Произвольная память у детей с трудностями в развитии: диагностика и коррекция

Произвольная память у детей с трудностями в развитии: диагностика и коррекция

 

§ 1. Проблема, задачи и методы исследования

 

В работах Л.С. Выготского¹ впервые была поставлена про­блема создания и использования знаков, с помощью которых человек вначале влияет на поведение других людей, организует внешнюю совместную деятельность [9, с. 350], а затем овладева­ет собственным поведением. Произвольность, опосредствован-ность и осознанность - основные характеристики психической сферы человека по Л.С. Выготскому. Поэтому именно овладение знаком и символом как средствами опосредствования психиче­ской деятельности и овладения собственным поведением пред­ставляются одной из ключевых проблем в исследовании форми­рования психики ребенка. Дети, у которых операции со знаками и символами не сформированы, сталкиваются с трудностями как в психическом развитии в целом, так и конкретней - в школьном обучении. Есть основания предполагать [39; 21; 1], что дети с несформированностью произвольной регуляции (в частности - с СДВГ) имеют и трудности в операциях с символами.

К решению этих проблем можно подойти, используя нейро-психологический метод. Цель данной работы - выявить особен­ности развития символических операций у детей 7-10 лет; пока­зать возможное взаимовлияние этих психологических образова­ний и эмоций, а также некоторых когнитивных процессов.

Задачей настоящей работы являлось исследование возмож­ной связи развития эмоциональных процессов с развитием опо­средствованной зрительно-предметной памяти. Известно [23], что не существует восприятия вне памяти, равно как и памяти вне восприятия, поэтому память входит в структуру всех ВПФ. Зрительно-предметная память является одним из важнейших факторов в процессе формирования письма и чтения [49, с. 197-

 

¹  При написании данной главы использована статья, совместная с А.Г. Ас-моловым, вышедшая в журнале Педагогические науки, № 6/2004, с. 144—154.

 

199 226], особенно - символического процесса перешифровок вука в букву. Представляется, что опосредствованная зрительно-предметная память - адекватная модель для изучения процессов символического опосредствования.

Символ в рамках этой работы понимается как результат взаимодействия комплекса образных, абстрактно-логических и эмоционально-мотивационных компонентов, как результат ин-тегративной работы вербально-логического, наглядно-образного мышления, сопровождаемой эмоциональными реакциями.

На основе данного определения символа была сформулиро­вана следующая гипотеза - дети с высокоразвитыми эмоциями достигают успехов и в символической деятельности, в т.ч. - сим­волически опосредствованной памяти. Данная гипотеза также опиралась на представления ряда авторов [9; 23; 18; 16] об опере­жающем формировании эмоциональной системы регуляции пси­хической деятельности в сравнении с произвольной регуляцией. Следовательно, устранение эмоциональной связи между запо­минаемым предметом и опосредующей фигурой должно суще­ственно снизить эффективность запоминания и воспроизведения материала.

В работе использовалась модифицированная методика пик­тограммы [4]. Отличием от традиционной методики являлось устранение компонента эмоционально-личностного отношения, которое содержат в себе пиктограммы. В нашей методике опо­средствующая фигура была задана внешне, а не сформирована самим ребенком.

В эксперименте участвовали 17 детей в возрасте 7-10 лет, которые составили две группы: в экспериментальную группу во­шло восемь детей с трудностями в психическом развитии, прояв­ляющимися в слабости или несформированности разных систем Ш1ф. Контрольную группу составили девять детей того же воз-Раста, нормально развивающиеся.

Все дети прошли полное нейропсихологическое обследова-

^Ие [47], которое послужило первым основанием для разделения

^еи на контрольную и экспериментальную группы; другим

^послужила успеваемость детей в школе. Третьим были оценки

 

педагогами успеваемости, общего и речевого поведения детей.

Эксперимент состоял из подготовительной и трех основных серий.

Стимульный материал: 1) высокочастотные предметные изо­бражения - медведь, снегирь, лось, дятел, бегемот, лебедь, ба­ран, яблоко, арбуз, банан, слива, ананас, груша, лопата, трамвай, корабль, телега, автомобиль, самолет (из букваря Е.А. Благи­ниной) на карточках размером 5x5 см; 2) карточки со словами-наименованиями данных предметов того же размера; 3) карточки с изображениями геометрических фигур: крест, пятиконечная звезда, треугольник, круг и квадрат четырех цветов (белый, си­ний, красный, зеленый) - всего 20 карточек размера 6x6 см, с изображением 4,5x4,5 см; 4) на отдельных карточках - фразы с пропущенным подлежащим:

«На высокой ветке сидит красивый...»;«...- фрукт южный, а ... - северный»; «На дорогу неожиданно вышел ...»; «В дале­ких жарких странах живет.., а в наших лесах - ...»; «На лесном озере живет большой ...»; «... восхищает нас летом, а ... - зи­мой»; «У одного из них, у ... всегда найдешь косточку, а у друго­го, у ... - косточек и вовсе нет»; «В небе летит большой ...»

В ходе подготовительной серии исследовалось зрительно-предметное восприятие детей [47, с. 50-55]. В пробах ребе­нок совершал: выбор картинки, соответствующей образцу, из 3 других, называние картинки, называние серии из 2-4 карти­нок, указанных экспериментатором (исследование зрительно-вербальной памяти, ее устойчивости, объема и произвольности), выбор картинки по слову-наименованию (импрессивная речь). У 3 детей (из семей с низким социально-экономическим статусом) мы столкнулись с незнанием некоторых предметов, в основном, фруктов. Поскольку в эксперименте задействовались семантиче­ские связи слов, предметы, незнакомые ребенку, из дальнейшей работы исключались.

