроме того, жизнь многих выходцев из “элиты”, если они не освобождаются своевременно и безболезненно от “элитарных” притязаний «мы — “элита”: от нас многое зависит», превращается в нескончаемый кошмар неудовлетворённости и несостоятельности, не в силу ненависти и зависти к ним окружающих (хотя бывает и такое), а силу их собственной профессиональной и общечеловеческой несостоятельности. И главная причина этого — порочное “элитарное” воспитание.

При этом именно “элита” производит в своей среде в новых поколениях социально наиболее вредных типов, которые автоматически наследуют “элитарный” статус по двум причинам (в порядке их значимости): во-первых, в силу господства в обществе угодничества перед «сильными мира сего» и, во-вторых, в силу своего происхождения.

В худшем случае, получив неадекватное жизни образование «выше высшего», но будучи бесчувственны и невнимательны к течению жизни в целом и жизни других людей, самонадеянно уверовав в свою человеческую и профессиональную состоятельность, выходцы из “элиты” несут большие беды[89]. Поэтому:

“Элитарные” семьи и дети в них нуждаются в особого рода помощи — помощи педагогически-психологической, хотя у них «всё есть» и их потребительскому статусу многие в обществе завидуют.

Конечно, описанная выше стратегия оказания финансовой поддержки семье соответственно целям общественного развития в русле определённой политической концепции противна духу либерализма-индивидуализма, полагающему, что каждый должен решать свои проблемы сам, а те, кто к этому не способны, — должны «освободить место под солнцем для более здоровых и сильных». Сторонникам такого рода мнений доказывать что-либо на словах — напрасный труд[90]: их может убедить (да и то не всех) только жизненная катастрофа идей либерализма в их практическом приложении к разрешению проблем развития общества.

Но поскольку мнение множества людей о том, как должно жить общество, сформированы на протяжении последних десятилетий прямой и скрытой пропагандой либерально-индивидуалистического образа жизни и образованием на основе либерально-индивидуалистической атеистической идеологии, то даже многие из тех, кто хотел бы жить в обществе, в котором государственная политика поддержки семьи выражает описанные выше принципы и гарантирует защищённость всех от беспросветной бедности, могут задавать вопросы:

§ Где государство возьмёт столько денег?

§ Не рухнет ли окончательно экономика под бременем столь затратной социальной программы?

§ И вообще: “Как всё это организовать?”

Как всё это организовать?

Где взять деньги?

Начнём с того, что либерализм только декларирует принцип свободы частного предпринимательства и свободы перемещения капиталов.

«Свобода перемещения капиталов» по её существу — это бесконтрольность денежного обращения при условии, что уплачены все налоги, предусмотренные законодательством государства. Однако либерализм в последние десятилетия обеспокоен проблемой «отмывки денег», полученных теми или иными субъектами преступным — с точки зрения либерального государства — путём. А борьба с «отмыванием денег» без контроля над денежным обращением в границах государства и мира в целом — невозможна.

По существу это означает, что либерализм, ссылаясь на необходимость борьбы с получением доходов преступным путём, становится на путь контроля даже не над денежным обращением. Денежное обращение в либеральных государствах всегда было подконтрольно банковской мафиозно-клановой олигархии, вследствие чего в них никогда не было и настоящей свободы частного предпринимательства ни в одной из отраслей. Сохраняя этот принцип, либерализм становится на путь контроля над доходами людей, признавая одни из них правомочными, а другие неправомочными: т.е. делает то же самое, в чём он упрекал социализм, который провозглашал необходимым искоренение «нетрудовых доходов» и во многом достиг успеха в такого рода политике. Но либерализм делает это непоследовательно и бессистемно, поскольку это проистекает не из его социологических воззрений, а из того, что он дожат обстоятельствами, которые ставят под угрозу его дальнейшее существование[91].

