ТОП 10:

You'll never really find those perfect words,



На дно

 

I

It's a long way down

When you're alone

There's no air or sound

Down below the surface

I wish that I was stronger

I'd separate the waves

Not just let the water

Take me away

Hurts – Water

 

– Когда же все это закончится? – спросил черноволосый мальчик жалобным голоском. Руки со всей силой сжимают руль велосипеда, глаза блестят от слез, которые беспрерывно стекают по щекам. На них всегда играл легкий румянец, но сейчас все лицо покраснело от постоянных попыток стерпеть следы своей боли и отчаянности. – Сколько мне еще терпеть этих чертовых одноклассников? Что я им сделал? Почему они надо мной постоянно смеются? – пронеслось к него в голове с неким скрипом и треском глубоко внутри. Этот шум заставлял на момент терять контроль над собственным телом, делая его полностью изнеможенным.

 

*Flash Back*

 

 

Сидя за своим рабочим столом, учитель просматривал школьный журнал и думал, кого бы вызвать к доске, проводя пальцем по списку учеников.

 

– Уэй, к доске, – прозвучало хриплым женским голосом на весь класс. Злое выражение лица преподавателя, грубый тон и гнусный взгляд вряд ли кого-нибудь украсили, но эту женщину уже ничто не могло сделать красивой, приятной на вид и в общении. По морщинам на ее лице было видно, что улыбаться ей приходилось не часто. Переведя взгляд на парня, она словно сжигала его, разглядывая мальчишку с ног до головы с ненавистью и презрением.

 

Аккуратно встав из-за парты и закрыв тетрадь, на полях которой виднелись следы карандаша, он с опущенной вниз головой нерешительными шагами направился к доске, пытаясь пройти по классу как можно тише. Он чувствовал, как вслед ему было брошено несколько нелепых смешков и полных унижения взглядов. От неуверенности он схватился за низ кофты, слегка оттягивая ее. Все тело дрожало не от холода, а скорее от испуга неожиданности.

 

– Вот, решай этот пример, – сказала женщина приказательным тоном, протянув Джерарду листок с условием.

 

– Но я не знаю, как это решается, Миссис Линдейд, я проболел все начало темы... – срывающимся голосом произнес мальчик, затаив дыхание от страха того, что ему сейчас будет.

 

– Меня это не волнует! Вместо того, чтобы попытаться самому разобраться, ты сидишь и рисуешь в тетради! Бездельник!

 

– Но я пытался разобра... – начал полушепотом говорить мальчик севшим голосом, но женщина перебила его своим громким до звона в ушах криком.

 

– Ты и по жизни так будешь оправдываться? Что ты пытался? Все. Садись, я тебе ставлю два.

 

– Но... – возразил Джи, нахмурив брови.

 

– Иди дальше рисуй!

 

По всему классу пробежался смех, а на лицах детей появились злорадные улыбки. Джер положил листок на стол Миссис Линдейд и отправился обратно на свое место. Закрыв глаза от бушующей внутри боли, горечи изгнания, тяжести десятков пустых взглядов и миллионов лживых слов, он не увидел, как один из парней подставил ему подножку. Камнем рухнув вниз без единого вскрика, юноша упал на пол, ударившись со всей силой коленом. На весь класс сразу же после глухого грохота разразился звонкий смех каждого из учащихся. Еле поднявшись с пола, все также не произнося ни единого звука, Джерард отряхнулся и, дойдя до своего места, сел и прикрыл лицо ладонями. Просидев так несколько секунд, он незаметным движением пальцев вытер слезы, которые срывались с его глаз, хотя на ресницах остались маленькие, похожие на росу, блестящие капельки.

 

***

 

 

Колено разрывается от ноющей боли, уже нет сил терпеть, чтобы ехать дальше, ведь так чертовски хочется удрать отсюда. К счастью, нужный дом был совсем неподалеку от школы. Остановившись чуть ли не у двери, Джерард, тихо открыл ее ключом и хромающей походкой зашел внутрь.

 

– Бабуль, ты дома? – спросил он так, что это было слышно на весь дом. Парень пытался говорить нормальным голосом, будто все хорошо и ему не пришлось рыдать полдня. Но в ответ последовала лишь тишина. Джи жил с одной бабушкой, но даже не смотря на это, он был достаточно окружен любовью и пониманием. Она была для него самым любимым и родным человеком, он знал, что что бы ни случилось, она всегда будет на его стороне. Старушка принимала парнишку любым и он был безумно благодарен ей за это.

 

Поднявшись по скрипящей деревянной лестнице, он зашел к себе в комнату, швырнул в угол комнаты рюкзак и тут же спустился вниз на первый этаж. Юноше было слишком тяжело на душе, ребра ломило от тревоги, в голове все перемешалось до боли и головокружения, хотелось уединиться с самим собой где-то в спокойном, мирном, тихом местечке, где мало кто смог бы потревожить.

