ТАТЬЯНА. Долгая дорога на Землю



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ТАТЬЯНА. Долгая дорога на Землю



Надо сказать, что люди отлично друг от друга воспринимают облик мира, который окружает их в межвременье (т.е. в развоплощенном состоянии). Рано судить о том, почему так происходит – слишком мало материала для анализа. Но вот примеры привести можно. Каждый из них по-своему интересен и заставляет лишний раз убедиться, насколько сложно устроен наш мир.

Воспоминания регрессантов подтверждают, что сознание человека, его личность не зарождается вместе с биологическим телом, а приходит в него уже полностью сформировавшимся. Прежде, чем оказаться в конкретном физическом теле новорожденного младенца, эта нематериальная личность проделывает длительный путь. Да, конечно, такая концепция в разных вариантах встречается у многих народов в различных мировоззренческих системах. Однако то, что описывают регрессанты – их личные воспоминания – как правило, лишено религиозно-мистических оттенков. Никаких сутан и крылышек, никаких духов из загробного мира и демонов, пожирающих нечестивые сердца – ничего такого и в помине нет. Зато становится понятно, что процессы перехода сознания из мира иного в мир земной – такие же физические процессы, как и все остальное в природе.

Вот, например, каким образом уже упоминавшаяся Татьяна описывала свое состояние перед тем, как родиться в Англии в конце 19-го века. Перемещение своего сознания, своей личности во времени и пространстве она изучала в обратном порядке, назад от рождения. Сначала, через несколько дней после рождения, она ощущала себя лежащей в кроватке, закутанной во всякие пеленки, чепчики, и своим детским разумением удивлялась тому, «какие же большие тетки вокруг! Большие расплывчатые фигуры склонились надо мной». За три месяца до рождения она чувствовала, что в том темном теплом месте, где она находилась в то время, ей было немножко душно. Еще за три месяца до этого у нее появилось ощущение, что она еще не настолько плотно связана со своим новым развивающимся телом. И вот наступил момент, когда память вернула ее к мгновению перехода из межвременья к физическому телу – внутри некоего темного туннеля она быстро скатывалась вниз. Оператор решил раскрутить этот процесс в обратном порядке.

 

Оператор: Возвращаемся постепенно, по минутам, назад до того момента, когда темнота каким-нибудь образом изменится.

Татьяна: Вот, вырвалась из этого темного пространства. Теперь светло вокруг, а темное осталось внизу.

Оператор: Как саму себя воспринимаешь?

Татьяна: Телесно никак почти. Я голубая, блестящая, светящаяся – и свет, и не свет, блеск. Форма может быть разной.

Оператор: Как себя ощущаешь?

Татьяна: Пока еще хорошо.

Оператор: Почему «пока»?

Татьяна: Потому что еще не надо «туда» идти.

Оператор: Поход «туда» не совсем приятен?

Татьяна: Ну, он всегда - как выполняемый урок. Не сказать, что неприятно, но и не сказать, что особо охота. А здесь - ощущение огромного голубого поблескивающего пространства, и с одной его стороны – яркий-яркий красивый свет. Ничего больше нет – только пространство и я. Хотя это не бесконечное пространство, оно как-то локализовано. Похоже, что оно – это переход к темному пространству.

Оператор: Продолжаем потихоньку возвращаться назад до того момента, когда ты очутилась в этом пространстве.

Татьяна: Меня тянет в сторону света, который заполняет часть этого пространства. Я двигаюсь в его направлении. Вот, я выскочила за пределы этого света! Вокруг появились различные образы. Я с ними не взаимодействую, я просто там нахожусь. Так, я поняла! Это мир образов, а то голубое пространство, в котором был яркий свет – это мир чистых идей, как-то так. Эти образы не имеют отношения к кому-либо персонально, а существуют сами по себе, они просто имеют место быть, и через них приходится пройти, пока не получишь доступ к голубому и к темному пространствам.

Оператор: Ты продолжаешь двигаться во времени в обратном направлении. Рассказывай, что происходит вокруг тебя.

