Глава XII, ТРОСТЬ ФРЕДЕРИКА ЛАРСАНА



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Глава XII, ТРОСТЬ ФРЕДЕРИКА ЛАРСАНА



 

Я собирался покинуть замок не раньше шести часов вечера, намереваясь взять с собой статью, которую мой друг писал наспех в маленькой гостиной, предоставленной в наше распоряжение г-ном Робером Дарзаком. Репортер должен был ночевать в замке, пользуясь совершенно необъяснимым гостеприимством г-на Робера Дарзака, на которого г-н Станжерсон переложил в эти тяжкие минуты все домашние хлопоты. И тем не менее мой друг во что бы то ни стало хотел проводить меня на вокзал в Эпине. Когда мы шли парком, он сказал мне:

– Фредерик Ларсан и в самом деле очень силен и полностью заслужил свою репутацию. Знаете, как ему удалось отыскать башмаки папаши Жака? Возле того места, где мы заметили «элегантные» следы и исчезновение отпечатков грубых башмаков, прямоугольная вмятина в рыхлой земле говорила о том, что там недавно лежал камень. Ларсан стал искать этот камень, но так и не нашел и сразу же сообразил, что убийца воспользовался им для того, чтобы утопить на дне пруда башмаки, от которых хотел избавиться. Расчет Фреда оказался правильным, и его поиски увенчались успехом. Я это упустил; правда, мысли мои к тому времени уже были заняты другим, ибо чрезмерное количество ложных следов, оставленных убийцей , а также размер черных отпечатков, соответствующих размеру ноги папаши Жака, – а это мне удалось проверить незаметно для него на полу в Желтой комнате, – все это убеждало меня в том, что убийца хотел навлечь подозрение на старого слугу. Потому-то, если помните, я и сказал ему, что раз в этой роковой комнате найден берет, он непременно должен быть похожим на его собственный, и описал носовой платок, в точности такой же, каким, я видел, пользовался он. В этом мы с Ларсаном полностью согласны, но дальше расходимся во взглядах, и ЭТО, ВЕРНО, БУДЕТ УЖАСНО, так как он от чистого сердца собирается совершить ошибку – и мне придется вести борьбу с ним, но какими средствами?

Меня поразил крайне серьезный тон моего юного друга, когда он произносил эти последние слова.

А он еще раз повторил:

– ДА, УЖАСНО, УЖАСНО!.. Только разве и в самом деле нет никаких средств для борьбы, если есть идея?

В этот момент мы проходили мимо замка с задней его стороны. Близилась ночь. Одно окно на втором этаже было приоткрыто. Оттуда струился слабый свет и доносились неясные звуки, которые привлекли наше внимание. Мы подошли поближе и спрятались в дверном проеме, находившемся как раз под самым окном. Рультабий тихо сказал мне, что это окно спальни мадемуазель Станжерсон. Звуки, которые привлекли наше внимание, смолкли, но вскоре снова возобновились. То были приглушенные стоны, жалобные вздохи… Нам удалось разобрать только три слова: «Мой бедный Робер!» Положив руку на мое плечо, Рультабий прошептал мне на ухо:

– Если бы можно было узнать, что говорится сейчас в этой комнате, мое расследование очень скоро подошло бы к концу…

Он огляделся вокруг. Нас окутывал вечерний сумрак, мы не видели ничего, кроме узкой лужайки, простиравшейся за замком, которую окаймляли деревья. Вздохи опять смолкли.

– Раз ничего нельзя услышать, – продолжал Рультабий, – надо попытаться по крайней мере увидеть…

И он потащил меня куда-то, делая знаки, чтобы я шагал как можно тише. Пройдя лужайку, мы очутились у светлого ствола мощной березы, белая вершина которой терялась где-то во мраке. Береза эта росла как раз напротив интересовавшего нас окна, и ее нижние ветки были примерно на уровне второго этажа замка. Взобравшись на эти ветки, наверняка можно было увидеть то, что происходило в спальне мадемуазель Станжерсон; на это и надеялся Рультабий, ибо, наказав мне стоять тихо, он обхватил ствол своими крепкими молодыми руками и стал карабкаться вверх. Вскоре он исчез в ветвях и наступила полнейшая тишина.

Там, напротив меня, полуоткрытое окно было по-прежнему освещено. На светлом фоне я не видел ни одной тени. Дерево надо мной безмолвствовало, я ждал, и вдруг до слуха моего донеслись такие слова:

– После вас!..

– Нет, прошу вас, я – после!

Наверху, у меня над головой, кто-то разговаривал, соперничая в учтивости, и каково же было мое удивление, когда на гладкой поверхности ствола я увидел две человеческие фигуры, которые вскоре соскочили на землю! Рультабий поднялся туда один, а спустился вдвоем!

– Добрый вечер, господин Сенклер!

Передо мной был Фредерик Ларсан… Полицейский уже занял наблюдательный пункт, когда мой юный друг взобрался туда, полагая, что будет один… Впрочем, ни тот ни другой не обратили внимания на мое изумление. Я понял так, что, находясь на своем посту, они наблюдали исполненную нежности и отчаяния сцену между мадемуазель Станжерсон, распростертой в своей постели, и г-ном Дарзаком, стоявшим на коленях у ее изголовья. И каждый из наблюдателей уже, казалось, с крайней осторожностью делал определенные выводы, причем прямо противоположные. Легко догадаться, что сцена эта произвела большое впечатление на Рультабия, настроив его в пользу г-на Робера Дарзака, зато, по мнению Ларсана, она лишний раз подтверждала отменное лицемерие, в искусстве которого жениху мадемуазель Станжерсон не было равных…

Когда мы уже подходили к воротам парка, Ларсан остановил нас.

