В отличие от животных и птиц в биологическом виде «Человек разумный» такой однозначной безальтернативной врождённой запрограммированности организации психической деятельности нет.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

В отличие от животных и птиц в биологическом виде «Человек разумный» такой однозначной безальтернативной врождённой запрограммированности организации психической деятельности нет.



Это и есть то, что отличает всякого представителя биологического вида «Человек разумный» от представителей всех прочих видов, а вид «Человек разумный» в целом — выделяет как уникальное явление во всей биосфере Земли.

Соответственно в жизни можно наблюдать:

§ и то, что многовариантность организации психики действительно свойственна человеку,

§ и то, как она выражается в его поведении.

Если поведение человека (включая и творческий потенциал, каким бы мощным он ни был) безусловно[13] подчинено врождённым инстинктам и рефлексам, то по организации своей психики СУБЪЕКТ НЕОТЛИЧИМ ОТ ЖИВОТНОГО. Он, как это некогда и определил Платон, — «двуногое существо без перьев», хотя возможно (и это достаточно часто встречается в жизни общества), что с претензиями на нечто более значимое.

Однако в обществе людей — вследствие того, что организация психики каждого из них может быть многовариантной, и люди объективно стремятся отличаться от животных, — неизбежны ситуации, в которых инстинкты требуют от личности одного, а культура — чего-то другого. Если в такого рода ситуациях субъект подчиняется диктату инстинктов, то, как было сказано выше, он неотличим от животных по организации своей психики. Но если он не подчиняется инстинктивным позывам, а отдаёт предпочтение нормам культуры, то он человек?

— Нет, вовсе не обязательно: даже современный уровень развития робототехники позволяет запрограммировать многие поведенческие нормы культуры в технические устройства, которые могут быть и человекообразными (тем более при дальнейшем развитии био- и нанотехнологий).

Однако в жизни неизбежны ситуации, когда исторически сложившиеся нормы культуры и культурно обусловленные имеющиеся в психике личности навыки поведения не позволяют выявить и разрешить проблемы, с которыми сталкивается человек. Если в такого рода ситуациях субъект отдаёт предпочтение традиционным нормам культуры, а не своим творческим способностям; либо, выявив проблему и определив пути и средства её разрешения на основе своего мышления и творческого потенциала, субъект безусловно подчиняется нормам традиционной культуры, запрещающей прямо или косвенно иметь дело с той или иной проблематикой, а равно относиться к ней как-то иначе, а не так, как того требует традиция, то он ПО СВОЕМУ ПОВЕДЕНИЮ НЕОТЛИЧИМ ОТ ЗАПРОГРАММИРОВАННОГО АВТОМАТА[14], в программно-алгоритмическом обеспечении которого есть две компоненты: 1) своего рода «BIOS»[15] (представленная в человеке набором врождённых безусловных рефлексов и инстинктов) и 2) набор отлаженных прикладных программ, соответствующих определённым условиям (традиционная культура), которые автомат не способен ни остановить, ни изменить, ни заменить на другие — выработанные им самим и более соответствующие обстоятельствам и потребностям. Но если в такого рода ситуациях, требующих отказаться от традиционной культуры и явить нечто, прежде не свойственное ей, субъект это новое являет в своём поведении, он — человек?

— Нет, вовсе не обязательно. Если вспомнить о духе — биополе человека, некоторые компоненты которого распространяются если не мгновенно, то быстрее скорости света на очень большие расстояния в пределах Мироздания[16], — то не исключена возможность получения индивидом новых навыков и знаний в готовом к употреблению виде извне. Физическая (общеприродная) основа для этого состоит в том, что разные люди, излучая сходные и совместимые по своим физическим характеристикам биополя, образуют собой все вместе биополевые организмы, несущие и коллективную психику, включая и коллективный интеллект[17], в которых происходит обмен информацией. Поэтому то, что видится со стороны как творчество чего-то нового одним единственным «высокоорганизованным гениальным телом», якобы полностью изолированным от внешних источников готовой к употреблению информации, в действительности может представлять собой списывание именно из внешних источников субъектом в свою психику (её носитель именно дух, биополе) информации и алгоритмики (составляющих знания и навыки, востребуемые ситуацией) как максимум в готовом к употреблению виде, а как минимум — считывание подсказки, позволяющей самостоятельно выработать необходимые знания и навыки.

