Финн Маккумайл и Рыцарь Кровавого Топора



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Финн Маккумайл и Рыцарь Кровавого Топора



Однажды Финн отправился в поход. Он подошел к своей лодке на берегу моря, оттолкнул ее от земли на девять лиг{29}, затем запрыгнул в нее и погреб в открытое море.

Пройдя некоторое расстояние, он встретил великана. Тот шел по воде, не доходящей ему до колен. Подняв взгляд, Финн на фоне неба разглядел голову великана.

Великан сделал лишь один шаг в сторону Финна, и тому показалось, что и он, и его лодка вот-вот будут раздавлены ногами ужасного монстра.

– Бедное, маленькое беспомощное создание! Как ты оказался на моем пути? – спросил великан.

Только он собрался схватить лодку и отбросить подальше в сторону, как Финн закричал:

– Так нечестно! Дай мне ступить на твердую землю, и ты увидишь, что будет! Я не боюсь встретиться с тобой на земле, а здесь уж ты не нападай на меня!

– Если это все, что ты хочешь, я могу очень скоро поставить тебя на землю.

И, подняв лодку, как травинку, великан перенес ее на другой берег моря, прямо к своему замку.

– Ну, и что ты теперь будешь делать? – спросил великан.

– Сражаться с тобой! – ответил Финн.

Великан принес боевой топор размером в семь акров, а Финн вытащил свой меч, и началась отчаянная битва.

Финн бросился на великана с мечом, а когда великан замахнулся на него топором, отскочил в сторону. Великан промахнулся, и топор ушел в землю по самую рукоятку. Великан долго пытался вытащить топор, а в это время Финн успел забежать назад и вонзить меч в ногу противника. К тому времени, как великан, наконец, вытащил топор из земли, Финн снова появился перед ним, энергично орудуя мечом, досаждая и раздражая великана. Тот замахнулся топором, но удар снова прошел мимо, и топор опять вонзился в землю. Пока великан вытаскивал топор, Финн снова забежал назад и попытался по ноге и телу великана добраться до его головы и снести ее.

Когда топор врезался в землю в третий раз, Финн оступился и упал прямо между ногами великана, попав под уголок лезвия его топора. Великан сдвинул ноги с таким шумом, что это услышали в Западном мире. Он хотел схватить Финна, но Финн был слишком проворен и, даже тяжело раненный, сумел забраться по спине великана, добраться до его шеи и одним ударом меча снести тому голову. А голова у великана была большая, шириной с луну.

Сражение происходило перед замком великана. Финн был тяжело ранен: лезвие топора прорезало его живот до кишок. Он упал возле великана и беспомощно лежал на земле.

После падения великана из замка вышли двенадцать женщин. Подойдя поближе и увидев его мертвым, они радостно засмеялись; но при виде раненого Финна очень огорчились.

– Вы смеетесь надо мной после всего, что мне пришлось пережить? – спросил Финн.

– Нет. Мы двенадцать королевских дочерей, украденных у наших отцов. Мы видели, как упал великан, и пришли убедиться, что он действительно мертв. Мы очень сочувствуем тебе и жалеем, что тебе так досталось, но мы так обрадовались при виде мертвого великана, что не смогли не рассмеяться!

– Ну, если вы сочувствуете мне и рады, что я убил великана, может быть, вы приведете мою лодку, положите меня в нее и оттолкнете от берега? Волны отнесут меня домой, а там будь что будет, лишь бы в один прекрасный день мои кости оказались на земле Эрина!

Двенадцать женщин осторожно подняли Финна и положили в лодку, а когда наступил прилив, оттолкнули лодку от берега.

Финн, едва живой, лежал на дне лодки. Она плыла, и волны уносили ее все дальше. Лодка качалась на волнах, но вдруг на тело Финна Маккумайла опустился дрозд и принялся клевать его внутренности.

– Я весь день наблюдал за тобой и ждал такой возможности! И вот в конце концов она мне представилась! – прощебетал дрозд и в ту же минуту превратился в маленького человечка, не выше трех футов.

Я был заколдован друидами, и мне было предначертано жить в обличье дрозда до тех пор, пока я не склюну три кусочка жира с внутренностей Финна Маккумайла, – объяснил он. – Я следовал за тобой повсюду, наблюдал, как ты воюешь и охотишься, на море и на суше, но до сегодняшнего дня мне не везло. Теперь мне дан шанс, а также способность вернуть тебе силы и здоровье!

Человечек аккуратно расправил внутренности Финна, натер рану какой-то мазью, и Финн тотчас же исцелился.

У маленького человечка, представившегося Ридире на лан Туром{30} (Рыцарем Кровавого Топора), был небольшой топор, его единственное оружие.

– Я хочу показать тебе нечто странное, то, чего ты никогда не видел в Эрине, – сказал он Финну, когда они плыли. – Мы проплываем мимо страны, где дочь короля сегодня вечером выходит замуж. Мы помешаем церемонии.

