АКТИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ СОВРЕМЕННОГО СЛОВОПРОИЗВОДСТВА



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

АКТИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ СОВРЕМЕННОГО СЛОВОПРОИЗВОДСТВА



Е.А. Земская

АКТИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ СОВРЕМЕННОГО СЛОВОПРОИЗВОДСТВА

Как название, как указание на предмет слово является вещью культурно-исторической.

(В.В. Виноградов, 1947)

Специфика современной эпохи в жизни русского общества − свобода от ограничений разного рода, разрушение советских стереотипов мышления, отказ от установлений тоталитарного режима − не может не отразиться в языке. Главное, что отличает современный русский язык − это раскованность, раскрепощенность, пришедшая на смену безликости и стандарту. Иногда эта раскрепощенность порождает язык выразительный, меткий, но порой она приводит к разнузданности, грубости и вульгарности.

же − «язык и современность» − Тема «язык и действительность», и у обычно исследуется на материале лексики. Я обращаюсь к иной, хотя близкой области − словообразованию, ибо эта сфера, используя морфемный инвентарь языка, выполняет заказ общества на создание необходимых для коммуникации наименований.

В одном разделе невозможно описать хоть с какой-то степенью полноты все активные процессы современного словообразования [см. подробнее: Земская 1992]. Для анализа были избраны те участки системы словообразования, в которых обнаруживается воздействие современности на язык, отражаются важные явления и процессы жизни современного общества. Исследовалась активность определенных базовых основ, словообразовательных значений, типов, способов и средств словообразования. Особое внимание было обращено на использование в словообразовательном процессе в качестве базовых (производящих) ос­нов наиболее частотных, социально значимых, так называемых ключевых слов нашего времени. Материалом для наблюдений послужил язык современной периодической печати, радио и телевидения, записи живой разговорной речи (РР). <…>

Имена лиц собственные — базовые основы словопроизводства

Усиление личностного начала − как характерная черта языка нашего времени [см. Панов 1988, 27] − находит специфическое выражение в сфере словопроизводства. В качестве базовых основ в словопроизводство активно вовлекаются собственные имена лиц наших современников. В этом обнаруживается тесная связь языка с современной действительностью. Имена лиц порождают целые серии производных разнообразной семантики и структуры. Шире всего используются фамилии (имена − реже) политических и общественных деятелей, в начале 90-х годов это, прежде всего, Ельцин, немного ранее Горбачев. Естественно, что наиболее употребительны наименования сторонников и противников этих лиц: ельцинист; реже: ельцинец; горбачевец; антиельцинист, антигорбачевец.

Наименования ельцинец, ельцинист, горбачевец часто используются в репликах-самохарактеристиках. Вот записи разговорной речи 1991 г.: Я горбачевец /но не враг Ельцина//: Я ельцинист /это не значит/ что я против Горбачева//.

Возникает естественный вопрос: почему в этих производных используются разные суффиксы? По всей вероятности, это объясняется тем, что к русским фамилиям на -ов заимствованный суффикс -ист не присоединяется. Фамилии на -ин ведут себя иначе. Сегмент -ин фонетически «более интернационален», чем -ов. Поэтому фамилии на -ин легко присоединяют суффикс -ист (ср. пушкинист), но допускают и -ец. Ср. ленинец и сталинист, включающие не только разные суффиксы, но и передающие разные значения.

Высоко активны прилагательные на -ский типа ельцинский, горбачевский.

Самой своей структурой выражают отношение к лицу производные, включающие приставки про- и анти-: проельцинский, антигорбачевский, антиельцинский.

Вовлекаются в словообразование и имена других лиц. <…> Газеты пишут об анпиловцах, жириновцах, руцкистах, баркашовцах, зюгановцах.