Воспоминания о биополевой составляющей жизни по существу означают, что кроме роботов, действующих автоматически в автономном режиме, могут быть и роботы, в программно-информационном обеспечении которых самоуправление на основе автоматизмов, в каких-то ситуациях дополняется управлением и информационно-алгоритмической поддержкой их деятельности извне.

Но предположим, что субъект, анализируя своё прошлое поведение и намерения на будущее,определился в том, 1) что именно в его психике (внутреннем мире) проистекает из инстинктов, 2) что именно он воспринял из культуры общества, в котором вырос и живёт, 3) что именно пришло и приходит некоторым образом извне в готовом виде или как подсказки.

И тогда, «вычтя» это из всего ему известного о своей жизни, он может определиться и в том, что характеризует именно его. Возможно, он обнаружит, что собственно его в нём лично ничего до настоящего времени и нет; а он сам — носитель и вместилище не только животного, но и растительного начала и ещё много чего чужого, унаследованного им из культуры, от других людей или воспринятого в готовом виде на основе биополей. Т.е. он — пустая форма, заполненная чужим содержанием[18], возможно, что содержанием и не плохим — с точки зрения его самого и окружающих. Но после этого ему останется сделать печальный вывод: собственно меня как человека в этом Мире нет. После этого встанет вопрос, о смысле собственной жизни и о том, для чего и как жить дальше.

Но возможно, что всё же он выявит и «сухой остаток» — свои собственные нравственно обусловленные интересы и волю, подчиняющую его деятельность, включая мышление и разнородный творческий потенциал, осуществлению этих интересов. Если это произойдёт, он — человек?

— Тоже вовсе не обязательно, хотя он по организации своей психики отличается и от животных, чьё поведение безусловно подчинено инстинктам, и от роботов, чьё поведение обусловлено загруженными в них программами и управлением извне.

В поэме М.Ю.Лермонтова “Демон” персонаж, давший ей название, — предстаёт как нравственно-психологический тип, в своём поведении выражающий именно своеволие, действующее для достижения самоудовлетворённости по принципу «что хочу — то и ворочу»… насколько это позволяет его собственная «накачанность» и «крутизна» в складывающихся обстоятельствах, не вполне подвластных воле демона. Эти внешние — не подвластные его воле — субъективные и объективные обстоятельства представляют собой то единственное, что кладёт пределы воплощению в жизнь демонического «что хочу — то и ворочу: бери от жизни всё!»[19] Т.е. демонизм — вопреки его притязаниям и забывчивости о своей ограниченности — объективно ограничен в своих возможностях, вследствие чего постоянно и неизбежно терпит крах в достижении своих целей и получает разочарование, даже в случае их достижения (поскольку достижения сопровождаются сопутствующими эффектами, появление которых не было предусмотрено демонизмом).

Однако то, что описал М.Ю.Лермонтов, — не пустой вымысел: такая организация психической деятельности свойственна хоть и не большинству людей, но многим из людей как в прошлых, так и в ныне живущих поколениях.

При этом, НОСИТЕЛИ ДЕМОНИЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ПСИХИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ обречены ошибаться и в целеполагании, и в осуществлении своих намерений, вследствие чего сталкиваются с неприятностями сами и наносят больший или меньший ущерб жизни окружающих и Мирозданию. Это является следствием ограниченности демонизма в способности получать и перерабатывать информацию в процессе выработки и осуществления своих намерений. Это качество характеризует демонизм как таковой без разделения его:

§ на «добрый» благонамеренный демонизм (хочу, чтобы в мире не было зла, чтобы всем было хорошо, «давайте жить дружно»[20]),

§ и «злой» (чего я пожелаю, то и есть «добро»[21]).

И это приводит к вопросу о том, может ли ограниченность (в том числе и человека) пребывать в ладу с неподвластной её воле неограниченностью Жизни в её полноте и целостности?

