Подходит к окну, прячась, смотрит на улицу. Вдруг вздрагивает, отскакивает от окна.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Подходит к окну, прячась, смотрит на улицу. Вдруг вздрагивает, отскакивает от окна.



- Мама?!. Зачем она приходила?.. Мама... "Она" ушла из-за тебя! Я даже не знаю "ее" имени! Зачем ты приходила?! Кто тебя звал! Ушла, ушла, ушла!.. Вот здесь она сидела... Черт возьми, это невозможно, невозможно!.. Никогда, никогда не приходи ко мне! Не смей больше ко мне приходить! Я... я даже не знаю, как ее зовут!.. Где я буду ее искать? Не тро­гай, не трогай меня! Не смей меня успокаивать! Ты не знаешь, что это был за человек... Ты специально это сделала? Я знаю – специально! Ты всегда мне все портила! Ты! Ты нарочно пришла! Знала, знала, что она здесь! Я не люблю тебя! Слышишь? Не люблю! Зачем, зачем ты пришла?! Мама, ты мне жизнь испортила! Я не знаю, для чего я живу! Ты мне жизнь искалечила! Я не хочу, не могу ви­деть тебя! Уходи!

Чайник, наверно, уже выкипел!

 

Выходит, затем заходит с чайником в руках, ставит его на стол, садится на диван.

 

- Ты... мам... мама... ты прости меня, мам... слышишь? Прости. Я не знаю, что это было... я так не думаю. Слышишь?! Простила? Я вот чайник принес. Давай выпьем чаю. Хочешь? А воды хочешь? Простой холодной воды? Мам, ну ладно, ну виноват... правда, я не хотел... главное, я так не думаю... Мама... улыбнись. Посмотри на меня и улыбнись. Вот так! Да здравству­ет улыбка! Ты же мой самый близкий человек. Так что с чаем,

будешь? (Подходит к окну, смотрит. Отвлеченно.) С палочкой ходит... как старушка... Ты стала совсем старенькой, мама. Мама...

(Возвращается на прежнее место.) Ну, как ты поживаешь? Расскажи о себе, о своих друзьях, мне интересно. Ты никогда не будешь одинока, потому что у тебя есть я. Я буду приходить чаще. Два раза в неделю. Не надо тебе ходить за продуктами, я все принесу. Прежде, чем пойти к те­бе, я буду звонить, а ты - говорить, что тебе принести. Да? (Подходит к окну, в закрытое окно.) Я завтра к тебе приду, мама! Обязательно приду! (Вновь возвращается на прежнее место.) Да что о себе рассказывать? Ты обо мне и так все знаешь. Ничего не изменилось за столь короткий срок. Неуже­ли месяц? Мне казалось, что и недели не прошло. Месяц...

Да что со мной может быть? Работаю там же, тем же, за ту же зарплату. Что ты, денег хватает, даже остаются. Мне на­до было спортсменом стать, а то зря бегаю из кабинета в каби­нет. Сам не понимаю, чем занимаюсь. Ей-богу. Ни разу ни в одну бумажку не заглянул. Из одного кабинета взял, быстро в другой перенес, там другую бумажку взял, в следующий пота­щил. Ношусь из кабинета в кабинет, а зачем - не знаю. Быва­ет в командировки посылают - в родственные учреждения на дру­гом конце города, иногда отсылаю бумажки почтой в другие го­рода, пару раз даже за рубеж посылал. Как будто сам слетал. Не знаю, мне нравится, веселая работка. Серьезно. Я себя не представляю на другой работе. Здесь меня все знают, отпуска­ют раньше... А вот и нет, ты ошибаешься, сократить меня не­возможно. Кого угодно из них, половину можно, но не меня. За­чем меня сокращать, чтобы потом другого "меня" искать? Попробуй, найди на такую зарплату. А сами они никогда не будут таскать собственные бумажки. Они могут только сидеть и пи­сать, писать, писать. А потом раздавать задания - это туда, это сюда... Кстати, мне даже премии дают, видимо, за особо быстрые передвижения по кабинетам. Неинтересная эта тема. Какая интересная? Не знаю... ну... ну...

Небольшая пауза.

 

- Ты очень устала, мам? Я не знаю, почему у нас... все как-то... Ох... Слушай, давай пойдем в театр? А в кино? А хо­чешь, я тебе пирог испеку? Почему же у меня не получится? У меня обязательно получится, это будет самый вкусный пирог, какой ты когда-либо ела.