Подобные слова редко звучат нейтрально. Они получают, положительную или отрицательную окраску в зависимости от политической ориентации субъекта речи. В.В. Виноградов пишет: «В той, мере, в какой слово содержит в себе указание на предмет, необходимо для понимания языка знать обозначаемые словами предметы, необходимо знать весь круг соответствующей материальной культуры. <...> Одно и то же русское слово как указание на предмет включает в себя разное содержание в речи разных социальных или культурных групп» [Виноградов 1947, 13]. <…>

Характерна для нашего времени высокая активность отвлеченных существительных на -щина, дающих резкую отрицательную оценку свойствам или действиям того лица, которое служит базовой основой. Нейтральное сталинизм вытесняется словом сталинщина; вслед за ним появилось и ленинщина. Социальные причины вызывают активизацию оценочного форманта -щина: брежневщина, рашидовщина, алиевщина и т.п. Некоторые иллюстрации: ... среди них немало активных в прошлом пропагандистов политики партии в незабвенные времена сталинщины-брежневщины. (Пр., 23.09.93). Заголовок в газете: Поп-рок-удар по хасбулатовщине (МК, 20.04.93.). Противники гайдаровских реформ используют оценочное слово гайдаровщина: Гонка цен и зарплаты, гиперинфляция формируют у трудящихся современный облик периода «гайдаровщины»... (Пр., 23.12.93).

По этой модели создаются производные от имен современных писателей (кабаковщина) и литературных героев (шариковщина − от фамилии Шариков, персонаж повести М. Булгакова «Собачье сердце»). <...>

Имена лиц собственные порождают (хотя и менее активно) производные и иной семантики. Это собирательные существительные типа пушкиниана: Плоско увидели продолжение «сталинианы», хотя это было началом «горбачевианы» и «ельцинианы», а точнее, исследованием вечной проблемы «власть как театр» (НГ, 21.02.92). <…>

Характерна для наших времен игра с именами собственными − производство разнообразных окказионализмов: иронич. ельцинолюб, ельцинолюбие, ельцинофобия; заголовок: Горболюбие и борисоборчество в современной Италии (от Борис − имя Ельцина, НГ, 29.06.93); «ельциноголовые» интеллигенты ... (НГ, 22.06.93).

Противники Ельцина называют его сторонников ельциноидами. Так, Е. Гайдар в очерке «Красная осень 93-го» вспоминает: «В машине слушали победные реляции оппозиции: побеждаем, точнее уже победители, никаких компромиссов, никаких нулевых вариантов, пришел последний час ельциноидов...» (Изв., 29.09.94).

Ю. Мориц создала ироническую модификацию фамилии Ельцин, превращая его в китайского мудреца: «отвечал мудрый Ель-цин» (НГ, 12.09.91). <…>

От имен современных деятелей могут создаваться и предметные наименования. Дешевую водку, продаваемую во время правления Андропова, называли андроповкой. Разнообразные денежные выплаты также могут именовать по имени хозяина-распорядителя. Из репортажа о больнице: Да и кто, скажите, пойдет за пятьдесят тысяч <...> судна таскать ...? Спасибо, правительство Москвы добавляет «лужковские» по двадцать тысяч на ставку (Изв., 14.09.94; по имени мэра Москвы Ю. М. Лужкова). <…>

Рост именной префиксации

Рост именной префиксации − характерная особенность современного словообразования[16]. Возрастает активность не только тех приставок, которые были высокопродуктивны ранее, таких, как анти-, супер- и сверх-. Более показательна для современности активизация приставок иной семантики, малопродуктивных в прошлом:

1) Характеристика событий современности требует обозначения временных соотношений между событиями, процессами, явлениями. Обнаруживают продуктивность синонимичные приставки пост- и после-, обозначающие признаки или явления, характерные для времени, наступающего после чего-то (часто это какое-то важное общественное событие, наименование целой эпохи).

Приставка после- порождает только производные прилагательные на основе сочетаний с существительными: после референдума послереферендумный. Приставка пост- также производит преимущественно прилагательные (постперестроечный, посттоталитарный, посткоммунистический, постсоциалистический, постсоветский, постреферендный и постреферендумный).

Значительно реже пост- сочетается с существительными, лишь в тех случаях, когда базовое слово имеет событийное или процессуальное значение (постперестройка, постсталинизм…, посттоталитаризм).

Приведем иллюстрации: отсутствие прямой злободневности, конкретных постперестроечных примет ... (Сег., 08.06.94); Ожидается также издание ряда специальных указов, знаменующих наступление «постваучерной эпохи» (НГ, 01.07.94); Начато создание первой постсоветской границы (згл. Сег., 03.06.94); На перепутье. Одиночество в постколлективистском обществе (згл. ВМ, 01.11.93); Постимперское размягчение воли вопиет против нормативности ... (Сег., 25.11.93); <…>.