На этот вопрос в культуре человечества есть разные ответы в широком диапазоне смыслов: от «это невозможно в принципе» до «это жизненно необходимо всем людям и осуществимо, если человек живёт в ладу с Богом, в диалоге с Ним достигая того, что воля человека выражает Любовь и всегда действует в русле Божиего Промысла».

Т.е. вопрос о том, кто есть человек и отличается ли он от демона в ранее определённом нравственно-психологическом смысле этого термина, приводит к вопросу о том: Есть ли Бог — Творец и Вседержитель?

§ Если Бог есть, то ЧЕЛОВЕК — ЭТО ТОТ, КТО ОСОЗНАЁТ И ВОПЛОЩАЕТ В ЖИЗНЬ ПРЕДЛОЖЕННУЮ ЕМУ В СУДЬБЕ И ИЗБРАННУЮ ИМ СВОЮ ДОЛЮ В ОСУЩЕСТВЛЕНИИ ПРОМЫСЛА БОЖИЕГО О ЖИЗНИ МИРОЗДАНИЯ И ВСЕХ СУБЪЕКТОВ, КОТОРЫЕ ЖИВУТ В НЁМ.

§ Либо если Бога нет, то человек — это то существо, которое выше было описано как «добрый демон», который хочет, чтобы в мире не было «зла», чтобы всем было «хорошо», чтобы все жили дружно; а для того, чтобы это осуществилось, такой добрый демон-человек (как единолично, так и в составе корпораций) борется против злых демонов, для которых «добро» — это то, что они хотят получить в готовом виде или достичь в результате своих усилий:

o единолично;

o или на основе признания каждым из них определённой иерархии и корпоративной дисциплины, принятой в этой иерархии.

Последнее подразумевает, что:

Демонизм может носить характер обособленно индивидуалистический, а может носить характер корпоративный. И это характеризует демонизм как таковой вне зависимости от его «доброты» или обнажённой злонамеренности.

В случае признания демоном иерархии демонических личностей и корпоративной дисциплины, корпорация обособляется от окружающего Мира и противопоставляет себя Жизни. Но поскольку требуется определённость «добра» и «зла» для того, чтобы себя и других относить соответственно к «добрым людям» и «злым демонам», то выдвигается тезис, якобы достаточный для самоопределения «добрых»: «Не делай другим того, чего не хочешь, чтобы было сделано тебе».

Казалось бы такого рода тезис, смысл которого выражается в разных формулировках на протяжении истории, — достаточен для того, чтобы всегда определяться в том, кто есть «добрый человек», а кто «злой демон». Однако реальная жизнь такова, что этот тезис оказывается недостаточным, вследствие чего в истории и появились разного рода доктрины о «добром Зле» и «злом Добре», «грешных Праведниках», и «святых Грешниках» (манихейство, неоманихейство, бердяевщина, ныне климовщина[22] и т.п.).

Этот тезис недостаточен потому, что всякие действия сопровождаются непредсказуемымисопутствующими эффектами, которые по своей значимости могут оказываться (и в действительности достаточно часто оказываются) более весомыми, нежели сами действия, воплощающие в жизнь благонамеренность «добрых людей» или злые умыслы «демонов». Сопутствующие эффекты неизбежны вследствие целостности Жизни и разнородных взаимосвязей в ней разных, подчас весьма удалённых и казалось бы не связанных друг с другом событий. Вследствие этого и непредсказуемости для ограниченности сопутствующих эффектов:

§ «добрые люди» рождают такие афоризмы, как общеизвестное Жванецко-Черномырдинское: «Хотели как лучше, а получилось как всегда»;

§ а «злые демоны» высказываются в том смысле, что они — «часть той силы, что вечно хочет зла и совершает благо»[23], однако оставляя в умолчаниях: «по не зависящим от нас обстоятельствам».

Обретая ту или иную власть в обществе, демонизм как злой, так и добрый требует безоговорочного служения себе, порождая самые жестокие и изощрённые формы подавления окружающих. Один из наиболее изощрённых вариантов проявления демонизма — принуждение окружающих к добродетельности, который в качестве образца поведения демона привёл Ф.М.Достоевский в “Селе Степанчиково и его обитателях ” (Фома).