 

Всегда, когда Джеру хотелось остаться наедине с собственными мыслями, он шел в одно место, которое считал своим убежищем от всех невзгод и неприятностей. Это было озеро за достаточно густым лесом, который расположился сразу за домом небольшого семейства Уэев. Подросток знал его вдоль и поперек, ведь с самого детства он любил там гулять в любую пору года и при любой погоде. Двадцать минут спокойного шага и ты попадаешь в обитель покоя и красоты, ведь водоем был чистый и прозрачный, как слеза, в нем было видно отражение неба, деревьев. Вечером здесь было особо красиво, вся картина, созданная заходящим солнцем, с неба переходила и на воду, она словно палитра набиралась разных теплых цветов.

 

Замкнув дверной замок, Джерард, все также хромая, направился к своему излюбленному месту, одна мысль о нем его уже успокаивала. Несколько минут спустя за тонкими столбами деревьев уже начинал виднеться живописный вид природы. Вокруг озера в нескольких местах были густые заросли камыша, оттуда же и квакали лягушки. Даже эта своеобразная песня уже стала частью чего-то одного целого. Аккуратно пройдясь по узенькой уже хорошо протоптанной тропинке, парень сел как можно ближе к берегу, дабы воссоединиться со всем, что было вокруг. Окружающая местность уже стала вторым домом для 16-летнего парнишки, а все ее обитатели - второй семьей. Они будто узнавали его, словно он тоже играл важную роль во всей композиции.

 

Кругом тишина. Но в ней кроется загадка. И только проникнувшись ею и став ее частью, можно разгадать главный этот секрет. Это потусторонний мир, и у каждого он свой собственный. Мир, в котором ты можешь соприкоснуться с идеальностью, ощутить ее вкус на кончике языка.

 

Было слегка жарко, Джи снял свою теплую черную кофту, оставшись в длинной белоснежной рубашке. Всматриваясь вдаль, в небо, он слегка улыбался, что говорило о его небольшой детской радости. Внезапно послышался какой-то шорох и чьи-то голоса из леса. Обернувшись, парень увидел, как что-то шевелилось между деревьев, а чуть позже по голосам узнал своих ненавистных одноклассников, это были три парня.

 

Первым из них был Сэм, самый жестокий из всех знакомых Джерарду людей. Он же и подставил ему подножку в классе. Статный парень, предмет обожания всех девчонок школы. Пользующийся неимоверной популярностью, напыщенный ублюдок. Вторым был Луи. Совсем неприметный, похожий на серую мышь, паренек. Только благодаря своему папочке-бизнесмену ему удавалось избегать вечных унижений со стороны класса и учителей. Третьим был Джош. Лучший друг Сэма, хоть и не такой безмозглый. Даже внешне они были похожи: крепкое телосложение, взъерошенные волосы, широкий лоб, пустой взгляд. Эта троица всегда оставалась с незапятнанной репутацией, хотя они и были по уши в грязи. Они были виноваты в практически любой неприятности Джи, но всегда сполна доставалось только ему одному.

 

Компания шла в сторону парня, громко разговаривая и смеявшись. У того уже перехватило дыхание от страха. Повернув голову в сторону воды, он попытался успокоиться, прийти в себя, но чувство тревоги нарастало, не давая сделать ни единого спокойного глотка воздуха. Тем временем троица все больше и больше приближалась к нему, начиная выкрикивать очередные гадости.

 

– Какие люди! Любуешься природой, Уэй? – с иронией в голосе спросил Сэм, смотря на черноволосого, как хищник на свой обед.

 

– Да. Что тебе нужно от меня? – переведя взгляд на Сэмюэля, задал встречный вопрос Джер.

 

– А чего ты сразу так набрасываешься на меня?

 

– Я хочу побыть один. Пожалуйста, оставь меня в покое хотя бы здесь. Уходи.

 

– Что ты сейчас сказал?

 

– Уходи, пожалуйста. Я тебя нормально прошу.

 

– Ану-ка встань, – угрожающим тоном приказал Сэм.

 

Джерард поднялся с земли, оставив кофту на земле, покрытой зеленой травой.

 

– С какой стати я должен уходить? – приблизившись прямо к лицу парня, фыркнул другой.

 

– Что я вам такого сделал? За что вы меня вталкиваете в грязь каждый день? Почему вы просто не можете оставить меня в покое? – повышенным тоном спросил Джи, смотря тому прямо в его гнилую душу.

 

– Ты на кого орешь, тварь? – выкрикнул молодой человек, схватив его за рубашку на груди.

 

– Отпусти меня!

