Общественный строй России XVIII – первой половине XIX столетий.

Главное противоречие в развитии российского общества, родившееся еще в предыдущий век, вытекало из назревавших формационных изменений: на смену феодализму надвигался капитализм. Уже в предыдущий период обнаружился кризис крепостнической системы хозяйства. Теперь он идет с нарастающей силой. Феодализм все больше показывает свою экономическую несостоятельность. При этом кризис феодально-крепостнической системы становится всеобъемлющим, охватывая все важнейшие сферы экономики.

В промышленности крепостная мануфактура не может выдержать конкуренции с капиталистической мануфактурой, с буржуазной организацией производства. Капитализм обеспечивает неизмеримо большую производительность труда и работает с необычайной гибкостью и изворотливостью в сложных условиях, когда ему препятствуют все устои феодализма, прежде всего крепостничество, мешающее привлекать в производство рабочую силу и сужающее внутренний рынок. Победа буржуазного производства обеспечивается применением наемного труда и введением машин. Мануфактура сменяется фабрикой. В данный период начинается промышленный переворот. С 1825 по 1860 гг. число крупных предприятий обрабатывающей промышленности и занятых в ней рабочих возросло втрое.

Наемный труд создавал стимул для повышения производительности заинтересованного в результатах производства работника, а применение машин экономило рабочую силу, столь дефицитную в условиях феодализма, крепостничества. Попытки применения машин в крепостной промышленности наталкиваются на низкий профессиональный уровень крепостного рабочего, а главное, на его нежелание работать, поскольку он заинтересован не в повышении производительности труда, а как раз наоборот - в экономии своего труда, попросту говоря, в том, чтобы работать как можно меньше.

Нарушение закона обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил видно и в сельском хозяйстве.

Дворяне, как и прежде, оставались наиболее привилегированной частью общества.

Правительство стремится сохранить замкнутость дворянского сословия. Доступ в дворянство затрудняется. Теперь, чтобы получить звание потомственного дворянина путем выслуги, нужно было дослужится до четвертого класса, т. е. генеральского чина (раньше до VII чина).

Вместе с тем на социальной структуре российского общества не мог не отразится факт развития рыночных отношений. Вводятся новые категории городских жителей:

1) почетные граждане (потомственные и личные);

2) купцы двух гильдий;

3) цеховые;

4) мещане;

5) рабочие люди.

Основным направлением социальной политики государства являлось создание препятствий для перехода людей из одних сословий в другие. Политика государства в отношении дворян. В 1831 г. было издано новое «Положение о дворянских обществах». В нем были более точно определены функции дворянских собраний, порядок выборов должностных лиц, расширен круг должностей, замещаемых на более высокого имущественного ценза.

В 1845 г. были повышены требования к государственным служащим, претендующим на дворянство. Отныне для приобретения потомственного дворянства офицерам требовалось дослужиться до 8 ранга, а на штатской службе - до 5. Политика государства в отношении духовенства. Первые сословные льготы и привилегии духовенство обрело еще в XVIII в. В первой половине XIX в. этот процесс продолжался:

? с 1801 г. священники, а с 1835 г. их дети были освобождены от телесных наказаний,

? с 1807 г. - от поземельного налога,

? с 1821 г. - от постоя,

? награжденные орденами священники получили право приобрести дворянские права,

? 1849 г. дети священников получили освобождение от обязательного обучения в духовных учебных заведениях. Вместе с тем, в отношении духовенства продолжилась и другая линия - власть стремилась затруднить проникновение в это сословие лиц из других социальных групп и сокращение числа лиц, пользующихся привилегиями духовенства. Так, в 1828 г. Детям священников, не имевшим возможности получить место в церкви, вменялось в обязанность избрать гражданскую или военную службу, а не сделавшим это - записаться в одно из податных сословий.

Политика государства в отношении крестьян. На рубеже XVIII-XIX вв. крестьянство составляло 94,5% населения страны. Из них около 45% являлись государственными (в их число входили крестьяне, принадлежащие императорской фамилии, и посессионные, то есть приписанные к фабрикам и заводам) и около 55% частновладельческими (или помещичьими). И при Александре I, и при Николае I крестьянский вопрос не сходил у правительства с повестки дня. В царствование Александра I, первым на правительственный уровень поднял этот вопрос князь А.Р. Воронцов. Затем последовали проекты адмирала Н.С. Мордвинова, П.А. Зубова. В 1801 г. граф С.П. Румянцев пожелал отпустить на волю 199 крестьян одного из своих имений. Поскольку соответствующего закона не существовало, он обратился к Александру I с просьбой о его создании. В результате в 1803 г. был принят закон «О вольных хлебопашцах». На его основании несколько десятков тысяч крепостных со временем получили свободу. В 1808 г. правительство запретило продавать крепостных на ярмарках, в 1809 г. ссылать их на каторгу. После войны 1812 г. проекты отмены крепостного права выдвинули И. Тургенев,Е.Ф. Канкрин, А.А. Аракчеев. Возникло даже общество по организации отмены крепостного права. Но Александр I считал, что в масштабах страны все должно зависеть от него, а не каких-то обществ. В 1816-1819 гг. он разрешил отменить крепостное право в Остзейском крае (Эстонии и Латвии).

В следующее царствование для обсуждения этого вопроса было создано 10 секретных комитетов. Их участники старались смягчить крепостное право, упорядочить отношения между крестьянами и помещиками. В частности, благодаря работе этих комиссий в 1842 г. помещикам разрешили передавать своим крестьянам земли за определенные повинности, в 1848 г. помещичьи крестьяне получили право покупки земли. Николай I понимал экономическую нецелесообразность и нравственную несовместимость крепостного права с православием. Однако он полагал невозможным для себя лично отменить Жалованную грамоту дворянству 1785 г., в соответствии, с которой земля навечно передавалась дворянам. Низкая эффективность этой работы правительственных комиссий объясняется тем, что помещичьи крестьяне практически не восставали. Против своего положения поднимались или казаки или государственные крестьяне окраинных регионов:

- в 1826 г. волнение охватило 45 тыс. донских казаков;

- в 1843 г. волнение охватило 40 тыс. государственных крестьян Оренбургской губернии. Но и эти волнения не выросли до масштабов опасности для трона и существующего строя. Поэтому разработка законов в отношении государственных крестьян не являлась прямой реакцией на эти волнения. Например, наиболее крупным было волнение на Дону в 1826 г., а реформа управления государственными крестьянами началась в 1837 г. В 1843 г. заволновалась Оренбургская губерния. Это был явный признак неудовлетворенности крестьян закончившейся в 1841 г. реформой. Но правительство считало проблему закрытой и к пересмотру положений реформы не вернулось. Большинство волнений крепостных крестьян не было связано с насилием, а представляло своего рода экономические забастовки. Так, с 1826 г. по 1850 г. произошло 576 волнений. С 1835 г. по 1854 г. было убито 130 помещиков и чуть более двух десятков управляющих, совершено 62 покушения на жизнь тех и других. В сравнении с масштабами преступности конца XX в., русская деревня первой половины XIX в. представляла собой правовой оазис.