ТОП 10:

Амфимиксис эротизмов при эякуляции



Психоанализу досталась задача вытащить из пыльного мрака «запретного шкафа ядовитых веществ» хранившуюся там веками проблему сексуальности. Напомним о закономерном ряде поставленных вопросов. Сначала детский вопрос: как этот ребеночек попадает в маму? Психоанализ до сих пор больше занимался беременностью и деторождением, затем актом совокупления и перверсиями, совсем не выясняя смысл самого полового акта. Должен признаться, что идеи, которые я кратко изложу, более девяти лет хранились в пись менном столе, что было обусловлено не только деловыми причинами, а в основном сопротивлением им. Исходной позицией моих рассуждений по этому предмету являются некоторые психоаналитические наблюдения мужчин-импотентов. Вроде бы многообещающая заявка. Известны попытки объяснить нарушения физиологических и психологических функций в результате патологических искажений. Так, Абрахам, особенно активный исследователь так называемой «догенитальной организации», объясняет преждевременный выброс семени (эякуляцию) чрезмерной связью генитальности с уретральной эротикой. Страдающие этим больные относятся к своему семени беспечно, как будто это моча, т.е. никчемное выделение организма. Я установил множество противоположных примеров, когда больные излишне экономичны в отношении семени, а некоторые настолько, что страдают импотенцией от неспособности излить семя при нормальной эрекции и введении.

В неосознанных (частично сознательных) представлениях пациентов существенное место занимало приравнивание акта совокупления с опорожнением (вагины — с чашей унитаза, семени — с экскрементами и т.д.). Нередко больные переносили на акт совокупления характерное для детей упрямство, с которым они протестуют против насильственного культурного процесса опорожнения. Эти люди могут стать импотентами, когда женщина требует сношения, или имеют эрекцию, только когда выполнение акта по каким-то причинам запрещено или недопустимо (например, при менструациях); проявляют приступы ненависти и ярости, если женщина какой-то малостью нарушает их самоволие. Можно предположить, что у таких больных проявляется психическое смешение анального акта и совокупления, какое установил Абрахам при эякуляции по отношению к уретрали. Итак, можно предположить наличие особой анальной техники мужской импотенции.

Я пришел к выводу, что нарушения при испражнениях влияют на не слишком выраженные нарушения акта совокупления. У многих мужчин перед коитусом проявляется сильная нужда в отправлении стула. Установлено, что вследствие аналитического устранения психических торможений сексуальности могут быть сняты тяжелые расстройства кишечника. Известны факты сильных запоров вследствие чрезмерной мастурбации и выброса семени. Отмечу также небезынтересный факт, что не жалеющие затрат мужчины становятся мелочными и даже скаредными, когда надо выдать какую-то сумму жене. Чтобы исключить недоразумения, отмечу также, что при психоаналитическом лечении анальной и уретральной импотенции в качестве психических предпосылок следует учитывать все неврозы переноса и связанных с ними комплексов кастрации и Эдипа.