– Ну нет, – возразил Финн. – Я бы предпочел вернуться домой.

– Ничего, покаты со мной, тебе ничто не угрожает, – успокоил его маленький человечек. – Это замечательный король, и у него замечательная дочь. Это необычная страна, и я хочу показать ее тебе. Мы им скажем, что ты Финн Маккумайл, правитель Эрина, что потерпели кораблекрушение и просимся на ночлег.

Финн, наконец, согласился и вместе с Рыцарем Кровавого Топора подвел лодку к берегу, сошел на землю и направился к замку короля. Там стоял шум и гам: огромные толпы людей пришли засвидетельствовать свое почтение дочери короля. Никогда раньше в этом королевстве не велось таких приготовлений.

Рыцарь Кровавого Топора постучал в дверь, попросил впустить его и Финна Маккумайла, правителя Эрина, потерпевших кораблекрушение вблизи от этого берега. (Страна располагалась на острове, далеко к северу от Эрина.)

– Посторонние сюда не допускаются, но дальше есть дом. Идите туда, там вас радушно примут, – сказал слуга.

Дом, который им указали, достигал двадцати одной мили в длину, десяти миль в ширину и находился примерно в пяти милях от замка. В нем жили самые странные люди на свете, телохранители короля, питавшиеся ужасной едой – человеческим мясом. Всех чужаков, появлявшихся в королевском замке, отсылали в этот дом, где телохранители разрывали их на куски и съедали.

Эти телохранители, должно быть, хорошо питались; иначе они съели бы всю страну!

С Финном и Рыцарем Кровавого Топора отправился гонец, который из предосторожности не стал близко подходить к этому дому; он издали показал им его и убежал.

Финн с Рыцарем постучали в дверь. Когда они вошли, все присутствующие захохотали, да так, что затряслись все стены.

– Над чем вы так смеетесь? – удивился Рыцарь Кровавого Топора.

– Да над тобой: ты так мал, что нам на один зуб! – ответили они.

Телохранители подперли дверь колышком. Тогда Рыцарь приставил к двери второй колышек.

– Зачем это? – удивились телохранители.

– А чтоб никто из вас не убежал от меня! – ответил Рыцарь Кровавого Топора, схватил в каждую руку двух самых крупных телохранителей и, пользуясь ими вместо дубинок, в момент перебил остальных. Он бегал по всему дому, колошматя ими направо и налево, пока в живых не остались только эти двое.

– Я щажу вас, чтобы вы прибрали дом и приготовили ночлег для правителя Эрина, – приказал он. – Натаскайте тростника и достойно примите Финна Маккумайла!

Откуда ни возьмись появились две корзины тростника, каждая величиной с гору, и по всему полу был расстелен тростниковый ковер толщиной в два фута; затем по команде Рыцаря телохранители принесли кучу торфа и разожгли огонь в большом очаге.

Поздно вечером королевские слуги принесли телохранителям еду и оставили ее возле дома; эти монстры питались дважды в день, утром и вечером. К своему немалому удивлению, слуги увидели возле дома трупы великанов и быстро побежали рассказать эту новость.

Рыцарь Кровавого Топора сел возле огня. Два оставленных в живых охранника пытались поддерживать беседу и быть приветливыми.

– Разве такое общество достойно правителя Эрина? – одернул их Рыцарь.

С этими словами он схватил этих двух, покончил с ними и бросил в кучу возле дома.

– Однако такая еда тебе не подойдет! – заметил Рыцарь Финну. – Пойду раздобуду в замке что-нибудь вкусненькое!

Он побежал в замок, постучал в дверь и попросил лучшей еды.

– Имейте в виду, что вы оказываете прием правителю Эрина! – заметил он.

От голоса маленького человечка слуги задрожали и без задержки выдали ему лучшее, что было в замке. Он отнес еду и поставил перед Финном.

– Но я же забыл про вино! А нам нужно вино, и самое лучшее! – спохватился он.

– Ах, обойдемся и без вина! – возразил Финн, но Рыцарь уже убежал.

Он прибежал в замок и снова стал опустошать запасы. Ему выкатили большой бочонок вина, он водрузил его себе на плечо и, спеша назад, задел бочонком косяк двери и сбил ее.

– Очень плохо, что правитель Эрина спит на тростнике; он должен иметь лучшую постель на земле, – заметил Рыцарь.

– Ах, не беспокойся, лучше спать на тростнике, чем снова бежать в замок, – успокоил его Финн.

Но Рыцарь ничего не хотел слушать; он побежал в замок и там вскричал:

– Дайте мне для Финна Маккумайла, правителя Эрина, лучшую постель в этих краях!

Ему в тот же момент дали постель. Он поспешно вернулся назад и сказал Финну:

– Отдыхай на этой постели. Теперь я помешаю свадьбе принцессы; если захочешь, можешь забрать ее в Эрин.

– Ну, это было бы неправильно! Мне и так хорошо, – ответил Финн, начинавший побаиваться Рыцаря.