 

Джер пытался вырваться как только мог, но ему было страшно рыпаться, ибо за спиной была вода, любое неверное движение, и можно оказаться промокнувшим до нитки. Впиваясь ногтями в кулаки Сэма, он чувствовал, как внутри все начинает гореть ярким пламенем. Луи и Джош стояли сзади и спокойно наблюдали за происходящим, раз за разом предлагая хорошенько ударить Джи. На их лицах светились злорадные улыбки и виднелось желание поскорее довести того до слез, заставить его страдать и мучиться от любой возможной боли.

 

В истерике Джерард ударил Сэма рукой по лицу, от чего тот, загоревшись как спичка, взбесился и толкнул его в озеро. Раздался крик, во все стороны полетели брызги, от тела парня пошли волны и небольшая пена. Он, тут же поднявшись на локтях и вынырнув, судорожно вдохнул воздух, по подбородку, с прядей черных волос на его голове струями стекала вода, он был полностью мокрым. Будучи в очень холодной воде, еле чувствовались пальцы на руках и ногах, конечности просто не слушались, парень не мог даже подняться.

 

 

– Ну что, мразь, освежился? – фыркнул Сэм, прислоняясь кончиками пальцев к разбитой губе.

 

– Гори в аду! – откашлявшись, скрипящим голосом произнес в ответ Джер.

 

В глазах Сэмюэля вспыхнула ярость, которой прежде никогда не было, таким его взглядом можно было вскрывать глотки всем подряд. Свирепость кипела в его теле, завладевала его и без того затуманенным разумом, лишая рассудка. За одну долю секунды Джи испытал страха больше, чем за всю свою жизнь, он не позволял себе думать о том, что будет дальше, единственное, чего он хотел - это остаться живым, чего бы это не стоило. Сердце выпрыгивало из груди, дрожа от холода и набивая мелодию, за которой невозможно было уследить, пульс было невозможно сосчитать, вся жизнь будто замерла в одной секунде.

 

– Ты доигрался! – прозвучало рычащим голосом на все озеро, после чего черноволосого парнишку начали волочить дальше от берега. – Не стойте, идиоты, помогите мне! – оттаскивая его, выкрикнул Сэм, от чего Луи подскочил, продолжая смотреть на все происходящее со страхом в своих маленьких глазах, а Джош встрепенулся и побежал на помощь своему лучшему другу. Джерард кричал и умолял отпустить его, рыдая в истерике и замечая, что расстояние до дна постепенно увеличивалось. От резких движений его тело начинали хватать судороги, принося ужасные боли, голос уже обрывался, отдавая режущим уши писком.

 

– Ну что, ты все еще хочешь побыть один? – спросил Сэм, с оскалом на лице и рыком в голосе, держа Джи за воротник рубашки. Тот вцепился ему в кулаки и пытался высвободиться и держаться над водой, расплескивая ее во все стороны. – Ты был, есть и будешь один! Отправляйся один на дно, тварь! - прокричал на всю округу парень, опуская Джера под воду. Джош стоял рядом и усмехался, глядя, как несчастная и ни в чем не виновная жертва в последний раз пыталась выкарабкаться с обрыва смерти по одной единственной нити, но и она оборвалась.

 

Каждый раз отчаянно пытаться сделать глоток воздуха и каждый раз терпя неудачу, захлебываясь и чувствуя, как количество попыток уменьшается с каждым разом, достигая своего пика. Пытаясь удержаться за жизнь, не веря, что всему приходит конец и истекают последние ее секунды, высыпаясь из рук как песок. Последним рывком стремясь выбраться наверх, отпуская жизнь в виде огромного пузыря, оставляющего после себя прощальную волну. Хватка ослабевает, глаза закрываются, а на грудь падает невыносимая тяжесть, тянущая на дно.

 

– Ненавижу тебя, – произнес Сэмюэль, продолжая удерживать тело под водой. Отпустив ткань рубашки, он наблюдал, как черноволосый парнишка растворялся в толще воды, которая словно потемнела после всего, что в ней произошло. Озеро, будучи местом, где Джи, казалось, начинал жить, стало его могилой, только вместо тесного гроба ему досталась ни в чем не стесняющая его водная пучина.

 

Молодые люди, выбравшись из водоема, начали выжимать свою одежду.

 

– Что вы наделали, вашу мать? – возмутился Луи, схватившись за голову и безумным взглядом смотря в землю.

 

– Что хотели, то и сделали. А ты будешь молчать, иначе отправишься вслед за Уэем, - пригрозил Джошуа, подойдя к парню.

 

– Он там, где ему место. Мы просто помогли ему туда попасть, – добавил Сэм ироничным тоном.