Приставка после- используется значительно реже, чем пост-: послепутчевый, послереферендумный, послеавгустовский (имеется в виду время путча − август 1991 г.), послеприватизационная поддержка предприятий (Изв., 03.06.93); послеваучерный этап приватизации (Сег., 09.06.94), послеинфляционные остатки (Сег., 09.09.94).

Приставки пост- и после- могут присоединяться к одним и тем же основам (см. примеры выше). Однако между ними существуют семантико-стилистические различия. Префикс пост- создает слова книжные, нередко термины, они дают более обобщенную характеристику, обозначают значительные временные периоды (тоталитаризм, коммунизм и т.п.), тогда как прилагательные с после- могут обозначать чисто временные отношения и относиться к менее значительным событиям, более коротким отрезкам времени.

Типично такое противопоставление: послепутчевый и посттоталитарный. Кроме того, пост- тяготеет к соединению с иноязычными основами, тогда как после- присоединяется и к русским, и к иноязычным основам. Так, в одной статье находим: послечековая, но постваучерная приватизация (Сег., 20.07.94). <...>

2) Другая активная группа − приставки со значением уничтожения результатов чего-либо, противодействия, отрицания: де-, раз-, контр-, анти-. Актуальность приставок этой семантики во время разрушения устоев старого, отрицания основ эпохи тоталитаризма легко объяснима.

В этой группе, как и ранее, обнаруживает активность приставка анти-, о которой много писали. Она используется и со значением а) отрицания, и со значением б) противодействия. Вот лишь некоторые примеры:

а) антиденьги, антирынок, антипарламент, антигерой, антикумир. Несколько иллюстраций:

Постмодернизм, возникший как антиидеология в искусстве, начинает давать о себе знать как новая жизненная идеология (Сег., 01.02.94); Назвать своих кумиров и антикумиров попросил американский еженедельник «Пипл» (Сег., 05.03.94); Как дупло − зуб, разъедает пустота новые − полые − небоскребы. <...> Бесценный антидом, встроенный в многометровую оправу небоскреба − триумф мотовства над расчетом (Сег., 09.02.94); На месте Гоголя-урода, того, что в конце Пречистенского бульвара, долгое время стоял антиурод − Гоголь работы Николая Андреева. Антиурод был грустен, лиричен ... (Сег., 28.09.94).

Значение отрицания передают, как правило, производные существительные.

б) Значение противодействия выражают и существительные, и прилагательные (чаще): антигорбачевцы, антиельцинцы, антируцкисты: Профессионалы антитеррора нужны прежде всего государству (згл. 30.03.94); Антикоммунисты провели контрдемонстрацию (згл. Сег., 04.05.94).

Антиконституционный, античубайсовский костерок (НГ, 28.08.93); антигорбачевский путч (Сег., 09.06.93); антиперестроечные и антиельцинские статьи (НГ, 08.07.93); антигайдаровский и антирыночный характер [высказываний] (Изв., 22.02.94); антипремьерская коалиция (Изв., 14.04.94); антитарифный поход московского мэра (Сег., 30.03.94); <...>

Однако для конца 80-х – начала 90-х годов особенно характерна заимствованная приставка де-. Она порождает наименования процессов уничтожения того, что составляло сущность прошлого: деполитизация, десоциализация, <...> дебюрократизация, демонополизация, деконфликтизация, деколонизация, детоталитаризация, деидеологизация, деиерархизация, <...>.

Как правило, приставка де- сочетается с именами на -изация. Реже возможно ее сочетание и со словами иной структуры: дерегулирование, деконструкция.

Слова с приставкой де- именуют новейшие явления в жизни нашего общества: закон о департизации Ельцина, деленинизация, десталинизация − борьба с культом Ленина, Сталина, деполитизация армии, демонетизация хозяйства. Подобные производные возникают на русской почве, и нет оснований считать их интернационализмами. Одно из новейших образований с приставкой де-: дедолларизация. <…>

Приставка де- столь активна, что порождает индивидуальные производные от русских основ. Вот броский газетный заголовок: «Даешь дегадюкизацию всей страны!» (КП, 06.08.91). <...>

Приставка контр- также обнаруживает продуктивность, но меньшую, чем де- и анти- Она производит существительные[17] процессуальной семантики, обозначающие нечто, направленное против того, что называет базовая основа: контрреформа, контрконцепция, контраргументы; контрмитинг, контрдемонстрация, контрвыступление, контрлозунги.