– Нет, тебе лучше взять принцессу! – возразил Рыцарь и бросился прочь.

Он снова пришел в замок. Все уже в ужасе глядели на него, не зная, чего он еще потребует. Рыцарь Кровавого Топора подбежал к принцессе.

– Правитель Эрина лучше твоего жениха, – заявил он и, схватив ее за руку, потащил за собой. Никто не посмел даже пошевелиться.

В замке короля воцарились смятение и страх. Принцессу увели, и никто не осмелился встать на ее защиту. Все смертельно боялись, зная, что произошло в доме телохранителей.

– Пойду-ка я посмотрю, что стало с принцессой, – промолвила наконец старая ведьма, одна из фрейлин королевы. – Поднимусь на трубу и загляну вниз.

Ведьма побежала, забралась на самый верх дымовой трубы и просунула в нее голову, чтобы посмотреть, что делается в доме. Труба была широкой, потому что королевские телохранители готовили пищу внизу, на огне огромного очага. От Рыцаря не ускользнули два глаза, глядящие на него.

– А ну-ка убирайся отсюда! – закричал он и метнул в старуху топор, попавший ей в лоб.

Она опрометью бросилась в замок и доложила, что принцессы не видела; а видела только какого-то маленького человечка, сидевшего у огня, и что он запустил в нее топором, застрявшим у нее во лбу.

Днем у Рыцаря с Финном состоялся такой разговор.

– Теперь я бессилен; вся моя сила в топоре, – признался Рыцарь. – Пока он был при мне, я мог сделать все, теперь же не могу ничего! Нам угрожает серьезная опасность; но нас здесь так боятся, что мы еще можем исправить дело. Надень костюм лекаря, возьми травы и пузырьки и прикинься искусным лекарем. Ступай в замок и скажи, что можешь вынуть топор из головы старой ведьмы. Ни одному человеку не удастся это сделать, не убив ее. Она умрет в ту же минуту, как у нее из головы вытащат топор. Подойди к ней, схвати топор, вынь его, и тогда ты обретешь невиданную силу!

– Я великий врач и без труда могу вытащить топор из головы старухи! – придя в замок, заявил Финн.

Его проводили к ведьме, столбом сидевшей в постели; голова ее была так изувечена, что она не могла лечь. Он нащупал в ее голове топор и отослал людей; когда они ушли, схватился за рукоятку и одним ударом разрубил голову старухи надвое.

Прихватив топор, Финн убежал, оставив мертвую старую ведьму. Он бежал без оглядки к Рыцарю Кровавого Топора.

Так Финн Маккумайл стал сильнейшим человеком на земле, а Рыцарь слабейшим.

– Можешь оставить топор себе, – сказал маленький человечек. – Я не буду тебе завидовать, но пойду с тобой, а ты будешь защищать меня.

– Нет, мы не договаривались, что я отберу у тебя топор, хотя понимаю его ценность и чувствую его силу.

Рыцарь обрадовался, получив топор обратно, и они оба отправились в Эрин. Финн оттолкнул лодку на три лиги от берега, они оба одним скачком запрыгнули в нее и плыли до тех пор, пока не увидели берег Эрина.

– Теперь я должен тебя покинуть, – сказал тогда маленький человечек. – Несмотря на нашу дружбу, я не могу ступить на землю Эрина. Но если я когда-нибудь понадоблюсь тебе, лишь посмотри через правое плечо, произнеси мое имя, и я тотчас же предстану перед тобой.

Финн соскочил на берег. Он отсутствовал более года и никто не знал, где он. Все считали его пропавшим. Какова же была радость, когда Финн вернулся домой и рассказал фениям Эрина о своих приключениях.

Гилла на Грекин{31}и Финн Маккумайл

В Дун Кинели за Киллибегсом{32} жил кузнец, и служили у него два молодых человека, которых звали Сеза Макри на Тулах{33} и Лан Даб Максмола{34}.

Когда пришло время, молодые люди расторгли договор с кузнецом и получили с него плату за свой труд. Позавтракав утром, они вместе ушли.

Пройдя некоторое расстояние от дома, они изменили походку и, сделав шаг вперед, делали два шага назад; а когда настал вечер, они не прошли и пяти перчей от дома, где завтракали утром.

– Полагаю, нас что-то держит, – сказал тогда один другому.

– Что же? – спросил первый.

– Мы оба влюблены в Сехайд ни Вананан.

– Это верно, – подтвердил другой. – Мы оба влюблены в служанку кузнеца.

Сказав это, они повернули назад и возвратились к кузнецу. Тот обрадовался их появлению.

– Не особенно радуйся, – сказали они. – Мы вернулись не для того, чтобы искать работу; но мы оба влюблены в Сехайд ни Вананан, и тебе придется нас рассудить.