– Моя трость! – воскликнул он.

– Вы забыли свою трость? – спросил Рультабий.

– Да, – ответил полицейский. – Я оставил ее там, возле дерева…

И он покинул нас, сказав, что скоро вернется…

– Вы обратили внимание на трость Фредерика Ларсана? – спросил репортер, когда мы остались одни. – Трость совсем новая… и раньше я никогда ее у него не видел… К тому же он очень дорожит ею… буквально не расстается с ней… Можно подумать, что он боится, как бы она не попала в чужие руки… До этого дня я никогда не видел у Фредерика Ларсана трости … Где он ее нашел? Согласитесь, это ненормально: человек, который никогда прежде не ходил с тростью, на другой день после преступления в Гландье и шага не может ступить без этой самой трости … Вспомните, когда мы прибыли в замок, он, заметив нас, сразу же положил часы в карман и поднял с земли свою трость – жест довольно странный, и, вполне возможно, я совершенно напрасно не придал ему никакого значения!

Тем временем мы вышли из парка. Рультабий умолк… Но мысль его наверняка была прикована к трости Фредерика Ларсана. И в самом деле, когда мы уже спускались по склону к Эпине, он вдруг сказал:

– Фредерик Ларсан приехал в Гландье раньше меня; он начал свое расследование раньше меня; у него было время узнать вещи, которых я не знаю, и обнаружить то, что мне пока не известно… Где он нашел эту трость?.. – Потом, помолчав, добавил: – Не исключено, что его подозрения – и не подозрения даже, а рассуждения, – недвусмысленно направленные против Робера Дарзака, подкрепляются чем-то реальным, осязаемым, что сам он может потрогать рукой, а я – нет… Неужели это трость?.. Где, черт побери, он мог отыскать эту трость?..

В Эпине минут двадцать надо было ждать поезда, и мы зашли в кафе. Почти в ту же минуту дверь снова отворилась, и на пороге появился Фредерик Ларсан, размахивающий пресловутой тростью…

– Я нашел ее! – со смехом сказал он.

Все трое мы сели за столик. Рультабий глаз не спускал с трости, он был настолько поглощен своими мыслями, что даже не заметил знака, который Ларсан подал одному из железнодорожных служащих, совсем молоденькому мальчишке, подбородок которого украшала светлая, плохо подстриженная бородка. Служащий встал, расплатился, отвесил поклон и вышел. Я бы и сам не придал никакого значения этому знаку, если бы не было случая вспомнить о нем несколькими днями позже, когда в одну из самых трагических минут этого повествования на горизонте снова появилась светлая бородка. Тогда-то я и узнал, что это был один из агентов Ларсана, которому тот поручил вести наблюдение за передвижением пассажиров на вокзале в Эпине-сюр-Орж, ибо Ларсан не оставлял без внимания ничего из того, что могло бы сослужить ему службу.

Я перевел глаза на Рультабия.

– Послушайте, господин Фред, – завел он разговор, – с каких же это пор вы обзавелись тростью?.. Я всегда видел вас разгуливающим руки в карманах!..

– Мне ее подарили, – ответил полицейский.

– И не так давно, – продолжал настаивать Рультабий.

– Нет, совсем недавно, мне подарили ее в Лондоне…

– Верно, вы же только что вернулись из Лондона, господин Фред… А можно взглянуть на вашу трость?

– Почему же нет?

И Фред передал трость Рультабию. Это была желтая бамбуковая трость, толстая и крючковатая, с золотым ободком.

Рультабий тщательно исследовал ее.

– Как же так, – насмешливо сказал он, подняв голову, – в Лондоне вам подарили французскую трость!

– Вполне возможно, – невозмутимо ответствовал Фред.

– Взгляните на марку, здесь маленькими буквами написано: «Кассет, 6 бис, площадь Оперы…»

– Посылают же в Лондон отбеливать свои сорочки, – заметил Фред. – Почему же англичане не могут покупать свои трости в Париже?..

Рультабий вернул трость. Проводив меня в мое купе, он спросил:

– Вы запомнили адрес?

– Да. Кассет, 6 бис, площадь Оперы… Можете рассчитывать на меня, завтра утром я дам вам знать.

И в самом деле, в тот же вечер я побывал в Париже, у г-на Кассета, торговавшего зонтами и тростями, и написал своему другу следующее:

«Мужчина, по приметам в точности похожий на г-на Робера Дарзака – тот же рост, слегка сутулый, та же темно-русая бородка, непромокаемый плащ, котелок, – купил трость, какая нас интересует, в день преступления около восьми часов вечера.

За последние два года г-н Кассет не продал ни единой трости, подобной этой. Трость Фреда совсем новая. Стало быть, речь идет именно о той, которая у него. Сам он не мог ее купить, потому что находился в то время в Лондоне. Так же как и вы, я думаю, что он нашел ее и что она каким-то образом связана с г-ном Робером Дарзаком… Однако в таком случае, если, как вы утверждаете, убийца находился в Желтой комнате с пяти часов или даже с шести, а трагедия произошла лишь около полуночи, покупка этой трости обеспечивает г-ну Роберу Дарзаку неоспоримое алиби».

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-26; просмотров: 71; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.80.173.217 (0.02 с.)