Приведем примеры: Состоялась демонстрация оппозиционных групп и контрдемонстрация сторонников президента Гамсахурдиа (Радио Свобода, 16.09.91); Возможна контрмера − постановка на референдуме трех и более проектов ... (АиФ, 1993, №23); ... в организме Диего во время контрэкспертизы найден целый «коктейль» эфедриносодержащих препаратов (Сег., 02.07.94); За полчаса до контрреформ (НГ, 22.06.93).

3) Социальными факторами обусловлена активизация префикса про-, образующего слова со значением 'в пользу, в интересах кого или чего'. Ранее этот префикс обнаруживал ограниченную продуктивность, сочетаясь с прилагательными, произведенными от названий стран или режимов (проамериканский, профашистский). Производные ранее обычно выражали негативную оценку. В наши дни префикс про- используется шире, чем раньше: проинфляционная политика, проправительственная партия. Он сочетается также с прилагательными, производными от имен лиц: проельцинский блок, пропрезидентское большинство.<...>

Можно сказать, что на наших глазах происходит деидеологизация производных с приставкой про-. До эпохи перестройки слова с про- содержали компонент 'негативная идеологическая оценка'. Ср. произраильский, пронатовский, проимпериалистический и др. Негативная оценка в семантике подобных слов совпадала с оценкой официальной, господствующей в обществе, поэтому при толковании таких слов в сло­варях не было необходимости указывать, с чьих позиций дается эта оценка. В тех редчайших случаях, когда приставка про- выступала в словах именующих нечто, положительно оцениваемое официально, толкование получало идеологическую «добавку». Вот какое толкование слова прокоммунистический дает НС-70: «В терминологии антикоммунизма [выделено нами. − Е.3.] − сторонник коммунистов, коммунистических партий, сочувствующий идеям коммунизма». Слова типа прорыночный, проправительственный могут быть употреблены сторонниками разных партий, они лишены идеологической оценки. Так, Е. Гайдар говорит о прорыночных силах (Сег., 17.01.96). <...>

4) Актуальна для эпохи перемен и разрушения старого семантика неистинности, ложности, «ненастоящести». Ее выражает ряд формантов. Это прежде всего приставки псевдо- (греч. − лживый, мнимый) и квази- (лат. – якобы, как будто), которые в ряде случаев сближаются по семантике, так как обозначают нечто ненастоящее[18].Однако это ненастоящесть разная. В семантике этих приставок имеются существенные различия: псевдо- содержит компонент ‘обман, лживость’, тогда как квази- указывает на ненастоящесть иначе; этот префикс содержит компонент 'недоведение до необходимого предела', 'почти'.

Между псевдо- и квази- имеются еще следующие различия: слова с псевдо- содержат субъективную оценку лица, тогда как слова с квази- , характеризуют состояние именуемого объекта. Именно поэтому, вероятно, многие лингвистические термины включают приставку квази-(квазисинонимы, квазиморфы).

Приставка псевдо- гораздо более активна, чем квази-. Она сочетается и с существительными, и с прилагательными.

Псевдо-: псевдоконституция, псевдодемократ…, псевдопарламент, псевдоденьги, псевдорынок, псевдокультура…, псевдоинформационность…, псевдоавиакомпания, псевдогерой; псевдоисторический, псевдодемократический. Типические примеры:

Имена существительные: Ставка на псевдоцентристов − подготовка к смене правительства (згл. Изв., 27.09.94); ... как писал Н. Бердяев, много у нас было и есть всякого «псевдо»: псевдонародности, псевдобуржуазии, псевдореволюции, псевдосоциализма, а теперь еще и псевдодемократии, псевдопатриотизма с убогими фашистскими реквизитами (Изв., 06.10.94); Мы очень плохо жили при советском псевдосоциализме и совсем не умеем при советском же (откуда взяться другому?) псевдокапитализме (ЛГ, 03.08.94)… Имена прилагательные: Это псевдорусский патриотизм, а точнее антирусский (ТВ, «Итоги», 12.09.93); <...>.