Татьяна: Да, я продолжаю двигаться в обратную сторону. Теперь я уже вышла и за пределы мира образов. Такое ощущение, что я вообще оказалась в космическом пространстве - мир вокруг беспредельный. Куда хочешь – туда лети.

Оператор: Можно ли соотнести пространства, которые уже пройдены, с некими оболочками Земли?

Татьяна: Похоже, что так и есть. Появляется ощущение чего-то родного и близкого рядом - ощущение нескольких личностей. Это очень комфортное чувство, как будто мы с ними сто лет не виделись.

Оператор: Я понимаю так, что и у тебя, и у этих личностей есть имена.

Татьяна: Да, но их нельзя говорить.

Оператор: Это нам их нельзя знать, или это они между собой друг друга никак не называют?

Татьяна: Они знают имена друг друга, но нам не надо называть их по имени.

Оператор: По старшинству, иерархии или еще по каким-то признакам они старше тебя или нет?

Татьяна: Они разные, но уровень примерно мой.

Оператор: Пообщайся с кем-нибудь из них.

Татьяна: Не буду. Иначе захочется общаться и дальше. А мы ведь прощаемся сейчас! Слишком острые чувства. Я попала в тот самый момент времени, когда шла на воплощение и прощалась с ними.

Татьяна поняла, что тогда она рассталась с этой группой близких ей по духу существ и в одиночестве вошла в свою очередную жизнь. Это был ее осознанный выбор, хоть и болезненный. Причем такое одиночество она выбирала уже не в первый раз. Мотивы такого выбора постепенно, от одного сеанса регрессионного поиска к другому сеансу, становились понятны, и они были связаны с той, невесть когда полученной, душевной травмой от потери брата. Но имелись и другие основания – видимо, ее личность более, чем другие, приспособлена к условиям такого существования. Причем она отдавала себе отчет, что выбрала не простой, но и не самый трудный участок жизни - есть и гораздо более трудные, но она к ним пока еще не готова.

Среди группы родственных ей личностей она ощущала себя как бы старшей («Понимаешь, я по отношению к ним как бы и ровня, и «над» - нет ощущения превосходства, но есть ощущение моего большего умения, мастерства, что ли…»)

Ей было жалко оставлять своих друзей, потому что она знала, что каждый из них тоже должен прожить свою очередную жизнь, и каждому придется справляться со своими проблемами самостоятельно. Как старшей в группе, ей хотелось бы помочь друзьям в преодолении трудностей.

 

Оператор: А что вас там объединяет вместе?

Татьяна: Это можно назвать дружбой, а можно и так: «Мы те, кто вместе». Я не знаю, как это по-другому выразить. Мы не можем быть по отдельности друг от друга.

Оператор: И тем не менее, вы воплощаетесь каждый в своем из миров?

Татьяна: Не обязательно. Могут и по двое, и по трое уходить в жизнь. Это зависит от задания.

Оператор: То есть задание все-таки есть? От кого оно исходит?

Татьяна: Это не команда, не приказ. Задание - часть какого-то плана, я не могу точно понять, какого именно. План формируется большим количеством личностей: кто-то выше по иерархии, кто-то – простой исполнитель, но каждый вносит свою лепту в этот план. И ты берешь из него ту часть работы, которая тебе по силам.

Оператор: То есть изначально, еще не придя в жизнь, ты уже знаешь, какая у тебя будет тут работа?

Татьяна: Ну, да, хотя и в общих чертах.

 

Описывая прощание с друзьями, Татьяна еще раз подчеркнула, что залитое искрящимся голубым светом место является неким промежуточным слоем между звездным космосом и тем сумрачным пространством, через который приходится пройти перед соединением с биологическим телом. Это место было красиво, и находиться в нем было комфортно. Но период пребывания в нем не должен был быть долгим. Пытаясь объяснить некоторую неконкретность воспринимаемых образов – своего и других находящихся рядом существ – она сказала, что в этом голубом пространстве отражается только некая проекция существа, но не все существо в целом. Примерно так, как отражение человека в воде похоже на человека, но не является человеком. Именно поэтому она и не могла разглядеть образы окружавших ее друзей.