 

***

 

 

Жизнь. Эта балерина закончила свой последний танец. Эта актриса сыграла свою последнюю роль. Эта певица спела свою последнюю песню. Птица, улетевшая в теплые края, так и не вернувшись домой.

 

 

II

 

I feel you growing closer

I feel you in the air

And I call

I know you hear the voices

I know you're drawing near

And I'm waiting

In This Moment - Her Kiss

 

Ясный день, кругом царит покой. Слышен звук мотора машины, подъезжающей к одному из домов. К дому, в котором никого не было уже около года. Прошел год, как в нем поселилась вечная мертвая тишина, сводящая с ума.

 

Сняв с двери табличку с надписью "продажа" женщина в деловом костюме, с собранными на голове в пучок волосами отворила ее, зайдя внутрь. За ней зашло еще трое людей: женщина и мужчина средних лет и парень подросткового возраста. Он был одет в черную кофту с капюшоном и джинсы, на глаза ему падала прядь черных волос, которая ему, судя по всему, совсем не мешала.

 

– Добро пожаловать в ваш новый дом, Мистер и Миссис Айеро! – произнесла женщина, улыбаясь и что-то заполняя в бланках, которые она держала в руках.

 

– Вполне милый и уютный дом, ни капли не жалею, что мы выбрали именно его, – сказала Линда Айеро, рассматривая все окружающие ее предметы. – Как тебе здесь, Фрэнки? – заботливо она спросила своего сына, поставив два небольших черных чемодана на пол.

 

– Обычный дом, – ответил юноша тихим голосом, переводя взгляд на старую деревянную лестницу, постепенно поднимая его на самый ее верх.

 

– А кто раньше здесь жил? – задал вопрос мужчина, рассматривая .

 

– Год назад здесь жила старушка со своим внуком. Но однажды случилось горе, которое она не смогла пережить.

 

– И что же за горе-то случилось? – с любопытством спросил Фрэнк, приближаясь с первой ступеньке.

 

– Ее внук пропал. Очень депрессивный молодой человек был. Вот сердце старушки и не выдержало, – тяжело выдохнув, ответила женщина, с трудом произнося каждое слово.

 

– Как его звали? – задал очередной вопрос Фрэ, положив руку на перила.

 

– Джерард Артур Уэй.

 

– Красивое имя... Я поднимусь наверх, мне сказали, что моя комната там.

 

– Конечно. Надеюсь, вас эта история не напугала. Дом очень хороший, да и город тихий. Это просто история жизни одних людей. У каждого своя собственная история.

 

Фрэнк поднялся по лестнице так, что под его ногами не затрещала ни одна из досок, сделав пару шагов по небольшому коридорчику, он дернул за дверную ручку и вошел в комнату. Она сразу ему понравилась: черные стены, небольшой комод из дерева, рядом с ним письменный стол, маленькая кровать напротив. В комнатке ему тотчас стало уютно и комфортно. Но большое внимание парня привлекло окно внушительных размеров. Он снял с плеч набитый вещами рюкзак и поставил его у стены, а сам подошел к окну, в котором открывался вид на густой лесок. С головы молодого человека спал капюшон, так что теперь с легкостью можно было разглядеть его прическу. Сама по себе стрижка была короткой, но на глаза ему свисала челка, разделившаяся на две пряди. Всматриваясь в даль, он заметил большое озеро, оно сразу вызвало у него некое любопытство. Задумавшись о своем, его взгляд застыл в том направлении, где находился водоем, но буквально через пару мгновений он заметил чье-то отражение в стекле, от чего сразу же обернулся назад, нахмурив брови и сделав очень серьезное лицо; было видно, что он испугался.

 

– Фрэнки, подойди к нам, пожалуйста, – зазвучало сладким голосом мамы, от чего юноша сразу же направился к лестнице, заперев дверь в комнату, предварительно оглянувшись по сторонам. – Дорогой, Миссис Смит уже уходит, попрощайся с ней, – добавила женщина, как только ее сын спустился.

 

– До свидания. Очень рада, что в нашем городке поселилась такая замечательная семья, - произнесла женщина с натянутой до ушей неискренней улыбкой, была видна наигранность всех ее речей и действий.

 

– Мы тоже очень рады, – сказал Фрэ с ухмылкой на лице, – можно последний вопрос?

 

– Конечно.

 

– Там ведь озеро за лесом, да?

 

– Да. Ходили слухи, что внук старушки покончил с собой, утопившись в нем, хотя доказательств тому практически не было. Просто сплетня.

 

– Ладно, спасибо... До свидания.

 

Миссис открыла дверь и покинула помещение, после чего Фрэнки сразу же направился обратно к себе в комнату.

 

– Дорогой, с тобой все хорошо? – одернув мальчика за рукав, спросила Линда с беспокойством на лице и в голосе.