Приставка квази- обнаруживает меньшую активность. Она сочетается преимущественно с именами существительными: квазиденьги (РР, 1991), квазиреформа, квазиавторитет, квазирынок. Например: Украинские купоны − это квазиденьги (РР, 1991); Лидеры зарегистрированных в срочном порядке квазипартий получили не только количественную фору ... (Сег., 27.01.94). <…>

Нередки случаи, когда производные с псевдо- и квази- сближаются по значению. Так, в одной и той же статье находим слова квазикоалиция и псевдокоалиция, различие между которыми, на наш взгляд, отсутствует: Создав квазикоалицию, премьер сделал то, чего так пыталось избежать демократическое крыло <...> Новая псевдокоалиция будет сформирована, но жить ей недолго (Сег., 27.01.94). <...>

5) Актуальное для нашего времени значение имеют форманты недо-и полу-. Плохая работа, недоведение дела до конца, полумеры и полурешения способствуют активности названных формантов.

Недо-: недопарламент (НГ, 2310.93)…, недопогрузка, недочеловек, недотеатр; ср. глаголы: недоосвоить, недорассчитать, недовыполнить…;

Полу-: полумеханизация, полуприватизация.

Заимствованные приставки квази- и псевдо- (реже) могут сближаться с русской приставкой недо-: Недопереворот [згл.]. Пока путчисты сидят в «Матросской тишине», их дело живет и побеждает (Изв., 30.10.92); ср. квазипереворот. Ср. в одном контексте производные с недо- и псевдо-: Нерасчлененные комнатами этажи небоскребов начинаются сотами cubicles- этакими недокабинетами без дверей и с недостающими до потолка перегородками. Такой псевдоофис − иллюзорный протез судебной приватности ... (Сег., 22.02.94). На мой взгляд, в этом случае было бы более уместно слово квазиофис.

6) Активен, как и в предшествующие десятилетия [см.: РЯСО, 2], разряд префиксально-суффиксальных прилагательных, обозначающих ‘лишенный чего-либо, какого-либо признака’. Многочисленность подобных слов связана с появлением новых технологий, новых средств, а также новых явлений в политике и в экономике: без- ...-ный, реже: без- ... -овый и др.: безвирусное растениеводство, «бесконтактное» общение, бесшлюзовый канал, безвизовая поездка, бестарное пиво, безлицензионная деятельность.

Примеры: … ОМОН переходит к «бесконтактным» действиям (згл. Сег., 29.04.94); «Инката» намерена участвовать в первых «безрасовых» выборах (згл. Сег., 03.03.94).

7) Обнаруживают активность также производные слова со значением ‘происходящий между чем- или кем-либо’, выражаемым приставками меж- и транс-: межнациональный, межреспубликанский, межрайонный, межфракционные переговоры (Изв., 28.12.93); транспартийный, транснациональный. Ср. заголовок в газете: Транспартийная транснациональная партия ненасилия (АиФ, 1993, №16).

8) К числу наиболее активных относятся производные с приставками супер- и сверх-, обозначающие высокую степень проявления признака, выражаемого базовой основой. Активность подобных слов объясняется разными причинами. Основные − две: а) свойственная современному языку тенденция к выражению повышенной экспрессии, эмоциональности; б) обозначение явлений, связанных с научно-техническим процессом [ср. Бурцева 1987, 15]. Вот примеры.

а) Имена прилагательные: супердорогие билеты…, суперфантастическая прическа; сверхнадежная дверь, сверхценная идея…, сверхмилитаризованная экономика <...>.

Имена существительные: … суперполицейский, суперпрофессионал…, суперпианист…; суперцена; <...>; Суперскандалы для супервыборов (Сег., 19.02.94); Суперсредство против беременности (Сег., 22.09.93).

Иногда, для усиления экспрессивности, приставки объединяются в сложный комплекс сверхсупер-: сверхсуперфестиваль (Сег., 07.09.94).Ср. также: сверхпрофессиональная защита, сверхкорректный прокурор, суперлояльный судья (НГ, 01.09.94).

б) Второе значение выражают прежде всего имена существительные с супер-: супер-ЭВМ, супермазы, супертуннель; Супердвигатель для супер-«Боинга» (згл. Изв., 18.12.93); Супердорога из Москвы в Петербург (згл. 18.11.93); в области спорта: суперлига, суперсборная, суперкубок, суперматч.

9) Среди префиксальных производных можно выделить имена лиц с приставкой со-, обозначающей совместность: сопредседатель, соруководитель, соорганизатор и др. под. Характеризует негативные стороны нашей жизни слово содоносчик. К числу новообразований, отражающих новые стороны богатой современной жизни, можно отнести слово сокруизник − 'спутник в круизах'; ср. более старое шутливое сопляжник.