Но надо понимать, что вред обществу в целом и тем или иным людям персонально может наносить не только преступная в общепринятом смысле деятельность и получение доходов из неё, но и расходы, связанные с производством, покупкой и потреблением определённых видов продукции и услуг даже при нравственно-этической безупречности источников доходов как таковых. При этом:

§ какие-то виды продукции (товаров и услуг) могут быть вредоносны сами по себе как таковые;

§ по отношению к каким-то другим видам продукции (товаров и услуг) вредоносным может быть их потребление, в количествах меньших либо больших, нежели некоторые биологически и общественно допустимые — безопасные — уровни;

§ какие-то виды продукции (товаров и услуг) вредоносны, если их качество (стандарт которому они соответствуют либо не соответствуют) или качество организации и технологий, на основе которых они производятся и обслуживаются в период их жизненного цикла, неоправданно низко либо избыточно высоко.

Иными словами все потребности людей и всё производство и распределение, ориентированные на удовлетворение потребностей, могут быть отнесены к одному из двух классов:

§ ПЕРВЫЙ: биологически допустимые демографически обусловленные потребности — соответствуют здоровому образу жизни в преемственности поколений населения и биоценозов в регионах, где протекает жизнь и деятельность людей и обществ. Они обусловлены биологией вида Человек разумный, половой и возрастной структурой населения, культурой (включая и обусловленность культуры природно-географическими условиями) и направленностью её развития[92].

Главные качества спектра демографически обусловленных потребностей в каждую эпоху: первое — его ограниченность как по номенклатуре, так и по объёмам по каждой позиции номенклатуры; второе — его предсказуемость на десятилетия вперёд на основе исторически сложившейся демографической пирамиды, динамики рождаемости и результатов демографической политики государства.

§ ВТОРОЙ: деградационно-паразитические потребности, — удовлетворение которых причиняет непосредственный или опосредованный ущерб тем, кто им привержен, а также — окружающим, потомкам, и кроме того, разрушает биоценозы в регионах проживания и деятельности людей; приверженность которым (как психологический фактор, выражающийся, в частности, в зависти или неудовлетворённости к более преуспевшим в разнородном «сладострастии»), пусть даже и не удовлетворяемая, препятствует развитию людей, народов и человечества в целом в направлении к человечности. Деградационно-паразитические потребности обусловлены первично — господством в обществе нечеловечных типов строя психики и сопутствующими извращениями и ущербностью нравственности, вторично выражающимися в преемственности поколений в традициях культуры и в биологической наследственности.

Главные качества спектра деградационно-паразитических потребностей: первое — его неограниченность как по номенклатуре, так и по объёмам запросов, предел которым кладёт только объективная невозможность их удовлетворения и смерть; второе — непредсказуемость моды на способы и формы деградации и паразитизма.

Расходы, в свою очередь, могут быть отнесены к одной из двух категорий:

§ непосредственная оплата покупок производимой продукции;

§ инвестиции, которые непосредственно не являются оплатой покупок производимой продукции, но позволяют тем или иным предприятиям увеличить объёмы производства и совершенствовать его как в организационно-технологическом аспектах, так и в смысле совершенствования выпускаемых видов продукции.

По существу всё это означает, что в каждом регионе при определённом прейскуранте на товары и услуги есть некий минимум, при доходах ниже которого человек (семья) не могут произвести все расходы, необходимые для его жизни и личностного (семейного) развития в соответствии с демографически обусловленным спектром потребностей[93]; но точно также есть и некий максимум расходов, превышение которого нанесёт тот или иной вред самому человеку (семье) или окружающим и потомкам, поскольку эти расходы не могут быть произведены человеком (семьей) в пределах ограниченного демографически обусловленного спектра своих потребностей.

Соответственно последнему обстоятельству, излишки доходов, которые не могут быть реализованы в пределах демографически обусловленных своих потребностей, человек может потратить:

§ на удовлетворение своих и чужих деградационно-паразитических потребностей;

§ на удовлетворение демографически обусловленных потребностей других людей персонально (семейно) и развитие общества в целом.

И то, и другое он может сделать как в форме оплаты покупок (непосредственно им либо опосредованно, т.е. через разного рода целевые фонды — государственные и общественно-инициативные: благотворительные, профсоюзные, общенародные, фонды поддержки тех или иных социальных программ и т.п.), предоставив купленное в качестве дара другим людям, так и в форме инвестиций в те или иные отрасли и предприятия.