 

– Да, конечно, все нормально.

 

– Ну вот и славно. Ты ведь у меня хороший мальчик. Все будет хорошо.

 

Через минуту Фрэ уже был в своей комнате. Он подошел к кровати и прилег поперек нее, раскинув руки в стороны и устремив свой взгляд в потолок.

 

– Хороший мальчик... Ну да, конечно. И в чем же я хороший? В том, что вы захотели переехать, но даже не спросили моего мнения об этом? Хороший мальчик из-за того, что веду себя как послушный слуга? Забрать у меня все, а потом называть хорошим из-за того, что я промолчал. Правильно... – произнес он про себя, закрыв глаза.

 

Поднявшись с кровати, парень подошел к окну и, постояв около него несколько секунд и посмотрев вдаль, где было озеро, он рванул из комнаты вниз на первый этаж.

 

– Куда ты собрался? – спросил отец, придя на звуки шороха около входной двери.

 

– Пойду прогуляюсь. Скоро вернусь.

 

Через пять минут Фрэнк уже был в гуще леса. Хоть уже и был конец сентября, погода была достаточно теплой, даже листья еще толком не изменили свой привычный зеленый цвет. Аккуратно шагая между деревьев, дабы не споткнуться, молодой человек внимательно смотрел по сторонам, остерегаясь какой-нибудь ветви.

 

Как только он вышел из леса, перед ним оказалась узенькая дорожка, заросшая травой, видно, что давно здесь никто не ходил... Пройдясь чуть дальше, он уже был на небольшом травянистом холмике, на котором он присел и начал осматривать все вокруг. Кругом было очень красиво, хотя и не на шутку пугающе. Вода в озере была темной, казалось, что на самом верху был тонкий слой из буро-красной воды, нигде не было признаков хотя бы какой-нибудь жизни. Ни пения птиц, ни шелеста травы, ни жужжания насекомых. Замерший мир, хотя, возможно, он просто не может быть таким как прежде, продолжая хранить бездушное молчание о проявлении человеческой жестокости. Единственное, что исходило от этого места – это умерщвляющая тишина, позволяющая уйти глубоко в себя и ни о чем не думать, что несомненно нравилось Фрэнки. Печальный пейзаж без каких-либо украшений, хоть что-то выглядит естественно и не пытается этого скрыть за какой-нибудь дешевой мишурой. Пытаясь сосредоточиться на своих мыслях, парня не покидало чувство присутствия кого-то рядом. И этот кто-то мог быть к нему ближе, чем кто-либо другой.

 

На небе начинали собираться тучи, словно комки ваты, они закрывали собой весь голубой небосвод. Начинал дуть прохладный ветер, все предвещало дождь. Поднимаясь с земли, Фрэ отряхнулся, надел капюшон кофты и направился в сторону дома. Повернувшись спиной к озеру, он почувствовал, что кто-то будто стоит сзади и смотрит, смотрит и хочет что-то сказать. Убедив себя в том, что это все от усталости, он продолжил спокойно идти, хотя его душу не покидала тревога и небольшой страх. Тело начинал окутывать небольшой холод, вызывающий сомнения в своих собственных убеждениях. Обстановка заставляла страх разрастаться внутри, от чего жутко хотелось обернуться назад.

 

– Это все твои тупые галлюцинации, успокойся, там ничего нет, – говорил про себя Фрэнка, быстро дыша и пытаясь как можно быстрее убежать с этого места. Но испуг взял над ним верх, и он обернулся. В воде по пояс стоял парень, полностью намокший, в белой рубашке, прилегающей к телу. Он томно смотрел на мальчишку, стоя на месте и не двигаясь. Капли воды стекали с его волос, текли по лицу; печальное и умоляющее выражение лица, он пытался что-то сказать, он о чем-то просил. Фрэнки застыл на месте и не мог пошевелиться, с ужасом в глазах смотрел на этого человека. Белоснежная кожа, синяки на шее, будто бы кто-то ее сжимал с огромной силой, горестный взгляд, в котором нет ни капли злости или угрозы. Неожиданно юноша приоткрыл рот, будто бы пытаясь что-то сказать, и поднял руку, оставляя на воде дорожку из исчезающих кругов, но Фрэ в испуге умчался в глубину леса, убегая обратно домой. Не замечая за собой ничего, он несся сломя голову, не оглядываясь и не давая себе сделать ни одного нормального вдоха. Ему хотелось как можно скорее попасть туда, где он считал, он сможет оказаться в безопасности, хотя он понимал, что даже в доме ему не будет покоя.

