В кризисе взрослости требуется серьезное осмысление своей жизни, взвешенная оценка жизненных целей и возможностей.

Как отмечают отечественные психологи, если человек в кризисе взрослости «осознает и оценит реальное положение вещей, с учетом этого наметит новые цели или скорректирует старые, если предпочтет активно действовать, решать проблемы, а не сетовать бесконечно на невезения, коварства жизни, то он вполне благополучно преодолеет этот «перевал» и с новыми планами, с чувством оптимизма вступит в следующий период своей жизни — период зрелости. Самым опасным в период взрослости следует считать состояние застоя, при котором прогрессивного развития личности не происходит. И напротив, разумная и адекватная переоценка ценностей в середине жизни приведет к глубинному обновлению личности, создаст благоприятные предпосылки для успешного «вхождения» в следующий период — период зрелости (40—45 — 55—60 лет), к росту удовлетворенности не только на период зрелости, но и на более поздние годы».

Результатом кризиса средних лет является выработка нового образа Я, переосмысление жизненных целей, внесение изменений во все области привычного существования, приведение личности в со­ответствие с изменившимися условиями жизни. «Происходит нечто вроде «терапии смысла жизни», — отмечает А.В.Толстых, — когда человек, осмысливая уже прожитое, обдумывая предстоящее, оказывается порой способным на самые радикальные шаги. Стали распространенными... серьезные перемены образа жизни соро­калетних людей, вплоть до смены профессии, увлечений, досуга и т.д.».

Э. Эриксон кризис сорока лет связывает с развитием чувства сохранения рода (генеративности), выражающегося главным образом в интересе к следующему поколению и его воспитанию. Благополучное разрешение кризиса приводит к высокой продук­тивности и созидательности в самых разных областях. Если, на­против, эволюция супружеской жизни идет иным путем, она мо­жет застыть в состоянии псевдоблизости (стагнации), что обрека­ет супругов на существование лишь для самих себя с риском ос­кудения межличностных отношений. Супруги тогда начинают потворствовать самим себе, как если бы они были своими собст­венными или друг для друга единственными чадами; и там, где условия этому способствуют, носителем заботы о самом себе становится ранняя инвалидность, физическая или психологическая.

Р. Пекк выделяет четыре подкризиса, разрешение которых служит необходимым условием для развития чувства сохранения рода. Во-первых, человек должен развить у себя уважение к мудрости, сменяющее примат физической храбрости. Во-вторых, важно, чтобы сексуализация социальных отношений уступила место их социализации (что соответственно приводит к ослаблению сексуальных ролей). В-третьих, необходимо противиться аффективному обеднению, связанному со смертью близких людей или с обособлением детей, и сохранять эмоциональную гибкость, способствующую аффективному обогащению в иных формах. Наконец, очень важно, чтобы человек старался сохранить как можно большую душевную гибкость и продолжать поиск новых форм поведения, вместо того чтобы придерживаться старых привычек и пребывать в некоей психической ригидности.

Психолог Б.С. Братусь полагает, что выход из кризиса середины жизни может быть как позитивным, так и негативным. При позитивном варианте человек находит пути дальнейшего самосовершенствования; он достигает соответствия между своими возможностями и мотивами, либо изменяет смысловую сферу в том направлении, в котором будет возможно поступательное развитие личности. Невозможность осознания этой альтернативы приводит к аномальному развитию личности, реактивному преодолению сложившегося противоречия, к появлению разного рода «защитных» мотивов, которые толкают к осуществлению ложнокомпенсаторной деятельности. Смысл этой деятельности сводится к тому, чтобы «законсервировать», оставить прежним внутреннее противоречие и тем самым приспособиться к нему».