Т.е. даже если попытаться избежать ответа на вопросы о бытии Бога и взаимоотношении человека и демонов с Ним, сославшись на «категорический императив Канта» («не делай другим того, чего не желаешь себе» либо в иной формулировке «поступай по отношению к другим так, как ты бы хотел, чтобы они поступали по отношению к тебе»), то соотнесение практики применения этого императива с реальной жизнью всё равно приводит к богословской проблематике и необходимости определиться в своих взаимоотношениях с Богом.

Так и лермонтовский Демон некогда не был демоном и жил иначе, не зная разочарования и краха в своих делах. В то время «… он верил и любил, / Счастливый первенец творенья! Не знал ни злобы, ни сомненья, / И не грозил уму его / Веков бесплодный ряд унылый…».

И каждый человек способен и в праве испросить у Бога доказательство Его бытия — вне ритуалов и вероучений церквей, а просто — по Жизни, обратившись к Богу мысленно. Но после этого ему предстоит определиться в том:

§ жить ему далее на основе осмысленной по Жизни веры Богу, избрав и творя свою долю в Промысле;

§ либо Богу в вере и доверии отказать, обидеться на Него и начать вести образ жизни демона в меру своих способностей.

Соответственно, кроме двух выявленных ранее вариантов организации психической деятельности личности, в одном из которых человек неотличим от животных, а в другом — неотличим от робота, управляющегося автономно или управляемого извне, рассмотрение богословских вопросов позволяет выявить ещё два возможных варианта организации психической деятельности людей:

§ В одном из них человекообразный субъектНЕ ОТЛИЧИМ ОТ ДЕМОНА, вследствие того, что на основе освоенных им способностей действует по принципу «что хочу — то и ворочу», обособляясь от Бога или впадя в атеизм, чем противопоставляет себя Мирозданию и всем остальным людям.

§ В другом варианте он — ЧЕЛОВЕК — Человек, живущий в осмысленном диалоге с Богом по жизни на основе веры Богу, и потому обретающий в себе Любовь от Бога и находящий место для проявлений своей воли в русле Божиего Промысла. При этом достигается эмоциональная самодостаточность человека в Жизни, не зависящая от обстоятельств; а также достигается и наивысший уровень дееспособности человека во всех обстоятельствах, в которые его приводит Жизнь[24].

Соответственно можно утверждать, что генетика человека допускает четыре типа строя его психики, определяющих характер организации психической деятельности личности:

1. Животный— когда поведение человека безусловно (т.е. вне зависимости от обстоятельств) подчинено врождённым инстинктам и безусловным рефлексам разного уровня организации в структуре его организма.

2. «Зомби», биоробот— когда поведение человека безусловно подчинено поведенческим программам, взятым им из культуры общества или целенаправленно внедрённым в его психику извне их разработчиками.

3. Демонический— когда человек проявляет свою волю соответственно принципу «что хочу — то и ворочу», обособляясь от Бога на основе неверия Ему либо на основе отрицания факта Его бытия или на основе отрицания благости Божиего Промысла и Вседержительности.

4. Человечный — когда человек по своей воле на основе веры Богу старается жить в ладу с Богом, действуя осмысленно в русле Божиего Промысла.

Но есть и ещё одна возможность, осуществлённая самими людьми, не состоявшимися в качестве человеков — носителей человечного типа строя психики, — и воспроизводимая культурой общества в преемственности многих поколений:

5. Опущенный ниже животного строй психики — когда человек одурманивает себя разными психотропными веществами: алкоголем, табаком и более тяжёлыми наркотиками наших дней. Это ведёт к противоестественному искажению характера физиологии организма как в аспекте обмена веществ, так и в аспекте физиологии биополя, что имеет следствием множественные и разнообразные нарушения психической деятельности во всех её аспектах (начиная от работы органов чувств и кончая интеллектом и волепроявлением)[25], характерных для типов строя психики животного, зомби, демонического (носители человечного типа строя психики не одурманивают себя). Так человекообразный субъект становится носителем организации психики, которой нет естественного места в биосфере, и по качеству своего не отвечающего складывающимся обстоятельствам поведения оказывается ниже животных. И за это нарушение им самим предопределённого для него статуса в биосфере Земли он неотвратимо получает воздаяние по Жизни.