Наименования предметов

В сфере обозначений предметов (в широком смысле, т.е. не лиц) лидируют универбаты на -ка − наиболее активное средство компрессии в словообразовании. Они используются для свертывания двусловных наименований (имя прилагательное + существительное) в одно слово (тип: пятиэтажный дом пятиэтажка). Универбаты − принадлежность разговорного языка, но в начале 90-х годов они широко употребительны и в языке периодики, и в устной публичной речи. В этом факте обнаруживается общая особенность языка нашего времени: перемещение явлений периферийных, маргинальных в центр системы, что свидетельствует о высокой динамичности системы в функциональном аспекте. <…>

Актуально для нашего времени существительное наличка − наличные деньги (наряду с которым употребляются усечения нал и безнал): <...> коллектив, не получавший наличку несколько месяцев подряд, готов был объявить забастовку ... (Изв., 17.02.93); У меня нет нала/только безнал (РР, 1993).

Машины называют по месту производства «японками», по модели − «шестерками», «девятками». Ср. также: валютка (валютный магазин), рукопашка (рукопашная борьба), «неучтенка» (неучтенные деньги), «наружка» (наружная охрана). Примеры из газет 1993-94 гг.: Ни из Кремля, ни из высотки [высотного здания] на Смоленской площади так и не было дано никаких вразумительных объяснений ... (Изв., 28.09.94); Цвет дюн белый, вот только со снегом напряженка (Сег., 02.09.94); <...> Дышать сложными, душноватыми ветрами Средиземки [Средиземного моря] (Сег., 07.09.94).

Универбаты служат не только средством компрессии речи, но и средством экспрессии. Так, Учредительное собрание пренебрежительно именуется учредиловка (по типу забегаловка, тошниловка).<>

Каскады неузуальных слов

Мы избрали для наименования этого приема слово каскад, так как внутренняя форма этого существительного содержит семантические компоненты 'обилие' и 'водопад' или 'лавина чего-то сыплющегося или льющегося'.

Как прием художественной выразительности включение в текст каскада неузуальных слов чаще всего служит целям создания комического эффекта.

Избрание того или иного конкретного материала определяет, какая именно разновидность комического создается в тексте − ирония, гротеск или легкая шутка.

Каскад неузуальных слов сможет формироваться из единиц:

а) относящихся к одному словообразовательному типу;

б) относящихся к одному способу словообразования − аббревиации;

в) имеющих одну и ту же базовую основу.

Каждое из этих неузуальных слов уже необычностью своей формы обращает на себя особое внимание. Если же необычная форма выражает необычное для словаря данного языка содержание, эффект усиливается (ведь известно, что среди неузуальных слов есть и единицы, несущие новые значения, и единицы, передающие уже имеющиеся в языке словарные значения, у которых нова лишь форма). По образному выражению П. Флоренского, серии окказиональных слов служат «системой угловых зеркал, многократно и разнообразно отражающих» [Флоренский 1990, 180] смысл − один общий или же несколько близких или сопоставляемых смыслов.

Порождение каскада неузуальных слов нередко используется для изображения явлений, важность которых для жизни общества в настоящее время особенно значительна. Приведем некоторые примеры соответственно данному выше подразделению на группы а), б) и в).

а) Тема национальных отношений особенно социально значима в наше время. Повышение чувства национального самосознания активизирует в качестве базовых основ названия национальностей.

Целый каскад саркастических индивидуализмов порождает А. Игнатенко, осмеивая идею национального превосходства, выдвигаемую многими псевдопатриотами: Заниматься «казахизацией», «узбекизацией», «киргизизацией», «туркменизацией», «грузинизацией», «азербайджанизацией» всей общественной жизни, конечно, можно. Если только рассматривать это занятие как единственную задачу национально-государственного <...> возрождения и игнорировать все остальные задачи [НГ, 23.06.94].<…>

б) В период выборов в Верховный Совет России возникло огромное количество аббревиатур − названий предвыборных блоков и партий. Нарочитое нагромождение аббревиатур, в том числе индивидуальных, созданных для данного текста, может использоваться как прием комизма. Ср. заголовок, состоящий из одних аббревиатур (узуальных и окказиональных): ТВ: ДПР, КПР, ЛДПР, ПД «Же Рэ», ОПД «Дэ и Мэ» и т.д. и т.п. [Изв., 02.12.93]. Автор (С. Мостовщиков) раскрывает некоторые свои сокращения в тексте: ПД «Же Рэ» − политическое движение Женщины России, ОПД «Дэ и Мэ» − Общефедеральное политическое движение «Достоинство и Милосердие». Уничижительность эффекта усиливается нарочито безграмотным прочтением букв Рэ (вместо эр) и Мэ (вместо эм).

