Специфика политической культуры России

Политическую культуру России на современном этапе характеризует ряд осо-

бенностей. Применительно к массовому сознанию — приоритет аффективной

сферы над рациональной, катастрофизм как естественная реакция на кардиналь-

ную смену системы и общественные катаклизмы, правовой нигилизм; в полити-

ческом поведении населения — отсутствие базового консенсуса, низкая толе-

рантность, перманентная фрагментарность, крайняя гетерогенность. В статье ста-

вится задача раскрыть специфику политической культуры, связанную с существо-

ванием в рамках единого пространства страны особого уровня региональных суб-

культур, определить их место в политической системе, факторы их становления и

влияние на развитие политического курса в целом. С преодолением политико-

культурной дифференциации связаны, как нам представляется, внутренние пер-

спективы развития России.

Политические культуры многих стран представляют сочетание ряда субкуль-

тур (США, Германии, Италии, Японии и др.). В России своеобразие ситуации со-

стоит в том, что уровень противостояния субкультур здесь крайне высок. Это об-

стоятельство дает основание некоторым политологам (А. Соловьев) говорить о

«внутреннем расколе» политической культуры современной России, противоре-

чивости ее сегментов [1]. Специфика также заключается в том, что противостоя-

ние субкультур — историческая традиция в политической культуре России еще со

времен крещения Руси (язычники — христиане, старообрядцы — приверженцы

новой веры, западники — славянофилы, православные — иноверцы). Именно

культурное многообразие России не давало возможности выработать в прошлом

единые ценности политической культуры, обеспечить ее внутреннюю целост-

ность.

В настоящее время имеют место кардинальные различия в массовом сознании,

поведении избирателей национальных анклавов, Юга, Центра России. Это дает

основание исследователям делить российское электоральное пространство на не-

конкурентные регионы с элементами авторитарной политической системы и де-

мократические, демонстрирующие живой политический процесс реальным со-

перничеством двух или более кандидатов (А.В. Дахин, Е.В. Попова, Д.Б. Ореш-

кин) [2].

Можно говорить о дифференциации в пределах каждого типа. Среди недемо-

кратических регионов выделяются «заповедники» советской модели голосования

со значительными ресурсами управляемого электората, отсутствием реального

соперничества между кандидатами, ограниченным выбором (преимущественно

национальные субъекты Российской Федерации — Татарстан, Башкортостан,

Калмыкия, Чеченская Республика, Мордовия). Другую группу составляют регио-

ны, формально принадлежащие к демократическим, но отличающиеся засильем

местного лидера, номенклатурной элиты, отсутствием реальной оппозиции, спо-

собной привести к смене здесь власти (Саратовская, Московская области). Едино-

образия не наблюдается и в демократических регионах. Они различаются по

уровню оппозиционности Центру, степени сплоченности или конфронтации ре-

гиональных элит, активности населения.

Политический процесс в современной России

Отражает совокупность прежних и новых явлений, объективный и субъективных характеристик, которые накладываются друг на друга, отражают незрелость становящихся демократических общественно-политических и иных общественных отношений, видов деятельности. Поэтому политический процесс развивается противоречиво, разнопланово, с преобладанием того или иного качества определенного вида общественных отношений и деятельности субъектов, находящегося в противоречиях с другими определенностями. Поэтому охарактеризовать политический процесс в России одним преобладающим качеством, типом и т.п. невозможно. В политическом процессе России можно обнаружить противоположные черты, особенности, например, типов политических режимов: тоталитарного, авторитарного и в меньшей степени демократического. В силу незрелости становящегося гражданского общества. его неструктурированности политический процесс неизбежно несет в себе качество неструктурированности. Если гражданин, социальная общность людей не осознали свои индивидуальные и коллективные интересы, не выработали отношения к совместным целям и не определили свой социально-политический статус в его взаимоотношениях с другими субъектами, то нельзя отмечать факт относительной завершенности становления субъекта в качестве реальной силы преобразований. Отсюда вовлечение неустоявшихся, неструктурированных субъектов в политический процесс не принесет возможной и желаемой общеколлективной цели. Субъекты не стали еще политическими субъектами и находятся на стадии протополитического развития. Отсюда вытекает еще одна специфика российского политического процесса. Поскольку политическое часто не является таковым, а лишь находится в стадии становления, обнаружения и проявления, то часто политический процесс не является таковым по существу, так как охватывает в своем содержании блок различных неполитических характеристик, качеств и т.п. он является поэтому смешанным по содержанию, нерасчленению видов общественных отношений. В то же время преобладание прежнего смысла политики и ее всеохватного, тотального характера часто продолжает проявляться и в новых российских условиях жизни. Парадоксальность нашего мира политики ведет к парадоксальности политического процесса. Это проявляется еще в одной специфике политического процесса. Поскольку в политику вовлекаются многие субъекты, не обладающие политическими качествами, представлениями, не достигшие в своей социальной зрелости политической образованности, компетентности, то данные субъекты просто не понимают необходимости в политике компромиссов, соглашений, уступок, согласованности разных интересов и т.д. Они привносят в процесс конфликты, амбиции, стремления решить только свои, индивидуальные интересы вне общественно-политических. Поэтому политический процесс часто разрывается в силу отмеченных факторов субъективного порядка. Наличие политической культуры у субъектов - необходимый и очень значимый компонент политического процесса. Если политическая культура отсутствует, нет толерантности, понимания неизбежности формирования и осуществления общих интересов в политической деятельности. Политическом процессе, то последний теряет качество интегративности. Политика есть и нтегративная область человеческой жизни. Абсолютизация илди даже превалирование индивидуального над общеколлективным - это не политика. В российской политической жизни в настоящее время превалирует стремление разных субъектов реализовать свои индивидуальные или узко групповые интересы вне общероссийских. Подобного рода тенденции не могут считаться истинно политическими. Привнесение их в политический процесс ведет к деформации динамики политической жизни, ее разрушению. В условиях регионализации политики политические процессы в регионах приобретают качество сепаратизма, национализма, ложно понятых и осуществляемых политических интересов, которые в условиях единого федеративного государства не могут считаться политическими. Отсюда растет поле конфликтности. При этом возрастает роль периферийных политических процессов, затрагивающих отдельные изменения в политической системе регионов, струткре органов местного самоуправления и не оказывающих значительного влияния на функционирование федеральной государственной власти. Пи слабом правовом обеспечении периферийного и базового политических процессов это может привести к разрушению единого пространства государственного "поля" России.