Что же касается упомянутого ею яркого белого света, то он, видимо, и является тем самым «светом в конце тоннеля», который часть описывают люди, побывавшие в состоянии клинической смерти. Однако в ее описании содержался один любопытный нюанс: «свету» были присущи качества, которые в ином случае можно было бы приписать разумному и одушевленному существу – он был добрый, чистый, понимающий и источающий безусловную любовь. Однако Татьяна знала, что этот «свет» не является существом в привычном нам понимании этого слова. Скорее, это был своеобразный маяк, наделенный притягательными для нас свойствами и в силу этого служащий ориентиром для душ, переходящих из темного приземного слоя в более высокие слои.

Несмотря на кажущуюся однородность этого светящегося голубого слоя, Татьяна чувствовала, что из него есть множество разных выходов, ведущих в разные внешние условия – как в условия Земли, так и в условия внешнего по отношению к нашей планете космического пространства.

Тем временем наш оператор продолжал настойчиво выяснять, каким образом осуществляется выбор того или иного жизненного пути для очередного воплощения.

 

Оператор: Воплощения могут быть в каких-то других мирах, или только на нашей Земле?

Татьяна: Можно выйти в разные места, необязательно это должна быть Земля. Земля – чаще. Это как место, где должен что-то делать. То есть, можно несколько раз в одно и то же место ходить, но можно и в другие. Есть более натоптанные дорожки, то есть, выходы, которые наиболее часто применяются. А есть другие - те, которые известны, но ты не пользуешься ими.

Оператор: Другими выходами пользуются из любопытства, или потому что туда назначают?

Татьяна: Иногда – да, заглянешь из любопытства.

Оператор: И проживешь жизнь там?

Татьяна: Нет, можно просто посмотреть и вернуться обратно. Это значит, что ты не должен был там воплощаться - заглянул туда, и все. Точка невозврата – это когда уже уходишь за какой-то из этих выходов. И уходишь именно с целью прожить, быть там долго. То есть когда нет цели просто полюбопытствовать.

Оператор: Попробуй описать, как происходит переход из голубого пространства.

Татьяна: Попробую. Какое-то завихрение появилось, я в него попала, и меня понесло. Я как будто бы – раз, и перескочила в темное пространство. Но это другое темное пространство - это космос. Звезды. Но космос такой, что я не ощущаю его пустым, и он не холодный. Он мой, родной. Я его люблю и знаю каждый его уголок. В нем есть какие-то сооружения, не привязанные к конкретной планете. Я сейчас вижу один из них - это очень большая станция. Она настолько огромна, что я даже не могу увидеть ее целиком. Вообще, там нет стремления к четко определенной форме, потому что аэродинамические особенности там не имеют значения. Внутри абсолютно безопасно.

Оператор: А что это сооружение из себя представляет изнутри?

Татьяна: Разнообразие ходов, коридоров, галерей, комнат, залов – самых разных.

Оператор: Ты в нем легко ориентируешься?

Татьяна: В общих чертах, ориентируюсь. Я здесь часто бываю. Здесь происходит планирование будущей миссии. В том числе и своей собственной миссии, как части общего плана. Не я одна ее определяю, но я участвую в выработке задачи на некоторый предстоящий этап.

 

Нашим теперешним уровнем сознания невозможно понять, ни как происходит разработка такого плана, ни что он из себя представляет. У нашей регрессантки сложилось впечатление, что весь этот комплекс обладал свойствами коллективного разума, причем свое место в нем было присуще и сооружению (если его можно так назвать), и существам, постоянно сменявшим друг друга. Все в этом комплексе было организовано так, что пребывавшим в нем существам не обязательно было собираться и высказывать друг другу свои размышления, нет. Они приходили к каким-то умозаключениям просто по факту своего пребывания там вместе с другими такими же существами. Как происходит процесс такого «коллективного планирования», невозможно вразумительно объяснить, однако на уровне чувств Татьяна этот процесс ощущала как известный, привычный и до мелочей знакомый. Насколько сложно бывает перевести понимание и ощущения в слова, хорошо видно из приведенного ниже диалога.