Соответственно, если государственность признаёт разделение спектров потребностей и производств на два выше названных класса[94]; если государственность выражает в своей политике долговременные интересы народа, а не сиюминутные деградационно-паразитические потребности той или иной олигархии[95], то государство обязано позаботиться о том, чтобы доходы и сбережения, которые люди (семьи) могут потратить на своё потребление, был ограничены уровнем:

§ обеспечивающим покрытие их демографически обусловленные потребностей,

§ но не позволяющим войти в деградационно-паразитический способ существования в ущерб себе самим, своим детям и другим людям.

И при этом «финансовый климат» в государстве (налогово-дотационная, кредитная и страховая политика) должен позволять быстро богатеть на основе праведного труда, чтобы люди могли в жизненно приемлемые, достаточно короткие сроки решать проблемы развития своих семей и своего личностного развития.

Эти ограничения расходов на потребление[96] должны охватывать как семьи наёмного персонала (включая и госчиновников), так и семьи предпринимателей, в том числе и тех предпринимателей, во власти которых находятся большие капиталы, производственные мощности целых отраслей (а возможно и нескольких отраслей) и иные ресурсы; а также семьи «звёзд эстрады» и прочих «звёзд».

Виллы по всему миру со штатом холопствующей или опущенной прислуги; громадные яхты с постоянным экипажем на «товсь» и «самолёты-дворцы» олигархов; меняющиеся раз в годы новейшие лимузины; культ разнородной «высокой моды», охватывающей все стороны жизни; роскошь, не имеющая никакого значения, кроме «выказать себя» и унизить других; нескончаемые балы для дуреющей от богатства и безделья “элиты” — это всё то, на что народы, проживая в беспросветной бедности, не должны и не будут работать.

В то же время налогово-дотационная политика государства должна быть построена так, чтобы частные инвестиции в развитие производства по демографически обусловленному спектру потребностей и поддержка разнородных фондов общественного потребления (как государственных, так общественно-инициативных и бизнес-корпоративных) за счёт доходов и «сверхдоходов» предпринимательства стали бы более предпочтительны, нежели инвестиции в деградационно-паразитические отрасли, в откровенно криминальные виды деятельности и пустое прожигание жизни в ущерб окружающим и биосфере Земли.

По сути выше речь шла о том, что является нормальными для людей финансово-экономическими взаимоотношениями.

Но мы живём в цивилизации, в которой господствует извращённая нравственность и психология потребления, в которой необходимо постоянно напоминать всем (включая и самих себя) взрослым, о том, что есть норма, а что уход от неё и извращение; а также учить этому детей и молодёжь в школах и вузах. И если в определённых слоях общества сложилась культурная норма: жить в коттеджах с прислугой, ездить на новейших по возможности самых дорогих лимузинах, и чтобы впереди и сзади катило по джипу с охраной, то даже те, кто, оказавшись в этих кругах, понимает всю бессмысленность такого образа жизни[97] и его вредоносность для общества и природы планеты, в подавляющем большинстве своём не могут в одиночку выйти из этой самоубийственной и разрушительной гонки потребления: начать вести иной образ жизни означает для них — разорвать множество социальных связей, возможно разрушив собственную семью (конкуренция за «лучшее место под солнцем» заложена в женские инстинкты); выпасть из круга общения, и прежде всего — делового общения, что способно повлечь за собой крах его предприятия и предприятий с ним связанных и т.п.; и в конечном итоге, оказавшись в одиночестве, можно погибнуть, не сумев организовать новый круг общения на иных принципах жизни и деятельности.

Поэтому государство должно помочь всему обществу — и предпринимателям, и наёмному персоналу — перейти к иному образу жизни, объединяющему людей, а не противопоставляющему их друг другу как в личностных взаимоотношениях, так и во взаимоотношениях социальных групп.