Упомянутое разделение импотенции на анальную и уретральную появилось в моих рассуждениях о проявлениях симптомов, вызванных психической мотивацией, как отвлеченное дополнение. Подчеркну также, что оба механизма импотенции нельзя анализировать отдельно. Согласно опытным данным, «уретральный» больной в ходе анализа приобретает способность эрекции и введения при временной потере эякуляции. У таких больных в ходе лечения возможен переход от начальной уретральности к анальности. Следствием является показная сверхпотенция, дающая удовлетворение только женщине. Лишь продолжение и завершение лечения приводит к выравниванию обоих противоположных видов иннервации и, наконец, к нормализованной потенции. Эти наблюдения обусловили мое предположение, что при нормальном процессе эякуляции желательно и необходимо взаимопроникновение анальной и уретральной иннервации. Простое рассуждение относительно вида половой активности — от введения пениса до эякуляции — по-видимому, подтверждает наше предположение. Заключительный акт совокупления — выброс семени (спермы) — несомненно, уретральный процесс, поскольку общими являются моче- и спермовыводящий каналы, а также выбрызг жидкости под давлением. Однако во время трения возникают торможения, по-видимому, в результате влияния сфинктера. Чрезмерное преобладание этого влияния может вызвать полное прекращение эякуляции. Во время процесса трения происходит яростная борьба между тенденциями выброса и торможения, завершающаяся победой уретральности. Это двойное направление иннервации наблюдается также в процессе трения. Вызванное длительным трением раздражение может наконец преодолеть судорогу сфинктера. Это запутывает картину взаимодействия и обусловливает ряд иннерваций, в их числе преждевременное или же задержанное извержение спермы. Напрашивается сравнение этого явления с нарушением речи — заиканием. В этом случае нормальный поток речи регулируется координированной иннервацией, обеспечивающей появление гласных и согласных звуков. Если же временами речь осложняется несдержанной вокализацией (гласные) или судорогой консонант (согласные), то специалисты считают такие проявления заиканием разных видов. Нетрудно догадаться, что я сравниваю уретральность с иннервацией, необходимой для создания звуков, а их нарушение шумом согласных (что напоминает действие сфинктеров) — с анальным торможением. Данное сравнение не случайно. Оно указывает на глубокую сущностную близость болезненных явлений. Упомянутые нарушения иннервации у заик, по данным психоанализа, коренятся в анально-эротических и уретрально-эротических тенденциях. Короче, патофизиологический механизм нарушения эякуляции я отношу к виду генитального заикания.

Подчеркнем также эмбриологический факт, что пенис, опорожняющий сперму, исходно объединяет обе указанные выше тенденции, согласно же биологическому развитию является приростом кишки (у низших млекопитающих — из урогенитальной клоаки).

После этого физиологического экскурса попытаемся связать наши вполне обоснованные психоаналитические данные с сексуальной теорией Фрейда, вершиной которого являются «Три очерка».

Согласно Фрейду, ранний аутоэротизм (возбуждение эрогенных зон) и предварительные виды сексуальности уступают место примату генитальной зоны, причем преодоленный эротизм сохраняется в виде подготовительных механизмов. Но вполне оправдан вопрос: возможно ли на основе разделения акта эякуляции на основные части попытаться хотя бы частично уловить тонкий процесс становления примата гениталий? И представить себе сексуальную теорию как координированное объединение анальных и уретральных эротизмов в единый генитальный эротизм? Возможность такого объединения я обозначил специальным термином—амфимиксис эротизмов, или отдельных инстинктов. Однако уже этот первый шаг на пути к психоаналитической генитальной теории наталкивается на трудности и сомнения. Первая трудность состоит в том, что физиология не вооружила нас средствами, позволяющими определить возможность возникновения амфимиксиса. Действительно ли происходит перенос видов иннерваций с одного органа на другой или даже с двух на третий? Признаемся в нашем глубоком незнании, однако эта трудность не должна останавливать нашу попытку. Даже без оптимального раскрытия физиологической стороны процесса моя концепция вполне оправдана с позиции психоанализа. Ведь вся сексуальная теория Фрейда психоаналитична, а биологические доказательства ее вероятности — последующая задача физиологов.

Более серьезны метапсихологические возражения, исходящие из лагеря психоаналитики. Мета-психология работает пока только с ипостасью механизмов, т.е. с их энергетической базой. При этом рассматривалась только масса энергии, но не ее качество. Мы представляли себе психику как множество механизмов, работающих с одной энергией, которая может быть перемещена с одной системы на другую, но без изменения качества. О качественном различии энергий, что требует теория амфимиксиса, вообще не было речи. В практике психоанализа мы используем эти нечетко выраженные представления. Прежде всего — психоаналитичекое понимание феноменов истерической конверсии и материализации. Так, мы рассматривали таковые как «гетеротопную функцию гениталий», т.е. регрессивную генитализацию более старых эротизмов. Иными словами, определяли типично генитальные эротизмы (эрекция, трение, эякуляция) как перемещения от гениталий на другие «безобидные» части тела. Это «перемещение от низа вверх», вероятно, не что иное как «переворачивание» амфимикситического «стремления» эротизмов вниз, к гениталиям, играющим, согласно нашей теории, главенствующую роль. Итак, нет нужды далее рассматривать метапсихологические наскоки на теорию амфимиксиса. Наоборот, простота этой теории наводит на мысль о возможности существования множества форм энергии. Так мы и делаем непроизвольно, поскольку представляем себе психические механизмы в овладении то Я, то сексуальных тенденций.