 

Татьяна: Это как бы нецентрализованное управление - нет единого организующего центра, но присутствует самоорганизация.

Оператор: То есть каждый знает, что думает каждый и …

Татьяна: Не знает, а как-то чувствует, ощущает.

Оператор: Это сооружение, оно имеет связь с реальной жизнью? С тем, что происходит в обитаемых мирах? Раз есть планирование…

Татьяна: Там как-то отражается реальная жизнь на конкретных объектах. Не на телевизионных экранах, нет, но каким-то образом там известно, что происходит на конкретных объектах.

Оператор: А оно, это сооружение, может ли управлять временем? Делать путешествия во времени?

Татьяна: Нет, время – это другая категория.

Оператор: То есть оно в реальном времени работает?

Татьяна: Это как бы в параллельном времени. То есть то, что происходит там, и то что происходит в наблюдаемых мирах - оно идет параллельно друг другу. Это связано с отношениями между различными пространствами – не знаю, как это иначе назвать, - они как бы существуют одновременно друг с другом.

Оператор: Почему так?

Татьяна: Я не знаю. Оно просто так устроено.

Оператор: То есть в данный момент ты находишься там и занимаешься планированием своей будущей миссии?

Татьяна: Да. Это не программа, не пошаговый план. Это задача, общее направление.

Оператор: А ты можешь, например, после воплощения отступить от этой задачи, или ты все-таки должна ее выполнить?

Татьяна: Могу отступить, но не хочу. Точнее, понимаю, что я могу в каких-то мелочах отступить, но общее направление должно быть выдержано. И это не основано на капризах, капризы здесь недопустимы. От того, насколько я правильно выполню свою задачу, в конце концов, будет зависеть судьба мира. И каждый это понимает.

 

Важно, что наша регрессанта воспринимала себя не каким-то, условно говоря, «простым американским парнем, который мимоходом спас мир» - нет, самолюбование и эпатаж ей были совершенно чужды. Она просто, как прилежный и ответственный работник, знала, что от эффекта ее работы, скажем так, «в роли человека» зависит и судьба других людей. И она не хотела бы, чтобы судьбы находящихся рядом людей ломались из-за того, что она плохо выполняет свою задачу.

Затем оператор попросил поподробнее описать, что представляет из себя та задача, которую Татьяна должна была выполнять в течение своей жизни. Получилось так, что ее роль в этой жизни была ориентирована на работу в обществе и с обществом, хотя с детства она была довольно замкнутым и стеснительным ребенком. Как сейчас говорит она сама, в ее жизни было достаточно много событий, которые, с точки зрения общепринятых правил человеческого общежития, выглядели достаточно нелогичными – например, сделала все возможное, чтобы не поступить в престижный университет (хотя могла бы), не осталась жить в столице (хотя тоже могла), ну, и другое в том же духе. Но оказалось, что именно эти на первый взгляд противоречащие здравому смыслу действия позволили ей через несколько лет выйти на тот путь, на котором она может принести максимальную пользу.

 

Оператор: А ты можешь рассказать о своей задаче, если это не секрет?

Татьяна: Я попытаюсь. Это не секрет. Стабилизация, гармонизация - самим фактом своего присутствия. Выстраивание, упорядочивание, «склеивание» - удержание вокруг себя того общества, где я окажусь. То есть я там, как бы это сказать, буду как «точка кристаллизации». Знаешь, когда песчинка попадает в облако, она вокруг себя концентрирует каплю. Вот я – эта песчинка, вокруг которой что-то должно концентрироваться. Только вместо росы это будут люди – разные, много разных. Мне тяжело будет, потому что каждая часть этой капли будет пытаться оторвать что-то от меня как от связующей песчинки. Но я должна все равно их всех держать вместе, не давать отлепиться. И чем дальше, тем эта «капля» будет становится больше. И я должна вести себя так, чтобы нарабатывать … как это сказать… чем больше на меня будет «налипать», скажем так, людей, тем больше я должна этих особых качеств проявлять, «склеивающих» качеств. Одновременно, это будет приводить к развитию моей личности и моей биологической особи. Но не только это.