– Что ж, я могу это сделать, – согласился кузнец. – Мы откроем обе двери кузницы, вы и девушка войдете и встанете посередине. Затем вы оба выйдете, один в одну дверь, другой в другую, и тот, за кем она последует, и получит ее.

Все трое вошли – один вышел в одну дверь кузницы, другой в другую; Сехайд последовала за Ланом Дабом.

– Я охотно уступлю ее тебе; но постой немного, мне надо тебе кое-что сказать, – увидев это, сказал Сеза.

Лан Даб вернулся в кузницу.

– Положи палец на наковальню, – попросил Сеза. Лан Даб положил палец на наковальню. Сеза схватил большой гвоздь, сделанный кузнецом, и молотом ударил по пальцу Лана Даба, прибив его к наковальне.

– Сейчас же отпусти меня, и я уступлю тебе Сехайд, – приказал Сезе Лан Даб. – Но имей в виду, с этих пор, где бы я ни встретил тебя, я нанесу тебе первый удар!

– Договорились, – согласился Сеза.

Он освободил своего товарища, и молодые люди расстались: Лан Даб пошел в одну сторону, а Сеза с Сехайд ни Вананан в другую.

По дороге Сеза скупал кожу в каждом доме, где мог найти, пока ее не накопилось достаточно, чтобы сшить новую одежду, в которой его не узнал бы Лан Даб; дело в том, что он боялся бывшего друга, поскольку тот имел право нанести при встрече первый удар.

Сеза надел кожаную одежду и сменил имя на Гиллу на Грекина (Парень в коже).

Гилла с женой продолжили путь, пока не подошли к продуваемому ветром замку Финна Маккумайла, но, войдя в открытую дверь, не застали никого, кроме женщин.

– Где Финн Маккумайл и его люди? – осведомился Гилла на Грекин.

– Они все на охоте, – ответили женщины.

– А почему дверь открыта настежь и ветер гуляет по дому? – повернувшись к женщинам, спросил Гилла.

– Когда Финн и его люди дома, а ветер задувает в дверь, они выходят, берутся за стены замка и разворачивают его в другую сторону, чтобы ветер не попадал в дом.

Услышав это, Гилла на Грекин вышел, схватился за стены замка и повернул его так, что дверь оказалась защищенной от ветра.

Вечером, возвращаясь с охоты, Финн и фении Эрина увидели, что замок повернут.

– Боюсь, нам не хватит всей дичи, чтобы приготовить ужин незнакомцам, которые пришли к нам сегодня, – заметил Финн своим людям. – Их так много, что они развернули замок.

Войдя в дом, они увидели, что там никого нет, кроме Гиллы на Грекина, и удивились, что он один смог повернуть замок.

– Хочешь иметь слугу? – спросил Гилла Финна.

– Хочу, – ответил Финн.

– Сколько ты мне заплатишь за один год и один день? – спросил Гилла.

– Сколько попросишь, – ответил Финн.

– Много я не попрошу, – сказал Гилла. – Пять фунтов для меня и комнату в замке для моей жены.

– Ты получишь и то и другое, – согласился Финн.

– Теперь я твой слуга, – сказал Гилла.

Первую часть ночи компания провела в приятной беседе, вторую в азартных играх, а третью в коротком сне.

На следующее утро все фении Эрина, как и накануне, отправились на охоту.

– Ты кого-нибудь возьмешь себе в помощь? – спросил Финн Гиллу на Грекина.

– Нет, мне никто не нужен, и позволь мне идти на охоту в одну сторону, а сам со всеми своими людьми иди в другую!

– И где же ты собираешься охотиться? В горных долинах или пойдешь к болотам, где легко утонуть?

– Я предпочитаю охоту на болотах.

Все мужчины покинули замок и отправились на охоту. Финн с фениями Эрина пошел в одну сторону, а Гилла на Грекин в другую. Охота продолжалась весь день.

Когда вечером все вернулись домой, у Гиллы на Грекина было в тысячу раз больше дичи, чем у Финна и всех его людей, вместе взятых.

Увидев это, Финн обрадовался, что приобрел такого хорошего работника, как Гилла на Грекин. Вся компания провела ночь так же, как и накануне – в приятной беседе, азартных играх и недолгом сне.

– Этот Гилла на Грекин разгромит фениев Эрина и убьет тебя и всех нас, если ты каким-нибудь образом не отделаешься от него! – сказал на следующий день Финну Конан Маол, когда они шли на охоту.

– У меня никогда не было такого хорошего работника, а ты хочешь, чтобы я его прогнал! Да и как я прогоню такого человека, даже если попытаюсь?

– Самый лучший способ отделаться от него – это послать к королю Лохлина, чтобы отобрать у того котел изобилия, в котором никогда не переводится еда, да еще в таком количестве, что ею можно накормить весь мир! Пусть он принесет этот котел в твой замок! – посоветовал Конан Маол.

Финн позвал Гиллу на Грекина и сказал:

– Тебе придется пойти вместо меня к королю Лохлина и отобрать у него котел изобилия, в котором никогда не переводится еда, и принести его мне!