А для этого, государству необходимо вести финансовую политику так, чтобы:

§ на роскошь и прожигание жизни своей и других людей в потреблении всего и вся сверх демографически обусловленного спектра потребностей деньги не мог тратить никто,

§ а на обеспечение достатка по демографически обусловленному спектру потребностей хотя бы по минимальному исторически достигнутому стандарту денег хватало бы всем, кто трудится честно и добросовестно во всех сферах: органах государственной власти, вооружённых силах и службах, занят предпринимательством, работает по найму, ведёт научные и технические разработки, занят художественным творчеством.

И это — не предложение «уравниловки», вносимое по умолчанию. Разница в доходах, признаваемых людьми и государством правомочными, должна быть одним из стимулов к тому, чтобы люди в созидательном разнообразном труде были свободны и творчески наращивали свой профессионализм и осваивали новые профессии; а тот, кто работает больше и лучше, должен и зарабатывать больше.

Но парадокс состоит в том, что: для того, чтобы все, кто честно работает, жили бы день ото дня, год от года лучше, возможности расходования зарабатываемых средств на личное (семейное) потребление должны быть в обществе ограничены на основе разделения спектров демографически обусловленных и деградационно-паразитических потребностей; а инвестиции — как госбюджетные так и частные — должны лежать в русле государственной политики развития демографически обусловленного производства и потребления.

Соответственно, если кому-то кажется, что у него «жемчуг мелок», то пусть изменит свою нравственность и свои желания[98] или перетерпит, а те деньги, которые он мог бы потратить на «жемчуг покрупнее» прямо сейчас, прямо сейчас и пойдут на то, чтобы дети в другой семье обрели возможность улучшить жилищные условия и получить образование, позволяющее им раскрыть свои таланты и принести пользу обществу, когда они вырастут.

Возражения в стиле: “Это — «мои деньги», как хочу так их и трачу и нечего вам и государству в это дело лезть …”, — вздор потому, что любые деньги вне системы денежного обращения, поддерживаемой государством и обществом, — «фантики»[99]. И «твои деньги» вне зависимости от их суммы — только так или иначе выделенная тебе часть общенародных денег, обращением и эмиссией которых в интересах народа должно управлять государство, если это государство — народное (если нет, то этому государству надо помочь преобразиться либо уйти в историческое небытиё).

Однако политика формирования определённого платёжеспособного спроса (т.е. создания в соответствии с определённой концепцией жизни и развития общества возможностей получения доходов и ограничение возможностей тех или иных покупок и инвестиций) — только одна сторона финансовой политики государства. Вторая сторона финансовой политики состоит в том, чтобы уровень цен и их динамика позволяли реализовать целенаправленно сформированный платёжеспособный спрос как в покупках продукции по демографически обусловленному спектру потребностей, так и в сбережениях (включая и сбережения в форме инвестиций), которые с течением времени могли бы быть реализованы в последующих покупках, отвечающих целям личностного развития, развития семьи и общества в целом.

И здесь необходимо напомнить, что развитие личности (семьи) в его финансовом выражении предполагает планирование и, соответственно, предполагает планирование доходов и расходов, поскольку бóльшую часть всего нам необходимого мы не производим в домашних хозяйствах сами, начиная от поисков и добычи сырья, а покупаем в готовом к употреблению виде. Но никакое развитие и планирование развития невозможно, если человек не знает, где он будет работать; даст ли повышение квалификации прирост в покупательной способности его доходов; будет ли он вовремя получать зарплату; хватит ли покупательной способности этой зарплаты на текущие покупки в диапазоне от повседневных до ежегодных и сможет ли он делать какие-то сбережения либо придётся начать тратить уже имеющиеся сбережения (да и есть ли они эти сбережения); а если придётся занимать в долг, то у кого, когда и из каких средств он сможет отдать эти долги… Всё это в совокупности требует уверенности в завтрашнем дне, которая была в России утрачена большинством с началом реформ 1990 х гг., в результате которых у многих возникла стойкая убеждённость в беспросветности будущего как своего собственного, так и будущего своих детей.[100]