Что? О чем ты говоришь?! Я несчастлив?! Я?! Посмотри на меня внимательней - счастливее меня в мире нет! Нет, ты по­смотри на меня! А! Сильный, здоровый, молодой! Во мне столь­ко энергии! Не веришь?! А вот я возьму тебя на руки и донесу до дома! Что тогда скажешь?! Ну, держись! (Энергично прибли­жается к воображаемой матери.) Ага, поверила, то-то! В здоро­вом теле - здоровый дух! А отсюда - и образ жизни здоровый. Жениться? При чем здесь?.. Женитьба здесь вовсе ни при чем. Вот уж чего мне не надо, так это жениться. Успеется. Уверяю тебя, такой товар не залежится. Впрочем, может быть, и же­нюсь. Конечно, я тебя обязательно с ней познакомлю. Какая... Самая обыкновенная - в меру упитанная, стройная, соломенный цвет волос, красивая... в общем, тебе понравится. Очень добрая. Хотя доброта - это от хозяина. Какой хозяин, такой и пес. То же и с девушками. А станет злиться - ремнем. У меня система воспитания простая - чуть что не так и... Женщина, как известно, уважает силу. Бил. Уже раз сто, если не боль­ше. Поэтому и любит. Вчера... она пришла позже, чем мы дого­варивались, то есть я потерял лишние десять минут. Наказал

очень просто - бил ровно столько, на сколько опоздала. Теперь будет точной - уверен. Сложная это штука - воспитание. Вот когда окончательно ее воспитаю, тогда и женюсь. По-моему, это справедливо. Ты согласна, мам? Мне кажется, она на правиль­ном пути, и скоро, очень скоро она придет к желанному совер­шенству.

Так что все-таки с чаем?.. Посиди еще, мам, мы так редко видимся. Тебя проводить? Хорошо. (Выходящей матери.) Я завтра к тебе приду, обязательно приду. Приду, приду, приду... Н-да... (Подходит к окну, смотрит.) Старушка, совсем старушка...

Бе­рет книгу, садится на подоконник, пытается читать, не получа­ется, бросает книгу на пол.

Наверно, она скоро умрет...

Встает, надевает пальто, хочет выйти, но не выходит, идет к подо­коннику, смотрит в окно.

Парочка дурацкая!.. Что они крутятся здесь все время! Надоели как!.. (В закрытое окно.) Пошли отсюда! Что им тут нужно!.. (Берет со стола цветы, кидает в форточку и сразу ее закрывает.) Это от меня! Подарок к первой брачной ночи от наблюдателя. Цветы к надгробью невинности. Что вы здесь кру­титесь? Не лето ведь, прохладно. Ни к чему это не приведет. Идите, ребята, лучше по домам. А ты, девочка, цветочки возь­ми, они свежие. Ну, давай-давай, пошли отсюда! Идиоты! (Отхо­дит от окна.)

Ну что ж... Мальчики и девочки гуляют, черт бы их брал, а мы посидим дома. Все это скучно и неинтересно.

(Играет.) - Ах, как вы прекрасны!

- Ой, как вы милы!

- Вы просто чудо!

- А вы - прелесть!

- Я вас так, я вас так, я вас так!..

- Что?! Что "так"?!

- Ах, я не могу!

- Нет, говорите, говорите, что "так"?

- Я так, так!..

- Ну!..

- Не могу!

- Какая вы, право!

- Нет, я не такая!

- Тогда говорите!

- Сейчас, сейчас... Я так вас...

- Ну?!

- Ой!..

- Значит, вы, действительно, "такая"!

- Нет-нет, я совсем не "такая"! Я гораздо лучше!

- Не хоти­те говорить, тогда я вам скажу... Вы меня так... вы меня так, так вы меня!..

- Что?! Что - я вас?!

- Вы меня...

- Что?!

- Сами знаете.

- Нет, я не знаю. Ну, скажите, что - я вас?

- Вы меня... Ой!.. Вы... А-а, бог с ним, пошли в постель!

Тьфу! Козлы! Козлы. Ме-ме-е! Бараны! Бе-е! Ослы! Иа-иа! Псы вонючие! Гав-гав! Уроды, ублюдки, твари, скоты, мерзавцы, быдло, суки, падлы, засери, зассыхи, говню­ки! Блевотина - а-а-а! А-а! Ах ты, сволочь! На тебе, на! По­лучи, гад, на еще, на, на!.. Убью! Убью, сволочь! (Кидается на подушку, начинает ее душить.) Задушу! Сдохни, сдохни ско­тина!.. Ну, ну!.. (Бросает подушку.)

Ну и дурак!

- Кто?

- Ты!

- Да, действительно, не умен. Что поделаешь, коли таким родился. (Начинает "валять дурака" - встает на голову, ползает по-пластунски, показывает рожи и т.д..) Не всем же рождаться умными, кто-то должен и... Кстати, чтоб ты знал, сейчас слишком много умных. Понимаешь, дураков должно быть больше, а их меньше, и страдают от этого только умные, потому что на фоне умных - все дураки, а на фоне дура­ков - кто ж не умный. Так что ощущается большой дефицит дура­ков. Жаль, что ты такой умный, впрочем, тебе же хуже. Захочешь поглупеть - приходи.