в) Третий вид каскадирования − порождение слова от одной и той же базовой основы. Естественно, что чаще всего используются слова такой семантики, которая является социально значимой.

В наше время постоянно возникают дебаты о том, превратится ли Россия в страну третьего мира. Рождаются слова «третьемиризация», «третьемирство», прилагательное «третьемирный». Например: «Первый» и третий миры скованы нерасторжимой цепью, но Россия была и осталась «вторым миром». В стадиально-хозяйственном плане далекая от «центра», она имеет мало сходного и с типичными третьемирными странами ... (Сег., 09.04.94); Среди всех нынешних искушений России самыми опасными я полагаю «третьемирство», «собирание земель» и «реинтеграцию союзных пространств» [Сег., 09.04.94].

Нанизывание однокоренных слов может использоваться как шутка. Ср. подзаголовок в газете «Сегодня» (три однокоренных слова − одно из них неузуальное − имя лица): Наивно о наиве и наивщиках [Сег., 03.03.94].

Выводы

1. В современном словопроизводстве обнаруживаются те же черты, которые характерны для современного языка в целом: рост личностного начала, высокая роль оценочных и квантитативных значений, активное перемещение в центральные сферы коммуникации явлений окраинных, периферийных: сниженной лексики разного рода − разговорной, просторечной, жаргонной (особенно активны уголовный и молодежный жаргоны).

2. Свобода от ограничений разного рода, разрушение советских стереотипов мышления способствуют раскрепощенности языка, активизации индивидуального словообразования. Типичнейшая черта современного языка − расцвет неузуального словообразования, распространяющегося не только в языке художественной литературы и разговорной речи (что было свойственно прошлым эпохам), но и в языке газет, любых средств массовой информации, устной публичной речи.

Окказионализмы выполняют в речи и экспрессивную, и номинативную функции.

3. Особую активность в качестве базовых основ словопроизводства обнаруживают так называемые ключевые слова эпохи, т.е. те слова, которые находятся в фокусе социального внимания. В их число входят и имена собственные наших современников, и имена нарицательные.

4. Процессы реальной действительности, требуя новых наименований, активизируют определенные звенья словообразовательной системы языка.

5. Наиболее социально ориентировано отсубстантивное производство существительных.

Для наименования социально значимых процессов также используются существительные, в первую очередь, с формантом -изациj-.

6. Современное словообразование имеет ярко выраженный антропоцентрический характер: значительное место среди новообразований занимают имена лиц; в качестве базовых основ также активно используются имена лиц.

7. Именная префиксация обнаруживает высокую продуктивность. Активизируются те префиксы, которые передают социально и культурологически значимую семантику: временные отношения (пост-, после-), отношения уничтожения, отрицания, противодействия (де-, анти-, контр-, раз-), отношения поддержки (про-), отношения неистинности, ложности (псевдо-, квази-, лже-), отношения интенсификации, высокой степени чего-либо (супер-, сверх-) и нек. др.

8. Аббревиация, возникнув как порождение официально-деловой (канцелярской) и научной сферы речи, вовлекается в фонд экспрессивных средств языка. Подобное функционирование свойственно языку газет и массовой коммуникации, а также живой разговорной речи, жаргонам. При этом ярко обнаруживается связь словообразования с лексикой. Сближение или даже полное совпадение с обычным словом придает аббревиатуре дополнительные коннотации, порождает каламбур, служит средством шутки или иронии, сарказма.

9. Прилагательные составляют второй по численности разряд новообразований. Среди них наиболее активны отсубстантивные относительные прилагательные, употребительные в составе двусловных номинаций. Употребление адъективных новообразований как средства экспрессии менее характерно для современного языка.