При этом, если у субъекта возникает зависимость от дурманов, то он обретает стойкое искажение своего биополя. И соответственно, по параметрам своего духа он перестаёт принадлежать к биологическому виду «Человек разумный». Кроме того большинство дурманов являются генетическими ядами, т.е. они нарушают работу хромосомного аппарата и разрушают хромосомные структуры тех, кто их принимает в свои организмы. Дефективные хромосомные структуры передаются потомству, что так или иначе подрывает их здоровье, потенциал личностного развития и творчества. Это тем более имеет место, если зачатие происходит до того, как системы восстановления хромосомных структур, действующие в организме, успевают исправить повреждения. Но если генетические яды поступают в организм слишком часто и в таких количествах, что системы восстановления хромосомных структур организма не успевают исправлять все повреждения, то потомство просто обречено на вырождение.

Чарльз Дарвин некогда сказал: “Обезьяна, однажды опьянев от бренди, никогда к нему больше не притронется. И в этом обезьяна значительно умнее большинства людей”[26]. Именно эти обстоятельства и позволяют назвать этот тип строя психики, — порождённый самими людьми и воспроизводимый культурой общества, — опущенным ниже животного.

Каждый тип строя психики, выражаясь в поведении множества людей — его носителей, — порождает качественно определённые субкультуры, совокупность которых и образует культуры народов и человечества в целом в их историческом развитии. И это приводит к вопросам:

§ Какая культура, определяемая по качеству воспроизводства в ней в преемственности поколений того либо иного типа строя психики, представляет собой тот идеал, который должен быть воплощён в жизни человечества?

§ Как изжить порочные по качеству культуры и субкультуры, препятствующие воплощению в жизнь избранного идеала?

Также необходимо особо отметить, что изложенные выше представления о сути человека при их отображении в политическую практику государства не являются выражением «клерикализма», «религиозного мракобесия», не посягают на светский характер государства и свободу совести, именно потому, что в них принцип свободы совести и выражается, поскольку:

§ во-первых, в изложенных выше представлениях о сути человека взаимоотношения личности и Бога предстают как сокровенное знание их обоих, в суть которого третьи лица по своей воле сами вторгнуться не могут,

§ во-вторых, они не связаны и не могут быть связаны с тем или иным традиционным либо нетрадиционным вероучением и соответствующим ритуалом (буддизмом, иудаизмом, католицизмом, православием, исламом и т.п.).

§ и главное:

Конечная ответственность за то, при каком типе строя психики живёт и действует в то или иное время субъект, — возлагается на него самого. На него же возлагается конечная ответственность за плоды его деятельности и за то, как Жизнь реагирует на его деятельность (включая и отказ от деятельности в каких-то обстоятельствах).

Названные же ранее личностные качества, которые способны обеспечить сплочение общества в его бескризисном развитии в преемственности поколений: самообладание, коммуникабельность в сочетании с заботливостью и доброжелательностью, эффективные личностные культура чувств и культура мышления, владение общекультурными навыками и освоение стандартного для общества образования, — в их совокупности характеризуют личность, большей частью пребывающую при человечном типе строя психики (в ранее определённом смысле этого термина).

Но в исторически сложившейся культуре устойчивость человечного строя психики — это то, чего достигли не многие. Большинство живёт при каких-то других типах строя психики. Часть из них более или менее целенаправленно продвигается в личностном развитии к человечному типу строя психики; но есть и такие, кто в личностном развитии остановился в каком-то одном из нечеловечных типов строя психики или переходит от одного к другому (преимущественно под воздействием обстоятельств, а не волевым порядком на основе понимания целесообразности), не задумываясь ни о них, ни о том, что он творит. Поэтому нечто человеческое не чуждо всем нам: если не всегда, то в какие-то мгновения и периоды нашей жизни.

Однако тип строя психики, его устойчивость, — не выражение заданной генетически однозначной программа развития индивида; это — продукт воспитания личности как под воздействием культуры общества, так и под непосредственным воздействием семьи, а в последствии — и продукт самовоспитания.