Оператор: А что еще?

Татьяна: Моя задача - привнесение в общество каких-то новых качеств. Я должна давать людям понять, что можно быть не такими, как все, как общепринятый стандарт. Это особенно важно на перемене мировоззрений, когда нужно размягчить закостенелые традиции, чтобы избавиться от них. Это достигается самим фактом своего присутствия в обществе, когда, смотря на тебя, другие понимают, что можно быть не таким, каким «принято», «установлено», «дозволено», а - другим. Так происходит стимулирование изменения социальных устоев.

Оператор: Твоя задача чем-то регламентирована? Или она произвольная?

Татьяна: Есть общий план, но с возможностью выбора вариантов конкретного способа его осуществления. Условно говоря, план - это задача взять за шкирку одного и взять за руку другого, и удержать их обоих от ошибки. Но за какую конкретно шкирку и за какую конкретно руку – вот это в плане не прописано. Это каждый самостоятельно решает. Я должна делать то, что должна, но не понимая сама, почему должна. …

Оператор: Бывали ли такие случаи, чтобы задача не была выполнена?

Татьяна: Редко, но бывали. Задача – это одновременно и миссия, и экзамен. Все зависит от того, насколько ты сумел, не помня задачу, организовать свою жизнь так, чтобы выполнить ее.

Оператор: Быть неким «клеем» для склеивания нечто. Вот это «нечто», оно само по себе развалилось? Или это было результатом какого-то воздействия? Это штатная или нештатная ситуация? Вас таких много – склеивающих?

Татьяна: Это достаточно типичная ситуация. Хотя и не везде - не в каждой группе общества –такая необходимость имеется. То есть, хотя это и не уникальная работа, но таких людей немного.

 

Продолжая описывать особенности пребывания в «переходнике» - том самом невероятно огромном и сложно устроенном комплексе, Татьяна обратила внимание на то, что в это время рядом с ней уже не было никого из ее друзей. Дальнейшая часть диалога позволила под совершенно неожиданным ракурсом посмотреть на некоторые детали человеческих религиозно-мистических воззрений.

 

Оператор: В «переходнике» ты находишься до того, как попадаешь в светлый голубой слой?

Татьяна: Да. Голубое пространство – это какой-то энергетический слой, где с каждым происходит что-то важное, без чего нельзя – ну, по крайней мере, нежелательно - идти дальше. Как же это понять? Вот! Это чистилище! То, что называют чистилищем! Здесь происходит очистка личности от свойств, полученных ею в результате пребывания по ту или по другую сторону – или в космосе, или в воплощенном состоянии. Как бы дезинфекция. Это нужно для того, чтобы несвойственный для одного пространства способ организации материи не был перенесен туда из другого пространства, потому что это может оказаться деструктивным. По-другому я пока не могу это объяснить.

Оператор: Из другого пространства – ты имеешь ввиду, что из прошлых воплощений?

Татьяна: Нет, из переходника на Землю, и с Земли на переходник - вот на этот подготовительный комплекс. Но как попасть оттуда сюда – я не вижу, просто оказываюсь здесь или там.

 

Надо сказать, что ощущения перехода через яркий свет из развоплощенного состояния в воплощенное и наоборот описываются многими регрессантами. Например, девушка с редким именем Венера (мы еще расскажем о ее загадочной истории, в которой нашлось место даже для настоящих НЛО), описала, как в течение неопределенно длительного периода времени получала удовольствие от жизни в виде бестелесного «энергетического сгустка» в районе древнего Египта с его загадочными ритуалами. Потом это существование прекратилось, вокруг стало темно («просто темно»). Период пребывания в темноте сменился периодом, в течение которого Венера ощущала себя находящейся в звездном космосе, а затем ощущения сменились – ее как бы стало затягивать в эпицентр какого-то процесса: «Я не могу сопротивляться, меня просто тянет. И я приближаюсь, и такое ощущение, что это … свет… свет! Как солнце – во все стороны льется, очень ярко. У меня глаз нет, но он воспринимается всем моим существом. Когда свет проходит сквозь меня – я как бы заряжаюсь.»