Если говорить о том, в каких условиях проще всего осуществляется планирование семейного бюджета, то ответ прост — в условиях систематического снижения цен вплоть до их обнуления. Конечно, режим нулевых цен требует иной — не материально-финансовой, — а нравственно-этической — вдохновенной, Любовной — мотивации к труду, к чему общество ни в России, ни в «передовых» странах в настоящее время не готово. Но государство, как это показывает опыт СССР послевоенных времён, способно поддерживать режим постоянного снижения цен на товары и услуги массового спроса по мере развития производства и роста производительности общественного труда. Это требует гибкой налогово-дотационной политики, соответствующей таможенной политики и политики внешней торговли.

Но прежде всего прочего это требует запрета кредитования под процент на уровне конституции и создания поддерживаемой государством системы беспроцентного кредитования (включающей как государственные, так и частно-предпринимательские банки, страховые кампании и инвестиционные фонды), поскольку именно ссудный процент по кредиту является главным генератором роста цен и обесценивания сбережений граждан, что понижает и уничтожает мотивацию к труду. Он вынуждает государство к эмиссии средств платежа для погашения заведомо неоплатной задолженности, генерируемой ссудным процентом, и увеличения денежной массы в обороте для обеспечения торговли по непрестанно возрастающим ценам.

Ссудный процент и эмиссия, превысив некоторые пределы на определённом достаточно коротком интервале времени, вносят диспропорции в покупательную способность отраслей (по отношению к пропорциям их производственных мощностей в натуральном учёте выпуска продукции) и разрушают системную целостность народного хозяйства, что ярко показали реформаторы во главе с Е.Т.Гайдаром в начале 1990 х гг. Как средство пополнения бюджета ссудный процент государству не нужен, поскольку он всегда в конфликте с эмиссионной и налогово-дотационной политикой государства[101].

Соответственно и биржевой сектор экономики должен быть поставлен на своё место: его предназначение — эффективно поддерживать самокоординацию производителей продукции и её потребителей на профессиональной основе,а не паразитировать на производстве и потреблении, создавая нетрудовые капиталы в спекуляциях продуктами, произведёнными другими[102]. Но в таком режиме работы биржи не будет лихорадить и они не будут раздувшейся «грыжей», выпирающей из экономики, умышленное или неумышленное ущемление которой в любой момент в состоянии ввергнуть миллионы людей в бедность[103].

Но всё это требует альтернативно-объемлющих по отношению к господствующим ныне в обществе социально-экономических теорий[104], следуя которым, государство могло бы создать систему финансовых институтов качественно нового характера и с её помощью — общественно полезно и биосферно допустимо (т.е. в интересах всех людей) — управлять на плановой основе саморегулирующейся рыночной макроэкономикой; а на микроуровне народного хозяйства предприниматели могли бы со своей деловой инициативой вписываться в государственно регулируемый процесс общественно-экономического и культурного в целом развития общества и человечества.

И государство обязано ввести народное хозяйство в режим планомерного снижения цен и роста благосостояния всех на этой основе.

Если оно не может этого сделать, то это — интеллектуально тупое, невежественное и политически безвольное государство; если же оно этого не хочет и целенаправленно препятствует этому, то оно просто — дерьмо.

Соответственно, если экономическая наука настаивает на том, что функционирование народного хозяйства в режиме снижения и обнуления цен невозможно (вопреки историческому опыту СССР в послевоенную эпоху, когда ежегодное снижение цен стало источником роста благосостояния всех, создавая уверенность в завтрашнем дне), то это дерьмоголовая, нравственно-этически порочная экономическая “наука”, организованная на уголовно-мафиозных принципах[105], от которой кормятся паразиты. И соответственно — она подлежит искоренению, а её представители (“учёные”, преподаватели и пропагандисты-публицисты) — принудительному трудоустройству на рабочих должностях в других — заведомо созидательных — отраслях деятельности, в которых невозможно имитировать, что ты — великий профессионал-труженик. Иными словами, не научился или не хочешь работать головой — работай руками[106].



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.239.58.199 (0.037 с.)