 

 

***

 

 

Все спят, но Фрэнк не может сомкнуть глаз и отправиться в путешествие по горизонтам снов. Чувство чужого присутствия не покидает его, а мысли о том молящем о чем-то взгляде так и не выходят из его головы. За окном льет дождь, тихонько гремит гром. Парень ждет, когда снова придет тот, кто не дает ему покоя. И теперь бежать будет некуда, пришло время говорить.

 

Поднявшись с кровати и облокотившись на спинку, Фрэнки обвил руками согнутые колени и начал смотреть в окно. Капли дождя стучались в него, разбиваясь о стекло и оставляя после себя ничтожные мелкие брызги и мокрые дорожки, похожие на трещины. По всей комнате распространялся тусклый свет небольшого ночника, стоящего на тумбочке возле кровати. Внезапно стал чувствоваться холод, прежний уют рассеялся в воздухе. Фрэ понял, что нежданный гость решил снова навесить его.

 

– Я знаю, что ты здесь. Я ждал тебя, – полушепотом произнес он, смотря в центр комнаты. – Я знаю, ты слышишь меня. Не бойся, – добавил он.

 

– Тогда и ты меня не бойся,– раздалось из уст парня, появившегося из ниоткуда. Фрэнк немного испугался, когда он взялся из воздуха, но тут же взял себя в руки, сделав серьезное лицо.

 

– Кто ты? – неуверенно спросил он, смотря тому в его все те же печальные глаза.

 

– Я всего лишь призрак. Пространственная пустота, это все, что от меня осталось.

 

– К-как тебя зовут? - со страхом продолжал парень, уже не обращая внимания на возможную угрозу его жизни.

 

– Джерард. А тебя Фрэнк, да? Я слышал, так тебя звала мама... – начиная неуверенными шагами подходить все ближе и ближе.

 

– Да... – дрожащим голосом ответил он, дернувшись в сторону, поняв, кто же перед ним стоит.

 

– Не бойся меня, пожалуйста. Я не хочу тебя обидеть, я не сделаю тебе больно, – напряженно сказал Джи жалостливым голоском со слезами на глазах. Теперь, когда парень был совсем близко, можно было хорошо рассмотреть его внешность. Совсем худенький, кожа белая и гладкая, словно из мрамора, зеленые глаза, в которых все еще сверкает добро, как когда-то... Заостренный нос, аккуратные черты лица, будто оно сотворено не человеком, а чем-то более высшим, чем-то божественным. Весь хрупкий, такой красивый и... мертвый. Всю идиллию рушили лишь синяки вокруг шеи, напоминающие отпечатки рук.

 

– Хорошо-хорошо, я тебе верю. Не плачь, пожалуйста, – успокаивающим тоном начал умолять Фрэ, резко положив руки на матрац, – почему ты здесь?

 

– Я не могу уйти. И я не знаю, почему. Та женщина, она сказала тебе, что я убил себя. Я слышал, – продолжал Джер. По его лицу начинали катиться слезы.

 

– Да. Но она сказала, что это просто сплетня.

 

– Это все неправда, я никогда бы и ни за что не убил себя. Никогда... – прикрывая лицо ладонями, чтобы не показывать своего плача, шептал мальчик. Рубашка была слегка длинновата на него в руках, так что рукава на половину прикрывали его ладони.

 

– Ну же, не нужно, не плачь, – подскочив с кровати и подойдя к тому, прижимая его к себе, просил Фрэнки, прямо как маленький ребенок просит не плакать свою маму. Так же неловко, неуверенно, но так искренне, со всеми силами и душой. Казалось, Джерард уже начинал успокаиваться в его руках. Дотронувшись до него, Фрэнк почувствовал еще больший холод, пронизывающий до самого сердца и души, но он не собирался выпускать мальчишку из рук, пока тот не успокоится и не придет в себя.

 

Усадив Джи на кровать, Фрэнк все также утешал его, сидя рядом и смотря прямо на него, прикасаясь к нему своими горячими руками, будто пытаясь согреть.

 

– Ты такой холодный, - произнес он, придерживая того за плечо.

 

– Это единственное, что я чувствую теперь. Мертвые ничего не чувствуют, кроме холода, который окутывает все тело.

 

– Почему у тебя на шее такие большие синяки?

 

– Это мне на память оставил тот, кто пожелал отправить меня в иной мир. Как жаль, что я не могу туда уйти.

 

– Тебя... утопили? В том озере? – неловко спросил Фрэ, выдавливая из себя каждое слово.

 

– Да, – уже спокойным тоном ответил тот, утерев последнюю слезу.

 

– Кто? За что?

 

– Уже неважно, кто. Они это сделали из-за того, что я просто есть. А теперь меня просто нет.

 

– Черт...