Заметьте, что через этот «свет» Венера прошла на пути к земной жизни, а не наоборот: вскоре бестелесная свобода сменилась ощущением холода, мерзости и сырости – она родилась в нищей семье в качестве нежеланного ребенка.

И таких описаний перехода через источник яркого света – далеко не одно. Кстати, сложные технические устройства, созданные и работающие в глубоком космосе, описывают и другие регрессанты. Например, вот что открылось перед изумленным сознанием Елены – в обычной жизни, служащей сорока семи лет от роду, с высшим образованием. В том существовании ее телесный облик существенно отличался от антропоморфного, а пребывала она на неком искусственном объекте, не привязанном к конкретному небесному телу.

 

Елена: Это что-то искусственно созданное, не планета. Это объединение каких-то… как четыре шара, связанных вместе - конгломерат из них. Шары, и на них общая платформа - она используется как платформа для запуска. Те, кто там работает, они там же и живут. Это избранные, что ли… И у них возможность жить именно там переходит как бы по наследству. Человек старший свои знания передает младшему, только это как-то по-другому, а не через обучение. Слепок мозга как бы передается…

Оператор: Эмоции там присутствуют?

Елена: Нет. Там наука, больше похоже на роботосистему. Здесь мне нравится то, что люди (они не люди) имеют всю необходимую информацию. Вообще, всю. За все время, которые было. И могут получать ее легко, не напрягаясь.

Оператор: Откуда ты о них знаешь?

Елена: Я была в числе тех, кто это делал. Я собирала эту команду. У них нет никакого злого намерения. Они работают очень аккуратно, по принципу «Не навреди», ничего не афишируют. Это кладезь знаний.

 

Но давайте вернемся к основной теме нашего рассказа.

Даже имеющийся пока у нас крайне малый объем информации позволяет сделать вывод, что за нами, людьми, тоже ведется активное наблюдение. И речь здесь идет вовсе не о пресловутых «летающих тарелочках» с гуманоидами на борту, нет.

К такому выводу привели нас рассказы сразу нескольких наших клиентов, в разное время и независимо друг от друга проходивших сеансы регрессионного поиска. Причем тип наблюдения, которому мы подвергаемся со стороны этих неизвестных нам сил, он разный. Такие, как Сергей, спокойно ждут возвращения предков – человекобогов с Сиреневой планеты (просто на ней небо такого цвета, а не голубое, как на Земле). Кто-то, как Андрей, приходит к нам жить, принося прежние знания и умения, пусть даже и скрытые глубоко в подсознании. Кто-то незаметно наблюдает и ненавязчиво помогает в развитии, не нарушая нашу собственную волю, пусть еще недостаточно разумную пока. Кто-то наблюдает за нашей жизнью, чтобы на основе наблюдений выработать методы активного вмешательства и изменения культурного и этического строя нашего земного сообщества, не спрашивая при этом, хотим ли мы этого или нет. Кто-то защищает от постороннего вмешательства, а мы даже не замечаем такую защиту.

В силу малого количества информации, которое у нас есть, мы пока не можем предложить окончательных выводов, однако, складывается вот какое впечатление. На протяжении различных воплощений тип личности человека остается практически одним и тем же. Личность с качествами защитника будет выполнять такие же функции даже будучи в теле хрупкой девушки. Личность, которая пришла на Землю с изначальным намерением переделать нас по своему подобию, и будет вести себя с плохо скрываемой неприязнью к людям, даже если сама из себя ничего не представляет.

 




Последнее изменение этой страницы: 2016-04-19; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.253.192 (0.013 с.)