– Что ж, поскольку я у тебя на службе, то не могу отказываться выполнять твои задания!

И Гилла ушел. Он преодолевал долины в один шаг и горы в один скачок, пока не оказался у берега моря. Там он нашел две палки, скрестил их, слегка коснулся их рукой, и из двух деревяшек возникла прекрасная лодка.

Гилла на Грекин забрался в лодку, поднял парус и отчалил от берега. По дороге его сопровождали свист угрей в море и крики чаек в воздухе. Наконец он подошел к замку короля в Лохлине. У берега стояли сотни судов, и ему пришлось причалить поодаль; затем он, переходя с судна на судно наконец ступил на землю.

В королевском замке в это время шел большой праздник. Гилла подошел к замку и остановился у двери. Протиснуться внутрь не позволяла толпа зевак, и никто не обращал на него ни малейшего внимания.

– Очень гостеприимный праздник! Вы, воспитанные люди, даже не спросите незнакомца, не голоден ли он, не мучает ли его жажда! – воскликнул он наконец.

– Ты прав, – сказал король, потом повернулся к слугам и приказал: – Подайте незнакомцу котел изобилия, пусть досыта поест!

Распоряжение короля было выполнено, и, как только котел попал в руки Гиллы на Грекина, тот без оглядки побежал к своей лодке, прыгнул в нее и засунул котел в безопасное место.

"Совсем не интересно взять котел и унести его с помощью быстрых ног! Его надо отвоевать!" – стоя на палубе, подумал он.

Гилла повернулся и снова сошел на землю. Все герои, воины Лохлина и все королевское войско были готовы к сражению за чудесный котел, но Гилла на Грекин тоже был готов.

Подойдя к войскам, он пролетел сквозь толпу воинов, как ястреб пролетает сквозь стаю ласточек, по пути собрав кучу голов и гору оружия. Потом прошел в замок, одной рукой поймал короля, другой королеву и, сунув обоих подмышки, вынес из замка и стукнул лбами, да так крепко, что те умерли.

Теперь в замке установились тишина и полный покой. Никого из соперников Гиллы на Грекина не осталось в живых, и он спокойно сел в лодку, поднял парус и на полной скорости помчался к Эрину. По пути до него доносились только фырканье китов, свист угрей, крики чаек и вой ветра. Пристав к заветному берегу, он слегка коснулся лодки рукой, и перед ним оказались лишь котел изобилия и две палки, которые он нашел на берегу моря, собираясь к замку короля Лохлина.

Палки он оставил валяться на берегу, а котел водрузил себе на спину и поспешил в замок Финна Маккумайла.

Финн и все фении Эрина радушно встретили Гиллу на Грекина, а Финн поблагодарил его за выполненную работу.

Первую часть этой ночи они провели в приятной беседе, вторую в азартных играх, а третью в недолгом сне.

На следующее утро все встали и позавтракали из чудесного котла. С этого дня охота для них стала лишь удовольствием, а не средством пропитания. Котел изобилия давал еды больше чем достаточно.

Однажды Конан Маол, прогуливаясь с Финном возле замка, запел старую песню.

– Этот Гилла на Грекин погубит тебя и всех нас, если ты не найдешь какой-нибудь способ убить его.

– И что же ты предлагаешь сделать на этот раз? – спросил Финн.

– Пошли его к королю Прилива и вели принести чашу, которая никогда не иссякает, – сказал Конан Маол.

Финн пошел в замок и позвал Гиллу на Грекина.

– Отправляйся к королю Прилива и принеси мне чашу, которая никогда не иссякает! – приказал он.

Гилла немедленно отправился выполнять распоряжение Финна; он преодолевал долины в один шаг, горы в один прыжок, пока не добрался до берега моря. Там он взял две деревянные палки, скрестил их и превратил в прекрасное большое судно.

Он тотчас же тронулся в путь, слушая фырканье китов, свист угрей и голоса чаек, и не останавливался, пока не бросил якорь возле замка короля Прилива. Там уже стояло множество судов, поэтому он остановился рядом с ними и, шагая с судна на судно, добрался до берега.

В замке короля Прилива в тот день шел грандиозный праздник. Гилла на Грекин подошел к замку, но не смог войти из-за скопления народа вокруг.

– Как дурно вы воспитаны! Даже не спросите незнакомца, не голоден ли он, не мучает ли его жажда! – постояв некоторое время у двери, заметил он.

– Ты прав! – согласился король и, повернувшись к своим людям, распорядился: – Дайте этому незнакомцу чашу, пусть он утолит жажду!

Получив чашу, Гилла сразу же побежал на свое судно и спрятал чашу в трюме.

"Совсем не интересно взять чашу и унести ее с помощью быстрых ног! Ее надо отвоевать!" – стоя на палубе, подумал он.