Тем не менее, вне зависимости от того, как тот или иной человек отвечает на богословские вопросы для себя самого, и соответственно — может ли он признать объективный факт существования определённых выше типов строя психики, большинство людей всё же признают в качестве достойных уважения и общественно полезных названные выше личностные качества:самообладание, коммуникабельность в сочетании с заботливостью и доброжелательностью, эффективные личностные культура чувств и культура мышления, владение общекультурными навыками и освоение стандартного для общества образования. Ими по мнению многих должен обладать хорошо воспитанный человек. А не обладающие ими субъекты признаются многими людьми — особенно в житейских ситуациях, когда эти качества необходимы, — «недоделанными» либо «нелюдью».

4. О принципах государственной политики поддержки
и социальной защищённости личности и семьи

С началом формирования систем социального обеспечения в первой половине ХХ века[27] во многих странах они превратились в фактор опасности для самого общества, поскольку в исторически сложившейся культуре стали стимулировать в обществе паразитизм, беззаботность и безответственность.

Без особых натяжек можно утверждать, что в сложившихся условиях: какова бы ни была семья по её образу жизни и характеру деятельности взрослых, она домогается поддержки (прежде всего финансовой) со стороны государства и других общественных институтов, в большинстве случаев не считая себя обязанной государству и остальному обществу ничем; а подчас, не считая себя обязанным чем-либо и по отношению к своим же детям и старикам-родителям.

Фактически (исторически реально) требования многих людей (персонально) и семей к поддержке их со стороны государства и других общественных институтов выражаются в широко известном афоризме: «Не учите меня жить, — лучше помогите материально».

Если государство подчиняется этому(по существу ультимативно-террористическому)требованию, то система социальной защиты личности и семьи обращается в свою противоположность — систему взращивания паразитизма, беззаботности и безответственности.

Это касается как адресной поддержки семей, так и общих гарантий со стороны государства по отношению ко всем своим гражданам.[28]

Поэтому общие гарантии со стороны государства, а тем более — адресная помощь, для того, чтобы быть общественно безопасными и полезными, должны выражать принцип: «Прежде всего, учим жить, а потом —в зависимости от восприимчивости к обучению— помогаем материально (предоставлением бесплатных услуг и продукции либо оплачивая ваши счета)».

Но чтобы этот принцип работал, необходимо:

§ видеть реальные проблемы общества, людей и семей;

§ называть их своими, а не иносказательными именами (и уж тем более не делать вид, что этих проблем нет в жизни или что затрагивать их — «неприлично»: в социологии не может быть «неприличных» тем и вопросов, поскольку после объявления каких-то тем «неприличными», запретными или «не существующими», социология перестаёт быть наукой, а исключённые из её рассмотрения проблемы способны взять общество за горло и задушить его);

§ знать, как эти проблемы возникают, как они могут быть преодолены или сведены к социально не значимому (в смысле безопасности для будущих поколений) уровню их проявлений;

§ уметь учить столкнувшихся с проблемами людей их преодолевать;

§ уметь оказывать помощь в их преодолении;

§ не брезговать и массовыми репрессиями (в случае если уровень проявлений проблем признаётся государством общественно недопустимым, т.е. опасным для будущего общества) в отношении тех, кто предпочитает не освобождаться от проблем, а эксплуатировать статус «жертвы проблемы» или продолжает быть проблемой для окружающих.

Это касается, прежде всего, «бомжей», алкоголиков, наркоманов, преступников-рецидивистов — состоявшихся и потенциальных — всех тех, для кого разнородная антиобщественная деятельность — норма жизни и источник доходов. Также это касается и «генераторов проблем»: и среди них, — прежде всего, — заправил пивного, вино-водочного и табачного бизнеса, их прихлебателей в СМИ, в социологической науке и в органах государственной власти: они мешают жить нам всем, а жертвами их бизнеса и некоммерческой деятельности становятся дети и внуки ныне активных поколений[29].

Все эти категории лиц, хотя и являются греховным порождением всего общества и его государства, но всё же терпимость по отношению к ним не может быть беспредельной: во-первых, будущие поколения не должны повторить их судьбы и для этого они должны быть защищены от их пагубного растлевающего влияния; во-вторых, жизнь людей в настоящем должна быть защищена от системообразующего агрессивного паразитизма и безответственности названных категорий общественно проблемных лиц.