(Оказывается около торшера.) Ах ты, девочка моя!.. Красоточка! Куда ж ты ушла, глупая? Куда сбежа­ла? От кого, от такого мужчины, как я? Нехорошо, нехорошо, хо­рошая моя, оскорбительно. Вернись, вернись ко мне и никогда не уходи. Поняла? Где же ты? Ау! Видишь, я тебя опять ищу. И хоть без полотенца на глазах, а все равно найти не могу. Куда ж ты подевалась? Слушай, а у меня была мама. Моя мама. Пред­ставляешь, как только ты ушла, пришла мама, а не успела уйти она, как появилась ты. Мне это нравится. То, что меня ни на минуту не оставляют одного. Папа? Почему? Папа у меня тоже есть, но он не приходил. Он вообще редко приходит, так редко, что я не помню, как он выглядит. Мужской голос? Не знаю, не помню... (Смотрит на подушку.) А-а, был тут один. Не знаю кто он, ей-богу. Все время ходит за мной, преследует меня. Он не дает мне жить. Стоит мне остаться одному, и он тут как тут. Я хотел его убить, но... не могу с ним справиться. В тот мо­мент, когда смерть его уже близка, он исчезает, перестает су­ществовать. Ты меня сбила... Ах да, мама... Мама у меня - замечательный человек. Кто? Никто, пенсионерка. А ты кто? То­же никто. Ерунда все это - кто да что. Разве в этом дело? В чем? Ни в чем. В том, что она моя мать. Нет, я не хотел ухо­дить. Очень холодно, поэтому и в пальто. Ты зря так думала. Зачем мне идти к маме, если она только что была у меня? Просто холодно.

Может быть, и надо было побежать, догнать... Не мог. Что-то держало меня. Не могу я! Все меня раздражает! Весь мир раздражает! Я сам себя раздражаю. Люди... Плохой я сын. Просто сволочь какая-то. Горба­того и могила не исправит. Ладно...

Между прочим, мадам, чайник давно вскипел. Прикажете подать? Слушаюсь. (Наливает чай в две чашки.) Сегодня мне на ра­боте кто-то рассказал, по телевизору сообщили, как один му­жик грабанул церковь, как следует грабанул - иконы, всякую утварь, предметы, серебро, золото... Ничего необычного. Только мужик этот оказался верующим, больше того, был крещен именно в этой церкви. Смех, да? Ты верующая? А я - нет. Ни во что не верю. Думаю, и ты не веришь. Думаю, никто не верит. Рели­гия - опиум для народа. Кто сказал? Классик, знать надо.

Я в болтовню верю. В болтовню-в болтовню. Со мной дурак какой-то все время разговаривает. Пойди туда, пойди сюда. Я ему объясняю: не хочу ходить. Ни туда, ни сюда. А он, пойди, говорит, и все. Приходится идти. У тебя нет такого дурака? Он у всех есть. Такой противный. Отвратительный тип. Мне ка­жется, это все из-за него. Из-за них. Он же не один действу­ет. Их там много, целая куча. И все мерзавцы. Один говорит: делай это, другой - делай то, третий - вообще ничего не делай... А первый опять – делай это, другой – делай то... А ты, как последний тупи­ца, то начинаешь одно, то берешься за другое, то вдруг все бросаешь и ни черта не делаешь. Не знаешь таких ребят? А чего тогда ушла? Мама тут ни при чем. Они тебе сказали - уходи - и ты пошла. А маме они велели прийти, она и пришла. Но ни ма­ма, ни ты, ни даже я здесь ни при чем. Бараны. Мы бараны. Что хочешь с нами, то и делай. Баранам бог не нужен.

Я часто спрашиваю себя - зачем я это делаю? Какая разни­ца - что? Все, что угодно. И не могу себе объяснить. Вот скажем, почему я сегодня не пошел на работу? Знаешь? Не знаешь. А я знаю. Неохота. Не-о-хо-та. Думаешь, мне неохота? Им. И я остаюсь дома. Баран. И мозги мне да­ны только для подчинения. И тебе. И президенту Соеди­ненных Штатов Америки. Он такой же баран, как и мы с тобой. Только президент. Делает вид, что... а на са­мом деле... У баранов, чтоб ты знала, мозги бараньи. Так что, как ни старайся, все равно пойдешь куда на­до, при этом будешь считать, что идешь куда хочешь. И считать так будешь по той же самой причине. Пото­му что баран.



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.235.11.178 (0.013 с.)