Аналогично исследовалось опознание ребенком геометриче­ских фигур, их цвета. В ходе обследования младших школьников мы не сталкивались с ситуацией неправильного наименования геометрических фигур, однако полагаем, что знание ребенком

авильного слова-наименования не является критически значи-при использовании этой методики. В пользу данного пред-

оложения свидетельствуют интересные данные, полученные пои обследовании дошкольников (5-6,5 лет). Некоторые дети не могли назвать одну или все фигуры (чаще - крест), пользовались обозначением «такая». Это обозначение сохранялось и в развер­нутой внешней речи, сопровождавшей выполнение задания, од­нако существенных различий в сравнении с детьми, знающими слова-наименования, не выявлено.

Развитие эмоциональной сферы изучалось с помощью опо­знания эмоций: а) по фотоизображениям, б) по схематическим лицам (брови, глаза, рот) (20, с. 105). Был опробован наш соб­ственный комбинированный метод: первое схематическое лицо («химера») изображалось экспериментатором, инструкция -опознать выражение «лица», затем «химеры» ребенок рисовал по слову-наименованию эмоции. Модифицированная методика показала себя более эффективной, поскольку не только рельеф­нее выявляла трудности, стоящие перед ребенком, но и обознача­ла широту зоны ближайшего развития.

Последней пробой этой серии была классификация предмет­ных картинок, направленная на изучение мышления детей.

В первой серии на стол выкладывалась предметная картин-

ка и стопка карточек с геометрическими фигурами. Инструкция:

«Выбери любую подходящую к картинке фигуру. Положи на се-

редину стола и запомни ее». На вопросы ребенка «Что значит

подходящая фигура?» и т.п. экспериментатор отвечал: «Любая

фигура, которая подходит, по-твоему, к этому предмету». После

того как картинка и опосредствующая фигура выложены в центр

стола, картинка убиралась. Контрольный вопрос, направленный

на проверку непосредственного воспроизведения (исследование

кратковременной памяти): «Что мы обозначили этой фигурой?»

сего в первой серии предъявлялось 2-3 картинки. После предъ-

вления и «шифровки» последней картинки экспериментатор в

роизвольном порядке указывал геометрические фигуры и про-

воспроизвести связку «предмет - опосредствующая фигура» (отсроченное воспроизведение).

Во второй серии на стол выкладывалась предметная картин­ка (всего 2-3 в серии) и геометрическая фигура по выбору экспе­риментатора (подбирались фигуры, обладающие минимальным внешним сходством с запоминаемым предметом - фрукты и жи­вотные обозначались звездами и крестами, самолет - квадратом и т.д.). Инструкция: «Вот ... (название картинки) и ... (цвет и название фигуры). Запомни, что [картинка] - это [фигура]». Кон­трольный вопрос - см. первую серию.

В третьей серии проводилась отсроченная проверка запоми­нания предметов из серий 1 и 2. В следующей части серии предъ­являлись предложения с пропущенными словами. Инструкция: «Прочитай предложение. Подумай, какого слова не хватает. По­ложи фигуру, обозначающую это слово. Прочитай предложение целиком». В ходе работы над первыми 2-3 предложениями ребе­нок самостоятельно выбирал фигуры из всего набора запоминае­мых. В следующей пробе (также 2-3 предложения) подстановку осуществлял экспериментатор. Инструкция: «Прочитай пред­ложение. Подумай, правильно ли я положил фигуру. Объясни, в чем ошибка». Например, во фразу «В одном из них всегда най­дешь косточку, в другом косточки и вовсе нет...» подставлялись карточки, обозначающие банан и ананас (оба фрукта не имеют косточек).

Таким образом, первая серия оказывалась приближенной к классической пиктограмме, поскольку ребенок мог выбрать фигуру, ассоциативно связанную с запоминаемым предметом, в том числе через эмоциональное отношение. В то же время серия проб с внешне заданной опосредствующей фигурой позволяет ближе подойти к исследованию именно символических процес­сов, поскольку ребенку необходимо вычленить более глубокую, чем внешнее сходство, связь, присущую именно этой паре: опо­средствующая фигура - опосредствуемый предмет. Поиск этой связи задействует широкое семантическое поле, вызывает актуа­лизацию длинных и разветвленных цепочек представлений и от­нюдь не сводится к выработке простой произвольной (конвен­циональной) связи. Дело в том, что поддержание произвольной связи, не относящейся к разряду общекультурных, а выработан-

ной непосредственно в ходе обследования, требует высокой кон­центрации внимания и затрат произвольности от ребенка, что, учитывая невысокое (по сравнению со взрослыми) развитие про­извольной регуляции у детей этого возраста, должно было бы существенно сказаться на выполнении других проб, таких как пробы на внимание (таблицы Шульте), вербально-логическое мышление и семантически организованную память (запомина­ние фраз и текста).

Результаты эксперимента не выявили значимых отличий в выполнении проб детьми, которым предъявлялись серии на зрительно-предметную опосредствованную память, и проходив­шими стандартное нейропсихологическое обследование. Про­верка правильности воспроизведения связки опосредствующая фигура - опосредствуемый предмет проводилась несколько раз в течение всего обследования, после как гетерогенной интер­ференции (пробы, не задействующие зрительно-предметную память), так и гомогенной интерференции, в качестве которой выступали другие пробы второй серии, а также пробы с само­стоятельным выбором опосредствующей фигуры.