Феномен «святого алкаша». История тридцатая

 

Что такое плащаница, знают все – вне зависимости от религиозных убеждений. Христианская реликвия хранится в Ватикане. Лишь по большим праздникам верующим показывают оттиск тела Христа, непостижимым образом запечатлевшийся на грубой ткани.

Как знать, может, после того, что случилось в Екатеринбурге 13 февраля, загадка будет разгадана или учёные хоть на полшага приблизятся к пониманию феномена...

В отличие от Христа, екатеринбуржец Геннадий Л. прожил не 33, а 52 года и при жизни ничем себя не проявил.

Он был тихим; незаметным, добрым. Любил детей и братьев наших меньших. В общем, это был обычный среднестатистический россиянин, подверженный самому распространённому недугу – алкоголизму.

После сорока он окончательно спился. Когда пьянство перерастало в многодневный запой, родственники отводили его в наркологическую клинику. Вскоре Геннадия, регулярно попадавшего на лечение раза три‑четыре в год, там знали все – от врачей до санитарок. Теперь, правда, называют «Святым Алкашом».

Когда одиннадцать лет назад Геннадий сошёлся с женщиной и уехал с ней на Север, родственникам показалось, что это пойдёт ему на пользу. Екатеринбуржец действительно стал меньше пить. Но меньше – это не означает, что вообще завязал. В конце концов, жене надоел пьющий муж, они расстались, и Геннадий вернулся в родной Екатеринбург.

Разрыв он переживал очень тяжело. Пил месяц, начав с водки, а когда деньги стали заканчиваться, перешёл на жидкость для мытья ванной. А эта штука – фактически яд из‑за содержания в ней нашатырного спирта.

13 февраля его доставили в наркологическую больницу, чтобы вывести из затянувшегося запоя. Геннадия колотило, он невнятно жаловался на плохое самочувствие. Оно и не удивительно – от такой‑то «диеты»...

Первым делом ему поставили капельницу. Геннадию явно полегчало. Он попросил у мамы чего‑нибудь поесть. А потом его снова скрутило, да так, что пришлось отправить в реанимацию.

– Он умирал тихо, – вспоминали медики. – Только в бреду всё время упоминал Богородицу...

Сорок минут врачи бились за его жизнь, но к одиннадцати часам вечера Геннадия не стало.

На каталке его труп пролежал до утра. Потом тело сняли с каталки, чтобы доставить в морг, и санитарки ахнули: на алюминиевой поверхности был какой‑то рисунок.

Потом оттиск разглядывали много раз, но первое впечатление оказалось верным. Каким‑то непостижимым образом металл запечатлел грудную клетку Геннадия и его лицо, искажённое от ужаса и боли – надо полагать, в момент агонии, когда душа отделялась от тела.

Санитарка попыталась стереть отпечаток с каталки, используя для этого самые разнообразные чистящие средства. Она исцарапала поверхность, но Изображение осталось. Казалось, будто мощный выброс энергии в момент отделения души от тела запечатлел его на всю толщину алюминиевой поверхности.

Каталку заперли в туалетной комнате, время от времени показывая любопытствующим – как учёным, так и просто знакомым, которые хотели лично убедиться в достоверности того, о чём говорят в городе. Побывали даже гонцы из местного управления ФСБ.

Об одном визите в больницу следует рассказать особо. Каталку захотели изучить местные физики. С собой они принесли прибор, фиксирующий электромагнитное поле.

Алюминий – металл немагнитный. Тем не менее, прибор показал, что контуры тела, оставшиеся на каталке, намагничены.

К одному чуду, ставящему под сомнения систему научных знаний в физике и биологии, прибавилось другое...

Несколько дней физики, ошеломлённые своим открытием, измеряли напряжённость магнитного поля с поверхности каталки миллиметр за миллиметром. Потом составили трёхмерные диаграммы. В двухмерной проекции они увидели контуры тела, в трёхмерной – нечто, напоминающее египетский саркофаг.

На сороковой день изображение несколько потускнело. Если оно исчезнет после года со дня смерти Геннадия, то можно будет не сомневаться: уральская плащаница – так в России уже называют медицинскую каталку – действительно является материальным свидетельством существования души...