10. Глаголы занимают третье место по количеству новообразований. Среди глаголов имеются единицы, используемые и как средства номинации, и как средства экспрессии, и как средства стилистической маркировки речи. В сфере словопроизводства глагола наиболее активна префиксация.

Активность словообразования нашего времени отмечалась исследователями. Можно ли, однако, считать, что обилие новообразований, в том числе окказиональных, свидетельство порчи и даже гибели языка? На мой взгляд, так говорить нет оснований. Русский язык в наши дни живет такой же интенсивной жизнью, как и русское общество. Все механизмы его действуют сверхактивно. Какие из новообразований нашего времени уйдут в небытие, а какие сохранятся, напоминая последующим поколениям об эпохе перестройки и гласности, о событиях 19-21 августа 1991 г. и октября 1993 г., о времени посттоталитаризма, покажет лишь будущее.

Литература

Виноградов В.В. Русский язык. Грамматическое учение о слове. М., 1947.

Воротников Ю.Л. Совок – как зеркало // Russistik, Berlin, 1992, №2.

Голанова Е.И. Об одном типе препозитивных единиц в современном русском языке (на материале имен существительных с префиксами квази-, лже-, псевдо-) // Развитие современного русского языка 1972. Словообразование. Членимость слова. М., 1975.

Елистратов В.С. Словарь московского арго. М.: «Русские словари», 1994.

Зайковская Т.В. Пути пополнения лексического состава современного молодежного жаргона. Канд. дисс. М., 1993.

Земская Е.А. Словообразование как деятельность. М., 1992.

Земская Е.А., Розина Р.И. О словаре современного русского жаргона // Русистика (Russistik), Берлин, 1994, № 1 – 2.

Зенкин С. Культурология префиксов // Новое литературное обозрение, 1995, № 16.

Караулов Ю.Н. Словарь Пушкина и эволюция русской языковой способности. М., 1992.

Котелова Н.З. Банк русских неологизмов // Новые слова и словари новых слов. Л., 1983.

Крысин Л.П. Путч, бунт и др. // Русская речь, 1992, № 2.

Панов М.В. Из наблюдений над стилем сегодняшней периодики // Язык современной публицистики. М., 1988.

РЯСО, 2: Русский язык и советское общество. Словообразование современного русского литературного языка. Под ред. М.В. Панова. М., 1968.

Флоренский П. У водоразделов мысли, т.2. М., 1990.

Хейзинга Й. Homo ludens. М., 1992.

Шмелева Т.В. Ключевые слова текущего момента // Collegium, 1993, № 1, Киев.

(Земская Е.А. Активные процессы современного словопроизводства // Русский язык конца ХХ столетия. − М., 1996. − С.90 – 141)

 

 

Е.А. Земская

АКТИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ СОВРЕМЕННОГО СЛОВОПРОИЗВОДСТВА

Как название, как указание на предмет слово является вещью культурно-исторической.

(В.В. Виноградов, 1947)

Специфика современной эпохи в жизни русского общества − свобода от ограничений разного рода, разрушение советских стереотипов мышления, отказ от установлений тоталитарного режима − не может не отразиться в языке. Главное, что отличает современный русский язык − это раскованность, раскрепощенность, пришедшая на смену безликости и стандарту. Иногда эта раскрепощенность порождает язык выразительный, меткий, но порой она приводит к разнузданности, грубости и вульгарности.

же − «язык и современность» − Тема «язык и действительность», и у обычно исследуется на материале лексики. Я обращаюсь к иной, хотя близкой области − словообразованию, ибо эта сфера, используя морфемный инвентарь языка, выполняет заказ общества на создание необходимых для коммуникации наименований.

В одном разделе невозможно описать хоть с какой-то степенью полноты все активные процессы современного словообразования [см. подробнее: Земская 1992]. Для анализа были избраны те участки системы словообразования, в которых обнаруживается воздействие современности на язык, отражаются важные явления и процессы жизни современного общества. Исследовалась активность определенных базовых основ, словообразовательных значений, типов, способов и средств словообразования. Особое внимание было обращено на использование в словообразовательном процессе в качестве базовых (производящих) ос­нов наиболее частотных, социально значимых, так называемых ключевых слов нашего времени. Материалом для наблюдений послужил язык современной периодической печати, радио и телевидения, записи живой разговорной речи (РР). <…>



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-29; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.239.2.222 (0.016 с.)