Он вернулся в замок, а там уже все войско и все герои короля Прилива были готовы сразиться с ним за чашу. Гилла на Грекин пролетел сквозь толпу воинов, как ястреб пролетает сквозь стаю ласточек, по пути собрав кучу голов и гору оружия, а потом вернулся на судно, совершенно забыв о короле и королеве Прилива.

Он поднял паруса, отчалил и вышел в открытое море под свист ветра и крики чаек. Наконец судно пристало к земле Эрина. Гилла вынул чашу, коснулся рукой судна, превратив его в две палки, которые нашел на берегу, и пошел в замок Финна Маккумайла, чтобы отдать чудесную чашу.

– Ты лучший работник, который когда-либо у меня был, и я благодарю тебя и хвалю за труды!

В замке он провели первую часть ночи в приятной беседе, вторую в азартных играх, а третью в недолгом сне.

– Теперь нам нет необходимости каждый день ходить на охоту, – сказал Финн на следующее утро фениям Эрина. – У нас есть котел с самой лучшей едой, который никогда не пустеет, и чаша, из которой можно получить самое лучшее питье, и она никогда не иссякает! Впредь мы будем охотиться только для развлечения!

Однажды Конан Маол прогуливался с Финном и в третий раз предупредил его:

– Если мы не найдем какого-нибудь способа убить Гиллу на Грекина, он уничтожит тебя, меня и всех фениев Эрина.

– Ну, и куда же ты предлагаешь послать его на этот раз? – полюбопытствовал Финн.

– Давай пошлем его в Восточный мир, и пусть он выяснит, почему у Груагача на голове лишь один волос!

– Собирайся в Восточный мир и узнай, почему у Груагача на голове лишь один волос! – приказал Финн Гилле на Грекину.

– До сих пор я не понимал, что ты любыми путями стремишься убить меня, но теперь понял. Но я пока твой слуга и не могу отказываться от работы, какой бы она ни была.

И Гилла на Грекин вышел из замка и отбыл в Восточный мир. Он преодолевал долины одним шагом, горы одним прыжком, озера и моря одним скачком и вскоре оказался в Восточном мире перед домом Груагача.

– Какое дело привело тебя ко мне? Зачем ты пришел в мой дом? – спросил Груагач.

– Я пришел узнать, почему у тебя на голове лишь один волос, – ответил Гилла.

– Садись и сегодня отдохни, а завтра, если ты хороший человек, я тебе расскажу, – сказал Груагач.

Когда настало время ложиться спать, Груагач предложил:

– У меня есть железная борона с зубцами с обеих сторон; иди растянись на этой бороне и спи до утра!

Утром, вскочив на ноги, Груагач побежал поинтересоваться гостем.

– Ты уже встал? – спросил он.

– Встал, – ответил тот.

После завтрака Груагач пошел в другую комнату и принес две железных петли. Одну из них он надел на шею Гилле, а другую себе, и оба начали подтягивать к себе друг друга, резко дергая за петли. Так они дергали до вечера, и никто из них не перетянул, но если кто и был слабее другого, то это был Гилла на Грекин.

"Этот Груагач убьет меня, и моя жена никогда не узнает, что со мной случилось", – подумал он.

Эта мысль придала ему сил, он вскочил и первым же рывком поставил Груагача на колени, вторым согнул в поясе, а третьим уложил на лопатки.

– Право, сейчас мне ничего не стоило бы отрубить тебе голову, но если я не отпущу тебя, тогда я не исполню волю моего хозяина, – сказал Гилла.

– Если ты меня отпустишь, я расскажу тебе, что со мной случилось и почему у меня на голове только один волос, – пообещал Груагач.

Гилла отпустил его, оба сели рядышком, и Груагач начал:

– Я жил здесь, и никто меня не беспокоил, пока однажды в дом не вбежал заяц. Он неимоверно шумел под столом, ругался и оскорблял всю мою семью. Я жил тогда здесь с женой, сыном и дочерью; у нас были две собаки, гончая и коротконогая гончая, и вороной конь. Когда заяц выскочил из-под стола, я погнался за ним, а моя жена, сын, дочь, конь и обе собаки последовали за мной. Когда заяц был на вершине горы, я почти схватил его за задние лапы, но так и не поймал. Ближе к ночи заяц подбежал к стенам огромного замка, а когда он перепрыгивал через нее, я ударил его палкой по задним ногам, но он все же спрыгнул за стену. Из замка выскочила старая ведьма и закричала: "Кто ударил моего любимца?" Я признался, что это моя вина. Тогда она набросилась на меня, и между нами завязалась драка. Мы дрались всю ночь и следующий день до вечера, а потом она развернулась, вытащила жезл друидов, подбежала кмоим сопровождающим, коснулась жезлом моей жены, сына, дочери, собак и коня и превратила их в камни! Затем она снова повернулась ко мне. После отчаянной борьбы с ней у меня на голове остался только один волос, и она, посмотрев на меня, сказала: "На этот раз я тебя отпущу, но прежде, чем ты уйдешь, я щедро тебе заплачу!" Она поймала меня одной рукой, а другой выхватила острый нож и срезала с моей спины от пояса до пят всю кожу вместе с мясом. Потом, взяв грубую, лохматую шкуру козы, пришила ее вместо моих собственных кожи и мяса и отпустила. Я убежал из замка старой ведьмы, но шкура приросла ко мне, и я до сих пор ношу ее.