Мы отвергаем обвинение в непоследовательности, работая с перемещаемыми, но взаимодействующими эротизмами, сохраняющими свое индивидуальное качество. Предстоит разрешить вопрос о возможном усилении уретрально-анального амфимиксиса другими видами эротизмов; предстоит также понять, есть ли указания на другие детали смещения в процессе совокупления; наконец установить общее соответствие с Фрейдовой теорией сексуальности.

Фактически, еще до формирования примата гениталий, существует противоречие между уретральным и анальным аутоэротизмом. У ребенка есть склонность при мочеиспускании, при задержке стула получать дополнительное удовольствие, но потом отказываться от него, гарантируя себе любовь воспитательницы. Откуда у ребенка возникает желание следовать указаниям матери или няни, преодолевая расточительство мочи и скупость стула? Я полагаю, что на деятельность уретральных органов существенно влияют анальные, и наоборот, на анальные воздействуют уретральные. Речь идет о взаимодействии прямой кишки и мочевого пузыря. Говоря научным языком, происходит амфимиксис двух эротизмов, когда каждый из них получает импульс от другого. Если это так, то распределение импульсов эротизмов имеет огромное значение не только для формирования генитальной нормальности, но, особенно, для становления характеров, которые, по Фрейду, являются психической надстройкой и психической перестройкой этих эротизмов.

Независимо от сказанного догенитальный амфимиксис существенно облегчает понимание уретро-анального амфимиксиса в акте совокупления. Гениталии уже не становятся единственным незаменимым жезлом волшебника, к которому устремляются эротизмы от всех органов тела. И генитальный амфимиксис считался бы лишь специальным ответвлением от множества других. На этой основе, например, можно понять силу культурного воспитания и его влияние на отказ от перверсии и других видов проявления похоти. Безусловно, можно подтвердить наличие ряда других видов смешения и переноса эротизмов. Одно только наблюдение за поведением детей дает бесчисленные доказательства: повторением детского энуреза можно считать расточительный выброс спермы при онанизме, а ипохондрические явления, влекущие к прекращению онанизма, имеют явные анальные признаки. Дети любят объединять в один акт разные виды «приятных» им действий, особенно радость еды с опорожнением стула. Отмечено, что даже младенцы при укачивании соединяют это удовольствие с прикосновениями к различным частям тела (пальчики, мочка уха, гениталии). В ряде случаев мы можем говорить об оральных, анальных и кожных эротизмах. Хорошо известные извращения обычно проявляются суммой эротизмов. Наиболее характерно удовлетворение акта при виде испражняющихся, нюханий экскрементов и даже их еды. Мне удалось установить психическую мотивацию такого смещения у ряда больных. Так, один анально-импотентный пациент при каждом стуле ощущал явление депрессии, скудость фантазий, что во время обеда сменялось невероятной манией величия. Этот случай демонстрирует характерное объединение анальной и оральной эротики.

Примерами смещения эротических качеств, безусловно, являются отмеченное Фрейдом перемещение эротики женского клитора на вагину, эрекции — на соски, а также склонность к покраснению при генитальном возбуждении девушки. Равным образом смещение эротических инстинктов типично при возбуждении одного органа чувств, сопровождаемом другими эмоциональными возбуждениями (цвет, звук, аромат). Указанные наблюдения укрепили меня в выводе о том, что акт эякуляции по сути — акт уретро-анального амфимиксиса. Далее с этой позиции я изложу трактовку всего акта совокупления.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-25; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.179.0 (0.008 с.)