5. Репрессии:
как средство самозащиты общества либо как суть политики

Иными словами, «миловать злых — значит притеснять добрых» (Саади), поэтому социально ориентированное государство не в праве миловать злых в ущерб добрым, хотя именно на этом настаивают многие “правозащитники” — индивидуалисты-морализаторы: они готовы принести всё общество в жертву личности, реально или мнимо ущемлённой в возможностях приносить зло другим людям, однако не желая при этом сами посвятить свою жизнь работе в разного рода реабилитационных центрах (исправительно-трудовых учреждениях) для названных категорий общественно проблемных лиц и принять на себя какую бы то ни было ответственность за последующее поведение прошедших реабилитацию под их началом и опёкой.

По существу это означает, что такого рода “правозащитники” — циники и лицемеры.

В данном контексте «репрессии» не подразумевают в обязательном порядке физическую ликвидацию тех или иных лиц и социальных групп как «высшую меру социальной защиты»[30]. Но изоляция в исправительно-трудовых учреждениях проблемных субъектов от общества, в том числе и в массовом порядке, на сроки от 3 до 15 лет (в зависимости от скорости изменения политической и общекультурной ситуации в обществе и личностных качеств самих субъектов) может быть полезной. То же касается и лишения права занимать те или иные должности как в государственном секторе экономики, так и в частнопредпринимательском и заниматься той или иной профессиональной деятельностью (журналистикой, театральной и кинорежиссурой, преподаванием в школах и вузах, включая разработку учебных программ и написание учебников)[31].

Это подразумевает, что цель «репрессий» — не месть, не стремление посеять страх в обществе в целом или в тех или иных социальных группах, не втоптать человеческое достоинство репрессируемых в «лагерную пыль» или унизить их как-то иначе, а в том, чтобы:

§ во-первых, без помех с их стороны за время их изоляции от общества произвести в обществе общекультурные изменениятакого характера, что по возвращении в общество репрессируемых прежнему их — общественно неприемлемому — образу жизни не будет места;

§ во-вторых, провести с репрессируемымитакуюработу, в процессе которой они за время изоляции от общества изменились бы нравственно-психологически, освоили бы знания и общекультурные навыки, позволяющие им беспроблемно войти в жизнь изменившегося в их отсутствие общества.

К такого рода «репрессиям» нынешнее государство и общество не готовы в силу того, что государственность не определилась в понимании справедливости: в таком понимании, в котором государственность была бы поддержана в повседневности большинством общества, и прежде всего, — теми кто живёт на одну честно зарабатываемую зарплату (тем более, если её размер не превосходит среднестатистической).

Если государственность не определилась в том, что справедливо, а что нет, и подавляющее большинство тех, кто живёт на одну зарплату (тем более, если её размер не превосходит среднестатистической), не поддерживает государственность в её декларациях справедливости, подтверждаемых реальной политикой в местном, региональном и общегосударственных масштабах, то в репрессиях, которые становятся средством сохранения власти кланов правящей в государстве мафии, начинает выражаться сама государственная антинародная политика как таковая.

Если же государственность определилась в понимании справедливости и поддержка общества есть, то «репрессии» как таковые не могут быть ни целью, ни главным содержанием политики, которому должно быть подчинено всё прочее, но репрессии могут быть в некоторых исторических обстоятельствах средством поддержки содержательно определённой политики развития культуры общества в процессе преодоления того или иного кризиса[32].

Политически конкретно всё сказанное в этом разделе в совокупности означает необходимость проведения государством осмысленной определённой стратегии в области развития культуры вообще и этики в особенности. И частью такого рода стратегии должна быть политика поддержки семьи и защиты от растления подрастающих поколений.

Главная проблема общества

Главная проблема всей глобальной цивилизации и России, в частности, состоит в том, что исторически сложившаяся культура не обеспечивает достижение человечного типа строя психики(в ранее определённом смысле) подавляющим большинством людей к началу их юности[33]. Однако эта проблема обладает своей внутренней структурной организацией, без понимания которой её разрешить невозможно.