С этими словами Груагач повернулся к Гилле на Грекину и показал ему козлиную шкуру, вросшую в его тело на месте его собственной кожи и мяса.

– И этот заяц до сих пор прибегает сюда, чтобы оскорблять тебя? – увидев лохматую спину Груагача, спросил Гилла.

– Да, но со времени его первого визита я не съел с этого стола ни кусочка, – ответил Груагач.

– Давай сейчас же сядем за него! – предложил Гилла на Грекин.

Они сели за стол, и очень скоро прибежал заяц, оскорбил Груагача и убежал.

Гилла на Грекин погнался за зайцем, а Груагач за Гиллой.

Гилла бежал со всех ног, и несколько раз заяц чуть не оказывался у него в руках, но ему не удавалось поймать его почти до ночи. Лишь когда тот перепрыгивал через стену, Гилле удалось поймать его за задние лапы и, размахнувшись, ударить о стену. У зайца отлетела голова, и Гилла швырнул ее через стену во двор замка.

В туже минуту из замка выскочила старая ведьма с одним зубом в верхней челюсти, который служил ей костылем.

– Кто убил моего любимца? – вскричала она.

– Я убил его! – признался Гилла на Грекин. Ведьма набросилась на Гиллу, и началась драка. Они дрались всю ночь и весь следующий день. От их борьбы твердые скалы размягчились, и из них засочилась вода. Когда приблизился вечер, вся земля Восточного мира дрожала, и если кто-то из этих двоих ослабел и устал от борьбы, то это был Гилла на Грекин. Увидев это, он подумал: "Разве не жаль, если старая ведьма убьет меня, меня, победившего многих сильных героев?"

При этой мысли он вскочил и схватил ведьму. Первым толчком он поставил ее на колени на землю, вторым согнул в поясе, третьим уложил на лопатки.

– Не убивай меня, я дам тебе волшебный жезл друидов, который храню между кожей и плотью, – взмолилась ведьма.

– Ах ты, жалкая, подлая старуха! После твоей смерти я и сам заберу его и даже не поблагодарю тебя! – ответил Гилла и одним ударом снес ей голову.

Но голова прыгнула на тело ведьмы и попыталась снова занять свое место, однако Гилла схватил ее и держал до тех пор, пока тело не остыло. Затем он вытащил волшебный жезл и отшвырнул тело и голову старой ведьмы в сторону.

– А теперь покажи мне камни, которые когда-то были твоей женой, детьми, собаками и конем, – попросил Гилла подошедшего Груагача.

Груагач отвел его к камням. Гилла прикоснулся к каждому из них жезлом, и жена, сын, дочь, собаки и конь Груагача ожили.

Сделав это, Гилла повернулся к Груагачу, прикоснулся жезлом к козьей шкуре у него на спине, и на ее месте снова появились его кожа и мясо.

Когда все было восстановлено, они отправились в дом Груагача.

– Оставайся у меня, пока не отдохнешь, – предложил Груагач Гилле на Грекину. – Мы поживем здесь один год и один день, а потом я пойду с тобой в замок Финна Маккумайла и расскажу Финну, что со мной случилось и что ты совершил.

– Нет, я не могу отдыхать. Мне нужно тотчас же трогаться в путь! – возразил Гилла на Грекин.

Груагач был так рад, что вся его семья снова с ним, а на спине у него снова человеческая плоть, что последовал за Гиллой в замок Финна Маккумайла в Эрине.

Они преодолевали долины одним шагом, горы одним прыжком и море одним скачком.

Первым их заметил Конан Маол, стоявший возле замка.

– Сюда идут Гилла на Грекин с Груагачем, они уничтожат все, что есть как в замке, так и вокруг него! – прибежав к Финну, сказал он.

– Если это и так, то тебе некого винить, кроме самого себя, – ответил Финн.

– Ладно, тогда я лягу в люльку и надену на голову стальной шлем, – решил Конан Маол.

Конан лег в люльку. Гилла с Груагачем вошли в замок. Груагач сел возле люльки.

– Я пришел сюда с Гиллой на Грекином рассказать тебе обо всем, что случилось со мной, и обо всем, что он совершил, – сказал он Финну и поведал ему, через что им пришлось пройти.

– Сколько лет ребенку, лежащему в люльке? – спросил Груагач, указав рукой на Конана.

– Только три года, – ответила жена Финна. Тогда Груагач сжал пальцами стальной шлем, приняв его за голову ребенка, и давил его, пока сталь не треснула, но ребенок даже не вскрикнул.