 

– Видишь, идет дождь. В тот день, когда они это сделали, тоже шел дождь. Когда я ушел, за мной плакали только небеса. Когда меня не стало, по мне скорбело только то озеро. Я любил туда ходить каждый день, оно было моим вторым домом. Мне показалось, тебе там тоже понравилось.

 

– Да, там очень красиво.

 

– Оно приютило меня, даже когда я умер. Стало моей могилой, хотя я не должен был умирать, я должен был жить. Оно спрятало мое тело, чтобы никто меня не нашел. Хотя это некому-то и было делать. Моя бабушка умерла из-за меня. Я не могу себе этого простить.

 

– Но в чем ты виноват? Здесь нет твоей вины, слышишь?

 

– Я должен был жить ради нее, чтобы показать, что ее старания сделать меня человеком не были напрасны. А она даже не узнала, как я ушел. Она всегда думала, что я никогда ее не брошу, но я разрушил ее надежды.

 

– Это не ты их разрушил. Черт, почему все так...

 

– Бессмысленно жестоко? – дополнил парень другого, переведя на него взгляд свой стеклянный взгляд, – я не знаю. Я ничего не знаю. Уйти – это единственное, чего мне хочется. Но даже этого я сделать не могу. Будучи живым, я мог даже изменить мир. Мертвым я не могу изменить даже самого себя.

 

– Я не знаю, чем тебе помочь... – с огромным трудом промолвил Фрэнк грустным голосом с безнадежностью в взгляде, опустившемся в пол. По его щеке потекла горячая слеза, капнувшая Джеру на руку, которую он держал в своих.

 

– Ты что, плачешь? Из-за м-меня?

 

– Нет, – ответил тот, вытерев на лице мокрую дорожку.

 

– Не нужно. Я могу не появляться, если ты меня попросишь. Ты можешь просто сказать мне уйти и я больше не появлюсь у тебя на глазах.

 

– Нет, останься, пожалуйста.

 

– Я не должен был делать тебе больно. Но ты плачешь из-за меня.

 

– Ты ни в чем не виноват, не думай так о себе.

 

– Ладно. Не буду тебя беспокоить. Когда я тебе буду нужен, просто скажи мое имя. А сейчас ложись спать. Спокойной ночи, Фрэнк, – произнес Джи и как только Фрэнки моргнул, он сразу же так же неожиданно и необъяснимо исчез, как и появился. По комнате прошла прохладная волна, которая в одно мгновение растворилась в воздухе. Укутавшись в одеяло, Фрэ выключил лампу и, прислушавшись к успокаивающему шуму дождя, крепко уснул.

 

III

 

That little kiss you stole

It held my heart and soul

When you touch me I die,

Just a little inside.

This could be love?

Lady Gaga – Venus

 

 

– Как же я хочу тебя поцеловать, – прозвучало в его голове, от чего он скривился и начал плакать еще больше. Он не понимал, что с ним происходит, возможно, это любовь, при чем такая же необычная как тот, к кому она испытывается. Только почему она не может раствориться в воздухе также, как это каждый раз это делает призрак, подобно чистой воды иллюзии?

 

– Это... это ты обо мне? – раздалось его голосом, нарушив гробовую тишину. С ужасом обернувшись назад, Фрэ увидел стоящего у окна Джера, смотрящего вниз широко распахнутыми глазами. – Ты правда этого хочешь?

 

– Как ты это услышал, черт возьми? – поднявшись с кровати и сев на край, свесив ноги, возмутился Фрэнк, утирая слезы.

 

– Эти слова были насквозь пропитаны отчаянием, а отчаяние всегда заявляет о себе слишком громко, – переведя взгляд на парня, ответил Джерард, приближаясь к нему. – Так ты правда хочешь этого?

 

– Да... – неуверенным голосом произнес Фрэнки, на его глазах снова накатывались слезы.

 

– Иногда мечты и желания сбываются в темноте, – промолвил Джи, присев на край кровати рядом с парнишкой и прильнув к его розовым устам своими бледными и ледяными. Еще никогда ребята не были настолько близко друг к другу, но эта близость могла сделать их счастливыми. Ответив на поцелуй, Фрэнк закрыл глаза от удовольствия, а его руки потянулись к телу Джера, обвив его и притягивая к себе. Прикасаясь своими горячими руками к нему, по спине пробегали мурашки и приятная дрожь, внутри все словно покрывалось тонкой корочкой льда, под которым не переставая полыхала радость, разжигаясь от маленького тлеющего огонька до гигантского пламени. Джерард зарылся пальцами руки в его волосы и углубил поцелуй, от чего в сердце Фрэнки поднялся ледяной вихрь, на мгновение парализующий каждую часть тела. С каждой секундой парень замерзал изнутри все больше и больше, но он ни за то не давал себе отстраниться хотя бы на сантиметр, он только все сильнее прижимал к себе Джи, боясь того, что он снова исчезнет, оставив после себя только лишь бурю воспоминаний.