Дело в том, что первые три из названных ранее типов строя психики, характерные для взрослых людей в господствующей ныне культуре, представляют собой следствие остановки индивида в естественном нравственно-психологическом личностном развитии на той или иной возрастной фазе. Действительно:

§ поведение младенцев и малышей большей частью обусловлено врождёнными рефлексами и инстинктами — во взрослом состоянии это характерно для животного типа строя психики;

§ в возрасте несколько постарше ребёнок начинает перенимать у взрослых нормы исторически сложившейся культуры, особо не задумываясь об их назначении и происхождении, — во взрослом состоянии это характерно для строя психики «зомби», биоробота;

§ потом пробуждаются разум и воля, ребёнок пробует себя в тех или иных видах творчества и не всегда сообразуется с нормами культуры взрослых, часто делая вызов культуре взрослых и переступая через её нормы в целях «самоутверждения», — во взрослом состоянии это характерно для демонического типа строя психики;

§ и на дальнейшем этапе личностного развития подросток сталкивается с проблемой достижения лада в своих взаимоотношениях с другими людьми и Жизнью в целом — если эта проблема разрешается им жизненно состоятельно, то это эквивалентно выходу из демонизма и достижению четвёртого типа строя психики — человечного, в котором индивид и продолжает жить остальную часть своей взрослой жизни на основе веры Богу, стараясь осуществить свою жизненную миссию в русле Промысла.

В отличие от четырёх названных типов строя психики, тип строя психики «опущенный ниже животного» представляет собой уклонение в личностном развитии в тупиковом направлении, которое происходит до того, как индивид достигает человечного типа строя психики.

Причинами такого рода уклонения человека от магистрального пути личностного развития являются:

§ его собственные наследственные предпосылки — информация и алгоритмика поведения, свойственная родовому духу (коллективному биополю рода (клана), в котором родился человек), «загруженные» в родовой дух в результате деятельности предшествующих поколений[34];

§ влияние социальной среды, которое в свою очередь, включает в себя четыре потока воздействия, не равнозначных по своему характеру:

o воздействие семьи;

o непосредственное общение с другими людьми и, в особенности, — со сверстниками в процессе подражания детей и подростков взрослым и в состязательности детей и подростков друг с другом;

o конкретное течение жизненных обстоятельств, формируемое во многом политикой государства, а равно отсутствием таковой в тех или иных областях жизни общества;

o культура общества и субкультуры социальных групп, в которых растёт ребёнок, а потом — подросток.

Причём последний фактор — культура общества и субкультуры социальных групп — является объемлющим по отношению к трём предыдущим в том смысле, что во-первых, политика государства является во многом выражением исторически сложившейся культуры и, во-вторых, с проявлениями культуры в повседневной жизни так или иначе сталкиваются все семьи и все члены семей индивидуально. Политика государства, в свою очередь, также является фактором, довлеющим над жизнью всех семей и всех их членов, поскольку она во многом формирует возможности проявления людьми инициативы и определяет успех и неуспех их деятельности в сложившихся обстоятельствах. Воздействие семьи и непосредственное общение с другими людьми — факторы равнозначные (в том смысле, что ни один из них не является объемлющим по отношению к другому), но по силе своего воздействия на личность ребёнка или подростка — разные, поскольку результаты этого воздействия определяются как характером семьи, так и характером окружения. Поэтому:

Порочная культура и политика государства — это те факторы, от воздействия которых эффективно защитить самих себя и детей в последующих поколениях (как своих, так и чужих — все дети Божии) может далеко не каждый человек и не каждая семья.

Соответственно порочные культура и политика объективно воспроизводят опущенный ниже животного тип строя психики и в этом их свойстве выражается их объективная порочность[35].

Кроме того, носители опущенного ниже животного типа строя психики по своему составу не однородны. Вне зависимости от употребляемых ими дурманов (алкоголь, табак, другие наркотики) и частоты употребления (неоднократно на протяжении дня или эпизодически на протяжении недели, месяца или года) в их составе можно выделить две качествен



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 44.192.254.246 (0.025 с.)