– О, да в нем задатки настоящего мужчины! Когда он вырастет, из него получится хороший воин, – заметил Груагач.

На следующий день Груагач покинул замок Финна и вернулся домой к своей семье.

Время службы Гиллы на Грекина, один год и один день, истекло.

Финн вышел умыться в источнике возле замка, и когда он опустил голову, то увидел в источнике духа, который заговорил с ним.

– Ты должен вернуть королю Прилива его чашу, иначе проиграешь ему битву.

Опечаленный этими словами, Финн вернулся в замок.

– Ты, кажется, чем-то расстроен, – заметил Конан Маол.

– Да как же мне не расстраиваться? – промолвил Финн. – Дух из источника сказал, что я должен вернуть чашу королю Прилива, иначе проиграю ему битву. Гилла мне больше не слуга: его время истекло, и я не знаю, как быть.

– Аты все же пойди и поговори с ним, может быть, он согласится оказать тебе эту услугу, – посоветовал Конан Маол.

Финн пошел к Гилле на Грекину и рассказал ему о видении в источнике.

– Мое время истекло, и я больше тебе не слуга, – ответил Гилла. – Но если ты хочешь, чтобы я отнес чашу королю Прилива, понаблюдай ночью в пятницу за моей женой Сехайд ни Вананан; в середине ночи, когда она причесывает волосы, она не может отказать никому ни в одной просьбе. Ты попроси ее отпустить меня с тобой к королю Прилива, чтобы вернуть ему чашу.

Финн внимательно следил за временем и, когда наступила середина ночи пятницы, посмотрел сквозь замочную скважину и увидел Сехайд, расчесывающую волосы. Тогда он обратился к ней с просьбой.

– Отказать я, конечно, не могу, но ты должен пообещать привести Гиллу назад, живого или мертвого.

Финн пообещал.

На следующее утро Финн Маккумайл и Гилла на Грекин, взяв с собой чашу, отправились в замок короля Прилива.

Они шли через Эрин, пока не подошли к берегу моря. Там Гилла взял две деревянные палки, скрестил их и, прикоснувшись к ним кончиками пальцев, превратил в прекрасное судно. Они с Финном зашли на борт, отчалили и плыли до тех пор, пока не бросили якорь рядом с другими кораблями возле замка короля Прилива. Переходя с палубы на палубу, они ступили на землю.

Невдалеке от замка короля они поставили шатер.

– Мы проголодались, пойду-ка я раздобуду какой-нибудь еды, – сказал Финну Гилла и отправился в замок, где попросил еды у короля Прилива.

– Никакой еды ты от меня не получишь! У меня нет еды для бродяг, подобных тебе! Однако в здешних лесах живет дикий бык. Найди его; если сумеешь убить его, у тебя будет что поесть, а если нет, быть тебе голодным! – сказал король Прилива Гилле на Грекину.

Гилла отправился в лес. Увидев приближающегося к нему человека, дикий бык вонзил рога в землю и перебросил через спину целый акр земли, потом вырвал с корнем дуб и, подбросив его чуть ли не до неба, пошел на Гиллу на Грекина. Но Гилла был готов к нападению и, когда бык подошел ближе, поймал его за рога, швырнул на землю, а потом, наступив ногой на один рог, схватил двумя руками другой и разорвал быка надвое от морды до хвоста.

– У нас не в чем сварить мясо! Что ж, придется еще раз сходить к королю! – отнеся тушу быка в шатер и сдирая с него шкуру, сказал Гилла Финну.

Он ушел и постучал в дверь замка.

– Чего тебе еще от меня нужно? – спросил король.

– Дай мне котел, чтобы сварить дикого быка, – ответил Гилла.

– Для тебя у меня нет котла! Вон, во дворе стоит большой котел, в котором готовят пищу для свиней, – сказал король. – Я одолжу его тебе, если ты сможешь его унести!

– С дурной овцы хоть шерсти клок! – пробормотал Гилла на Грекин и вышел во двор на поиски котла.

Наконец он нашел его, взвалил на спину, принес в шатер и, поставив, вспомнил:

– Ну, вот досада! Нам же нечем разжечь огонь, чтобы сварить мясо в котле!

И Гилла в третий раз пошел в замок и постучал в дверь.

– Что тебе нужно на этот раз? – выходя к нему, спросил король.

– Огонь, чтобы сварить быка.

– Ступай в лес и сам добывай дрова или обходись без них. От меня ты дров не получишь, – заявил король Прилива.

Гилла вышел, набрал в лесу много дров и сварил всего быка.

– Теперь мы не пропадем, у нас полно еды, – сказал он Финну.

На следующее утро Гилла на Грекин опять явился в замок и постучал.

– Кто там? – не открывая дверь, спросил король.

– Я не хочу ни говорить с тобой, ни выслушивать вопросы от тебя, но мне нужен завтрак, – ответил Гилла.

– Подожди немного, и ты получишь свой завтрак! – угрожающе произнес король.



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.238.130.97 (0.035 с.)