 

– От каждого твоего прикосновения я будто умираю и оживаю вновь и вновь, – прошептал призрак, прервав поцелуй и обняв сидящего рядом со всей силой, что у него была. – Ты заставляешь меня чувствовать, – добавил он, обронив горячую слезу.

 

 

V

Look at me

Rammstein - Donaukinder

На дно

 

I

It's a long way down

When you're alone

There's no air or sound

Down below the surface

I wish that I was stronger

I'd separate the waves

Not just let the water

Take me away

Hurts – Water

 

– Когда же все это закончится? – спросил черноволосый мальчик жалобным голоском. Руки со всей силой сжимают руль велосипеда, глаза блестят от слез, которые беспрерывно стекают по щекам. На них всегда играл легкий румянец, но сейчас все лицо покраснело от постоянных попыток стерпеть следы своей боли и отчаянности. – Сколько мне еще терпеть этих чертовых одноклассников? Что я им сделал? Почему они надо мной постоянно смеются? – пронеслось к него в голове с неким скрипом и треском глубоко внутри. Этот шум заставлял на момент терять контроль над собственным телом, делая его полностью изнеможенным.

 

*Flash Back*

 

 

Сидя за своим рабочим столом, учитель просматривал школьный журнал и думал, кого бы вызвать к доске, проводя пальцем по списку учеников.

 

– Уэй, к доске, – прозвучало хриплым женским голосом на весь класс. Злое выражение лица преподавателя, грубый тон и гнусный взгляд вряд ли кого-нибудь украсили, но эту женщину уже ничто не могло сделать красивой, приятной на вид и в общении. По морщинам на ее лице было видно, что улыбаться ей приходилось не часто. Переведя взгляд на парня, она словно сжигала его, разглядывая мальчишку с ног до головы с ненавистью и презрением.

 

Аккуратно встав из-за парты и закрыв тетрадь, на полях которой виднелись следы карандаша, он с опущенной вниз головой нерешительными шагами направился к доске, пытаясь пройти по классу как можно тише. Он чувствовал, как вслед ему было брошено несколько нелепых смешков и полных унижения взглядов. От неуверенности он схватился за низ кофты, слегка оттягивая ее. Все тело дрожало не от холода, а скорее от испуга неожиданности.

 

– Вот, решай этот пример, – сказала женщина приказательным тоном, протянув Джерарду листок с условием.

 

– Но я не знаю, как это решается, Миссис Линдейд, я проболел все начало темы... – срывающимся голосом произнес мальчик, затаив дыхание от страха того, что ему сейчас будет.

 

– Меня это не волнует! Вместо того, чтобы попытаться самому разобраться, ты сидишь и рисуешь в тетради! Бездельник!

 

– Но я пытался разобра... – начал полушепотом говорить мальчик севшим голосом, но женщина перебила его своим громким до звона в ушах криком.

 

– Ты и по жизни так будешь оправдываться? Что ты пытался? Все. Садись, я тебе ставлю два.

 

– Но... – возразил Джи, нахмурив брови.

 

– Иди дальше рисуй!

 

По всему классу пробежался смех, а на лицах детей появились злорадные улыбки. Джер положил листок на стол Миссис Линдейд и отправился обратно на свое место. Закрыв глаза от бушующей внутри боли, горечи изгнания, тяжести десятков пустых взглядов и миллионов лживых слов, он не увидел, как один из парней подставил ему подножку. Камнем рухнув вниз без единого вскрика, юноша упал на пол, ударившись со всей силой коленом. На весь класс сразу же после глухого грохота разразился звонкий смех каждого из учащихся. Еле поднявшись с пола, все также не произнося ни единого звука, Джерард отряхнулся и, дойдя до своего места, сел и прикрыл лицо ладонями. Просидев так несколько секунд, он незаметным движением пальцев вытер слезы, которые срывались с его глаз, хотя на ресницах остались маленькие, похожие на росу, блестящие капельки.

 

***

 

 

Колено разрывается от ноющей боли, уже нет сил терпеть, чтобы ехать дальше, ведь так чертовски хочется удрать отсюда. К счастью, нужный дом был совсем неподалеку от школы. Остановившись чуть ли не у двери, Джерард, тихо открыл ее ключом и хромающей походкой зашел внутрь.

 

– Бабуль, ты дома? – спросил он так, что это было слышно на весь дом. Парень пытался говорить нормальным голосом, будто все хорошо и ему не пришлось рыдать полдня. Но в ответ последовала лишь тишина. Джи жил с одной бабушкой, но даже не смотря на это, он был достаточно окружен любовью и п







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.229.118.253 (0.062 с.)